Чертёнок

Конси сделала так как велел ей Рик и обрадованный дядюшка назначил отъезд через два дня. И все бы было хорошо, если бы не бурный отказ Ричарда ехать на поезде. — Ричард, но по другому никак отсюда не уехать, — робко попыталась вклиниться она в разговор мужчин. — Уехать может быть и нет, а улететь как раз очень даже можно, — загадочно ответил ее возлюбленный и взялся за свой мобильник. Девочка обалдело похлопала ресницами и в непонимании обернулась к дяде. Но тот как-то криво усмехнулся и покачав головой вышел из гостиной. Консуэло, уже вообще ничего не понимая, взглянула на бабушку. — Консилита, а у будущего мужа ты это сама выяснить не желаешь? — тихо рассмеявшись, бабуля похлопала ее по плечу и тоже вышла из комнаты. Девушка осталась один на один с Ричардом, болтающим по телефону. И по мере того, как она вслушивалась в его разговор, до нее медленно начинало доходить, что она вообще ничего не знает о своем будущем супруге. Светлые бровки нахмурились, а губки поджались, девчонка, резко мотнув золотистым водопадом волос, выбежала из комнаты… Консуэло дулась все время сборов и в самолете тоже. Она не желала разговаривать с этим обманщиком. «Он обманул меня! Он ничего не сказал мне о том, что богат! Он утаил, что он единственный наследник огромного состояния своего отца! Он гадкий беспринципный обманщик! Он бессовестный лжец! Он… он…» Она кипела, ее душила обида, она не понимала, как он так мог, и отнюдь не чувствовала восторга от того, что стала невестой богача, наоборот в душе поселился страх. Конси сама не понимала, чего боится, но не привыкшая к роскоши, к этикету и прочим выкрутасам богачей, скромная провинциальная девчушка ощущала сосущую тревогу и некоторую обиду, что ей никто ничего не сказал. Она поняла, что и дядя и бабуля уже давно знали кто такой Ричард, но ничего ей не сказали. Поэтому девчонка даже с бабушкой попрощалась с прохладцей, а уж на дядю и самого виновника своей обиды вообще смотреть не желала. Так и просидела все часы перелета надув губы и отводя глаза от внимательного зеленого взгляда Рика. «Обойдется! Я на него обижена!» И если дядя только понимающе хмыкал, зная характер своей племянницы, то Ричарда на долго не хватило. И как только они прилетели и утрясли все аспекты брачного договора, мужчина тут же нарисовался в дверях ее комнаты. «Еще и целоваться лезет! Наглый обманщик!» И хотя сердечко девушки дрогнуло от волнительных воспоминаний о его поцелуях, но она решила стоять как скала. — А ты считаешь что ничего не случилось? — сверкая голубыми глазищами, она гневно уставилась на парня, — то есть то, что ты мне соврал, утаил, не сказал, что ты безумно богат, это по твоему мелочи? — щечки девушки покраснели от возмущения, она злилась на него не на шутку. — Эээээ… стоп! — он протестующе поднял руки, — когда это я тебе соврал? Ты разве спрашивала об этом хоть что-нибудь?! — совершенно не чувствуя себя виноватым, мужчина немного скептически выгнул бровь и в свою очередь вонзил свой потемневший зеленый взор в ее очи. Консуэло тут же почувствовала себя не в своей тарелке. Со своей детской категоричностью, она действительно не подумала о том, что ведь и не спрашивала ничего такого у Бронса. — Эммм… ну… мог бы и сам… рассказать, — уже не столь воинственно пробормотала девчонка разом краснея еще больше, так как взгляд мужчины медленно пополз по ее телу от лица и ниже. — А зачем? Конси, скажи мне пожалуйста, что меняет мое богатство? Меня ты устраиваешь такая какая есть, и меня совершенно не волнует размер твоего счета. — мужчина не отводя взгляда встал и пересел с кресла на диван рядом с девушкой. — Неужели, что-то изменилось от того, что ты узнала о моей содержательности? Ты стала меньше меня любить? — чуть хрипловатый голос мужчины завораживал, и Конси даже не заметила, как оказалась почти в его объятиях. Одна его рука обхватила ее талию, в то время как вторая завладела ее ладошкой. Горячие мужские пальцы стали нежно поглаживать то запястье Консуэло, то внутреннюю сторону ладони. Бедная девчонка тут же забыла как дышать, тело охватила волнительная дрожь. От каждого прикосновения к ее коже мужских пальцев, по венам расходились теплые волны. Сладко заныл низ живота, трусики буквально тут же намокли. Осознав все бесстыдство своего организма в родительских стенах, девушка сильно покраснела и непроизвольно резко сжала коленки. — Ннннет… — едва сумела прошептать Консуэло, боясь что еще чуть-чуть и с губ сорвется первый стон удовольствия. Близость Ричарда сводила ее с ума. Он был первым ее мужчиной, он был нежен с ней, он доставил ей такое удовольствие, что ей и не снилось, и при этом почти никакой боли не было. И он действительно ей не врал, она сама себя накрутила, впрочем как и всегда. Девчонка закрыла глаза, чтобы не видеть этого магнетического зеленого взгляда, иначе боялась поддаться ему прямо тут. — Ричи… прости… я… я не хотела… прости, я… просто… это было… неожиданно, — она лепетала это едва слышно, пылая пунцовыми щеками и стараясь вырвать ладонь из его горячих рук. — Рик… пожалуйста… прекрати… я… не могу… только не здесь… не надо… — ее уже лихорадило от возбуждения и страха одновременно. «Не дай Бог, сюда кто-то сейчас войдет!» Ей казалось, что ее тут же увидят насквозь, увидят все, вплоть до взмокших внизу трусиков… — Ричииии… прошу… умоляю… не надо… тут… — она едва могла говорить от переплетения таких острых противоположных чувств внутри нее. Страх и желание. И невозможно разобраться, что из них сильней… — Ну поцеловать-то свою невесту я могу, — горячее дыхание Ричарда обдало ее ушко. Тихий хриплый смех Бронса еще плыл по комнате, когда мужские твердые губы, накрыли ее дрожащие уста, на корню пресекая девичий слабый протест. К поцелую коварно присоединилась рука, что ее обнимала. Мужская ладонь неведомо когда подобралась к холмику ее груди и несильно сжала его сбоку. Консуэло слабо дернулась, застонала и легкая волна сладкой дрожи пробежала по ее телу, заставив то выгнуться в коварных объятиях будущего мужа. — Ого! — как сквозь вату услышала она восторженный возглас Ричарда. Консуэло непроизвольно широко распахнула глаза от страха и стыда. Оторвавшись от ее губ, мужчина с огромным удивлением и каким-то жадным восторгом смотрел на нее. А ей было ужасно стыдно и не совсем хорошо. Это было не так, как тогда в лесу, это было как-то смазано, и горящий в вулкане желания организм разочарованно сжался. Ощущая, как белье заливает горячей влагой, Консуэло не на шутку испугалась. «У меня что, месячные начались?!» Первым желанием было вырваться из рук Рика и бежать в туалет проверить. Но ее держали крепко. — Ричи… пусти… пожалуйста… мне… мне надо… — и сильно покраснев, девчушка опустила голову, озвучить куда ей именно надо, она так и не смогла, было очень стыдно.