Jinxed Hearts

С тихим хлопком аппарации Нимфадора Тонкс приземлилась в саду своих родителей сначала на ноги, а затем быстро упала назад. Она осторожно встала, очищая свою одежду. Пробормотав себе под нос что-то о своей неуклюжести, она направилась прямо к задней двери родительского дома. Тонкс – почти все, кого она знала, называли ее Тонкс, и лишь нескольким было разрешено называть ее Нимфадорой – открыла дверь и пришла в восторг от успокаивающего состояния дома. Было замечательно чувствовать облегчение, находясь в месте абсолютного комфорта, а особенно после напряженных событий последних пару недель. Турнир Трех Волшебников закончился в Хогвартсе в конце прошлого месяца, оставив большинство магического мира растерянным и неуверенным в том, какой же версии событий верить. По словам Альбуса Дамблдора и Гарри Поттера, Воландеморт вернулся, полный силы и могущества, во время третьего задания Турнира. А по словам Корнелиуса Фаджа, Министра магии, Альбус Дамблдор и Гарри Поттер опасны и не заслуживают доверия, напридумав абсолютную неправду для того, чтобы достичь своих целей. Странная озабоченность после заявления Министра магии в мракоборческом центре дала Тонкс чувство, что Фадж единственный, кто не заслуживает доверия. Кроме этого, осознание того факта, что ее друг и наставник Аластор "Грозный глаз" Грюм был найдем в своем собственном сундуке, пролежав там 10 месяцев благодаря сбежавшему Пожирателю Смерти Барти Крачу младшему, в то время как Фадж заверил, что Крауч работал сам по себе, не укладывалось у Тонкс в голове. А как насчет того, что сотрудница министерства, Берта Джоркинс, пропала, но никто не хотел искать ее? Эти вещи вместе с клеветой, которая все чаще появлялась в Ежедневном Пророке, который с энтузиазмом продвигался с момента окончания турнира, заставили Тонкс почувствовать, что ситуация намного серьезнее, чем признавал Фадж. Тонкс оглянула аккуратную кухню и улыбнулась. Хорошо быть дома. Она надеялась, что мама сделает ей чай и поможет разобраться со всеми ее мыслями. Знакомые вещи в ее доме облегчили ей душу: кипящий чайник на плите и музыка ее отца, звучащая из его кабинета. Так как ее отец научил Тонкс разбираться в маггловской музыке, то сегодня она могла распознать песню Битлз. Она сразу же почувствовала радость за свое решение зайти в гости. Тонкс знала, что родители будут ждать ее, поскольку раньше послала маме сову, что зайдет к ним, как закончит работу. Она решила оглядеться в доме, но прежде чем успела что-либо сделать, ее мать вышла из гостиной на кухню. — О, Нимфадора, мне казалось, я услышала, как открылась дверь, — Андромеда подошла к ней и заключила в объятия, а затем оглядела дочь, — Нет, ну Нимфадора, неужели это считается нормальным нарядом для работы? Тонкс взглянула на ее повседневную одежду: футболка с изображением Ведуний, синие джинсы, немного протертые на коленях, ее черные ботинки и стандартная синяя мантия Мракоборца. Конечно же, являясь Метаморфомагом, она способна изменять свою внешность, так что ее волосы были далеки от того, что можно назвать подходящим для работы. Сегодня, к примеру, они были ее любимого ярко-розового цвета в стиле пикси. — Я следую министерскому дресс-коду для Мракоборческого отдела, мам. В нем сказано, что я должна носить служебную мракоборческую мантию, бейдж и удобную обувь, — ухмыльнулась Тонкс, цитируя слова из руководства для мракоборцев. Это