Эта любовь, эта ненависть сжигает меня...

Боль была такой сильной, что Вернеру казалось, что еще немного, и Адореан заживо сдерет с него скальп. Цепляясь пальцами за запястье мужчины, тащившего его за волосы по паркету куда-то вглубь дома и все дальше от единственной надежды на спасение, он срывал голос от крика и вырывался из последних сил, но все было тщетно. Вернер и не предполагал, что Адореан был настолько сильным, и сейчас ему казалось, что справиться с Лью у него нет никаких шансов. Каким глупцом надо было быть, чтобы влезть в драку, теперь когда Адореан просто взбесился, он был способен на что угодно. Мысль о том, что Вернер окончит в этом доме свои дни после того, как бывший любовник задушит его, а затем закопает труп в лесу, казалась до пугающего реальной, но он был не готов умирать. -Отпусти! Пусти меня! - отчаянные мольбы наконец подействовали, и Адореан разжал пальцы, позволив Вернеру рухнуть обратно на пол и больно удариться затылком о паркет. Корни волос горели огнем, глаза плотной пеленой застилали слезы, а в голове гудело, но Гарнет чувствовал, что худшее еще впереди. Не успел он подумать о чем-либо, как Адореан грубо схватил его под руку и, рывком поставив на ноги, толкнул вперед в черноту дверного проема. Единственная лампочка под потолком вспыхнула до слепящего ярко в кромешной тьме подвала, в котором не было ничего кроме голых бетонных стен и подобия кровати в углу. Взглянув на матрас, лежащий на полу вместе с подушкой и одеялом, Вернер еще раз окинул взглядом маленькое помещение без единого окна, и им снова овладела паника от мысли оказаться запертым здесь. Развернувшись почти мгновенно, чтобы броситься обратно к двери, он натолкнулся на Адореана, схватившего его за обе руки, мешая пройти. -Куда это ты собрался? - толкнув Гарнета назад, рыжеволосый мужчина растянул губы в улыбке, как хищник, почуявший запах крови своей жертвы, загнанной в угол. - Я не хотел до этого доводить, но не сомневался, что ты так просто ничего не поймешь, так что в назидание приготовил для тебя этот уютный уголок. До тебя всегда слишком долго доходит, Вернер. При всем твоем уме, ты иногда ужасно долго соображаешь, что стоит делать, а чего делать нельзя, но сейчас я тебе все хорошо объясню. -Нет… Не подходи ко мне. - пятясь назад до момента, пока за спиной не оказалась неровная шершавая стена, Вернер с ужасом смотрел на то, как Адореан, не торопясь, закатывал рукава рубашки. - Почему… почему ты делаешь это со мной?! Ты ведь любишь меня! Разве ты не говорил мне об этом столько раз?! -О, Вернер… ты не представляешь, как сильна моя любовь к тебе. И от этого боль, которую ты мне причиняешь, ощущается вдвое сильнее. - приблизившись к своему перепуганному любовнику вплотную, Лью взял его лицо в свои руки с неожиданно лаской, заглянув в его темно-карие глаза. Казалось, время замерло на минуту, пока они просто смотрели друг на друга, и Адореан любовался красивым лицом Вернера, но затем последний не выдержал и со всей силы ударил рыжеволосого мужчину кулаком, сам не отдавая себе отчет в своих действиях. -Да пошел ты нахрен! Сукин ты сын… Поехавший кретин, я выберусь отсюда и засужу тебя ко всем чертям! - вновь ударив Адореана по скуле, так что его голова метнулась в сторону, Вернер ощутил, как заныли костяшки пальцев, но это действие принесло ему невероятное удовлетворение. Может в чем-то Лью был прав, и им давно стоило вцепиться друг другу в глотки, чтобы выместить то, что копилось все эти годы. - Очнись уже наконец! Ты что, думаешь, что это вправду сойдет тебе с рук? Что ты сможешь запереть меня