Граница между нами

Чонгук бесшумно крался по лесу, прячась в тени, преследуя тех, кто хотел его смерти. Это было глупо. Очень. Чонгук такого не прощает. Сейчас они были возле границы с Горными Кошками. Это Чонгуку только на руку. Сжав лук покрепче, он достал стрелу и прицелился, оттягивая тетиву до упора. Миг - и один из четверки, удивлённо глядя на стрелу, торчащую из груди, с глухим звуком падает на траву. В мертвой тишине звук от удара тела о землю кажется слишком громким и звонким. За первым упал второй. Затем третий. Оставшийся человек нервно оглядывался по сторонам, прикидывая, куда лучше бежать. Неспеша, Чонгук вальяжно вышел из тени, направляясь к оставшемуся мужчине. -Я разочарован, Сонли. - медленно протянул он. - Очень. Что же мне с тобой делать? От охватившего его ужаса Сонли не мог сказать ни слова. -Кто послал вас? - жёстко спросил Чонгук, доставая из ножен Сонли кинжал и подходя вплотную к изменнику. -Если...если я...скажу, ты... помилуешь меня? -Возможно. - ухмыльнулся Чонгук, приставив клинок к горлу собеседника. -Это... -Кто это был? Я желаю услышать лишь имя. -Тэ..Тэхён. Услышав то, что ему было нужно, Чонгук улыбнулся и всадил кинжал в сердце Сонли, по самую рукоять. -Но...ты же... - прохрипел тот, захлебываясь кровью. -Что я? - поднял брови Чонгук, проворачивания кинжал и смотря в стекленеющие глаза. - Ты был настолько глуп, что поверил мне. Ты сам виноват. Вынув кинжал из чужой груди, Чонгук брезгливо поморщился и перебросил его через границу. Через полчаса Чонгук преспокойно мыл руки в ручье, напевая что-то себе под нос. У него было отличное настроение. Почти. Завтра он опять пойдет на границу с Речными, чтобы, если повезёт, увидеть того светловолосого парнишку. У Чонгука к нему проснулся интерес. Нешуточный. Чимин заинтересовал его, а это значит, что теперь он никуда не денется. *** -Чем ты, блять, думал? Где твоё сраное благоразумие? Ты вообще о себе не беспокоишься? - орал Намджун, пока Чонгук разглядывал свои ногти и представлял водопад. -Ты меня слушаешь, мелкий уёб... -Слушаю, слушаю. - быстро перебил старшего брата Чонгук, опасаясь, что скоро весь дворец услышит, что он мелкий уёбок. -Что-то по тебе не видно. - зло прищурился Намджун, постепенно успокаиваясь. И уже тише продолжил: - Как ты до такого додумался? Это же, блять, граница, а не лесная опушка. Если узнают, что это сделал ты, тебя казнят! Понимаешь? Ты выбросил четыре трупа на территорию Горных и думаешь, что тебе это сойдет с рук? -Я не думаю, я знаю. - самоуверенно сказал Чонгук. - Это, скажем так, была самозащита. Ничего не докажут, я ведь запах глушил. -Придурок! - прошипел Намджун. -Просто делай то, что тебе говорят и у тебя не будет проблем. Ты мешаешь Тэхёну стать вождём, так что сиди тихо и не высовывайся. -Я ему не помеха. - горько ухмыльнулся Чонгук. - Я же бастард. -Но если отец тебя признает, ты сможешь стать вождём. -Но я не хочу им быть. -Тогда, будь добр, объясни это Тэхёну. - закатил глаза Намджун. -Иначе скоро от нас с тобой ничего не останется. -Я сделаю это позже. Не хочу сейчас его видеть. Чонгук ушёл, громко хлопнув дверью, а Намджун всё стоял и смотрел на дверь. Хоть они и не были родными, а двоюродными братьями, они были очень близки. И Намджун очень дорожил этой близостью, хотя и часто ссорился с Чонгуком. -Не попади ни в какое дерьмо, Чонгук. Возможно, я не смогу тебе помочь. *** Последние четыре дня Чимин чувствовал себя как выжатый лимон. Злясь на сына за то, что тот убежал, Лисан заставил его учиться, учиться и ещё раз учиться. Чимин заучивал имена вождей, наследников и их родственников всех трёх кланов. Но особенно его заинтересовал Лесной клан, ведь Чонгук принадлежит к нему. Как оказалось, Чонгук - бастард вождя, Тэмина, и не имеет прав на трон, хотя он старше наследника, Тэхёна. Ещё у него есть старший двоюродный брат, Намджун. Горный клан не особо заинтересовал Чимина, но всё, что нужно, он выучил. Сейчас все были заняты, ведь через два дня состоится Совет Трёх Вождей. Он проходил каждый год в одном из трёх кланов. В этом году он будет проходить в Речных землях. Этого Чимин очень ждал, ведь впервые он будет присутствовать на приеме, увидит людей с других земель, сможет с ними пообщаться. И там обязательно будет Чонгук. Но сегодня Чимин просто не мог больше ждать. Он стащил у целителя белую луну, траву, что глушит запах, ведь собирается снова пересечь границу. Это "снова" казалось ему слишком запретным, слишком сладким. Предварительно заглушив свой запах, Чимин накинул любимый чёрный плащ и вышел из комнаты, оглядывая коридор. Чимину лишь на руку было то, что все сейчас заняты. Он быстро бежал коридорами, спускался по лестницам и, наконец, он выбежал из дворца. Облегчённо выдохнув, Чимин пошел по улицам, лавируя среди толпы людей, благо, дворец построен почти на окраине, так что скоро омега уже заходил в лес. Почувствовав запах хвои и свежести, мягкий мох под ногами, Чимин побежал прямо к границе, глупо улыбаясь. Он долго бежал и совсем выдохся, поэтому перешёл на шаг. Хорошо хоть, что до границы всего ничего. Заметив впереди патруль, Чимин спрятался в кустах ежевики, боясь издать лишний звук, но это не помешало ему наесться ягод. Когда патруль ушёл, Чимин вылез из своего укрытия и пошел вперёд. Дойдя до границы, он в нерешительности замер. А если Чонгука здесь нет? Ведь окажись здесь вместо Чонгука кто-то другой, проблем омеге не избежать. Пока Чимин думал, из кустов напротив вышел Чонгук, сверкая своими черными глазами. Увидев его, Чимин больше не мог сдерживаться и, перебежав через границу, остановился напротив Чонгука. -Ты снова нарушил границу, милый. - сказал насмешливо Чонгук. -А кто в этом виноват? - дерзко спросил Чимин, подходя ещё ближе, оставляя между их телами жалкие сантиметры. Но Чимину этого мало. Он хочет большего. Он чувствует теплое дыхание на своём лице, ощущает жар чужого тела и это для него как наркотик. -Мне нравится твоя дерзость, Чимин. - шепчет на ухо Чонгук, облизывая ушную раковину, а потом прикусывая мочку, отчего тот резко втягивает воздух, прерывисто дыша. -А мне нравишься ты, Чонгук. - выпаливает не думая Чимин, о чем сразу же жалеет. -Ты мне тоже нравишься. - ухмыляется Чонгук, перед тем как поцеловать чужие губы.