Прикосновение.

***

      Взгляд Дрифта всегда падал на Кроссхэйрза. Будь это какая-нибудь мелкая драка, что всегда могла происходить в основном между ним и Бамблби, который пытается стать лидером в этой маленькой шайке, но из-за того, что всё-таки ещё один претендент есть — не может. Не может заменить Прайма даже в его отсутствие, ловя критику в свою сторону даже от того самого тихого, как казалось, Дрифта. Вечно с кем-нибудь цепляется. Но сейчас не об этом.       Кто-нибудь когда-нибудь даст понять, что действительно происходит между этими двумя? Кажется, никто не сможет никогда понять, почему эти две возможные противоположности постоянно вместе, редко споря, в отличие от других сотоварищей. Даже если брать в расчёт того же Хаунда, что цапается то с самураем, то со снайпером. Дрифт и Кроссхэйрз же на любое задание пойдут исключительно вместе и создаётся такое впечатление, словно друг без друга они не могут, прям как любой бот без Искры, что поддерживает в каждом жизнь. А может, это просто бред наблюдающих?

***

      Лёгкий поцелуй в скулу, перед тем как уйти в оффлайн. Такое Дрифт делает только с Кроссхэйрзом. И плевать, что Кейд задаётся многочисленными вопросами, на которые никто, увы, не может ответить. Поддержка в трудную минуту. Да, это может сделать каждый для своего друга. Но вы когда-нибудь видели, чтобы такое происходило между кем-то другим: Видя грустный фейсплейт Кроссхэйрза, Дрифт сразу же бросается к нему, так аккуратно и робко обнимая, утешая разными словами, которые всегда говорят друг другу только влюблённые. А снайпер и не сопротивляется. Несмотря на то, что к таким, так называемым, розовым соплям он не привык, в трудные моменты он даже благодарит своего друга, словно прося ещё; прижимаясь своим корпусом к его, шумно вентилируя и создавая довольно уютную атмосферу. Никто из автоботов не вмешивается в их недолгие объятия, зная, что будет только хуже и обоим нужна поддержка. Никто и не слышит, что друг другу буквально в аудиосенсоры шепчат эти двое, но по их довольным улыбкам, что расплываются практически на весь фейсплейт, можно понять: они точно устраивают друг друга и никто им не нужен.       Как только просыпается Кейд, то в онлайн-режим начинают входить и остальные, негромко шумя. Лишь Кроссхэйрз и Дрифт где-то в сторонке вместе до последнего, пока всё-таки одного из них не начнут слегка подкалывать. Как правило первый раздражается снайпер, начиная предъявлять за подобное. Ну, а потом вся команда успокаивает его, включая самурая, чья ярко-голубая оптика заставляет расслабиться и сжалиться над человеком, давая ему последний (лолнет) шанс. И так было очень много раз. К сожалению.

***

      Конечно, помимо всей этой непонятной атмосферы они могут побыть наедине в каком-то излюбленном месте, где всегда так уютно и по-своему тепло. И, конечно, это было то место, о котором скорее всего не знали другие автоботы; которое было их укромным местечком для обсуждения разных тем и просто приятного времяприпровождения. Это успокаивало и восстанавливало нервы, учитывая то, что общих тем было у Кроссхэйрза и Дрифта очень много. Было приятно пообщаться и быть в объятиях у того, кто как никто другой по-особенному придавал их свободному времени больше романтики и нежности, которая не свойственна, увы, снайперу.       В очередной вечер их манипуляторы прикасались друг к другу, исследуя каждый уголок, медленно переходя на корпус, которых уже, словно перегретый, был горячим, включая немного шумную систему охлаждения. Но это не особо мешало им, ведь слышны только томные вздохи. Особенно часто это делал Дрифт, учитывая его чувствительность в некоторых зонах, в которых Кроссхэйрз уже давно побывал.       За грань приличного они пока что не заходили: считали, что ещё рано. Возможно, правы, а возможно — нет. Который раз самурай, опираясь манипуляторами на сервоприводы своего возлюбленного, одаривал короткими поцелуями его фейсплейт, корпус. В ответ на это он получал довольно приятные, но редкие для аудиосенсоров звуки.       Через некоторое время они возвращались на базу, держа манипуляторы друг друга и прекрасно понимая то, что с приходом «чувств» в их существование, характеры, а также поведение смогли измениться. И скорее всего не в лучшую для них же сторону. Но все жили так, словно не замечали этого. Или не хотели говорить.