здесь, и никто не узнает? - вновь встретившись со взглядом янтарных глаз, когда Лью посмотрел на него, тыльной стороной запястья стирая с губ кровь, Вернеру показалось, что тот наконец его услышал, и страх ненадолго ушел, уступив место гневу. - Хочешь оставить меня здесь? Отлично! Давай, будем жить вместе, как раньше, и я клянусь, что превращу твою жизнь в ад. Тебе надоели бессмысленные ссоры? Поверь, ты еще не знаешь, насколько ужасен я могу быть. Я буду трахать тебе мозги чаще, чем ты трахал меня за все эти четыре года. - толкнув Адореана в грудь, так что тот вынужденно сделал шаг назад, Гарнет и сам не знал, зачем говорил все это, рискуя вновь вывести Лью из себя, но он и так был на грани, возможно, собственной смерти. - Знаешь, почему я делал это? Почему ссорился с тобой, искал повод, чтобы закатить очередной скандал? Потому что меня тошнит от тебя! От твоей заносчивости, самоуверенности, твоего чертова эгоизма. Я не хотел тебя видеть, твою самодовольную физиономию, когда ты вечно указывал мне, что делать, как думать, что правильно, а что нет. Последний год ты обращался со мной, как с вещью! Я хотел уйти много раз, но каждый раз не решался… Это было ошибкой, тянуть так долго, но после очередной ссоры, я хотя бы мог запереться в гостевой комнате, чтобы не спать с тобой в одной постели. Я ненавижу тебя! Ненавижу, жалкий ты кусок дерьма, так и знай! И я буду вытирать об тебя ноги снова и снова, потому что ты настолько ничтожен, что готов проглотить все это, лишь бы я остался с тобой! Задыхаясь от переполнявших его эмоций, Вернер замолчал, тяжело дыша и глядя в лицо Адореана, сейчас похожее на маску. Если его монолог и задел Лью, тот этого не показывал, но что-то в словах Гарнета определено произвело на него впечатление. Языком медленно проведя по разбитой губе, слизывая кровь, рыжеволосый мужчина словно раздумывал над чем-то некоторое время, а затем усмехнулся и покачал головой. -Хорошо, Вернер, я услышал тебя. По-твоему я жалок? А каким жалким способен быть ты? - схватив Гарнета за горло, Лью ударил его о стену спиной, перекрыв поток кислорода к легким. - Тебе хватило ума признаться, что все это время ты изводил меня своими идиотскими капризами лишь для того, чтобы вечером побыть одному? Что намеренно искал повод для очередного скандала, а потом шел в комнату, закрывал дверь и спокойно ложился спать, пока я в очередной раз не находил себе места? Это казалось тебе забавным, может ты смеялся надо мной, думал, как это ловко у тебя получается… как ты сказал? Вытирать об меня ноги. - сдавив шею своего любовника с удвоенной силой, так что лицо последнего начало багроветь от нехватки воздуха, Адореан не чувствовал жалости, только холодную расчетливую злость. Настолько же, насколько расчетливым в его воображении сейчас представал перед ним Вернер. - Я был слишком мягок, баловал тебя, и ты решил мной пользоваться? -Адореан… - хрипло произнеся имя своего бывшего возлюбленного, Вернер чувствовал, что еще немного и он потеряет сознание или вовсе задохнется, но Лью пока не собирался его убивать. Ослабив хватку, чтобы хватило на глубокий вдох, Адореан замахнулся и безжалостно ударил Гарнета в лицо, так что тот не упал, лишь потому что он ему не позволил. Вернер никогда раньше не дрался, даже будучи мальчишкой он редко вступал в перепалки, и его никогда серьезно не били. Вкус собственной крови во рту отдавал металлом, но с каждым новым ударом, что Адореан на него обрушивал, боли как будто становилось меньше. Собственные крики доносились как со стороны, пару раз Вернер пытался закрыться руками, но