Я стану твоим медикаментом

Лайт сидел в салоне автомобиля и смотрел в окно, где с большой скоростью мелькали фонари и небоскрёбы, сливаясь в неприятную для глаз тёмно-серую массу. Слева находился L, который не издавал ни малейшего шума, из-за чего можно было практически забыть о его присутствии в принципе. Позади ехала полицейская машина; она в точности повторяла их маршрут. Тревога и легкий страх ни на секунду не покидали Лайта, отчего ему оказалось достаточно тяжело спокойно усидеть на одном месте без каких-либо телодвижений и приходилось то и дело менять положение ног, закидывая то левую на правую, то наоборот. Во всей спешке он даже едва не забыл надеть куртку, но быстро опомнился — мерзнуть не казалось такой уж заманчивой перспективой. Рюдзаки же непонятно откуда взял темно-серое пальто с бурой меховой опушкой на капюшоне. Однако в его случае от предмета гардероба не было особого прока, ведь то осталось расстегнутым для возможности по-прежнему подтягивать к груди ноги в сидячем положении. «А что, если она исчезла из-за меня? — жуткая мысль сама собой завертелась в голове Лайта. — Может быть, мой поступок тогда слишком сильно задел её, и теперь она решила заставить меня поволноваться? Это было бы вполне в духе Мисы». Теряясь в догадках, он не сразу заметил, что автомобиль остановился. Рюдзаки в спешке вышел, останавливаясь, чтобы подождать Лайта, которому пришлось вылезти из того же входа, так как в просьбе снять цепь было отказано — решили лишь заменить ту на более короткую для меньшего привлечения внимания. Стоит ли говорить, что это не пришлось по нраву Лайту, который раздраженно наматывал на руку звенья и прятал их под длинный рукав легкой тёмно-бежевой куртки. Они шли по узкой дорожке: справа и слева стояли аккуратные дома, огороженные невысокими заборчиками. У кого-то в саду пестрили своими яркими окрасками хризантемы, у других же росли деревья, частично скинувшие свою «одежду» из пожелтевших листьев в преддверии зимы. Это напомнило Лайту его собственный дом, где его всегда ждет любящая мать и младшая сестра, которой старший брат с удовольствием объяснял непонятные той школьные темы. И, наверное, ему было бы даже приятно здесь прогуляться, если бы не факт, что пропал человек, а позади идут Моги и его отец, готовые к поимке вероятного преступника. — Мы на месте, — донеслось со стороны Рюдзаки, когда все дошли до гостеприимно открытой калитки и остановились. Лайт обернулся на стоящий рядом с забором почтовый ящик. И правда: адрес соответствовал тому, что смог отследить L. «Не похоже на штаб-квартиру маньяка», — он подозрительно оглядывал здание. Металлический звон заставил отвлечься от предварительной оценки дома и проследить за натянувшейся цепью. — Рюдзаки, что ты делаешь? — удивленно спросил Ягами Соитиро, наблюдая за действиями детектива, который без капли смущения открыл почтовый ящик и достал оттуда несколько писем. — Это вторжение в частную жизнь, — вставил своё слово нахмурившийся Лайт. — Мы не знаем наверняка, что живущий здесь человек не представляет угрозы. — L несколько секунд держал конверт двумя пальцами одной руки, оставляя другую в кармане пальто, затем перевернул его и быстро пробежался глазами по имени и фамилии того, кто являлся адресатом. — Натсуми Хирано. Нам довольно повезло, что здесь живет девушка. Он вернул письмо на место и, иногда шаркая по асфальту, прошел мимо приоткрывшего от его наглости рот Лайта в сторону дома, но остановился через несколько шагов. — Господа, — начал L, обернувшись через плечо, — я бы попросил вас не вмешиваться за ненадобностью. Если мы не выйдем в течение десяти минут, будьте готовы вызвать подкрепление. Идем, Лайт-кун. Тот, до сих пор сбитый с толку, быстро переглянулся