Проваленная миссия

— Джон! Джон, немедленно иди домой! — Джанелл выбежала на порог дома и укоризненно посмотрела в сторону десятилетнего мальчишки. Мальчишка не обращал на женщину никакого внимания — он был поглощен починкой своего мопеда, лицо Джона было перепачкано смазкой. — Ты меня вообще слышишь? — Джанелл не выдержала и подошла к нему. — Сходи хоть умойся. Джон кинул на женщину злой взгляд. — Отстань от меня! — яростно воскликнул он. — Ты как с матерью разговариваешь? — это вмешался Тодд, слышавший все из дома и решивший выйти и навести порядок. — Она мне не мать! — снова огрызнулся Джон. — И вообще... Джон занес ногу, чтобы взобраться на мопед, но сесть не успел, так как Тодд подлетел к нему, быстро схватил за шкирку и потащил в дом. Джон размахивал руками и ногами, но куда ему было до взрослого, пусть и не самого сильного, мужчины. Джанелл победно посмотрела вслед мужу и приемному сыну, затем, поправив выбившийся из хвоста кудрявый локон, пошла вслед за ними. Наконец-то этот лысеющий любитель футбола сделал хоть что-то путное. Дверь за ее спиной захлопнулась. — Вы не имеете прав со мной так обращаться! — скандалил Джон в кухне. — Закрой рот, пацан, и послушай меня! — Тодд стукнул кулаком по столешнице. — Мне надоели твои выходки! Мне надоело каждый раз краснеть за тебя в школе перед директором! Пока ты живешь в моем доме — придерживайся МОИХ правил! Скиснув, Джон понуро опустил голову и пробубнил: — Тогда я не хочу жить в твоем доме, вообще ни в чьем не хочу... — Повзрослеешь — будешь в своем жить, — присоединилась Джанелл и положила мужу руку на плечо. — А пока иди наверх и приберись в своей комнате. Там жуткий бардак. Насупившись, Джон как можно медленнее поплелся наверх, еле переставляя ноги по ступенькам. Он делал это нарочно. Он многое делал нарочно и это злило мистера и миссис Войт. Тодд повернулся лицом к Джанелл и слегка растерянно посмотрел на супругу. Вполне молодая женщина, получившая от природы многое: красота, ум, вот только со здоровьем вышел прокол — Джанелл не могла иметь детей. Вот и приходилось им мириться с маленьким злобным волчонком. Тодд уже готов был сдаться, но жена его верила, что из мальчишки может выйти толк, надо лишь стараться. Но с каждым днем энтузиазма и сил стараться было все меньше. — Ты не думаешь, что я был слишком строг к нему? — грустно спросил Тодд, на самом деле не выносивший ссор с Джоном. — К сожалению нет, ты все сделал правильно, родной, — Джанелл потянулась к нему и коснулась губами его щеки. — Уверена, что наши усилия не пойдут прахом... Настойчивый стук в дверь прервал ее фразу. — Господи, да кто там еще! — воскликнул Тодд и подошел к двери. На пороге, чуть склонив голову, стоял молодой полицейский. У него было очень приветливое и человечное лицо, и при этом довольно жесткий и хищный взгляд. Казалось, что его серые глаза созданы и холодной стали. Как только Тодд открыл дверь, то полицейский мгновенно выпрямился и вежливо улыбнулся. — Вы законный опекун Джона Коннора? — спросил он. Тодд немного напрягся. — Да, это я. Что он натворил? — сзади ему на плечо легла рука жены. Джанелл будто почувствовала, что мужу необходима поддержка. — Я могу с ним поговорить? — продолжил полицейский. — Да, конечно, офицер, — тут же согласилась Джанелл. — Благодарю, — глаза полицейского чуть сузились. — Я могу войти? Приятная наружность всегда притупляет чувство опасности. За приятным лицом не всегда можно разглядеть бездушные и бессердечные глаза — искусственные стекляшки. — Пойду позову его, а вы пока располагайтесь в гостиной, — Джанелл заспешила наверх.

***

Полицейский окинул взглядом небольшую гостиную, в которой по старому телевизору показывали какую-то спортивную игру. Все так просто и дешево, все так непритязательно. Сразу видно, что ребенка под опеку сюда взяли лишь с одной целью — поправить свое финансовое положение. Даже тех крох информации об этом времени хватило для анализа. — Присядете? — Тодд Войт жестом указал на светлого цвета диван перед телевизором. В ответ полицейский покачал головой и улыбнулся. Искренней и мягкой улыбкой. Улыбались его губы, только они. Растягивались, будто копируя чью-то чужую эмоцию. Глаза оставались стеклянными. Люди всегда клюют на внешность. Всегда. Одной приветливой улыбки обычно бывает достаточно, чтобы расположить к себе человека. Просто растянуть губы, обнажить зубы — и тебе доверяют. Приветливая улыбка не сходила с лица полицейского, когда он проткнул Тодда Войта насквозь. Мужчина даже не успел удивиться тому, что рука стража порядка превратилась в клинок, резко вошла в его грудную клетку, а затем вышла, чтобы рассечь сонную артерию на шее. Тодд рухнул на диван, пытаясь зажать рану трясущимися пальцами. Светлую обивку заливала алая артериальная кровь, беспощадно пачкая ее. «Джанелл будет в бешенстве», — только и промелькнуло в угасающем сознании мужчины. Он даже не успел подумать о том, что же будет с его супругой и воспитанником. Не успел. А полицейский с безразличием взирал на труп мужчины, склонив голову набок. Теперь оставалось дождаться, когда человеческая самка приведет Джона. Судя по сдавленному всхлипу в дверном проеме, — Джон уже тут. Как и Джанелл. Но Джанелл тут была лишней.

