Хранители (бывш. "Тварь и сволочь")

      Октябрь выдался промозглым. Почти каждый день шли проливные дожди. Ветер только изредка стихал на несколько часов. Озеро штормило, а Запретный лес казался ещё чернее. Тем временем студенты Хогвартса постепенно привыкли к иностранцам и мало обращали на них внимания, разве что Крам стал исключением. А меж тем в школе продолжало происходить то, что знали об этом только семеро человек…       Помимо Снегга, который вот уже не первый год замечает странности, Блэк тоже начал подозревать неладное. Его крестник с друзьями подозрительно часто куда-то исчезали. И их перемещение он не мог отследить по карте Мародеров, которую конфисковала Нарцисса у близнецов Уизли. А если и мог, то непременно замечал, что они были в обществе Дамблдора. Кстати, о нём… Директор, по мнению Сириуса, явно какие-то имел планы на Гарри. Вот только какие именно? Что ему надо от его крестника? Блэк догадывался. Но эти догадки ему очень не нравились.       Своими подозрениями Сириус решил поделиться с кузиной. Та, выслушав его, задумалась. Ведь она сама не раз замечала, что её сын как-то странно порой реагирует на имя директора, но не придавала этому особого значения. Обсудив всё, двое встревоженных взрослых отправились к Люциусу. Того весь расклад дела тоже напряг. Посовещавшись трое встревоженных взрослых отправились к зельевару, который подобной делегации очень удивился и крайне не обрадовался. — Чем обязан? — недовольно спросил Северус. — Что творит Дамблдор? — в лоб спросил Блэк. У Снегга дернулся левый глаз: ему бы самому хотелось знать ответ на этот вопрос. — Меня он в свои делишки не посвящает, — холодно ответил Снегг. — Северус, — холодно проговорил Малфой, — ты явно что-то знаешь. — Ничего я не знаю, — резко ответил зельевар, у которого начиналась мигрень и захлопнул дверь прямо перед носом гостей. Те постояли пару минут и отправились на поиски детишек…       «Детишки» обнаружились на улице. Они возвращались от Хагрида и о чём-то спорили. По мере приближения трое взрослых сумели услышать обрывок их разговора. — А по моему, это бесполезная трата энергии, — раздраженно проговорил Джастин. — Но это заклинание очень полезно! — возразила Луна. — Полезно, но опасно, — поправил третьекурсницу Рон. — Начерта растрачивать такое количество сил, если просто можно уклониться или отразить сконцентрированной магией, и при этом не превратиться в живой… — он замолк и махнул рукой в сторону трёх взрослых. Все обернулись. — Добрый вечер, — поздоровались подростки. Малфои-старшие и Блэк кивнули. — У Хагрида были? — поинтересовался Сириус. — Да, — кивнула Джинни. — А что? — Да так, — неопределенно повела плечом Нарцисса. — Вы сейчас в замок? — она вопросительно посмотрела на учеников. Те кивнули. — Тогда мы вас проводим…       Поведение старших удивило Хранителей. Но виду они не подали. Малфои и Блэк же думали, как можно незаметно вытащить информацию из ребят. В итоге пришли к выводу, что поразмыслить надо об этом надо было заранее…       Незаметно наступил Хэлллуин. В этот праздник Кубок Огня должен был избрать трёх чемпионов. Ради этого все собрались в Большом зале раньше обычного. Студенты обсуждали возможные кандидатуры. Организаторы и директора о чём-то переговаривались. Остальные старшие тоже были заняты беседами.       Но вот Дамблдор подошел к кубку, и все стихли. Он протянул руку, и из пламени вылетел обожженный кусок пергамента. — Виктор Крам, чемпион Дурмстранга! — громогласно проговорил Альбус. Все тут же зааплодировали. Послышались свист и выкрики. Директор названного участника проводил его к двери, которую раньше многие просто не замечали. — Флер Делакур, чемпион Шармбатона! — названная участница получила не столь бурные овации, но всё равно с гордо поднятой головой проследовала в нужную комнату.       