с отцом, которого тоже не устраивала данная затея, и все же последовал за терпеливо ожидающим Рюдзаки. Полицейские спешно отошли в сторону, чтобы владелица дома не увидела их. — И что мы скажем, Рюдзаки? L нажал на звонок и засунул руку обратно в карман. На этот раз внутри что-то звякнуло, причем достаточно громко. Он вынул оттуда сцепку с двумя ключами, (чем очень удивил Лайта, ведь тому не было известно о ней), выбрал нужный и, приподняв левый рукав чужой куртки, снял наручник. Затем освободил от "оков" и себя и убрал их вместе с ключами обратно в карман. — Не мы, Лайт-кун. Это твоя задача. Ты более социален, нежели я. К тому же, девушки любят красивую внешность, а тебе нужно лишь правильно использовать её. Лайт поперхнулся воздухом и осуждающим взглядом посмотрел на спрятавшего нижнюю часть своего лица в воротнике пальто Рюдзаки. Не успел он высказать все то, что думал о ситуации в данный момент, как дверь, наконец, открылась, а из-за неё выглянула миловидная девушка, которой на вид не больше двадцати лет. Лайт визуально оценил владелицу дома и не нашёл в её внешности ничего, что могло бы давать повод думать, будто перед ним убийца или кто-то наподобие. Приятная внешность, коротко стриженные тёмно-коричневые волосы до плеч обрамляли круглое лицо, а в светлых серых глазах можно было заметить искорки доброты и непоседства. В общем, обычная девушка, любящая много поболтать и повеселиться — именно таким оказалось его первое впечатление. — Здравствуйте. Чем я могу вам помочь? — вежливо осведомилась она, снизу-вверх осматривая двух незнакомцев. Легкая улыбка отразилась на тонких губах, стоило ей перевести свой взгляд обратно на Лайта. Мысли последнего уже усмирили свой бег, отчего сосредоточиться на вверенной роли стало бесспорно легче. Следуя уже известной схеме, Лайт обаятельно улыбнулся и притворно-скромным голосом проговорил: — Здравствуйте. Извините за беспокойство, но не могли бы вы позволить мне позвонить с вашего телефона? Я забыл свой дома по рассеянности, а мой друг из принципа не берет с собой мобильный. — Ох, бедняжки. — Лицо девушки исказило сожаление, и она быстро открыла дверь теперь уже нараспашку. — Проходите внутрь, я напою вас чаем и дам телефон. Она отошла к стенке, позволяя молодым людям беспрепятственно войти в дом. — Большое спасибо, — буркнул Рюдзаки в воротник, из-за чего даже стоящий рядом Лайт с трудом смог разобрать сказанное. Он спокойно, даже как-то лениво прошел в прихожую, а за ним и Лайт, который закрыл за собой входную дверь, мысленно начав отсчитывать десять минут. — Снимайте верхнюю одежду, я повешу, — немного взволнованно пролепетала девушка и подошла к Рюдзаки, чем вызвала искренне удивление последнего. — Спасибо, но нам ведь нужно только позвонить, — напомнил тот, но владелица дома уже сняла с него пальто и повесила на крючок. — Нет-нет, я не позволю гостям находиться у меня дома в неудобной для помещения верхней одежде. Поэтому снимайте, а я пока заварю чай, — улыбнулась она и оставила парней, а сама пошла в другую комнату. Скорее всего, на кухню, так как послышалось громыхание и шум воды, как если бы кто-то мыл посуду. Лайт решил не тратить и без того ограниченное количество времени, поэтому быстро снял куртку и подошел к шкафу, чтобы пристроить ее на свободный крючок. Вдруг он услышал очень быстрое шарканье по полу позади себя, будто маленький ребенок целенаправленно бежал к нему. Только вот дети не могут издавать такие звуки при беге. Занервничав, Лайт резко обернулся и увидел некрупную ярко-рыжую собаку, пронёсшуюся в нескольких сантиметрах от него прямо к L, который от неожиданности издал непонятный звук, похожий на вскрик и с глухим ударом прижался спиной к входной двери. Животное немедля