был не первый раз, когда Андромеда заговаривала с ней о ее рабочей одежде. Она знала, что ее мать сводило с ума то, что она одевается, как непутевый подросток. К сравнению, внешний вид ее матери был совершенным, от ее красиво ухоженных темных кудрявых прядей до дотошно аккуратной и тщательно подобранной одежды. Эти привычки появились давно, когда Андромеда воспитывалась Древнейшим и Благороднейшим домом Блэков. — Я думаю, она выглядит просто сногсшибательно, — раздался голос Теда Тонкса, как только он вошел в кухню, держа в руках Ежедневный Пророк. — Спасибо, пап, — сказала Тонкс, улыбаясь отцу, — Ты же знаешь, я не могу одеваться соответственно нормам. У меня есть репутация, которой я должна соответствовать. Да и это не будет так сильно раздражать Скримджера, если я оденусь, как послушный работник. Андромеда покачала головой с улыбкой на лице, затем приступила к завариванию чая, в то время как Тед и Тонкс сели за обеденный стол. У Теда в руках все еще был Пророк, и Тонкс осторожно рассматривала газету, размышляя о том, как ее родители восприняли недавние события. Она знала, что ее родители поддерживают Дамблдора, поскольку они говорили о своей верности ему во время войны, но ей было интересно услышать о том, что они думают о последних событиях. — Читаешь новости дня? — небрежно спросила Тонкс своего отца. — Да. И как по мне, так это просто чушь собачья, — ответил Тед, нахмурившись, — Слышала о том, что они убрали Дамблдора из Визенгамота? Даже и не знаю, во что играет Фадж. Тонкс с облегчением услышала в его голосе недовольство. Зная, что ее родители подозрительно относятся к недавним статьям, она надеялась, что они не будут считать ее безумной за то, что она решила шпионить за спиной министра, не повинуясь своему боссу, рискуя своей работой и, возможно, даже жизнью... «Вообще то, может быть, я действительно безумна», — размышляла она. — Ты слышала что-нибудь от Аластора, Нимфадора? — спросила Андромеда, прерывая мысли Тонкс. Андромеда сильно уважала грозного мракоборца Аластора Грюма. Когда Тонкс была принята в Академию Мракоборцев, Андромеда призналась, что была одновременно и счастлива и испугана. Она была счастлива за дочь, потому что знала, как усердно та работала и как сильно хотела попасть туда. Но она также знала, как опасно быть мракоборцем, и была рада, что Грюм взял Токнс под свою опеку, зная, что она будет учиться у лучшего. — Ну на самом деле я сегодня обедала вместе с Грозным глазом и Кингсли, — ответила Тонкс. Думая об интересном обеде со своими коллегами, она размышляла о том, как много больше на эту тему она должна сказать. — Рада слышать, — счастливо сказала ее мать, наливая чай для них троих, — Спросила его, как он себя чувствует? Он оправился после тяжелого года? — Ха! — громко засмеялась Тонкс, — Грозный глаз скорее всего обсудит трусы Минервы МакГонагалл, чем свое состояние. Однако у нас был довольно долгий разговор, — Тонкс решила сделать несколько глотков чая, чтобы обдумать, как продолжить разговор. — Что же, я надеюсь, он справляется со всем. Ему следует уже выйти на пенсию. Незачем брать на себя больше, чем необходимо для человека его возраста, — спросила Андромеда, немного остудив чай, чтобы сделать глоток. Тонкс размышляла о сегодняшнем разговоре с Грозным глазом и Кингсли, зная, что выход на пенсию – последнее, о чем думал в данный момент старый мракоборец.

Четырьмя часами ранее...

