Притворство

      Я тебя люблю…       Три заветных слова. Они дарят неописуемую радость, сердце готово ликовать как минимум вечность, внутри медленно разливается приятная теплота, согревающая душу и обволакивающая, словно тончайшая кружевная вуаль. Ее невозможно увидеть, ее невозможно потрогать, можно лишь почувствовать. Она осторожно окутывает и прочно опутывает все твое естество. И уже не сбежать, не скрыться. А если каким-то чудом это удастся сделать, ее узор в любом случае навсегда отпечатается на тыльной стороне сердца.       Три заветных слова.       Удары в груди учащаются, даря сладко-острую боль при каждом малейшем движении. Нежный румянец так сложно скрыть, на кончиках пальцев едва ощутимое покалывание, мелкая дрожь во всем теле, эпицентр которой — странный вихрь из бабочек где-то в животе. И, самое главное, — глаза. Они ясно отражают ураган эмоций, клокочущий внутри, успокоится который совсем не скоро. Оживление, пусть даже несвойственная энергичность и одновременно смущенное желание укутаться и спрятаться в каком-нибудь уголке, где никто не увидит этой чудовищно счастливой улыбки на все лицо, подавить которую не представляется возможным, но и не хочется выглядеть глупо. Такие противоречивые чувства, однако, это не важно. Имеет значение лишь безграничное счастье. И, откуда ни возьмись, появляется нелепое желание поделиться им со всем миром. Хотя, возможно, и не такое уж оно и нелепое.       Три самых заветных слова.       Описанная выше реакция является нормальной и привычной, а что же до Нацу, то… пожалуй, в гроб кладут краше. Разумеется, Люси не могло это не насторожить.       — Нацу, теперь ты будешь играть в молчанку? — осторожно спросила она после нескольких минут опасной тишины.       — Мне надо подумать.       — Я же тебе не предложение сделала, чтобы так уходить в себя.       — Не смешно.       — Ты… разочарован? — Люси сидела боком к парню, обреченно склонила голову на спинку дивана, всматривалась в его лицо и спокойно ожидала худшего ответа. Она к этому готовилась, и она готова, держа при себе примерный план.       — Думаю, да.       — Разве все так плохо?       — Просто появилась проблема. — Драгнил откинул голову и многозначно уставился в потрясающе интересный белый потолок.       — Мои чувства — это проблема?       — Ага.       — Мог бы и соврать.       — Уже нет смысла.       — Значит, до этого момента ты мне врал?       — Постоянно.       — Ясно.       — И все? Даже не будешь злиться?       — Я догадывалась.       — Тогда я еще больше не понимаю.       — Чего именно?       — Почему?       — Почему я в тебя влюбилась?       — Ага.       Юноша повернулся к сидящей рядом странной, по его мнению, девушке, и увидел еще более странную реакцию на свой вопрос: она улыбалась ему. Так просто, бесхитростно и нежно. Но то мгновение было недолгим, на его же радость, поскольку продолжи она испускать столько приторной теплоты, Драгнила бы стошнило от чудовищной сентиментальности, которую он так не любит.       — Разве для любви нужна причина?       — О-ох, не спрашивай меня, — скривился Саламандр. — Если честно, мне плевать.       — Презираешь любовь?       — И все, что с ней связано.       — Но я люблю тебя. Значит, ты презираешь и меня?       — Уже на грани.       — Печально. — Она тяжело вздохнула, но продолжала улыбаться краешками губ.       — У тебя такой вид, будто ты что-то задумала, — предположил юноша после короткого взгляда на девушку.       — Какой ты проницательный. — Улыбка стала чуть шире.       — Нет, умоляю, только не говори, что намерена показать все прелести любви, будешь пытаться переубедить меня, отогреть мое зачерствевшее сердце всепоглощающими сантиментами и бла-бла-бла.       — Кто знает. Хи-хи.       — Я ухожу.       Молодой человек моментально подскочил с дивана и направился к выходу.       — Погоди, Нацу, я же пошутила. — Она успела ухватить его за руку прежде, чем он начал обуваться. — Не злись так.       — Меня раздражают подобного рода шуточки.       — Ой, какие мы нервные.       — Люси, — резко выдернув свою руку, он развернулся к ней и удостоил самым холодным взглядом, — ты лжешь.       — И о чем же? — Она удивленно вскинула брови.       — Ты не знаешь меня настоящего, поэтому не могла полюбить. Ладно еще, если бы прошло больше времени, но так быстро просто невозможно. Я тебе не верю.       Поздний осенний вечер, пасмурная погода, порой редкие порывы ледяного ветра, слякоть — фона под неприятные споры двух молодых людей лучше и быть не могло. На мгновение даже теплый комнатный свет показался серым, словно весь мир утратил краски, сопереживая тем, кому необходимы понимание, спокойствие и тишина.       Нацу хотел уйти, немедленно и безвозвратно. Теперь редчайший горький кофе до тошнотворного был разбавлен сахаром. Пусть он сам поставил его перед ней, но никак не рассчитывал, что она сразу возьмет и высыплет все. В итоге, он испорчен.       Какая жалость.       Раздраженную тираду Драгнила для большей убедительности подкреплял презрительный взгляд сверху вниз. Казалось, что туман стал еще гуще и холоднее, но Люси была бы не Люси, если бы не продолжала напролом следовать туда, куда тяготеет ее сердце.       — Чего ты боишься, Нацу? — со спокойной и немного печальной улыбкой спросила Сердоболия.       — Я?! Боюсь?! Что за бред! — Ее невозмутимый голос вызывал у него желание перейти на крик.       — Не нужно так нервничать. Пойдем, я заварю тебе зеленого чайку, чтобы успокоиться. — Не дожидаясь ответа, она сразу направилась на кухню. Слегка разозленный Нацу последовал за ней, желая доказать правоту своих слов упрямой девице.       — Предпочитаю черный, — процедил он сквозь зубы и плюхнулся на стул.       — Хорошо.       — Знаешь, ты сейчас слишком невозмутимая.       — И тебя это бесит?       — Если догадалась, то не веди себя так.       — С чего бы мне подстраиваться под твое мнение?       — Но ведь ты меня любишь. — Нацу специально сделал пренебрежительный акцент на противном слове.       — И что? Думаешь, я буду млеть от любого твоего взгляда и кидаться на шею при каждой встрече?       — Ну да.       — Фу… — Сердоболия поставила чашку с горячим напитком перед гостем, при этом недовольно покосившись от его глупых слов. — Неужели я похожа на такого человека?       Ее, казалось бы, простой вопрос застал Нацу врасплох. А ведь и правда. Она заинтересовала его как раз потому, что отличается от прочих девушек. Тогда, получается… и отношения с ней должны быть другими… Всего на секунду, представив их с Люси счастливую парочку, у Драгнила скрутило живот в приступе тошноты.       — Какие мысли так скривили твое лицо? — поинтересовалась Люси, попивая чай и наблюдая за забавной сменой эмоций, хотя и сама догадывалась о причине.       — Не важно.       — Слушай, Нацу, — опустив чашку на стол, она ненадолго замолчала, всматриваясь в свое расплывчатое отражение, — разумеется, мне, как и большинству девушек, порой хочется нежности и романтики, но, знаешь, это отнюдь не главное. — Еще одна небольшая пауза, которую, к счастью, Саламандр не прерывал своими излюбленными язвительными фразочками, благодаря чему решимость все возрастала, и она продолжила более твердо и уверенно. — Я понимаю, что все эти розовые сопли не для тебя. На самом деле, и не для меня. В отношениях ведь очень важно взаимопонимание, поэтому я не жду от тебя невозможного, и уж тем более не собираюсь требовать. Ты такой, какой есть, и я тоже. Скажу тебе прямо: я хочу, чтобы мы были вместе. Если в данный момент ты не веришь, что я люблю тебя и что моя любовь отличается от той, что тебе доводилось видеть раньше, то я докажу тебе это со временем. Но перечеркнув все сейчас, ты не узнаешь довольно многого, а мне бы хотелось, чтобы однажды ты вспомнил этот вечер и понял меня. Или хотя бы попытался.       — Что ж, Люси, — тяжело вздохнув, Драгнил почему-то усмехнулся, — с твоим характером сомневаюсь, что ты отступишь, если я скажу тебе «нет», поэтому сэкономим время нам обоим. В конце концов, ты еще можешь быть мне интересна. Однако, как мне известно, в отношениях ценят верность, а от меня это ждать бессмысленно и глупо. Поэтому у меня к тебе вопрос: ты готова мириться с тем, что я бабник?       — Эту проблему можно решить довольно просто. — Легко отмахнулась Люси, забрала пустые чашки и поставила их рядом с раковиной.       — Неужели? — Удивлению Саламандра не было предела.       — Да, поскольку…       С хитрой улыбкой она приблизилась к Нацу, насильно откинула его на спинку стула и, раздвинув ноги, села на него. Руки сразу были запущены в лохматую шевелюру, а губы жадно тянулись за желанным поцелуем.       — … поскольку мне всего лишь нужно затмить всех остальных девушек, тогда ты сам не захочешь никого, кроме меня.       — Довольно громкие слова. — Подхватив девушку за ягодицы, Драгнил поднялся и посадил ее на стол. Она покорно легла, обвив своими ножками его бедра, и наслаждалась кратким мгновением нежности, пока он водил кончиком носа по ее шее, вдыхал притягательный аромат лаванды и продолжал разговор. — Не слишком ли ты самоуверенна?       — У тебя научилась.       — Разве я разрешал?       — Мне не нужно разрешение. Я собираюсь делать все, что захочу.       — В таком случае, я тоже.       — И чего ты тогда ждешь? — ответила она на его распаляющийся вызов в глазах.       Все разговоры на этом закончились, поскольку им было просто не до них. К всеобщей печали, через несколько минут, когда уже большая часть одежды была разбросана на полу, мобильник Нацу оповестил своего владельца о новом сообщении. Нехотя ему пришлось отвлечься.       — Эй, может, потом прочитаешь? Мы вроде заняты.       — Погоди секунду, вдруг это что-то срочное.       Несколько слов от незнакомого номера и подпись под ними исказили лицо Нацу раздражением и злостью. Он выпрямился, освобождаясь из нежной хватки, недовольно хмыкнул и положил телефон на стол.       — Что-то случилось? — забеспокоилась Люси, и потому тоже поднялась, прикрывая руками оголенную грудь.       — Мне срочно нужно кое с кем встретиться, — пробубнил он, пока одевался, — а потом я вернусь. Насчет твоего предложения… я согласен. Пока что. А там посмотрим.       — Все в порядке?       — Да, улажу одно дело и сразу обратно.       Еще один горячий поцелуй, и парень спешно ушел, оставляя хозяюшку в неведении и непонимании. И торопиться ему было куда. Уже спускаясь в лифте, Драгнил перезвонил человеку, так не вовремя отвлекшему его.       — Где встретимся? — быстро выпалил он, едва на том конце провода успели взять трубку.       — А где ты сейчас? — Такой же скорый и неприветливый ответ.       — У нее.       — … — Послышался раздраженный вздох. — знаешь парк недалеко?       — Да. Мы с ней были в нем.       — Там и жди. Я скоро подъеду.       Взаимная неприязнь этих двоих приближалась к опасному пределу, а как только они перейдут черту, малой кровью проблемы вряд ли можно будет решить.       