И самые сильные нуждаются в помощи

Как мы не ценим время…

***

Гермиона У вас было такое чувство, когда кажется, что всё настолько плохо, что хуже уже просто некуда, но потом, в один момент всё становится ещё хуже? Кажется, что падать ниже просто не реально, но тебя всё больше и больше утаскивает прямо на самое дно. А достигнув этого дна, ты проваливаешься в зыбучий песок с головой. Я знаю это чувство. Мне оно знакомо слишком хорошо. Прошла уже неделя с той самой прогулки, когда казалось, что не может вечно быть плохо, и скоро закончится эта война и станет хорошо. Хорошо для всех. Только вот себя я не вижу в числе счастливых. Всё дело в одном письме от Кингсли. Оно было очень кратким.

«Встретимся у тебя дома завтра в 17:00. Лучше, если будешь не одна. Кингсли.

Таким письмом я была немного удивлена. Сириус тоже. Тогда я не могла уснуть всю ночь, думала только о письме и о том, зечем Кингсли понадобилось устраивать встречу в моём доме. На следущий жень Сириус в образе Бродиги сопровождал меня к моему дому. -Гермиона, тебе лучше присесть. — хорошее выдалось приветствие у Кингсли. В этот момент я была готова услышать что угодно, только не известие о смерти моих родителей. Как и ожижалось, их убили Пожиратели. Тела Кингсли оставил в спальне, чтоб я могла попрощаться с ними. Я не помню точно, сколько длилась моя истерика. Не знаю, сколько я пролила слёз. Помню лицо Сириуса маячевшее передо мной и его крепкие руки, которые удержали меня от падения в обморок. Если бы не он, то, наверно, я бы на месте бы покончила с собой, честно. В это мгновение мне казалось, что моя жизнь теперь полностью сломлена и жить дальше просто незачем. Умру сейчас или на поле боя, какая, к чёрту, разница? Я почти ничего не помню из того, что было дальше: как мы оказались опять на Гриммо, как я добралась до комнаты, как заснула. Зато чётко помню свой сон. Мне снились родители. Я продалась с ними. Причём в полной темноте. Я хотела обнять их, но они были лишь призраками. Когда они растворились в воздухе окружающая темнота стала давить сильнее. Я искала выход, я шла на голос. Такой родной сердцу голос, но не понимаю чей. Последующие несколько дней для меня были словно в тумане. Когда настал день похорон, в моих глазах уже просто не оставалось слёз. Помню как я стояла оперевшись на руку Блэка. Он контролировал меня. Он следил за мной. Он заботился обо мне. Если бы не он… Боюсь даже представить. -Гермиона, я всегда буду рядом с тобой, если ты этого захочешь. — может быть, я сказала «хочу» потому что одна бы с собой я не справилась и просто нуждалась в чьей-то поддержке? Он поцеловал меня. Нежно и аккуратно, а потом обнял, притянув ближе к себе. Я не особо думала, зачем он это сделал. Тогда мне казалось, что всё так и должно быть. Всё как надо, и это правильно. Иногда Сириус оставался со ной спать. Когда мне было совсем плохо, он ложился рядом со мной, прижимал к себе, и от этого становилось легче. Появлялось чувство, что ты не один в этом мире, и есть те, ради кого ещё стоит жить. Он успакаивал меня, когда мне снились кошмары. Наверно, когда-нибудь, я собственноручно поставлю ему памятник за его выдержку. Я теперь не могу представить жизни без Сириуса. Он всё время рядом со мной, и не важно правильно это или нет. Он стал для меня не просто крёстным моего друга, а чем-то более важным. Чем-то, без чего теперь жизнь невозможна…