вскочило на задние лапы, а передними упёрлось в живот инстинктивно отвернувшегося Рюдзаки. Юноша уже шагнул вперёд, чтобы оттащить собаку, но та вдруг громко гавкнула, заставив обоих вздрогнуть, а затем радостно завиляла хвостом и потянулась мордой к лицу до сих пор встревоженного детектива. На шум прибежала перепуганная девушка в милом светлом фартучке и лихорадочно забегала глазами по всей прихожей, как если бы ей сообщили, что там спрятана бомба. Увидев, что происходит, она немедля отдалила своего питомца за ошейник от L, который рвано выдохнул и немного сполз по двери, возвращаясь в свою согнутую позу. Ягами бегло пробежал взглядом по тому и мысленно успокоился, что тот не пострадал (моральное спокойствие в расчет не берется). — Фуку, нельзя! — шикнула на тянувшегося вперед любимца девушка, всё ещё держа того за ошейник. — Простите, обычно он так себя не ведёт. Мне очень жаль, — она резко поклонилась, заставляя Лайта еще больше пожалеть, что он пришёл сюда. По Рюдзаки нельзя было однозначно сказать, задумался он или же до сих пор был немного взволнован, так как его голова была слишком низко опущена, чтобы разглядеть эмоции на лице. — Теперь я просто обязана напоить вас чаем, иначе я не смогу искупить свою и его, — хозяйка медленно кивнула на севшего и довольно высунувшего язык пса, — вину. Лайт некоторое время молчал, но затем на его лице появилась миловидная улыбка, а сам он произнёс: — Хорошо. Если других способов искупить вину этого милого существа нет, мы с радостью выпьем чаю. Правда ведь, Рюдзаки? — Верно, — тихо подтвердили после небольшой паузы. Девушка воссияла радостью, и, сказав гостям разуться, она (теперь уже с собакой) снова скрылась за углом. Даже в прихожей теперь чувствовался приятный аромат зеленого чая, который, судя по всему, был уже готов и ожидал, пока им насладятся. Когда Лайт наклонился, чтобы поставить свою обувь на специальный коврик, в полутьме коридора что-то сверкнуло, и отблеск неприятно уколол по глазам, заставив резко прищуриться. Он постарался вглядеться в темноту. Поначалу удалось распознать лишь очертания комода, на котором лежало аккуратное ручное зеркальце и… — Рюдзаки, — немного нервно прошептал он, слегка пригнувшись и подозвав второго рукой, — посмотри. L, наконец, "отлип" от двери, а затем подошел ближе, не до конца понимая, что должен был увидеть. В следующее мгновение его глаза расширились от удивления. — Телефон Аманэ Мисы... — И её зеркало, — дополнил Лайт, у которого уже был просто рой ужасных мыслей и предположений, где сейчас могла находиться несносная девушка и все ли с ней в порядке. Грохот посуды заставил обоих резко обернуться в сторону источника звука в страхе обнаружения их пристального интереса к обыденным вещицам. Когда никаких звуков дальше не последовало, Лайт в усердной попытке успокоиться закрыл глаза и медленно выдохнул через рот. Ему определенно необходим отдых после такого — нервная система уже не справляется так же хорошо, как прежде. — Ягами-кун, послушай меня, — начал тихо говорить Рюдзаки, подойдя к тому почти вплотную. — Я знаю, как надо действовать, но мне потребуется твое сотрудничество. Лайт едва заметно кивнул, ожидая дальнейших инструкций. Разве ему был предоставлен выбор? — У нас остается семь минут и двадцать три секунды, чтобы понять, здесь Аманэ или нет, а затем уйти, — продолжал спокойно L, глядя на сосредоточенного оппонента в упор. — Сейчас имеются два способа выяснить правду, но они больше зависят от Натсуми, чем от нас. Ты снова должен будешь сыграть главную роль, и, пусть ты ненавидишь притворство, но другого нам не дано. — Да понял я, Рюдзаки, — немного закатил глаза от излишних подробностей Лайт. — Давай к делу: что именно я должен сделать?