Тонкс сидела в своем кабинете, разбирая нескончаемые документы со своей последней миссии, когда услышала глубокий голос Кинглси позади себя. — Есть планы на обед сегодня? — тихо спросил он. — Если ты не называешь свидание с пером и бумагой планами, то нет, у меня нет планов, — откликнулась она, оборачиваясь к нему с улыбкой на лице, — Приглашаешь меня на обед, чтобы наконец-то признаться в вечной любви, да? — Что-то вроде того, — ответил Кингсли с ухмылкой,— Полдень. Дырявый котел. Не опаздывай. — Я бы никогда не заставила тебя ждать, любимый, — Тонкс рассмеялась, когда Кингсли закатил глаза и скрылся в своем кабинете. Она ладила с ним лучше, чем с любым другим мракоборцем в отделе. Ей нравилось его непринужденное поведение и способность понять ее шутки и постоянную неуклюжесть. За десять минут до полудня Тонкс направилась к пункту аппарации в Министерстве, чтобы оказаться в Косом переулке. Она аппарировала в переулок в магловском Лондоне рядом с Дырявом котлом и прошла пару улиц ко входу в паб. Когда Тонкс вошла в него, она оглянулась в поисках Кингсли, ведь несмотря на то, что она прибыла на две минуты раньше, он, скорее всего, был уже за столом. Она заметила его у дальней стены заведения за столиком и была приятно удивлена увидеть Грозного глаза, сидящего на против него. Тонкс прошла сквозь паб, переполненный людьми, обедающими во время перерыва. К тому времени, как она дошла до их столика, Тонкс уже успела зацепиться ногой за стул и чуть не упасть на пол. — Привет, ребята! Грозный глаз, рада видеть тебя живым. Что бы я делала без любви всей моей жизни, что постоянно заставляет меня быть бдительной? — пошутила Тонкс, как только села рядом с Кингсли. — Ты просила меня признаться тебе в вечной любви всего два часа назад, — сказал Кингсли с притворной гримасой боли на лице, когда передавал ей бутылку сливочного пива, — Неужели все меняется так быстро? — Тебе действительно нужно поспевать за всем, приятель. С возвращением Грозного глаза у тебя появилась конкуренция, — сказала Тонкс, улыбаясь двум мужчинам, — А сейчас, почему бы вам не пойти и сойтись в дуэли за мою любовь. — Ты чокнута, девочка, — Грюм прорычал из-за стола, — А теперь, если вы закончили, перейдем к делам. — Что за спешка, Грозный глаз, не должна ли я, по крайней мере, спросить тебя, как ты себя чувствуешь? — спросила Тонкс, смотря на друга. Она волновалась о Грозном глазе, узнав о том, что произошло в предыдущем году, пока он якобы преподавал в Хогвартсе. Конечно, она понимала, что не знала всей истории, ведь прочитала только нелепую статью в Пророке и услышала тщательно сформулированное заявление в Мракоборческом центре. Она чувствовала себя немного виноватой из-за того, что не поняла, что что-то было не так. Тонкс несколько раз писала Грозному глазу во время учебного года, но всегда получала краткий ответ совой, что он занят, и у него нет времени для бессмысленной переписки. Это было типичным ответом от грубого старого мракоборца, поэтому она даже не задумывалась ни о чем. — Я в порядке, — коротко заявил он, — Не думай об этом. Что было, то прошло. — Что ж, значит, мы все обсудили, — сухо произнесла Тонкс. — Нимфадора, — рявкнул Грозный глаз, привлекая к себе взгляд Тонкс, — Сейчас не время для болтовни, — его тон говорил ей, что настало время для обсуждения дел. Он продолжил низким голосом, — Скажи, что ты думаешь о том, что пишут в Ежедневном Пророке. — По-моему, полная ерунда, — ответила Тонкс и получила сигнал о том, чтобы говорить тише, — Кажется, будто их план состоит в том, чтобы давить на всех всеми этими разговорами о сумасшествии Дамблдора и этого мальчика Поттера, — Грозный глаз и