Адореан был безжалостен, занося окровавленный кулак раз за разом, другой рукой удерживая Гарнета на месте. -Теперь в твоей жизни будут новые правила. И первое ты усвоишь прямо сейчас… ты больше никогда не посмеешь мне перечить, а если выйдет так, что ты откроешь свой рот, когда тебя об этом не просят, то трижды подумаешь, прежде чем что-то сказать. Иначе в следующий раз я выбью тебе все зубы. - встряхнув своего любовника, чтобы привести его в чувства, когда он вот-вот готов был потерять сознание, Адореан почти прорычал вопрос ему в ухо. - Ты меня понял? Отвечай, когда я с тобой разговариваю, дрянь. -Я… понял. Понял… - застонав от боли и страха перед тем, что еще его ждет, Вернер сполз вниз по стене, когда Лью, наконец, выпустил его из своих рук. Обхватив голову руками и сжавшись в клубок на полу, Гарнет зажмурил глаза и не открывал их, пока Адореан, убедившись, что урок усвоен, не направился обратно к двери. Выйдя из подвала и захлопнув дверь, Лью выключил свет, и оставшись в кромешной тьме в одиночестве, Вернер позволил вырваться рыданиям. *** -Ешь. - поставив тарелку с горячей яичницей на стол, Адореан уселся напротив Вернера и пододвинул к себе собственную, с аппетитом приступив к еде. Молча наблюдая за ним, но не спеша шевельнуться, несмотря на то, что желудок сводило от голода, Вернер все еще не мог придти в себя от пережитого. Всю ночь он провел в полусне, прислушиваясь к малейшему шороху за дверью, боясь, что Адореан вернется, или что уже наступило утро. Лью разбудил его рано, когда побежденный усталостью, Вернер все же задремал на постеленном для него матрасе, чтобы не замерзнуть на бетонном полу. Испугавшись, что Адореан снова решит его избить, он мгновенно вскочил с постели, но Лью был настроен на удивление миролюбиво. Терпеливо дождавшись, пока Вернер успокоится и придет в себя, сбросив остатки сна, Лью вывел его из подвала и проводил в ванную, позволив провести там несколько минут в уединении. Впервые в зеркале увидев, что стало с его лицом, Гарнет испытал новый приступ глубочайшего отчаяния, не прошедший до момента, как Адореан усадил его с собой за стол, чтобы накормить. -Ты что, не голоден? - не заметив, как слишком глубоко ушел в свои мысли, Вернер поймал на себе строгий взгляд золотых глаз, и тут же покачал головой, не желая разозлить Адореана еще чем-нибудь. Дрожащей рукой взяв вилку и поелозив в тарелке, Гарнет заставил себя положить еду в рот, начав механически пережевывать. Челюсть ныла при каждом движении, но голод брал свое, заставляя жевать быстрее. - Сегодня я приготовил завтрак, но в остальное время это будешь делать ты. Следить за домом тоже будет входить в твои обязанности, он конечно большой, но у тебя будет много свободного времени, как-нибудь справишься. -А моя работа?.. - понимая, что это уже не имело смысла, Вернер все же не удержался, чтобы спросить. - Я… я люблю свою работу. А моя квартира, мои вещи… Моя сестра заметит, что я исчез. -Насчет дома не волнуйся, я оставил в гостиной конверт, где денег хватит на аренду за месяц, а может и того больше. Я забрал некоторые из твоих вещей, чтобы тебе было, что носить. Сумки я отнес в спальню на втором этаже… - пододвинув к себе чашку с кофе, Адореан сделал глоток с явным наслаждением. - Ноутбук, телефон я тоже забрал. На первое время все решат, что ты просто уехал, никого не предупредив. Ты ведь и раньше был сам по себе, друзей у тебя нет, с сестрой у тебя никогда не было близких отношений, такое вполне можно ожидать. А когда тебя на самом деле хватятся, будет уже поздно, и ни одна ниточка не приведет ко мне. Ты