Виноваты Звезды : Царское освобождение

Глава 3 Мне снился Огастус. Мы были у него в подвале и играли в приставку. -Хейзел Грейс, как думаешь, где мы сейчас? - Гас обернулся на меня с сигаретой в зубах, все также улыбаясь одним уголком рта. -Огастус, все хорошо? - я нахмурилась, - Ты что, собственный же подвал не узнаешь? Парень издал смешок и замотал головой. -Тебе нельзя здесь быть. Джостик чуть не выпал у меня из рук, и я озадачено взглянула на Гаса. -Ты меня выгоняешь? -Да. Причём немедленно. - Гас оттолкнул меня, и я упала со стула прямо в темноту. Вспышка света ослепила мне глаза. Я зажмурилась и закричала. Апокалипсическая боль разрывала изнутри мой череп, словно оглушительные взрывы петард. Я открыла глаза и увидела лицо отца. Он держал меня на руках, и бежал. Рядом бежала мама. Из-за боли я не могла ничего понять. Лишь отрывки. Голоса. Я просто хотела, чтобы чёрный экран накрыл все вокруг и наступила тишина. И это случилось: я отключилась. Я проснулась в отделении интенсивной терапии. Неимоверная усталость не давала мне даже с первого раза нажать на кнопку вызова. Я ожидала прихода медсестры, но зашли родители в сопровождении доктора Марии. Белые безжизненные лица родителей глядели в пол, а губы доктора были крепко сжаты. Тишину в палате нарушали лишь пищащие устройства. Я ждала, что сейчас родители скажут тоже, что и в прошлый раз: "никаких новых опухолей нет, и старые не увеличились". Но они молчали, папа периодически слегка содрогался, и мама держала его за руку, чтобы скрыть его дрожь, и свою. Первой подала голос док: -Как ты себя чувствуешь, Хейзел? -Слабость, - я кинула взгляд на свой бок, куда была вставлена трубка, идущая к пластиковому пузырю, заполненному янтарной жидкостью. - А так, нормально. -У тебя снова лёгкие наполнились жидкостью. Ничего...страшного. - кивнула Мария, хотя кивок был таким, будто ей нерв защемило. -Неправда, - я сглотнула. Это было очевидно: нервозность доктора, молчание родителей. - Мама, мы договаривались. Я условилась с мамой, что если мне станет хуже, и лекарство перестанет замедлять рак, то она мне это скажет. Не станет уберегать меня от страшной правды. Мама медленно подняла на меня глаза, ее рот так и застыл в полуоткрытом состоянии. Папа покрепче сжал ее ладонь своей. -Фаланксифор...он...- мама вскинула голову к потолку, чтобы приостановить накатывающие слезы, но это не помогло. Она заплакала, прикрыв рот рукой. -...перестал помогать. - закончила за неё я. Все трое едва заметно кивнули. Рано или поздно это все равно случилось бы, и я давно была готова к этому. Сложно было понять, что я чувствовала в этот момент. Что должен чувствовать человек, когда узнает, что он умирает? Страх? Грусть? Облегчение? Или может даже радость? - все это я испытала одновременно, лёжа на койке. Я подняла глаза к потолку - не хотела смотреть как родители плачут - и задумалась. "Скоро я его встречу" вновь пронеслась в голове моя фраза, которая так расстроила Айзека в парке. Я подумала о маме с папой. Они давно, также как и я, были готовы к этому моменту. Родители пообещали продолжать жить дальше, даже когда меня не станет. -Я, наверно, оставлю вас...- перебирая пальцами, произнесла доктор Мария, и вышла. Родители присели по обе стороны на койку. Мама слева, папа справа. Они взяли меня за руки, и утешающе улыбнулись. Мама уже открыла рот, чтоб что-то сказать, но я ее остановила: -Мы знали, что этот день наступит. - я серьёзно поглядела то на маму, то на папу. - Мы были готовы. Никаких слез, никакой печали, никаких утешений - ничего этого не нужно. Со мной все хорошо, я давно готова. Родители опустили глаза и тяжело кивнули. -А сейчас я хочу домой. -Дорогая, денёк все же пролежать придётся. - отозвалась мама. "А если это последний день в моей жизни?" -Хорошо, - я смиренно опустила голову на подушку, и не заметила, как вскоре выпала из реальности прямо в пучину сновидений. *************** Когда я проснулась, то увидела Айзека. На нем была обычная чёрная майка и джинсы, он тихо сидел на стуле возле меня, накрыв двумя ладонями поверхность деревянной лакированной трости. Его глаза все также были прикрыты темными очками. -Айзек...