Кингсли переглянулись и сосредоточились на Тонкс, побуждая ее продолжить, — И все эти споры о том, вернулся ли Ты-Знаешь-Кто или нет... Как мне кажется, они отрицают это слишком сильно, чтобы верить, что ничего не происходит. — Молодец, — одобрительно сказал Грюм, — Ты прошла тест. — Тест? — спросила Тонкс, приподняв брови и сделав глоток сливочного пива, — Я не знала, что сегодня будет экзамен. В следующий раз предупреди меня, чтобы я смогла подготовиться. — У нас не так много времени, прежде чем Тонкс и мне нужно будет вернуться в отдел, так что нам лучше поторопиться, если мы не хотим привлечь к себе какие-либо подозрения, — сказал Кингсли, слегка оглядываясь вокруг. — Поторопиться куда? Я думала, вы купите мне обед, — немного сердито сказала Тонкс, — По крайней мере, дайте мне допить. — Так, ладно, я пойду первым, — проигнорировав Тонкс, Грозный глаз начал инструктировать их, будто бы они шли на миссию, — Спустя несколько минут вернитесь в переулок и направляйтесь к моему дому. Я встречу вас там, — всем, кто знал Грозного глаза, было хорошо известно, что прежде чем он позволит войти к себе в дом, нужно пройти определенные процедуры. Спустя несколько минут, как Грозный глаз ушел, Тонкс и Кингсли встали из-за стола, пробрались через паб и вышли через дверь в магловский Лондон. После нескольких поворотов, они оказались в безлюдном переулке, готовые аппарировать к месту назначения. — Не могу поверить, что мы пропускаем обед. Что, черт возьми, происходит, Кингсли? — спросила Тонкс. — Не здесь, — ответил он, — Ты узнаешь больше через несколько минут. Во время аппарации Тонкс почувствовала, как она слегка сжалась, а затем через несколько мгновений спустя приземлилась в саду Грозного глаза, падая прямо на Кингсли, который подхватил ее под руки, прежде чем она ударилась о землю. — Хорошо поймал, приятель, — беспечно сказала Тонкс, улыбаясь Кингсли, который покачал головой и рассмеялся над неуклюжестью коллеги. Они обошли домой и, подойдя ко входной двери, постучали три раза и стали ждать. Спустя несколько секунд они услышали громкий звук деревянной ноги, значащее, что Грюм идет к двери. — Привет, Грозный глаз, — поприветсвовала Тонкс сквозь дверь. — Что первое я сказал тебе в первый день твоего обучения? — первый секретный вопрос был адресован Тонкс. — Я здесь не для того, чтобы заводить друзей, девочка, — последовал ответ Тонкс. — Правильно. А что я сказал тебе, парень, когда я вновь вышел на работу? — Мне наплевать на эту серьгу, — ответил Кингсли. После ответа Кингсли, они услышали ряд сложных звуков, входная дверь открылась и мракоборец пропустил их внутрь. Когда Тонкс, Кингсли и Грозный глаз прошли через коридор и свернули налево через двойные двери в гостиную, она засыпала их своими вопросами. — Хорошо, ребята, теперь, когда мы здесь, вы собираетесь посвящать меня в свою тайну? Почему мы пропустили обед? — Тонкс перестала задавать вопросы, когда вошла в гостиную и увидела довольно расслабленного Альбуса Дамблдора, сидящего в одном из кресел. — Добрый день, Нимфадора, — любезно сказал Дамблдор, смотря на нее своими знаменитыми ярко-голубыми глазами, мерцающими за очками-полумесяцами. Тонкс была так удивлена увидеть ее бывшего директора, сидящего перед ней, что она ненадолго потеряла дар речи, глядя то на Грозного глаза, то на Кингсли. После того, как ее шок прошел, она весело поприветствовала Дамблдора. — Здравствуйте, профессор. Как поживает Толстый Монах? — О, очень замечательно, моя дорогая, — ответил Дамблдор, улыбаясь ее вопросу о призраке Хаффлпаффа. Он поднялся на ноги, протягивая руку, чтобы пожать руку Тонкс, — Я полагаю, он лоббирует от имени Пивза за пропуск