The time of Babylon (Время Вавилона)

1 июня 2018 г. Ирина Отчаяние. Отчаяние. И еще раз отчаяние. Непонимание. Как? Почему? Что, нет другого выхода? Они что, не понимают, что в мире еще есть живые, нормальные люди, что еще есть шанс спасти человечество, не прибегая к таким жестоким мерам… Эгоисты, чертовы эгоисты. Я просто сидела рядом с прибором, на глазах были слезы, а отчаяние, единственное чувство, оставшееся в организме, накатывало, как цунами. Постепенно приходило понимание того что ВСЁ… Через двое суток нас не станет, не будет уже никого! Ученые хоть и умные люди, но использование атомной бомбы! Могли бы сразу землю пополам расколоть и не париться! Но это уже не моя забота, у меня осталось двое суток, и я проведу их точно не здесь и не с людьми. Я тоже эгоистка, наверное, но я не хочу видеть, как люди рядом со мной хватаются за соломинку в надежде, что смогут спастись. Даже если очень сильно постараться, ничего у них не выйдет. Оказывается, я невообразимый пессимист! Почему мне не дали умереть раньше, тогда я бы не видела всех этих лиц, на которых отчаяния больше, чем воды в море. Они пытаются скрывать это за маской оптимистов, но у них слабо выходит! Все мы умрем через 48 часов, и даже помнить нас будет некому. Тут раздался резкий шум и крики, которые выдернули меня из мыслей. Хосок и Бэкхен пытались справиться с Джином, ему тоже осталось недолго, он был заражен. Как они раньше-то этого не заметили, сейчас он станет одним из них, зверем, который ничего не будет понимать. Другие после таких новостей тоже переключились на Джина. Теперь он стал проблемой, которую надо было решать прямо сейчас! - Отпустите меня сейчас же, вы не понимаете что делаете, я же ваш друг, как вы можете так со мной поступать??? - Орал и дергался в руках парней Джин. - Мы только отведем тебя в безопасное место, хватит брыкаться, - говорил Хосок. Я точно не знаю, что они с ним хотели делать, но по какой-то причине они повели его наверх, еще выше в башню. Конечно, может быть, у них был план, но умными их не назовешь. Он сейчас станет сильнее их, и будет им плохо. Намджун пошел помогать парням убрать Джина подальше от остальных. Все вели себя по-разному, у каждого была своя реакция на новость и на судьбу, которую нам приготовили. Лена принялась что-то обсуждать с Ёнгуком и Чимином. Промелькивали слова "военные" и " бункер", они пытались найти решение проблемы, пытались спасти тех, кто еще остался. Чанёль и Сюмин тоже что-то обсуждали друг с другом, но это было похоже на прощание, чем на поиск решения проблемы. Все пытались хоть как-то разрулить сложившуюся проблему, осознать, осмыслить, понять может быть. Но для меня все было тщетно. Я очень долго готовила себя к неизбежности, научилась смиряться с ней, не впадать в истерику в такой ситуации - ведь это ничего не изменит. Аня считала иначе, она ходила долго и упорно, что-то говорила себе под нос, начинала рыдать, но потом переставала: настроение у нее менялось каждую минуту. Потом я увидела, как вернулись парни, с глазами полными печали и скорби, только с ними не было Намджуна и Джина. К ним подошли все, спрашивая, что же произошло. - Джин, он стал бешеный, мы не знали, как его успокоить, как его остановить…Намджун полез к нему… В общем… Они оба упали с башни, - заключил Бэкхен. Смерть, она не оставляла наш маленький отряд, она следовала за нами по пятам, нам никому от нее не скрыться. Я больше не видела смысла сидеть тут и смотреть, как умирают, по глупому умирают люди, с которыми я провела самое, наверное, счастливое время, за всю свою жизнь. Они бы начали винить себя или друг друга, горе и безысходность на их лицах, вот чего я боялась. Я во многом была перед ними виновата, из-за меня ушли в мир иной куча