Чертёнок

Конси очень сильно нервничала. Все кругом как будто специально сговорились над ней издеваться. То бабушка своими намеками, что Ричард ей нравится вогнала ее в краску. То следом Ричард появился и давай над ней потешаться, как будто и не было того дня у озера, когда он был так нежен с ней. Но Консуэло-то прекрасно помнила, что он может быть совсем другим, и от этих воспоминаний захватывало дыхание и сердце готово было выскочить из груди. А Ричарду хоть бы что, ему мало было Конси смущать, он еще и чуть бабушку не довел до сердечного приступа. Правда насколько девушка знала, бабуля никогда не страдала сердечными болезнями. «Но все же, старенькая она уже, а Ричард в лоб про свадьбу-женитьбу и все такое…» Конси сама замерла, как громом пораженная, когда он это выдал. Одно дело, когда он о свадьбе говорил ей наедине и совсем другое, когда это было произнесено вслух при бабуле. Девчонка чуть сквозь землю не провалилась. Не мудрено, что и бабушка ложку выронила, да так и застыла посреди кухни. — Бабуля, что с тобой? — Консуэло бросилась к усаженной Риком бабушке и взяла ее морщинистые ладони в свои. Она стала легонько поглаживать их, с тревогой заглядывая в глаза пожилой женщины, когда голос дяди за спиной повторно заставил девчонку сжаться от стыда. Зато вот бабушка как-то странно отреагировала. Услышав фамилию Ричарда, она закашлялась и схватила чашку с кофе. Глаза бабули снова загорелись живым задором, напрямую заявляя, что первый шок прошел, и падать в обморок она передумала. Консуэло не успела перевести дух от беспокойства за бабушку, как тут дядя решил ее добить. Он снова стал подозревать Рика во всех смертных грехах и девчонка не выдержала — вспылила. — Обижал?! Да он… он… — ей хотелось сказать, что дядя совсем не знает, какой Ричи добрый и нежный, как он целуется, как ласкает… Но девушка вовремя вспомнила, что именно это дяде говорить не стоило, и не только дяде, вообще никому. Осознавая, что совесть ее нечиста, девчонка быстро сообразила, что лучшая защита — нападение. -…Он вправил мне вывих, а потом тащил на руках через весь лес, а ты… Я не хочу тебя больше слушать! — чувствуя что лицо полыхает стыдом, а из глаз вот-вот брызнут слезы, Консуэло хотела убежать, спрятаться от всех. Но про подвернутую лодыжку опять забыла… И валяться бы ей носом в пол с задранной юбчонкой, если бы не Ричард. Такие знакомые руки вовремя подхватили ее и она оказалась в непосредственной близости у объекта своего смущения. Конси не слышала что он там ей говорил. Ей было страшно, что дядя может все узнать. Ей было стыдно, что Ричард при всех держит ее на руках, но ей хотелось поскорее оказаться подальше от рентгеновского взгляда своего дядюшки. Поэтому она не сопротивляясь, дала Рику себя унести. Спасибо бабушке, та молча согласилась показать куда. И слава Богу она шла впереди и не видела, как Ричард коснулся губами ее носа и жарко прошептал ей в ухо, что все будет хорошо и он будет рядом. Что впрочем не помешало девчонке постыдно разреветься, как только Бронс вышел за дверь. — Консилита, маленькая моя, ну что с тобой? — бабуля обеспокоено села рядом и стала гладить ее по голове. — Почему, почему дядя так ненавидит Рича?! — девчонка кинулась на грудь пожилой женщины, взахлеб рыдая в три ручья. Наконец она могла себе позволить расслабиться, всласть выпустить все эмоции, накопившееся за вчера и сегодня. — Ну что ты, девочка моя, Нортон отнюдь не ненавидит твоего Рича, бабуля усмехнулась и приподняла голову внучки за подбородок, — глупенькая, он просто переживает за тебя, но делать это без грубости не умеет, — вытерев своим платком залитое слезами лицо девочки, бабушка нежно поцеловала внучку в лоб. — Мужчины они все такие, привыкай к этому, — она хотела прижать Конси к себе и убаюкать как в детстве, но та не далась. Замотав отчаянно головой, девушка вырвалась из объятий бабушки. — Нет! Ричи не такой! Он не грубый, он нежный и ласковый! — и только осознав, что сказала, испуганно замерла и тут же спрятала заалевшее личико в ладошки. Но бабушка поняла все по-своему. — Признавайся, ты целовалась с ним? — хитро посмеиваясь, она снова привлекла внучку к себе, не заметив, как та облегченно перевела дух и перестала трястись. — Угу, — заливаясь смущением еще больше, девочка теснее прижалась щекой к груди