Мой полицейский

      Дома мы были через пару часов. Всю дорогу домой я прижималась к плечу Харуки, а он вел машину, одной рукой держа руль, а второй — обнимая меня.       Да, это было нарушение правил. Это было опасно. Но я верила моему гонщику. Он никогда не позволит мне пострадать.       Когда мы вошли в квартиру, Сецуна скептически посмотрела на нас: – Все с вами ясно. – Я смутилась. Да и Харука тоже. Он стоял, придерживая края рубашки, с которой я оторвала пуговицы в порыве страсти. Я пыталась поправить платье и пригладить всклокоченные волосы. – Могли бы хоть предупредить, я обед уже дважды подогревала. – Извини, Сец. Это я виновата. Мы будем через 5 минут. – Разворачиваю Харуку и тащу за собой в спальню.       Харука садится на диван, с наслаждением вытягивая ноги: – Ну, родная, тут и моя вина. Надо было держать себя в руках. – Дурачок ты мой. – Обхожу диван, перегибаюсь через спинку и начинаю мять ему плечи. Послышалось довольное урчание, и Харука склонил голову, подставляя шею. Стягиваю рубашку и продолжаю массаж. Харука молчит, я слышу только тихое сопение. Заснул? – Хару? – Так и есть. Помассировав плечи еще несколько минут, укладываю Харуку на диван, прикрыв пледом. На лице Тено застыла улыбка. Переодевшись, оставляю спящего и покидаю комнату.

***

      Пока мы обедаем, рассказываю Сецуне о концерте, а она мне – о гонке. Эх, жаль, что я не видела! – Радость моя, ты слышала слова своего ненаглядного на пресс-конференции? – Смущенно киваю. – И что ты думаешь? Родители еще не звонили? – О Бог мой! Сец, накаркаешь! Меньше знают – крепче спят и не лезут в мою жизнь.       Подруга качает головой: – Поверь, они скоро объявятся.       Вздрагиваю от телефонного звонка. Слава Богу – это не мой телефон. Можно расслабиться. Сецуна отвечает. Вижу ее удивленное лицо. Через пару минут она возвращается. Она выглядит ошарашенной. – Что случилось? – Мако... – Твоя сестра? – Она кивает. – Что с Мако? – Она сбежала из дома и сейчас в Токио. Она категорически настроена не возвращаться домой. Ей уже 20 и она упряма, как... – Как ее сестра. – Двоюродная сестра, попрошу заметить. – Сецуна улыбнулась. – Что мне с ней делать? – А в чем проблема? Где она? – На вокзале. – Я сейчас разбужу Харуку, и мы заберем ее к нам. – Ты уверена, Мичиру? Думаешь, он захочет, чтобы она жила здесь?       Я была уверена в Харуке, поэтому не стала отвечать подруге.       Опустившись на корточки перед спящим, осторожно коснулась губами его щеки: – Милый, проснись. – Харука заворочался и нехотя открыл глаза. – Извини, малыш, но у меня серьезный разговор. – Глаза Харуки стали испуганными, он попытался сесть, но охнул от боли. – Тихо ты, не паникуй. – Продолжаю сидеть на корточках. – Харука, нам нужна твоя помощь. – Помощь? Нам? – Понимаешь, у Сецуны есть двоюродная сестра, которую она любит, как родную. Так вот, Мако сбежала из дома. Она хочет остаться в Токио, найти работу. – Из-за этого ты меня разбудила? Злодейка. Так в чем дело? Пусть приезжает. – Харука осторожно потягивается. – Места много, будет жить в твоей комнате. Зато ты не отвертишься. – В серо-зеленых глазах загорается огонек страсти.       Обнимаю его за талию: – Ты супер, Хару! Мако уже в Токио, надо забрать ее с вокзала.       Он поднимается: – Вот… не дала выспаться. – Спать ночью будешь.       И снова этот взгляд: – А кто сказал, что буду? Найду занятие поинтереснее. Ладно, я сейчас. – Он оглядывается по сторонам. Взгляд останавливается на рубашке. – Ой! – Быстро достаю из шкафа чистую рубашку и протягиваю Харуке. – Я потом пуговицы пришью.

***

      Через полчаса мы у железнодорожного вокзала. Сецуна убегает искать Мако, оставив нас вдвоем.       Харука откинул голову на подголовник кресла. Мне не видно его глаз, скрытых солнцезащитными очками, но, судя по размеренному дыханию, он дремлет.       В последнее время я не расстаюсь с блокнотом и часто делаю зарисовки, вот и сейчас карандаш порхает, делая наброски. – А вот и мы! – Ну вот, испортили мне рисунок...       Как по команде Харука поднимает голову и выходит из машины, чтобы убрать в багажник вещи, пока сестры садятся в машину. – Мичиру! – Мако обнимает меня за шею. – Я так рада тебя видеть. – Я тоже. А ты совсем выросла, Мако! – Эта девчонка часто гостила у нас с Сецуной, и мы подружились. – Вау, какая классная машина! Спорткар... – Это Харуки. – Поясняет Сецуна. Тено занимает свое место. – Мако, разреши представить — Харука Тено. – Что?! – Девушка подскочила и ударилась головой о крышу машины. – Не может быть! Сам Тено-сама?! – Ее зеленые глаза горели.       Мы с Сецуной удивленно смотрели то на Харуку, то на Макото.       Блондин снял очки, обернулся и неотразимо улыбнулся: – Рад знакомству, Макото.       Руки девушки лихорадочно дрожали, когда она пожимала протянутую ладонь, а взгляд сверлил Харуку: – Я... я Ваша поклонница, Тено-сама. Не могу поверить.       Харука засмеялся. Искренне и весело: – А придется. Ну так что? Домой или в ресторан отметить встречу? – Харука посмотрел на меня. Я обернулась, смотря на сестер. Сецуна качала головой. – Ясно, значит домой.       Черный «Лексус» легко сорвался с места, повинуясь твердой руке своего хозяина. За рулем Харука был весь внимание, и я не стала ему мешать.       Макото все еще сидела, гипнотизируя затылок моего блондина. – Сецуна, а что значит — домой? Разве мы не к вам едем? – Знаешь, Мако, за последнее время произошло много всего. Так сразу и не расскажешь. Хотя... Мы едем домой к Харуке. Понимаешь, Харука и Мичиру... – Так это была ты? – Макото подскочила так, что хвост ее темно-каштановых волос взметнулся к потолку. – Тено-сама про тебя говорил после гонки?! Блин, как же я не подумала, что это ты, Мичиру. Не могу в это поверить!       Краем глаза вижу слишком довольную улыбку на лице Харуки и легонько щелкаю его по носу. Улыбка становится еще шире. – А что это такое? – Макото достает что-то с пола. – Пуговицы...       Уши Харуки становятся пунцовыми, стараюсь скрыть смущение, а Сецуна просто не может сдержать смех. И только Макото в недоумении посматривает на нашу троицу. – Вот это квартира! – Мако носится по квартире, рассматривая обстановку.       Харука наблюдает за Макото и улыбается, развалившись на диване. Пока Сецуна помогает младшей сестре распаковать вещи, мы остаемся вдвоем. – Спасибо, малыш. – Целую Харуку куда-то в ухо. – Ты так добр. Сецуна, а теперь еще и Макото. – Ну не мог же я отказать такой симпатичной девушке. – Нет, Тено, ты не заставишь меня ревновать. Притворно надуваю губы. Он ласково прижимает меня к груди. – Я люблю тебя, Мичи. – Я знаю. Я тоже.