- приглушённо прохрипела я, дотянувшись до его руки. Парень встрепенулся, и взял меня за руку. -Хейзел Грейс, - Айзек расплылся в улыбке, - не бойся, я не стану распрашивать тебя как ты. -Да, спасибо. - улыбнулась я. -Если уж старший сержант Макс Мейхем выжил после семнадцати ран, то ты и подавно выстоишь. Я засмеялась. -В научной фантастике и без головы жить можно, в реальности же все иначе... -Эх, хорошо бы уметь перемещаться в книги...-выдохнул Айзек, - Кстати о книгах! Я тебе кое-что принёс. Парень поднялся со стула, и простукал тростью до пакета у стены. И также вернулся обратно. -У меня для тебя есть подарок. Айзек достал из пакета две книги и протянул их мне. Новенькие, завёрнутые в защитные прозрачные пленки. Я взяла их в руки и поглядела на обложки. На первой была изображена девушка с букетом тюльпанов в руках. Сверху золотистыми буквами блестело название: "Царский недуг", а под ним автор: Питер ван Хутен. Прочтя название, внутри у меня растеклось тепло, а прочтя имя автора, я невольно про себя буркнула: "подштанник". На второй были изображены двое парней в военной форме с ружьями в руках, и я сразу узнала их: младший сержант Мэнни Локо и рядовой Джаспер Джекс! Я догадывалась, что к "полуночной рассвету" напишут сиквел, но понятие не имела, что так скоро. Я опустила книги на одеяло. -Айзек, спасибо большое! -Я не уверен, стоило ли покупать ван Хутена... -Он тот ещё мудак, - кивнула я, - но это никак не отменяет того факта, что его книга моя самая любимая. Поэтому, ты не ошибся. К тому же моя уже вся истрепалась после стольких перечитываний. -Хорошо, - Айзек улыбнулся. -Ты с мамой пришёл? -Нет, с Джоном. Прежде чем я успела спросить, кто такой Джон, Айзек ответил: -Мой пёс. Отличный проводник, кстати! - гордо воскликнул Айзек. - Вот только его не пустили со мной. Уверен, он был бы рад тебя видеть. -И я его, - засмеялась я. Айзек рассказал мне как прошло сегодняшнее собрание в группе поддержки: ещё двое - парень и девушка - скончались, и Патрику было непросто наладить позитивную атмосферу в сердце Иисуса. После мы болтали на разные темы; за окном уже начало смеркать. -Хейзел...- после недолгой тишины произнёс Айзек, - я должен тебе кое о чем рассказать... Я вела пальцами по обложкам книг, но остановилась, нервно сжав пальцы. -Моя мама всегда была боевым человеком, - улыбнулся парень, - и никогда не теряла надежды по поводу меня. Поэтому даже когда я ослеп, она продолжала шерстеть по всему интернету в поисках выхода. И она нашла его... Я нахмурилась, сердце мое с надеждой екнуло. -В Швейцарии разработали искусственный датчик зрения, специально для таких, как я. Их ещё ни на ком из людей не испробовали, но, вроде, на обезьянках сработало... -И вы думаете... -Операция стоит неимоверно дорого. Как будто эти штуки сделаны из чистого золота, политого сверху нефтью. Мама продала обе машины, мою и свою. Также наш загородный домик и нынешний. -Но где же вы будете жить?! -Мы переехали в дом поменьше и поскромней. Но даже продав все это, нам не хватает на операцию. Но мама не отчаивается, она создала благотворительный фонд, в надежде, что люди окликнутся на помощь. -Айзек...если это правда, и если у вас все получится...- я невольно заплакала, притянула друга к себе и крепко сжала в объятиях, - я буду самым счастливым человеком на том свете! Я вновь почувствовала, как Айзек вздрогнул. Он сжал меня покрепче. -Я не хочу видеть этот мир без тебя и Гаса, - парень всхлипнул, и я невольно задумалась: "интересно, а как плачут слепые?" , но быстро отогнала мысль прочь. -У тебя ещё вся жизнь впереди, Айзек. Небось, лет через десять и не вспомнишь девочку с баллоном и некурящего парня с сигаретой в зубах. - пошутила я. Айзек отстранился и помрачнел. -Я сам себе выколю искусственно работающие глаза, если это случится. - буркнул парень. В палату постучались, и вошла мама Айзека с букетиком жёлтых цветов. -Вот ты где! О, Хейзел, дорогая, привет. Как ты? Это тебе. - мама Айзека положила букетик на тумбочку возле кровати. -Спасибо, хорошо. - кивнула я. -Мам, нечего беспокоиться, я был в надежных лапах Джона. Не вечно же мне тебя тормошить. Мама Айзека недовольно упёрла руки в бока, но все же промолчала. В палату вошла медсестра и сказала, что приём к пациентам окончен, и увела Айзека с мамой, оставив меня одну. Я положила книги возле букета, успокоила себя тем, что уже завтра поеду домой, и закрыла глаза.