бабушки, — а еще он когда ногу бинтовал, он так нежно касался ее, боялся сделать мне больно, — не сильно отходя от правды, поделилась она с бабушкой. — А когда он понял, что ты девушка, а не парень? — бабушка ненавязчиво подталкивала ее к откровениям, но Конси уже успокоилась и была на чеку. — Ну вот когда я ногу подвернула, и начала падать, он меня поймал, а кепка за ветку зацепилась и слетела с меня, — об этой версии их прогулки они с Риком договорились, когда он нес ее назад. О том, что превращение из мальчика в девочку произошло после купания в озере, они благоразумно решили никому не сообщать. — А поцеловал он тебя когда? — кажется бабуля не на шутку увлеклась допросом, но приступ откровения у Конси уже прошел. — Ну бабушкааааааааа! — девочка вырвалась и снова спрятала свое покрасневшее личико в подушку, — я же не спрашиваю тебя, когда, где и как тебя целовал дедушка. Потому что это просто неприлично, расспрашивать о таком. — Ну почему же, можешь спрашивать, вот только это так давно было, что я и не вспомню, — бабуля рассмеялась и ободряюще похлопала внучку по спине, — ну ладно, ладно, не хочешь — не говори. Самое главное, что твой Ричард оказался порядочным человеком, и не на сеновал потащил, а руку и сердце предложил. Конси не совсем поняла, при чем тут сеновал, но вот про руку и сердце вспомнила и тут же испуганно подпрыгнула на кровати. — Бабуля, а если… если папа с мамой будут против Ричарда? Если они не разрешат нам пожениться, что тогда будет?! — до Консуэло только сейчас дошло, что еще не все так безоблачно, пока не дали согласие ее родители. Но бабушка как-то странно усмехнулась и провела по ее щеке ладонью, вытирая остатки девичьих слез. — Если твой Ричард тот самый Бронс, о котором я думаю. То будь уверена, твой папаша двумя руками и ногами будет за, а моя дочь, как всегда и слова против не скажет. И в кого она только такая уродилась, — Глория Андруз недовольно покачала головой. Ей с самого начала не понравился выбор Элизабет, матери Конси. Отец девочки наполовину был японец, но не это отталкивало свекровь, а патологическая жадность и деспотичность зятя. А еще, он на 12 лет был старше ее дочери, которой тогда только исполнилось 19. Хотя сама Глория и вышла замуж в неполных 17 лет, но тогда было другое время и муж был ненамного старше ее. Они лет с 14 были обручены с Джеимсом и ждали ее совершеннолетия, чтобы пожениться. Но недаром бабушка сказала Конси про сеновал. Правда Джеимс ее туда не тащил, сама пошла, но вот предохраняться они забыли. Поэтому, когда оказалось, что игры на сеновале даром не прошли. Родители Глории кинулись к жениху, а тот и не отпирался. Их быстро поженили, чтобы не пошли сплетни, но сплетни и слухи все равно поползли. Глория очень не любила вспоминать тот период, когда из-за этого им пришлось переехать от родителей в другое селение. Вот именно поэтому она не желала своей внучке перенести подобное, и была очень рада, что Ричард оказался порядочным молодым человеком. — Бабуля, а что значит «тот самый Бронс»? — удивилась девушка и Глория поняла, что Конси не в курсе, кем является ее ненаглядный Ричи. Так как она и сама не была еще ни в чем уверена, то не стала обнадеживать внучку. — Не забивай себе голову, это я так, о своем вспомнила, — отмахнулась она от внучки, — ладно, Консилита, отдыхай и не переживай, все будет хорошо, твой папаша точно такой шанс не упустит. Так что считай, что твой Ричи у тебя в кармане, — тихо посмеиваясь, пожилая женщина встала с кровати девочки и зашторила окна. — Поспи, я позову тебя на обед, или если хочешь принесу тебе сюда. — наклонившись, поправила подушку под ногой Конси и хитро взглянула на внучку. — Нет… да… ой, бабуля, я сама не знаю еще, — девушка снова смутилась и укрылась с головой, — давай я тебе потом скажу, ладно? — промямлила она из-под одеяла. Встречаться с дядей не очень хотелось после недавнего своего срыва. Но хотелось узнать, что дядя выяснил про Ричарда, поэтому девушка еще не решила, чего хочет больше. — Ладно, стыдливая ты моя, — согласилась бабушка и вышла в коридор, плотно закрыв дверь. Ей предстояло найти своего сына и выяснить тот ли самый этот Бронс, о котором она подумала и что о нем выяснил Нортон. Потому что несмотря на жадность своего зятя, отдавать внучку кому попало она не собиралась.