полтергейста на праздник. — Ну, кто-то же должен вступаться за нарушителей спокойствия, сэр, — ответила Тонкс с широкой ухмылкой, зная, что ее бывший директор вполне осведомлен о ее собственных шалостях, устраиваемых во время обучения в Хогвартсе. — О, Кингсли, — Дамблдор повернулся к молодому мужчине, — Спасибо, что привел Нимфадору на сегодняшнюю встречу. — Всегда рад помочь, сэр, — ответил Кингсли, пожимая руку Дамблдора, а затем повернулся к Тонкс, — Почему Дамблдору можно называть тебя Нимфадорой без опасения быть заколдованным? Она улыбнулась Кингсли. — Сделай что-то стоящее, чтобы оказаться на карточке в Шоколадной лягушке, и ты тоже сможешь называть меня Нимфадорой, — Тонкс почувствовала, как ее улыбка становится шире, когда она осознала, что Дамблдор тихонько посмеивается над их беседой. — А сейчас, моя дорогая, я полагаю, я должен вам обед, — сказал Дамблдор, приглашая жестом других в комнату, чтобы сесть, — Добби, — спокойно позвал он. В одно мгновение раздался громкий звук, напоминающий трекс, и в комнате появился эльф. — Добби нужен вам, сэр? — спросил эльф. Тонкс подумала, что прежде она еще никогда не видела столь странного эльфа. Казалось, что он похож на обычного эльфа, за исключением странной одежды. То, что было надето на нем, было похоже на детскую футбольную майку, поверх нее было черный жилет, синие джинсы были ему коротки, так что можно было увидеть два очень ярких разных носка. — Да, Добби, мне нужны твои услуги, если ты свободен, — подтвердил Дамблдор, — Сейчас мне нужно поговорить с мисс Нимфадорой Тонкс, но так случилось, что это ее обеденное время. Поскольку я отвлекаю ее от обеда, я надеюсь, что ты принесешь ей что-нибудь, когда я снова позову тебя. — Добби счастлив помочь мисс Тонкс, сэр, — пропищал Добби высоким голосом, низко кланяясь Дамблдору, — Что вы хотите, чтобы Добби приготовил для вас, мисс Тонкс? — счастливо спросил Добби. — Эм, спасибо, Добби. Сэндвича будет достаточно, — смущенно сказала Тонкс. Добби быстро исчез, когда выслушал ее просьбу. Тонкс не была уверена, почему ее обычный обед с коллегами превратился в обед, заказанный у домового эльфа, вызванного Альбусом Дамблдором, сидя в гостиной Грозного глаза, — Не хочу показаться грубой, но кто-нибудь из вас, джентльмены, собирается объяснить, что здесь происходит? — спросила Тонкс, смотря на трех мужчин, сидящих рядом с ней. — О, да, думаю, объяснение и переход к делу – великолепная идея, — ответил Дамблдор, — Нимфадора, мы немного поговорили с Аластором до твоего прихода, и я полагаю, что услышал все, что мне нужно. И если мои выводы верны, то ты как раз таки тот человек, который мне нужен, — Дамблдор остановился и затем спросил более серьезным тоном, — Скажи мне, моя дорогая, что ты знаешь об Ордене Феникса? Тонкс смотрела на бывшего директора несколько секунд, прежде чем ответить. Осознавая серьезность этой встречи, ее тон переключился на тот, который она называла "режим аврора". Смотря Дамблдору прямо в глаза, она произнесла: — Орден Феникса – секретная организация, основанная вами, сэр, в начале войны против Сами-Знаете-Кого и Пожирателей Смерти. Орден работал вместе с министерством с единственной целью – победить Сами-Знаете-Кого. После его поражения Орден был распущен. — Верно, Нимфадора, — Дамблдор казался довольным ее описанием, — И я полагаю, что пришло время заново созвать Орден, без помощи министерства, конечно же. Я здесь, чтобы лично пригласить тебя в Орден. Рот Тонкс легка приоткрылся от шока от его слов. Ее глаза быстро метнулись на Грозного глаза и Кингсли, сидящих на диване. Грозный глаз выглядел серьезным, а на лице Кингсли уже не было следа юмора, что