Чертёнок

Нет, на руках у него бесспорно было лучше, значительно лучше, и нога не болела. Но тут начинались другие проблемы, Конси забывала как дышать, и все ее мысли были только об этих самых руках, удерживающих ее, а еще и поглаживающих. И голова кружилась, и мысли разбегались и внутри волнительно порхали бабочки, и… и… — А? Что? — до нее наконец дошло, что Рик ее о чем-то спрашивает. Она с трудом заставила себя взглянуть ему в глаза. Казалось, что он видит ее насквозь. Да, так оно и было. Ричард сразу же запретил ей думать об ЭТОМ. Мол сейчас не время, она и сама понимала, но ничего не могла с собой поделать. И все же его внушительное напоминание о том, что может грозить дяде, заставило Консуэло взять себя в руки. И глубоко подышав, как советовал ее будущий муж, девчонка наконец смогла чувствовать себя спокойно. Да и Ричард перестал поглаживать ее плечико и завел отвлекающие разговоры, за что она была ему безмерно благодарна. Она действительно никогда не была на море, и очень хотела туда попасть, так что слушала теперь его с большим вниманием. Поэтому, когда он напомнил ей, что она мальчик и с этой минуты они не отступают от ее образа ни на сантим, девушка серьезно кивнула и несколько раз повторила про себя, что она Конор. Было очень тяжело болтать ни о чем, когда чувства бурлили где-то глубоко внутри и не давали расслабиться ни на секунду. Но мысль, что от ее поведения зависит судьба ее дяди, заставляла Конси напрячь все свои актерские таланты и пытаться подыгрывать Бронсу, хотя зрителей пока не было. Она с удовольствием слушала его рассказы о своих походах, о машинах, о других увлечениях. Но сама рассказывала о себе мало, да и что могла рассказать девчонка из глубинки, городскому прожигателю жизни. Хотя Рик все равно умудрился вытянуть из нее почти всю историю ее семьи. И тут появились зрители… Ричард первый их заметил, а Конси вдруг сразу почувствовала, как напряглось его тело и стала озираться вокруг. Тогда и она увидела факелы и группу спасения из монахов, возглавляемую ее дядей. Их тут же окружили, дядя сразу же забрал Конси у Бронса и понес ее дальше сам. Правда ему хватило выдержки не открывать ее инкогнито, хотя девчонка чувствовала как подозрительно он посматривает на Рича. Но всю дорогу до храма, он не высказал ни одного подозрения вслух, только лишь спросил как давно его племянник подвернул ногу и какие были предприняты меры по облегчению боли в лодыжке. Одобрительно покивал головой на все их действия и потом не проронил ни словечка. Лишь возле самых ворот храма, когда он поблагодарил Бронса и пожелал ему удачи, надеясь распрощаться навсегда, его поджидал неприятный сюрприз. Рик обрадовал дядю, что утром хочет проведать «его племянника Конора» и поговорить насчет его обучения после окончания школы. Дядя удивился, но ничего не сказав, лишь кивнул головой в знак согласия и понес Конси домой… А вот дома они взялись за нее вдвоем с бабулей. И несмотря на то, что бабуля пыталась напоминать своему сыну, что девочке итак досталось. Дядя все же долго выспрашивал ее о том, что было у них с Риком в лесу и не обидел ли он ее. На что Консуэло четко отвечала нет и твердо стояла на своем до конца, пока дядя не заметил, что у девочки слипаются глаза и не передал ее на попечение бабушки. Бабуля напоила свою любимицу теплым чаем с горными травами и уложила спать, заботливо подоткнув вокруг внучки одеяло. Несмотря на все треволнения и море эмоций этого длинного дня, Конси заснула как убитая. А утром открыв глаза, первым кого она увидела был дядя. Он стоял в дверях и внимательно смотрел на девушку. — С добрым утром, дядя, — приветливо помахала она ему рукой. — Надеюсь, что с добрым. Консуэло, деточка, ты точно ничего не хочешь рассказать своему дяде? Знай, что чтобы там не случилось в лесу с тобой, я оставлю все это в тайне, это будет как исповедь, — дядя опять попытался вызвать девушку на откровения, но она в ответ лишь рассмеялась. — Дядюшка, да все нормально, ничего со мной не случилось. Если не считать подвернутой ноги. Да и что еще такого могло со мной случиться? — и девчонка постаралась принять самый простодушный вид, похлопав длинными ресничками. — Кхм… а этот Ричард, он знает, что ты не парень? — этого вопроса девушка боялась больше всего, потому что как-то они с Риком не договорились, что об этом говорить, а врать и попасть впросак не хотелось. Но отвечать ей не пришлось, забрехали собаки и с улицы в окно послышался голос ее рыцаря, он пришел и спас ее от необходимости отвечать на дядины расспросы. — А вот и он, легок на помине, и что ему еще надо? — дядя развернулся и пошел встречать гостя с не особо довольным видом. Он нутром чуял, что тут что-то нечисто. И как впоследствии оказалось был прав. Консуэло наскоро причесалась, еще быстрее оделась и похромала в направлении гостиной, когда была остановлена бабушкой. — Ты куда это собралась?! А ну марш завтракать, — бабушка шутливо шлепнула ее по попе полотенцем и увела на кухню. Где для внучки было приготовлено ее любимое какао и булочки с изюмом. А у Конси совсем не было аппетита, ей так хотелось подслушать, о чем будут говорить мужчины, но не судьба…