***

Полицейский, только что прикончивший опекунов Джона, положил руки ему на плечи и внимательно посмотрел в лицо мальчика. В его взгляде Джон почувствовал неподдельный интерес к себе. Полицейский чуть склонился к нему и заглянул в его глаза, взгляд самого же мужчины был острым, колким. Хотя... Какой там мужчина — Джон прекрасно понимал, что перед ним машина. И ждать от него чего-то хорошего не стоило. — Вы и меня убьете? — тихо спросил Джон. В ответ полицейский молча кивнул. Создавалось ощущение, что ему самому не очень приятна сложившаяся ситуация. — Потому что я приведу повстанцев к победе? Снова кивок и почему-то легкая улыбка. Грустная. Затем, холодная рука опустилась ему на голову и пальцы слегка взъерошили отросшие волосы Джона. — И вам обязательно меня убивать? В ответ на это машина слегка задумалась, а затем отрицательно покачала головой. — Нет, мне не обязательно тебя убивать, — наконец ответил он. — Я на это не запрограммирован. Впервые Джон услышал его голос. Он думал, что тот будет отдавать металлом, но нет — голос был прямо, как у живого человека, в нем даже чувствовалась некоторая мягкость. — И вы все равно меня не пощадите... — умирать было страшно. Безумно страшно, а смерть была прямо перед ним. Она держала его за плечи и безэмоционально заглядывала в глаза. — Я боюсь... — тихо признался Джон. — Знаю, — робот склонил голову набок. — Знаю, что боишься. Но я не знаю, что такое пощада. Жалость я не знаю тоже. Я постараюсь убить тебя быстро, чтобы ты не мучился. Терминатор поднял руку верх, Джон увидел, как она превращается в клинок, а затем стремительно несется к нему. Джон зажмурился.

***

В девяносто седьмом году Т-1000 решил наконец навестить Сару Коннор. Он «убедил» врачей и охрану впустить его внутрь. Людей проще убеждать, когда с виду ты являешься представителем власти. Перед палатой робот решил позволить почти обезумевшей Саре попрощаться с сыном. Хотя бы с его образом. Он принял вид ее сына, только на несколько лет старше, чем когда он впервые повстречал его. Т-1000 выглядел, как подросток лет тринадцати-четырнадцати. Пригладив волосы, он постучал в палату. — Привет, мам! — произнес он ломающимся мальчишеским альтом. В углу палаты на полу сидела изможденная женщина, лицо ее не выражало ничего, одно лишь бессилие и нежелание жить. Услышав эту фразу, женщина мгновенно подняла глаза на вошедшего. — Джон? — хрипло спросила она. — Нет. Нет-нет-нет, это не ты! Ты умер! — заорала она изо всех сил и вжалась в стену. — Мне сказали, что ты пропал без вести! Т-1000 подошел к ней вплотную и присел на колени рядом с Сарой. Он протянул к ней руку и коснулся ледяными пальцами ее щеки. — Я знаю. Это я тот, кого послали убить его, — одними губами беззвучно произнес Терминатор. Сара все поняла, она тихо заскулила, как побитая собака. Она пыталась зажмуриться, чтобы не видеть лица своего сына. Сам того не понимая, Т-1000 причинял ей жуткую, дикую боль, разрывавшую Сару изнутри. — Мне подумалось, Сара, — продолжил Т-1000. — Что тебе хотелось бы попрощаться с образом Джона, ведь через пару дней грянет конец света... Наконец Сара перестала отворачиваться и, распахнув глаза, уставилась на робота, принявшего вид ее сына. — Такой взрослый... — прошептала она, протянув к нему руку. — Дети очень быстро растут, — спокойно ответил Т-1000. — Я могу принимать только вид того объекта, с которым контактировал. Как видишь — Джон очень повзрослел, вытянулся... Лицо Сары разгладилось, все напряжение схлынуло с него, оставив только печать усталости. Но также читалось и облегчение. Облегчение. — Жив... — беззвучно дернулись ее губы. Т-1000 молча кивнул. И тут же приложил палец к губам. Он провалил ту миссию.