Хранители (бывш. "Тварь и сволочь")

      Как известно, с приходом весны всё оживает: и природа, и люди. В Хогвартсом ещё неделю обсуждали то, с кем Гарри Поттер и его друзья ходили в Хогсмит. И их спутницам досталась доля внимания: многие девочки желали узнать: какого гулять со знаменитостью и его свитой. В общем вскоре все узнали подробности, включая даже поцелуй…       Гарри с парнями уже не знал, где прятаться от этих пересудов, и потому много времени проводил либо у Хагрида, либо у Нарциссы. Естественно, с ними были Джинни и Луна.       Разговоры стихли только в первых числах мая, да и то потому что приближались экзамены. Профессора, как и всегда в это время года, увеличили на студентов нагрузку в разы. Теперь даже самые, казалось, легкие предметы и темы были сложными и непонятными… Но вот кончился май. И то, чего ученики боялись, наступило. Трансфигурация, Зелья… После этих предметов все буквально едва ли не выползали из класса. Чары и Травология показались всем после этого довольно лёгкими. Руны и Нумерология тоже были непростыми, но вполне терпимыми, в отличие от тех же Зелий. А История, Уход и Маггловедение прошли как-то незаметно. Но самым интересным экзамен был у Грюма. Все, за исключением пятых и седьмых курсов, которые сдавали СОВ и ЖАБА, собрали на улице, где был установлен огромный черный помост. — Тихо! — гаркнул он. Все смолкли. — Начнем с шестых курсов…       Он рассортировал ребят по курсам, а затем начал вызывать сначала пары шестикурсников, затем пары четверокурсников… Некоторые дуэли были вялыми, другие — наоборот. Первогодки с открытым ртом наблюдали, как сражаются старшие. А толпа меж тем редела… — Мисс Грейнджер и мистер Поттер! — вот очередь дошла и до третьего курса. Названные студенты поднялись на помост. — Без расшаркиваний! Начинайте! — Брахиабиндо! Соппоро! — спустя минут пять воскликнул Поттер…       Экзамен Грюма обсуждали вплоть до того дня, когда все должны были разъехаться. Особенно всех впечатлила связанная и уснувшая Грейнджер, которая в подобном состоянии никого не раздражала. Но к великому огорчению многих студентов, Грюм снял наложенные Поттером чары.       Завтрак перед отъездом на каникулы получился особенно оживленным. И дело было не только в том, что ученики радовались предстоящему отдыху. Просто в газете появилась новость, которая заставила всех моментально проснуться. Хотя стоит признать, что утро началось вполне обычно… — Определенно, этот год выдался довольно спокойным, — заметил Джастин. — Ага, — кивнул без особого энтузиазма Рон. — Я чуть от тоски не взвыл. — Не преувеличивай, — закатил глаза Малфой. — Одна Грейнджер чего стоит. — Ещё чуть-чуть, и она станет местным клоуном, — пробормотала Джинни. — А свидания вообще отпад, — продолжил слизеринец. Парни тут же вздрогнули. — Кстати, девочки, вы не забыли, что за вами должок? — Нет, — мрачно ответили те. Парни ухмыльнулись. Они решили, что со своими желанием или общим желанием торопиться не стоит, чем очень нервировали подруг, которые уже сто раз пожалели о своем поступке.       Прибыла почта, которая и заставила всех окончательно проснуться, а взрослых и Хранителей насторожиться… — Что пишут? — спросил через несколько минут Драко, заметив мрачное выражение лица лучшего друга. Тот свернул газету и отложил её в сторону. — Питер Питтегрю признали пропавшим без вести, — угрюмо проговорил когтевранец. Рон подавился кофе и, откашлявшись, упавшим голосом проговорил. — Это означает, что теперь его искать никто не будет.       Поезд с каждой минутой всё дальше уезжал от шотландских просторов. За окном ярко светило летнее солнце, освещая луга и чернеющую вдалеке полоску леса.       В купе, где ехали Хранители, стояла тишина, которую иногда прерывал шелест страниц. Говорить никому из них не хотелось. После утренней новости каждый думал о том, что принесет им исчезновение Питера. Особенно это волновала Гарри, чьи родители были преданы этим человеком…