человек, я чуть не убила дорогого мне человека. Нет, я лучше одна. Может, успею к морю, волны всегда успокаивали меня, я очень люблю воду. Я уверена - она поможет! Тогда нет времени сидеть, нужно уходить, притом тихо, чтобы никто не заметил и не увидел. Сейчас они в скорби, ведь потеряли еще двух членов команды, меня не будут пока искать. Значит: время пришло! Я встала тихо, и очень осторожно пошла вниз. Какое облегчение, я была права, они не увидели. Как это радует! Аня, наверное, будет в истерике биться, а Лена… Она будет орать и ненавидеть меня. Я их понимаю, на их месте я поступила бы также. Но поделать с собой я ничего не могу, мне нужно было уйти. А другие - чужие мне люди, за них я не волновалась, я обожала, как они пели, любила, как они танцевали, но сцена и жизнь - это разные вещи. Неужели надо было именно при таких обстоятельствах это понять, приехав в Корею? Сейчас бы сидела со своей семьей… Я даже не знаю, что лучше. Семья или быть здесь… Да какая разница, где умирать? В конце-то концов, мы живем ради того, чтобы умереть. Что ж, до моря я скорее всего не успею добраться. Но попытаться стоит, хочется увидеть напоследок хотя бы его. Знаете, какие планы были у меня на эту жизнь… Еще раз убеждаюсь, что поговорка права: не нужно загадывать наперед! То, что я поехала в Корею, было лишь началом. Я хотела увидеть наш земной шар с орбиты; космос - вот куда я хотела попасть, понять, что наша вселенная огромная и необъятная. Хотела увидеть квантовый мир, мир который меньше атома. Мои мечты, наверное, самые безумные из всех, которые существуют на этом свете! Я ушла, даже не попрощавшись. Встретимся на том свете. Я уверена, что это не конец. Я шла вперед, ничего не замечая, смотрела в пустоту, пока меня не остановили. - Хотела уйти без меня, даже не попрощаться?! - вдруг передо мной появился Ким Тэхён. Я потеряла дар речи, не могла ничего сказать. Да и не знала, как ответить на этот вопрос, просто стояла и смотрела на него. - Ничего не говори, я все понимаю, - улыбнулся он. - Я не смогу смотреть на это, ведь они будут до последнего пытаться что-то сделать, не захотят принимать грядущее, - ответила я. - Я бы также поступил, как собственно и поступил, ушел и никому ничего не сказал, - говорил Тэ. - Зря ты со мной пошел, ты чуть не убил невиновного человека, из-за меня. - Но она же жива, с ней все нормально. Хоть и ненадолго. Да какая разница, все равно уже поздно, думать надо о себе... - возразил он, - я пойду с тобой куда бы ты не шла. - Я просто иду, иду в никуда. Может быть, ты знаешь красивое место, где можно встретить конец? - спросила я парня. - Вряд ли сейчас хоть где-то красиво, такая разруха, не город, а месиво, - ответил он. - Хорошо, тогда просто пойдем, пойдем туда, куда ведут нас ноги и сердца. Мы взялись за руки и пошли по некогда красивой улице, городу и стране. Мы не разговаривали, а просто наслаждались каждой секундой, каждым часом, тем, что нам осталось… 1 июня 2018 г. Аня Это безумно страшно. Вы не представляете насколько! Внутри меня будто все сжалось, и волна ужаса накрыла меня с головой! Только что, нам всем вынесли смертный приговор! Дали всего лишь 48 часов на то, чтобы смириться с неизбежным и выбрать место, где встретим конец. Я впала в какую-то прострацию. Мысли были далеко от меня. В голове бесконечной лентой прокручивались способы выживания. Инстинкт самосохранения. За довольно короткий промежуток в несколько минут наша компания умудрилась потерять Джина и Намджуна! Ну как потерять… Они просто упали с башни. Вот так вот глупо, да. До этого случая все друзья умирали либо по причине эпидемии, либо из-за солдат. А буквально за считанные часы до общего конца Рэп Монстр и Джин просто упали с высоты. Мерзкая глупость. Находясь