***
Ханджи сидела и заполняла отчёты. Микаса сидела рядом и активно помогала. Неожиданно в кабинет влетела Петра, ну конечно же без стука. — Петра, тебя стучаться не учили? — спокойно проговорила Микаса, — Зачем пришла? — У Леви день рождения! Он сейчас ходит по замку и орёт на всех словно умалишённый. У меня тут идейка возникла, может поздравим его? — Умалишенный, говоришь, так это же обычное состояние Леви, — Ханджи была явно недовольна появлением Петры в её кабинете. — Ну и что ты предлагаешь? Каким способом ты хочешь его поздравить? — Микаса была заинтересована этой идеей. — Просто подарить что-нибудь, ну или поздравить. Я не знаю, но у меня подарок есть, — Петра была явно озадачена, но ход её мыслей прервала Микаса. — Петра, мы с Ханджи согласны, но есть одна не состыковка. Когда поздравлять-то будем? — В 19:00 около кабинета капитана, — закончив свою речь, Петра удалилась.***
19:00. Кабинет капитана. Каждый член штаба пришёл, чтобы поздравить капитана, не смотря на его ужасное настроение, он был рад видеть каждого солдата, пришедшего поздравить его. Эрвин поздравил друга ещё с утра, тем самым испортив ему настроение, ведь кроме подарка, друг преподнёс ему пачку отчетов, которые нужно было сдать к следующему утру. Каждый подарил Леви то, что считал нужным. Петра подарила упаковку чая ассорти, Эрен подарил новый чёрный сервиз с серебряными узорами, ведь после последней гулянки от капитанского сервиза осталась всего одна чашка. Ханджи купила ему в подарок платиновую цепочку с часами, Микаса подарила ему шарф и большую коробку с неизвестным содержимым, которую она попросила открыть после того, как все уйдут.***
Прошло около пятнадцати минут после того, как все разошлись. Леви нетерпеливо потянул ленту коробки, предвкушая загадочный подарок. Открыв коробку, он не то что был в шоке, он просто офигел, хотя это очень мягко сказано. В коробке лежали ботфорты, и не абы какие, а красные, так ещё и на шпильках! Выудив их из коробки, он посмотрел на размер, удовлетворившись что Микаса не прогадала. Надев один сапог, ощутив его весьма удобным, надел второй. Пройдясь по кабинету, и продемонстрировав дефиле невидимым зрителям, он придумал завтрашнее шоу.***
<b>7:00. Тренировочная площадка<b> Так как на улице было довольно-таки холодно, тренировки проходили в тренировочном зале, и построение было там же. Ханджи и Эрвин были уже в зале, как и отряд, опаздывал только капитан. Ну, а Леви явно решил не торопиться. Надев ботфорты, колготки в крупную сеточку, шортики с потертостями, которые незаметно спизданул у Петры, он выглядел как прирожденная шлюшка с шикарным задом. На верх он надел, топ который спиздил также у подчинённой, и красную рубашку в клетку, при том эта рубашка не являлась собственностью Петры, она принадлежала Ханджи, которую она с радостью одолжила ему. Выглянув из коридора капитан, осмотрелся, нет ли там солдат. Он вышел из кабинета и пошёл в зал. Зайдя в зал для тренировок, капитан увидел удивленные взгляды не только солдат, но и командиров. Пройдя походкой от бедра, он встал вместе с Ханджи и Эрвином. Девушка довольно хихикала, то и дело посматривая, на Микасу. Главнокомандующий опомнился только через две минуты, и то после того, как Ханджи дала ему подзатыльник. — Солдаты, тренировка отменяется, так как всеми любимый капитан заболел! — Эрвин, ты что несёшь? Я совершенно здоров, и могу готовить легионеров к ближайшей вылазке. Подойдя к отряду он начал говорить: — Двести пятьдесят кругов для разминки! Бегом марш! Весь отряд бежал и обсуждал выходку капитана, но одна девица из-за которой все произошло, бежала с довольной ухмылкой на лице. Один солдат Миллиус Зермушки, отлучился на минуту, и подошёл к капитану. — А таким капитан вы мне больше нравитесь, — самодовольно произнёс солдат, — Такой горячий, сексуальный, да и в таком виде, ммм — Зермушки облизнулся, представляя как горячо целует капитана, лапает шикарную задницу, а потом имеет его во все щели, — Зайдите сегодня в семь, в комнату 247, — произнёс Миллиус, доставая карточку с номером комнаты, — он убежал, оставив Леви на попечение Ханджи и Эрвина, которые ржали до слез. Сам же Леви был в ступоре. Как думаете, кто же додумался попросить Зермушки совершить такое?