был всего несколько минут назад. Она оправилась от шока и посмотрела на Дамблдора, который внимательно наблюдал за ней. — Вы здесь, чтобы лично пригласить меня в Орден Феникса? — Тонкс повторила его слова, словно не могла поверить в это, — Что именно вы ожидаете от меня в качестве члена Ордена? — Рад, что ты спросила, — ответил Дамблдор с легкой ухмылкой, — У нас не так много времени, прежде чем тебе и Кинсли нужно будет вернуться в министерство, так что я только в общем расскажу об обязанностях в Ордене, а больше ты сможешь узнать от Аластора и Кингсли сегодня позже, если ты предпочтешь присоединиться к нам, — Дамблдор остановился на секунду, снова выглядя серьезно, — Поскольку на этот раз мы не имеем поддержки министерства, потребность в секретности является абсолютной. Я должен предупредить тебя, что если ты решишь, что ты не хочешь присоединиться к нам, то я буду вынужден изменить твою память с того момента, как Кингсли пригласил тебя на обед. — Я поняла, сэр. — Что касается обязанностей в Ордене, то в данный момент есть много чего, что мне нужно от его членов. Во-первых, есть вещи, которые должны быть в безопасности и под охраной. Позже ты узнаешь об это больше. Во-вторых, мы должны следить за Пожирателями Смерти. Очень важно, чтобы мы быстро узнавали о планах Воландеморта, — Дамблдор посмотрел на Тонкс своим пронзительным взглядом, будто бы пытаясь оценить ее реакцию, — Я буду давать тебе опасные задания, Нимфадора. Ты будешь сильно рисковать собой, своей работой, своими родителями, ты даже можешь быть обнаруженной. Ты должна знать, что я не прошу об этом легкомысленно. Я понимаю жертву, о которой я прошу тебя. — Почему, сэр? Я имею ввиду, почему я, сэр? — спросила Тонкс. — Разумеется, ты знаешь, что у тебя есть способности, которые сделают тебя ценным членом Ордера, — сказал Дамблдор, внимательно глядя на нее. Тонкс чувствовала, что ее уже второй раз проверяли за сегодня. — Я метаморфомаг, — спокойно сказала Тонкс. — Твои метаморфические способности, безусловно, играют определенную роль в моем решении, — сказал Дамблдор, все еще глядя на нее, — К тому же ты хорошо тренированный и квалифицированный мракоборец. Твоя должность в министерстве поможет нам собирать информацию. И как я слышал от тех, кто видел твою работу... — Дамблдор указал на Грозного глаза и Кингсли, — Твои навыки дуэли впечатляющие. — Я могу постоять за себя, сэр, — скромно сказала Тонкс. — Думаю, ты лучше, чем думаешь, Нимфадора. Я так же полагаю, что ты вдохнешь немного жизни в нашу группу хитрых стариков, которые склонны воспринимать себя слишком серьезно, — знакомое мерцание в глазах Дамлдора снова вернулось, когда он произнес последнюю фразу. — Когда вам нужен будет ответ, сэр? — спросила Тонкс, слегка краснея от его последнего комментария. Ей нужно было так много обдумать, так что она надеялась, что у нее было немного время. — Ты встретишься с Грозным глазом здесь в шесть часов со своим ответом, — ответил Дамблдор, — Если ты согласишься присоединиться к Ордену, то будешь уведомлена о необходимых деталях для продолжения. Если откажешься, то мы изменим твою память, — он остановился и снова внимательно посмотрел на нее, — Я надеюсь, что когда ты уйдешь отсюда, то ты не скажешь никому об этом до сегодняшнего вечера? — Сэр, я не скажу ничего конкретного о том, что мы обсудили здесь сегодня, но мне бы хотелось ненадолго навестить своих родителей, прежде чем вернуться сюда, — Тонкс решительно посмотрела на директора. — Да, я думаю, это нормально, — ответил Дамблдор, — А сейчас, тебе и Кингсли нужно будет вернуться в министерство. Было очень приятно снова увидеть тебя, моя дорогая, и я с нетерпением