сам так упорно держал наши отношения в секрете, что ни одна живая душа не знает о том, что мы связаны. Я должен быть тебе благодарен, Вернер. Ты сильно упростил мне задачу… -Ч-что я буду здесь делать? - понимая, что о том, чтобы вернуться домой в ближайшее время не может быть и речи, Вернер чувствовал себя абсолютно потерянным. Он и вправду сам незаметно вырыл для себя яму, из которой теперь вовсе мог никогда не выбраться. Кто станет искать его в этой глуши? - Мне придется быть здесь одному все время? -Для начала, когда я уеду, ты пойдешь наверх, примешь душ и приведешь себя в порядок. - окинув Гарнета оценивающим взглядом, словно не замечая увечий, которые сам ему нанес, Адореан явно заранее все это продумал. - Достань из сумок свои вещи, переоденься. Ты должен хорошо выглядеть, ясно? Следи за собой, чтобы мне было приятно на тебя смотреть. Первое время поживешь там, где ночевал сегодня, пока я не буду уверен, что ты усвоил все правила. Затем переедешь в спальню наверху… Что до твоих занятий… Мне нет дела, чем ты будешь себя развлекать в мое отсутствие, но я могу привезти тебе из города все, что ты захочешь. Интернета тут нет, как и телефона, поскольку у моей бабки была настоящая паранойя, дед оградил ее от всех средств информации и связи. Первое время будет тяжело, но ты привыкнешь… А по вечерам, когда я буду возвращаться с работы, мы будем наверстывать время, которое потеряли за нашими бессмысленными ссорами. - выдержав короткую паузу, в течение которой Вернер успел вновь приготовиться к худшему, Адореан лишь бесстрастно подытожил. - Я должен был еще злиться за то, что ты наговорил вчера, но я решил, что нужно оставить прошлое в прошлом. В конце концов для нас начинается новая жизнь. Так что я прощаю тебя за твои слова, Вернер. На этот раз… «Прощаешь меня? А что тогда сделать мне?» - с трудом сдержавшись, чтобы промолчать, внутренне протестуя против всего сказанного Лью, сейчас напоминавшего ему абсолютного сумасшедшего, Вернер все же выучил первый урок о том, что за каждое неосторожное слово ему теперь придется расплачиваться собственной кровью. О какой возможности что-либо наверстать Адореан мог говорить теперь, когда чуть не убил Гарнета предыдущей ночью? -Мне нужно на работу. - поднявшись из-за стола, Адореан взял со спинки стула пиджак и, перекинув его через руку, подошел к Вернеру и наклонился, чтобы нежно коснуться губами его лба. - До вечера, любимый. Веди себя хорошо, а я постараюсь вернуться как можно раньше. -Я буду здесь. - сквозь зубы прошипев ответ, когда Лью отошел достаточно, чтобы его не услышать, Вернер обернулся и посмотрел ему вслед, наблюдая, как он достает из кармана громоздкую связку ключей, ища нужный. Для начала неплохо было бы выяснить, какой ключ подходит к входной двери, но так, чтобы Адореан ничего не заподозрил. Дождавшись, пока мужчина не покинул дом, Вернер тут же вскочил со стула и осмотрелся, готовый искать что угодно, что поможет ему сбежать. - Я не собираюсь сидеть тут всю жизнь, сукин ты сын. Я обязательно выберусь отсюда, должен же быть способ. Почти час Вернер провел за тем, что исследовал дом вдоль и поперек, пробуя открыть каждую дверь, ящик или окно, что угодно, что вело из дома наружу или могло сойти за оружие. Но Адореан оказался предусмотрительней, чем он рассчитывал, а дом настоящей крепостью, неприступной как снаружи, так и изнутри. Ни одна оконная рама не сдвинулась даже на миллиметр, сколько бы Вернер не тянул или не дергал ручку. Большинство дверей на втором этаже дома так же оказались заперты, кроме той, что вела в гостевую