в состоянии паники, я даже не заметила, как исчезла Ирина и Ви. Безусловно, сразу же стало понятно, что подруга решила уйти и остаться в одиночестве. Это в ее репертуаре. Типичная Ирина. Сколько ее знаю, она всегда старалась держаться подальше. И у меня никогда не получалось изменить ее. Темперамент. Но с одной стороны, пусть она встретит конец вместе с тем, в кого влюблена. С айдолом Ким Тэхёном. А я встречусь с ней в следующей жизни и набью ей морду за такое кидалово. Лена, Ёнгук и Чимин долго обсуждали способы нашего спасения. Не знаю, о чем шел разговор, но прийти к общему знаменателю они так и не смогли. Завязался какой-то спор и Чимин пожелал отделиться от команды. Неудивительно, что Лена решила поддержать его и не оставлять одного. В конце концов, я билась в истерике. Без остановки лились слезы. А Ёнгук пытался утешить меня. - Нас осталось всего шестеро, предлагаю все-таки взять себя в руки и отправиться на военную базу и примкнуть к солдатам! Они обязаны отвезти нас к выжившим. - Ты сейчас говоришь несвойственные тебе слова, Бан Ёнгук, – Чанёль смотрел на него пустыми глазами. – Ты забыл, что еще недавно здоровую Ирину солдат пытался забрать на опыты? А значит мы, выжившие, для них всего лишь расходный материал. - Согласен с Чанёлем, – вмешался в разговор Бэкхен. - Военные наверняка узнали про то, что есть иммунитет к болезни, – слово взяла я. – Чанёль, помнишь ту кучку зараженных, которые вели себя вполне адекватно? Ирина еще предположила, что они иммунны! - Помню. - Вот я думаю, что военные, помимо опытов, еще искали и такие объекты. Но это я так, к слову. В любом случае, к военным я не пойду. Ёнгук посмотрел на меня удивленным взглядом. - Ты собралась просто взять и умереть? - Одним нам не выжить. После бомб настанет ядерная зима. К военным идти опасно – там тоже нас может ждать конец. Так что, пусть все идет своим чередом. - А я согласен с Баном! – Хосок все это время сидел чуть поодаль от нас. Он был в глубоком трауре. Он остался один. Его друзья ушли с какими-то девушками, а его оставили с нами. – Предлагаю пойти на базу. Все же это шанс. - Поступайте, как хотите! Но мы с Чанёлем и Сюмином решили пойти своей дорогой, – Бэкхен направился к лестнице. – Чан, Минсок, идем? Нам незачем больше здесь оставаться. - Аня, - Чанёль посмотрел на меня, - если ты все же встретишься с Ириной, неважно, в следующей жизни или в этой, передай ей, пожалуйста, что ее выбор в виде Ким Тэхёна достаточно хорош. Я уважаю его. Но в моем сердце она заняла довольно важное место. И ее образ навсегда запечатлился в моей памяти. - С этими словами Пак Чанёль улыбнулся и, догнав Бэкхена и Сюмина, спустился вниз. Это был последний раз, когда мы их видели. - Теперь нас всего трое, – Ёнгук подошел к панораме башни. – Так что решаем? Идем на базу? - Конечно! – Хосок поднялся и подошел к Бану. – Аня? - Я не стану отделяться от вас. Так что да, не будем тратить время. Сколько у нас осталось? - Через 23 часа армия покинет страну, а через 47 – пустят бомбы. - Значит у нас 23 часа, чтобы найти базу и добраться до нее! Мы отправились в путь. Без карт, без телефонов. Шли просто наугад. Ёнгук предположил, где примерно может располагаться база. По его словам, он отслеживал временами траекторию полетов самолетов. Мы с Хоупом подчинялись ему и просто шли следом. Чтобы отвлечь от грустных мыслей, Хосок рассказывал нам разные интересные случаи, которые происходили с ним и с BTS. Иногда на моем лице появлялась улыбка, но чаще всего я думала о девочках. Где они? Что с ними? Солнце уже садилось за горизонт. - Осталось 36 часов, – взглянув на часы, произнес Ёнгук. – Мы потратили 11 часов. Почему время так незаметно пробежало?! Мы же просто шли! - Зато мы вышли за