Тут пламя выбросила последний кусок пергамента. Дамблдор нахмурился, прочитав написанное имя, но довольно быстро взял себя в руки и огласил. — Гарри Поттер, чемпион Хогвартса! Стояла гробовая тишина. Хранители переглянулись. Что происходит? — Иди, — шепнул Уизли и подтолкнул опешившего друга. Тот окинул всех презрительным взглядом и направился к комнате, где уже находились двое участников.       Крауч, Бэгмен и директора спорили о произошедшем. Минерва, Филиус, Северус, Аластор, Нарцисса и Сириус пока молчали. Флёр же теперь глядела на Гарри с неприязнью и высокомерием. По лицу Крама было трудно понять, о чём он думает. — Мсье Поттеру нужна только слава! — воскликнула мадам Максим. — Неужели это не понятно?!       Все уставились на когтевранца. Кто-то был согласен с деректрисой, а кто-то прибывал в шоке от подобного заявления. — При всём моем уважении к вам, мадам Максим, но как вы можете так говорить о человеке, которого никогда не знали лично? — первой пришла в себя миссис Малфой. — А я полностью согласен, с уважаемой мадам Максим, — вступил в беседу Каркаров. — Мистер Поттер явно жаден до славы, раз решился любыми способами обойти запретную линию. — И как же я по вашему это сделал? — с холодным безразличием спросил Поттер. Все вздрогнули и посмотрели на когтевранца, лицо которого напоминало восковую маску. — Так как я это сделал? — чуть видоизменил свой вопрос парень. — Откуда я знаю, как ты провернул этот трюк, — раздраженно ответил директор Дурмстранга. — Если вы не знаете, как обойти запретную линию, то откуда это должен знать я? — вкрадчиво проговорил Гарри, взбешенный подобной ситуацией. — Какое восхитительное унижение! - подумал Блэк, — И не придерешься ведь, так как прямого-то оскорбления и не было… — Господа, — прокашлялся Бэгмен, — давайте уже объясним правила. А то время позднее…       Крауч прочистил горло и кратко изложил правила и назвал дату проведения первого испытания. А затем директор отправил учеников по своим гостиным и пригласил остальных в свой кабинет, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию в более спокойной обстановке.       Атмосфера, царившая в кабинете Альбуса, подействовала на всех умиротворяюще. Только Крауч оставался верен себе и не позволил себе даже чуть скинуть с себя напряжение.       Все расселись под любопытным взглядом феникса. — К мистеру Поттеру должно быть применено наказание за нарушение установленных правил, — педантично проговорил Бартемиус. — Наказывать его за то, чего он не нарушал? — приподнял бровь Блэк. — Вы в своем репертуаре, мистер Крауч, — фамилию чиновника Сириус произнес с явным издевательством. — Но уважаемый мистер Крауч прав, — вступила в разговор мадам Максим. — Нельзя поощрять подобное поведение. — Почему вы судите всех так предвзято? — вышла из себя Нарцисса. — Зачем ему участвовать в вашем поганом Турнире, если он и так знаменит настолько, что его имя печатают во всех книгах по истории и не только, начиная с восемьдесят первого года? — Но… — начал было Каркаров, но смолк под гневным взглядом женщины. — Нарцисса права, — холодно проговорил Блэк. — Зачем ему слава и деньги? У него это и так есть в избытке. — Но он нарушил правила! — вскинулся Каркаров. — Мистер Поттер прекрасно знает, что можно нарушать, а что нельзя! — рыкнул Грюм. — Он никогда бы не стал подставляться, зная, что не сможет избежать наказания! А вам, господа, стоило обсудить, кто бы мог кинуть его имя в кубок, а не говорить всякие глупости про ученика, которому плевать на всё и всех, кроме семьи и друзей! — Аластор прав, — кивнул Дамблдор. — Нам стоит заняться вплотную этим происшествием. Я завтра же утром свяжусь с Амелией Боунс…