Мой полицейский

– Мичиру, с постелью ты опоздала.       Выглядываю из комнаты: – Что? – Да он уже спит... – Сецуна грустно улыбается и качает головой. – Вот вымотался. – Он такой милый. – Кладу подушку Харуке под голову. – Спокойной ночи. – Едва касаюсь губами его лба.       Сецуна пристально смотрит на нас: – Ох, Мичиру, Мичиру... Только не говори мне, что ты не влюбилась. – Влюбилась. – Я сама не знаю, что со мной. Меня никогда не привлекали мужчины. Кто только не пытался за мной ухаживать. И музыканты, и знаменитый актер, и политики, и спортсмены. Но меня они не возбуждали, меня не тянуло к ним. А с Харукой все по-другому. – Сец, я не понимаю себя. Что мне делать? – Прости, Мичиру, но ты сама должна разобраться в своих чувствах. Иди спать. Нет смысла терзать себя сейчас.       Ухожу к себе и забираюсь под шелк покрывала. Несмотря на то, что за окном не спадает летняя жара, меня знобит.       Нет, я не заболеваю.       Все дело в человеке, мирно спящем в соседней комнате.       Его присутствие лишает сна.       Вспоминаю его глаза, сильные, но в то же время не по-мужски тонкие и красивые пальцы рук. Эта челка, постоянно спадающая на глаза, которую он так небрежно и завораживающе откидывает с лица.       Руки чувствуют, как обнимали его талию. Он выглядит слишком хрупким, почти как девушка.       А какой у него голос... Хрипотца, звучащая в нем, доводит меня до дрожи.       Закрываю глаза и представляю, как его руки ласкают мое тело, как губы касаются моих сосков. Как нежные прикосновения губ опускаются по груди ниже и ниже, задерживаясь на животе.       Непроизвольно учащается сердцебиение.       Что со мной происходит?       Я возбуждаюсь от одной мысли о его прикосновениях...       Встаю и быстро иду в ванную, где несколько минут стою под холодным душем, чтобы остыть и прийти в себя.       Да-а-а, Мичиру... Ты сама себя удивляешь. Влюбилась, как школьница. И ведь ничего не могу с собой поделать!       Вся ночь прошла в беспокойных снах, перемежающихся эротическими фантазиями.       Утром чувствую себя разбитой, словно и не ложилась. Из зеркала смотрит помятая физиономия с растрепанными волосами. На кого я похожа? Как же я покажусь перед Харукой?       Быстро привести себя в порядок. Душ, макияж... Ну вот, совсем другое дело. Теперь хоть на человека похожа.       Открываю дверь спальни и чувствую, как сильнее начинает биться сердце. Солнечный свет заливает гостиную и, отражаясь от хрустальной вазы на столе, отбрасывает разноцветные блики на стены.       Мне всегда нравилось утро. Особенно раннее, когда солнце встает и будит мир.       Харука спит в той же позе, что и вечером. Так и хочется подойти и обнять его. Удерживаю себя. Ведь мы всего лишь друзья. Вдруг у него есть девушка? Невеста? Я этого не знаю...       Сердце замирает. Я не хочу, чтобы он встречался с кем-то кроме меня. Боже мой... Я и не знала, что могу быть такой собственницей. Тем более, когда речь идет о мужчине!       Стоило мне закрыть дверь, как Харука открыл глаза: – Доброе утро, Мичиру. – Доброе утро. – Улыбаюсь в ответ. Почему у меня такое чувство, что моя улыбка выглядит по-идиотски? – Хорошо спал?       Харука садится и слегка потягивается, разминая шею и плечи. Ловлю себя на мысли, что мне хочется помочь ему сделать это. Хочется снять с него рубашку и размять. Стоп, Мичиру, стоп. – Давно так не спал. – Обворожительная улыбка. – Как убитый. – Я рада. Завтракать будешь?       Дотянувшись до очков, Харука прячет за зеркальной поверхностью глаза: – Спасибо за предложение, Мичиру. Но мне надо на работу. – Что? Какая работа, когда ты ничего не видишь? – Никуда я его в таком состоянии не отпущу. Все. Я так решила.       Он смотрит на меня, но я не вижу выражение глаз. Почему-то мне кажется, что он удивлен: – А твои решения не обсуждаются?       Ой! Неужели я сказала это вслух?       Краснею, смущаясь: – Извини... Я... Просто я... беспокоюсь за тебя. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Ты и так меня вчера напугал. – Почему? – В голосе сквозит удивление.       Подхожу ближе, слегка касаюсь заклеенной щеки: – Новости услышала. Боялась, что ранен, а ты трубку не брал, потом в участке сказали, что тебя не будет несколько дней. Ну, я и... – Чувствую, как в глазах начинают формироваться слезы. Только не плакать! – Мичиру... – Харука нежно берет меня за подбородок и поднимает голову так, чтобы наши глаза встретились. Я никогда не видела такого нежного взгляда. Сейчас его глаза стали зелеными, утратив серую сталь. – Извини, Мичиру, я не хотел тебя напугать. Для меня слишком много значит твое внимание. – Несколько секунд молча смотрим друг другу в глаза. Вижу, что он хочет спросить, но колеблется. Подбадривающе улыбаюсь. – Мичиру, можно... можно мне тебя... можно тебя поцеловать?       Боже! Я думала он никогда не решится!       Согласно киваю и тут же чувствую нежное прикосновение его губ. Закрываю глаза и, обвив шею руками, возвращаю поцелуй, не отпуская Харуку от себя. – Мичиру, ты очень красивая, – тихо произносит Харука, когда поцелуй закончен и наши объятия разомкнуты. – Спасибо...       Внезапно он хлопает себя по лбу: – Вот дурак! Забыл... – Что-то достает из кармана брюк. – Вот... Это тебе. – На его ладони небольшая красная коробочка. Беру ее, открываю. Цепочка с кулончиком в виде дельфинчика... Красиво. Но почему? Словно прочитав мои мысли, Харука смущенно улыбается. – Мне захотелось увидеть твою улыбку. – Ты такой милый.       Из кухни выглядывает Сецуна: – Ребята, вы долго еще будете обмениваться любезностями? Я вас заждалась, а мне скоро уходить. Завтрак давно готов. – Вижу, как она многозначительно подмигивает мне. – Спасибо за приглашение, Сецуна. Но я все-таки поеду. – Харука снова берет в руки очки. – Не сердись, Мичиру. Мне надо ехать. Я должен раскрыть это дело, пока они не натворили еще бед.       И пока я не успела сказать ни слова, он быстро чмокает меня в щеку и уходит.       Смотрю вслед моему полицейскому.       И все-таки я люблю его...