черту города, – заключил Хосок. Мы стояли посреди огромного шоссе, на котором в хаотичном порядке располагались брошенные машины. Вокруг виднелись воронки от бомб. - Ладно, двигаемся дальше. - Парни, - я стояла, как вкопанная. А все потому, что секундой ранее запнулась обо что-то металлическое, - знаете, я много фильмов смотрела и знаю, как это выглядит! И я об это запнулась… Мужчины обернулись на меня и с ужасом застыли. - Неразорвавшаяся бомба… – Ёнгук медленно стал подходить ко мне, протягивая при этом руку. – Хватайся за меня и тихонечко отходи. - Эм, я может чего-то не понимаю, но если она не рванула, то точно уже не сработает! - Хосок, Аня, затронув ее, возможно, вывела внутренний механизм из своеобразного сна. Теперь, любое резкое движение, создав колебания воздуха, сработает как удар. Бомба взорвется. Поэтому отходим, медленно. Мы так и поступили. Начали отдаляться от металлической опасности. - Интересно, как далеко нужно отойти? – Хоуп говорил, не отрывая взгляд от бомбы. - Чем дальше, тем луч… Не успел Бан договорить, как раздался громкий хлопок, и я почувствовала, как ноги отрывает от земли, а тело несет в сторону. Дикий писк заложил уши и далее последовал удар. Не знаю, сколько времени прошло, но когда я открыла глаза, то увидела чуть поодаль от себя Ёнгука, который тоже очнулся и с трудом поднимался на ноги. Нас с ним расцепило во время ударной волны, но факт того, что мы держались за руки, не дал взрыву раскидать нас на приличное расстояние. В ушах все так же пищало. Я огляделась и зацепилась глазами за тело Хосока. Он лежал недалеко от меня. Но он не двигался. Ползти к нему было недолго: - Не может быть! Ёнгук-ним!!! – Хосок не дышал. Его голова лежала на каком-то металлическом каркасе, по которому струйкой текла кровь. - Нужно что-то сделать! Нужно спасти его! ХОСОК!!! - Он ударился при падении. Ему уже не помочь. Пошли, – он взял меня за предплечье и поднял на ноги. - Мы чудом спаслись! А Хоуп так глупо погиб! Где справедливость? – Из глаз опять полились слезы. – Так обидно! Ёнгук ничего не ответил. Мы просто шли дальше по шоссе. Шли в тишине. Но спустя какой-то промежуток времени он нарушил ее: - Аня, я тут вспомнил, что давно хотел посетить одно прекрасное место в Ганхвадо. Мы как раз движемся по направлению к нему. - Ганхвадо? - Городишко, на западе от Сеула. Там есть очень красивое высотное здание. На его крыше кафе. Вот туда я хочу попасть. - А чем примечательно это кафе? - Вид, – Ёнгук улыбнулся. – У нас осталось 34 часа для того, чтобы добраться до места. По дороге надо найти какое-нибудь помещение и отдохнуть. Я молча кивнула. Уже было понятно, что мой кумир потерял всякую надежду на спасение. Он не знал, где находится база. Найти ее было очень сложно. Поэтому он просто выбрал место, где мы встретим конец. Мы переночевали в каком-то придорожном мотеле. Проспали около 10 часов, потому что дико устали, а на мягкой постели спалось как нельзя лучше! Особенно после нескольких месяцев сна на холодном бетоне. Оставалось 14 часов до взрыва бомб. *** 3 июня 2018г. POV Аня Дорога до Ганхвадо была длинной. Но мы разговаривали обо всем. Я рассказала Ёнгуку о России, наших обычаях, традициях, истории. Рассказала про свою жизнь. Он сделал то же самое. В тот момент я узнала настоящего Бан Ёнгука. Его страхи, воспоминания, эмоции, мысли. Тогда я почувствовала горькую обиду за то, что Вселенная оставила нам так немного времени. А ведь так хотелось подольше побыть с этим человеком. Он же тот, кого я боготворю! Кого люблю и кем восхищаюсь! Но, в конце концов, мы дошли до места назначения. Это был высокий небоскреб. На его крыше располагалось кафе. Конечно, его внешний вид оставлял желать лучшего, но сейчас все это было неважно. Огромная