Недалеко от входа в маленький парк, Нацу услышал свист от резкого торможения на парковке. Еще в машине заметив ненавистного соперника, водитель пулей выскочил из нее, едва ли не забыв поставить на сигнализацию. Пока Драгнил ухмылялся, к нему навстречу в деловом костюме и распахнутом френче, немного ослабляя галстук на ходу, шел отправитель странного сообщения.       — Здравствуй, отморозок.       — Привет, аристократишка.       — Закончим обмен любезностями и перейдем к делу. Ты должен оставить Люси. Не приближайся к ней, не звони ей, просто исчезни из ее мира.       — Во-первых, я никому ничего не должен; во-вторых, кто ты такой, чтобы указывать мне, что делать?       — Можешь считать, что я ее защитник.       — С чего бы?       — Я люблю ее.       — Это твои проблемы, и меня они не волнуют.       — Это не проблема, а веская причина.       — Мне по-прежнему наплевать. Я буду делать с ней что хочу, и ты не в силах помешать.       До хруста сжатые кулаки Локи недвусмысленно намекали, что его нервы уже на пределе, а для Нацу это лишь еще одна причина продолжать подначивать.       — Вот в этом ты ошибаешься. — Владея нужной информацией, Росс чувствовал некое превосходство над нахалом, поэтому немного расслабился и важно поправил очки на переносице. — Я накопал на тебя довольно много занятных сведений.       — Мне все равно.       — Неужели? Тогда почему ты прибежал сразу после моего сообщения?       Драгнил недовольно цыкнул и чуть поежился от короткого порыва холодного ночного ветра. Впрочем, наглая усмешка с его лица все никак не хотела сходить.       — Даже если ты что-то узнал, ты ничего не сможешь с этим сделать.       — Не будь так уверен.       — Ты ведь любишь Люси, а значит, не захочешь делать ей больно. Если «пострадает» ее парень, я намекну, кто в этом будет виноват.       — «Парень»? Значит, вы…       — Именно. И ты прервал нас на очень пикантном моменте.       — Ах ты…       Не выдержав, Локи схватил Нацу за куртку, но тот лишь продолжал насмехаться.       — Знаешь, какое у нее шикарное тело? М-м-м…       — Ублюдок!       — Хах, и она любит этого ублюдка, а ты беспомощен.       — Это мы еще посмотрим. — Он отпустил парня, гневно оттолкнув от себя и поправив френч. — Как я и сказал, у меня в руках вся подноготная. Этого более чем достаточно, чтобы уничтожить заразу вроде тебя.       — Она не переживет.       — Люси сильнее, чем ты думаешь. Ей довелось справиться с вещами куда хуже. Может, хватит уже прикрываться ею?       — И на нее все раскопал, да? Офисная крыса.       — Я уже много от чего уберег ее, смогу и от тебя оградить.       — Она тебя не простит.       — Главное, чтобы была цела. Остальное — мелочи.       — Надо же, как ты предан. Тогда рискни, если кишка не тонка. Только учти, я потяну ее за собой.       — Чего? Зачем тебе это?       — Просто так. Мне не нужна причина, чтобы развлекаться от души. Любыми способами.       — Ты же не впутал ее уже?       — Кто зна-ает, — довольно протянул Саламандр, наслаждаясь собственными уловками, в которые так легко попадал оппонент.       — Ты не навредишь ей. Не посмеешь.       — Хочешь проверить?       — …       — Я так и думал. Эх-х, — облегченно выдохнул Драгнил, чувствуя безоговорочную победу, — только зря с тобой время потратил. Не стоило и переживать. А мог бы наслаждаться стонами ее прекрасного голоса. Впрочем, сейчас этим займусь.       У Локи было буквально море компромата, который теперь оказался ненужным. Эта изворотливая ящерица слишком умна и отлично знает, чем прикрыться ради собственной выгоды. А преданный молодой человек только и смог, что печально вздохнуть.       — Почему… она? — спросил Росс, когда Нацу уже развернулся, чтобы уходить. — Ты не обделен женским вниманием. Почему… именно она?       — Не жди от меня слов, типа «особенная», «приглянулась», «влюбился» и другой подобной херни. Так только в сопливых мелодрамах бывает. Она просто интереснее прочих игрушек, хотя по-прежнему лишь игрушка. Надоест мне — выброшу, и тогда можешь утешать ее, сколько влезет. Но до тех пор, она моя. Бывай, недозащитничек.       Вскоре силуэт парня в спортивной одежде скрылся среди ночных улиц. Этот сладкий вкус триумфа знатно поднял ему настроение. Он ловко обходил лужи после недавнего ливня, через некоторые перепрыгивал, довольно ухмыляясь и представляя на их месте влюбленных идиотов, вроде Локи. Что же до Росса, он засунул руки в карманы френча и поднял голову к небу. Темные тучи закрыли волшебный звездный узор, редкие потускневшие листья уже не прикрывали наготы деревьев, обнажая прекрасные изгибы веток. Ему случайно вспомнилось, как Люси восхищалась их разнообразием и уникальностью, любила находить в них различные интересные фигуры, видела то, что не каждый способен заметить.       — Не-ет. Я это так не оставлю… — тихо сказал он сам себе и решительно направился к машине.       Заняв водительское кресло, Локи быстро набрал номер необходимого человека.       — Леви, извини, не спишь еще?       — Шутишь что ли? Детское время.       — Возникло одно осложнение, требующее твоего вмешательства.       — Без проблем, Лео. Кого убрать?       — Прекрати, я не об этом.       — Просто шучу. Так в чем дело?       — Мои худшие опасения подтвердились.       — Ясно. Мне жаль. Не переживай, я знаю, что делать.       — Спасибо.       — Не за что. В конце концов, это часть моей работы. Как будет результат, я перезвоню, но, думаю, это займет определенное время.       — Хорошо. Но уже поздно, займешься делом завтра. А сейчас поможешь мне немного выпустить пар?       — Конечно. Я, кстати, и сама уже здесь.       — Отлично, еду.       Разгневанный водитель мерседеса винного цвета отчаянно гнал по почти безлюдным трассам. На него жестоко давило неприятное чувство провала, вынуждало сильнее нажимать на педаль газа и буквально впиваться в руль. Впрочем, поражение в битве еще не означает проигрыш всей войны, поэтому сдаваться еще рано. К тому же, на кону слишком много, чтобы допускать слабость.       Это не должно повториться.       Тем временем, вернувшись со встречи с Локи, Нацу застал блондинку только после принятия расслабляющей ванны. Она открыла ему дверь, находясь в одном коротком полотенце, а потому время на раздевание было сэкономлено, и прямо с порога молодые люди возобновили то, на чем их прервали. Пытаясь взять себя в руки, чтобы как можно меньше стонать в голос и не тревожить соседей, Люси покусывала губы, причем не только свои…       …С мучительным рыком со стороны Локи проходил их с Леви спарринг. Она умело парировала каждое бездумное и импульсивное движение, ясно видела закипающую ярость, так жаждущую свободы. И она могла ее дать…       …Казалось, что слово «сдерживаться» было напрочь вычеркнуто из лексикона Драгнила. Его требовательные движения были направлены только на получение собственного удовольствия. Однако, к его великому удивлению, Сердоболия не собиралась уступать. Данная неожиданность стала приятным дополнением к тому безумству, что полыхало между ними…       …Росс отчаянно атаковал, Леви, как и всегда, потрясающе умело обходила все его безнадежные потуги. Он не унимался до тех пор, пока окончательно не выбился из сил…       …Измотанная друг другом парочка, наконец, успокоилась, и мирно лежала в постели, не желая вообще шевелиться и даже моргать.       — Ладно, Люси, возможно, ты отчасти была права, — с закрытыми глазами и ироничной улыбкой признался Саламандр.       — Не отчасти, а абсолютно, — исправила его Сердоолия, удобно устроившаяся на мужском плече.       — Только если так будет всегда.       — Это только начало.       — Многообещающе. У самой силенок хватит?       — Я выносливая, не переживай.       — И где ты научилась?       — Секрет фирмы.       — Адресок фирмы не подскажешь?       — Обойдешься.       — Жадина.       — Ага…       …Плюхнувшись на маты, Леви и Локи ртом глотали воздух, пытаясь восстановить дыхание после изнуряющей тренировки.       — Спасибо, Леви.       — Без проблем. В конце концов, мои айкидо и джиу-джитсу идеально подходят для таких ситуаций.       — Да, ты в этом лучшая, хотя и мало кто верит в твои силы.       — Сомневающихся ждет позорное поражение.       — Таких уже прилично набралось.       — Они сами виноваты. Не стоит судить человека лишь по его внешности.       — И ты самое безумное тому доказательство.       — Спасибо.       — Тебе спасибо. Мне полегчало.       — В таком случае отоспись и за работу.       — Непременно.       На следующий день в большом офисном здании двое довольно близких коллег совершенно никак не могли не заметить друг у друга очевидный недосып.       — Утро понедельника добрым не бывает? — иронизировал Локи печально глядя на Люси.       — Ерунда, просто мало спала. А вот про тебя, по-моему, это вполне можно сказать.       — Глупости, всего лишь поздно лег.       Мда… Разговор идет прямо как по маслу.       — Как… у тебя дела с Нацу? Проблемы с доверием решены? — даже зная ответ, черт его знает зачем, поинтересовался он, стоя у перегородки и протирая очки.       — Да. Мы теперь вместе. — Люси положила сумку на свое место и включила компьютер.       — Вот как. Рад за вас.       — Это то самое одобрение, о котором я спрашивала? — она обратилась к нему с такой надеждой в глазах, что врать становилось все сложнее.       — Прости, буду честен: он мне не особо понравился. Однако это не мне встречаться с ним, а тебе, поэтому и решать тоже тебе.       — Ясно. — Люси грустно опустила глаза. Впрочем, на дальнейшее развитие событий мнение друга не могло кардинально повлиять, тем более, что с выбором она точно определилась.       — Но-о… какое бы решение ты не приняла, я буду на твоей стороне. — Его нежная улыбка отчаянно пыталась скрыть печаль в глазах. — В случае чего не стесняйся ко мне обращаться.       — Спасибо, — более бодро отозвалась Люси. — А теперь пора работать.       — Да, и мне тоже. Потом пообедаем вместе?       — Конечно.       Несмотря на небольшую сонливость, рабочий день у обоих прошел довольно удачно. Сердоболия торопилась домой в надежде, что Нацу снова сегодня к ней заглянет, но, увы, в своем сообщении он вынужден был ее расстроить, поскольку проводил время с друзьями из клуба. Люси не осталась в одиночестве, к ней нагрянула лучшая подруга. Вечер однозначно был скрашен. Их излюбленное занятие — это расстелить на ковре между диваном и телевизором мягкий плед, набрать море вкусняшек, а порой и бутылочку вина, и наслаждаться просмотром любимых мультиков, сериалов, а так же задушевными девчачьими беседами.       Как бы ни старалась Леви аккуратно подходить к теме, что Нацу не подходящая для нее пара (мягко говоря), с какой бы стороны она ни подкрадывалась, оборона была непробиваемая, да и случайно обидеть ее совсем не хотелось, как и потерять дружбу. Разрываясь между помощью Лео, крайне в ней нуждающимся, и доверием Сердоболии, которой нельзя было рассказывать довольно много, МакГарден в итоге… в душе расстроенная просто через пару часов ушла. Впрочем, время есть, опускать руки она не намерена, поскольку и сама согласна с порученным заданием, плюс ко всему, переживает за Люси, а значит, вскоре все получится.       Наверное.       Но вся неделя для Леви прошла безрезультатно, и в ближайшее время прогрессом даже не пахло.