За твоё счастье и покой я заплачу любую цену

      Отбор кандидатов на должность пресс-секретарей полицейских участков Зверополиса проходил в конференц-зале мэрии. В комиссии сидели сам Мэр и Шеф полиции, но, разумеется, решающее слово оставалось за капитаном участка.       …У Буйволсона уже голова кругом шла от красавиц и красавцев в полицейской форме. Бойкие зебры, грациозные антилопы, важные жирафы, представительные львы, яркие леопарды — ему казалось, что кандидаты в пресс-секретари Первого полицейского участка числом и разнообразием превосходили остальные участки, вместе взятые. Участвовали даже слоны, бегемоты и гиены. Все они по команде маршировали, поворачивались, замирали в красивых позах, с выражением читали нашпигованный юридическими терминами текст и… уходили с подиума с совершенно одинаковой мольбой во взорах, устремлённых именно на него, на капитана участка. Ему эта идея высшего начальства с самого начала не нравилась. Как только он прочёл приказ, сразу подумал: «Ну, вот на кой прах нам это бесполезное украшение в участке? Будет этакая вот красивая кукла без мозгов сидеть и хлопать глазищами, только место зря занимать. Да ещё ведь придётся кабинет специальный отводить этой персоне…» Но приказ есть приказ, вот он и сидел с отсутствующим видом, сам себя ощущая полным болваном, и остекленевшими глазами провожал очередного кандидата. Пока… Текст не был зачитан очень знакомым голосом. Буйволсон тряхнул головой и всмотрелся в очередную красотку на подиуме. Гепардиха. Лонгтэйл?!       — Офицер Лонгтэйл?! — вырвалось у него. Мэр и Шеф полиции удивлённо посмотрели на него, а потом уставились на Флавию. Та фотогенично улыбалась.       — Здравия желаю, капитан Буйволсон.       — Ты… это… как тут вообще оказалась? Среди всех этих… Её начальник был явно растерян, что ему было абсолютно не свойственно.       — Как видите, хочу быть пресс-секретарём нашего участка. Буйвол замолчал, всё так же выпучив на неё глаза. Златогрив и Рустерфилд с интересом перевели взгляды с симпатичной гепардихи на него.       — Отбор закончен! — рявкнул он и встал. — Офицер Лонгтэйл, вы назначаетесь пресс-секретарём Первого полицейского участка Зверополиса! Остальные звери, разочарованно вздыхая, побрели к выходу из зала. Кое-кто поглядывал на Флавию не только с завистью, но даже со злобой.       — …И от ваших основных обязанностей вас никто освобождать не собирается! — торжествующе ухмыльнулся буйвол.       «Кто бы сомневался», — подумала гепардиха.       Таким образом, к обычным обязанностям Флавии Лонгтэйл прибавилась почётная (или нудная, как когда) обязанность представлять свой участок перед средствами массовой информации. А заодно, Буйволсон, упирая на вторую часть названия её новой должности, с радостью скинул на неё всю бумажную работу.       По всем официальным мероприятиям, где требовалось присутствие начальника полицейского участка, Буйволсона также сопровождала Флавия. В основном, её функцией было таскать за ним папки с бумагами, красиво улыбаться под «прицелом» фото- и телекамер, изящно позируя на фоне огромной и неприступной, как утёс, фигуры капитана, а также кивать в такт его ворчанию на тему «И зачем это всё нужно, опять куда-то потащились, стой тут как дурак и выслушивай всякие усыпляющие речи, от которых всё равно толку ни на шерстинку».       Единственным на данный момент приятным исключением стали те самые Большие полицейские соревнования на Кубок Зверополиса. Здесь Буйволсон не ворчал, а азартно болел за свой участок. Вовремя предпринятые им меры по подготовке команды полностью оправдались. Его подчинённые выступили очень достойно и даже опередили другие участки в стрельбе и единоборстве. Но по сумме всех дисциплин команда заняла всё-таки второе место. Первой стала команда участка из тропического леса, которая всегда славилась своей атлетической подготовкой, и просто затмила остальных на главном соревновании, полосе препятствий. А ещё больше обрадовался обычно суровый капитан Буйволсон, когда Лучшим полицейским Зверополиса объявили… Николаса Пиберия Уайлда.       Смущённый, но всё-таки довольно улыбающийся лис поднялся на центральную трибуну. Мэр Златогрив вручил огромный, сияющий золотом кубок представителю команды-победительницы, а второй кубок, чуть поменьше, передал Шефу полиции Рустерфилду, чтобы тот вручил его Лучшему полицейскому Зверополиса. Ник воздел трофей над головой, и трибуны ответили восторженным рёвом и топотом. Затем он передал кубок капитану Буйволсону, глаза которого казались подозрительно увлажнившимися. Все представительные звери в Главной ложе поздравляли, пожимали лапу и говорили красивые слова лису, а тот благодарил и жмурился от удовольствия: думал ли когда-нибудь старый мошенник Ник Уайлд, что к нему будет столько внимания и уважения от таких важных персон! Флавии Лонгтэйл тоже представилась возможность поздравить друга, она обняла лиса и поцеловала. Потом она скромно отошла назад и продолжила изо всех сил аплодировать. Все зрители на трибунах также кричали, свистели, рычали, выли, хлопали и топали, но громче всех — коллеги Ника по участку. А из коллег — конечно, Джуди Хопс.       В последнее время Ник очень сдружился с Флавией, может, как раз потому, что почти перестал общаться с Джуди. Крольчиха же чувствовала ещё большую неловкость рядом с бывшим напарником: её роман с кроликом развивался стремительно. Она не знала, как сказать об этом Нику, и даже не знала, надо ли вообще что-то говорить. Лис был её намного старше и наверняка опытнее. Он не мог не замечать или не понимать, что происходит.       И в конце концов Джуди пришла к выводу, что всё-таки этот разговор необходим, она должна быть честной с Ником. Их дружба обязывает её отнестись к лису с уважением. Но даже несмотря на принятое решение, она никак не могла найти в себе силы объясниться.