открытая терраса с видом на залив Желтого моря. Солнце уже наполовину опустилось за горы. Мы составили вместе два стула и уселись поудобнее, обратив свой взор на горизонт. - Осталось менее двух часов, – спокойным тоном проговорил Ёнгук. - Всего лишь. Так странно осознавать, что жить осталось всего два часа, а ты в самом расцвете лет. Столько всего еще надо было бы сделать… Знаешь, эта чертова безысходность выжигает мое сердце. Так обидно и больно. Мы с девочками так мечтали попасть в Корею, увидеть всех вас. Привезти домой сувениры и потом хвастаться своим подвигом. Забавно, но сейчас я была бы дома, будь все иначе. Возможно, писала бы диссертацию и готовилась к выпуску. А вместо этого я сижу рядом с недостижимым кумиром, смотрю на горизонт и жду удара ядерной бомбы. Ирония. Подруги свалили со своими биасами, и я даже предположить не могу, в какой точке земного шара они сейчас находятся. Мне должно быть обидно, что они меня бросили, но получается наоборот. Я очень рада за них. Выглядит все это весьма поэтично. - Они всегда рядом с тобой. В твоем сердце. Как и родители и все те, кто остался дома. - Они тоже уже все мертвы. Либо скоро будут таковыми. - А я даже не знаю, где приняла свою смерть моя семья. - Парень грустно ухмыльнулся. - Все они в лучшем мире. И уже ждут нас. - Интересно, а будь все иначе, где бы сейчас был я? Наверное, в агентстве или в студии. Химчан бы сидел рядом со мной и без остановки болтал. Дэхён бы шутил с Ёнджэ, и их смех мешал бы мне сосредоточиться. Чоноп, как обычно, залипал бы в телефоне. Смотрел аниме или играл. Зело бы просто молча наблюдал за всеми нами и улыбался. Вечером я бы встретился со Слиппи и ДинДином. Мы бы посидели в каком-нибудь уютном кафе, попили бы соджу, сделали пару фотографий. А глубокой ночью, я бы пришел домой, обнял свою собаку, лег в постель и уснул. - Весьма повседневно, – я улыбнулась, глядя на горизонт. - Это та жизнь, по которой я скучаю. Но больше всего я скучаю по песням. Я так жалею, что не успел сочинить еще столько текстов, написать еще множество аранжировок. - Ёнгук начал напевать какую-то мелодию и на ходу выдавал рифмы. Я слушала, как завороженная, смотрела на него взглядом полного восхищения и не могла поверить в происходящее. За эти месяцы я так и не осознала, что выживала бок о бок со знаменитыми личностями. - Интересно, почему именно вы? – Ёнгук нарушил мою задумчивость. - О чем ты? - Почему именно вы втроем оказались рядом с нами? – он повернул голову в мою сторону. – В мире сотни тысяч наших фанаток! Тысячи живут здесь, в Сеуле. Но именно вы, три русские девочки-туристки оказались в одной компании с нами! - Вселенная так распорядилась. И я благодарна ей за это, - я ухмыльнулась. - Хах! Судьба? - Возможно. - Мы снова погрузились в молчание. А Бан Ёнгук начал снова напевать мотив песни, перемешивая его с сочинением текста. - Это песня про человека. Про то, что мы – несовершенные существа. Нас создал порядок. Строгий порядок вещей. А мы, появившись на свет, уничтожили этот порядок, породив хаос. Человек стал дьяволом, разрушителем. И поплатился за это. Не осознавая своей никчемности, мы возомнили себя богами и судьями. Решили, что нам подвластно все. Что законы природы не имеют силы, в то время как человек способен менять полюса и решать, в какую сторону дуть ветру и бежать реке. Но природа лишь усыпила нашу бдительность. Она поиграла с нами, дав возможность маленькому ребенку почувствовать себя взрослым. А теперь мы наказаны за то, что превысили лимит ее доверия. - Хорошая песня. Как и все твои тексты. - Да. И я бы очень хотел спеть ее с моими мемберами в следующей жизни. Эта песня стала бы хитом. Над нами пролетел самолет. Послышался свист и громкий удар. Темнота.