спальню, где Адореан оставил сумки с вещами. Даже ящики на кухне и в ванной в большинстве своем не открывались, везде стояли замки, ключи от которых были только у хозяина дома. В конце концов в отчаянии Вернер взял стул и со всей силы ударил в стеклянные двери, ведущие на задний двор дома из гостиной, но когда на них не осталось и царапины, он решил сдаться. Становилось очевидно, что из дома не выбраться без ключей, Адореан предусмотрел все, что только мог, и возможно специально оставил Вернера одного на весь день, чтобы он сам убедился в том, что сбежать ему не удастся. Может в доме даже были камеры, и Лью сейчас с усмешкой наблюдал за его попытками что-то предпринять, сидя в офисе перед экраном ноутбука? Вытянув над головой руку и показав средний палец, на случай, если это действительно было так, Вернер в изнеможении уселся на диван в гостиной и тяжело выдохнул, закрыв глаза. -Неужели кто-то хотел жить в таком месте по собственной воле? - подумав о женщине, ради которой было построено это место, напоминавшее скорее смертоносную ловушку, чем безопасное убежище, Вернер уже сомневался, что и ее просто не заперли здесь, изолировав от людей. Что если Адореан-старший, не зря их даже звали одинаково, когда-то на самом деле заточил свою жену здесь против ее воли, дожидаясь, пока она не умерла, попутно сходя ума от одиночества. От этих мыслей становилось вдвойне не по себе, и Вернер уже начинал испытывать гнетущее ощущение того, как время едва тянется, словно сделанное из резины. В городе у него почти не было друзей, даже близких знакомых, но его всегда окружали люди, студенты или коллеги по работе. Вернер любил свою работу, как некоторые любят свою семью, посвящая ей всего себя, отчего Адореан иногда в шутку говорил, что чувствует, будто он для Гарнета всегда на втором месте. Возможно отчасти это так и было, в университете Вернер чувствовал себя счастливым, даже тогда, когда Адореан делал его несчастным. И теперь… что у него оставалось теперь? *** Остаток дня Вернер провел, лежа на диване в гостиной, после того как все-таки исполнил то, чего от него хотел Адореан, приняв душ и переодевшись. Ему не было дела до собственного вида, все равно отражение в зеркале вынуждало отводить глаза, но и выводить Лью из себя лишний раз он не хотел. Поскольку единственным способом выбраться из этого кошмара оставался ключ, нужно было попытаться усыпить бдительность Адореана и попытался выкрасть связку. О том, чтобы напасть на бывшего и отобрать ключ, больше не могло идти и речи. -Я дома. - вернувшись только ближе к полуночи, несмотря на обещание быть как можно раньше, Адореан выглядел усталым, но увидев Вернера, тут же приободрился. - Хорошо, что ты еще не спишь. Прости, я задержался. Не рассчитал время на обратную дорогу, мне тоже теперь нужно привыкать к тому, что до работы три часа езды в одну сторону. Зато я купил две бутылки вина, красного, твоего любимого. -Звучит здорово. - напиться, это то, от чего Вернер сейчас бы точно не отказался, и хотя Лью все еще пугал его, в его возвращении нашелся хотя бы один плюс. - И я ужасно голоден… не смог ничего приготовить, все ящики со столовыми приборами заперты. -Меры предосторожности. Не хочу, чтобы ты воткнул мне в спину нож, когда я в следующий раз вернусь с работы. - усмехнувшись, Адореан говорил словно в шутку, но глаза его не улыбались. Выдернув из двери ключ, после того, как провернул его в замке четыре раза, Лью убрал связку в карман, и Вернер надеялся, что его взгляд оказался не слишком пристальным в этот момент. - Идем на кухню, приготовим что-нибудь вместе.