жду встречи с тобой сегодня вечером, — Дамблдор встал, побуждая всех встать вместе с ним, — Не забудем про твой обед, — сказал он, слегка улыбаясь, — Добби, — тихо позвал Дамблдор. С треском Добби снова появился в своем странном наряде, держа в руках сверток. — Добби приготовил мисс Тонкс поджаренный сэндвич с сыром, миску томатного супа, кофе и немного печенья. Добби надеется, что вы довольны, мисс, — счастливо сообщил Добби, низко поклонившись Тонкс. Тонкс улыбнулась Добби, взяв упакованный сверток с едой из его рук. — Спасибо тебе, Добби, — сказала Тонкс, удерживая перед собой сверток, похоже, измеряя его вес, — Похоже, будто ты собрал мне целый обед. Ты должно быть знаешь, что у меня хороший аппетит. Или, может быть, ты надеялся, что я поделюсь со своими друзьями. — Добби счастлив слышать, что мисс Тонкс довольна, — ответил Добби с непринужденным ликованием на лице. — Спасибо тебе, Добби, это все, — высказался Дамблдор, улыбаясь эльфу. Добби снова исчез, и Дамблдор повернулся к Тонкс, протягивая руку, чтобы пожать ей руку, — До вечера, Нимфадора. Тонкс поняла, что пришло время ей и Кингсли возвратиться в министерство. Она и Кингсли попрощались с Грозным глазом и прошли через коридор ко входной двери. Дверь быстро закрылась за ними, когда они вышли на крыльцо; Тонкс повернулась к Кингсли с легкой улыбкой, как только они услышали защелкивание замков. Они направились за забор, где они смогут аппарировать в министерство. Тонкс смотрела на Кингсли, когда они шли, и обнаружила, что потеряла дар речи. Спустя несколько секунд она сказала: — Что ж, это был самый странный обед в моей жизни. Зато еда была клевая. Я не получала еду от домового эльфа со времен моего обучения в Хогвартсе. Кингсли посмотрел на Тонкс и слегка ухмыльнулся. — Думаю, тебе есть над чем подумать. А сейчас больше никаких разговоров об этом. Давай вернемся, мы пообедаем, а затем ты сможешь провести остаток дня у своих родителей. Я прикрою тебя перед Скримджером. — Я не скажу ничего кроме того, что мы вместе сегодня обедали, — произнесла Тонкс, торжественно глядя на Кингсли. — Я доверяю тебе, Тонкс, — сказал Кингсли, — Поверь, ты не была бы здесь, если бы тебе не доверяли. Тонкс и Кингсли аппарировали в министерство, где съели обед, который приготовил Добби. Тонкс отправила сову родителям, затем закончила достаточно бумажной работы, чтобы уйти, и снова направилась к пункту аппарации в министерстве.

В настоящее время

Тонкс вынырнула из своих мыслей, когда услышала, что мать что-то настойчиво говорит ей. — Нимфадора, дорогая, кажется, будто ты за сотни миль отсюда. Ты точно в порядке? — А? — Тонкс взглянула на мать. — Я спрашивала тебя о Грозном глазе, и такое ощущение, что ты не слушала меня. С тобой все хорошо? — снова спросила Андромеда. — Да, мам, — ответила Тонкс, — Просто вся эта ерунда в Пророке и заявление Фаджа в нашем отделе насчет турнира... Что-то тут не сходится. — Это начинается снова, не так ли, Тед? — Андромеда перевела взгляд своих непреклонных серых глаз на Теда, положив свою руку на его щеку, — Разве не так все начиналось в прошлый раз? — Да, Дромеда, к сожалению, я думаю, что ты права, — ответил Тед, — Довольно скоро будет больше исчезновений и смертей. А затем снова начнутся разговоры о чистоте крови и избавлении волшебного мира от маглорожденных, — Тед положил свою руку поверх руки своей жены. Тонкс посмотрела на своих родителей. Осквернительница крови и маглорожденный, сражавшиеся в своей собственной войне во время прошлой войны; они наплевали на общественные нормы и проигнорировали то, что ждало их в будущем. Тонкс сидела, смотрела на своих родителей и точно знала, что она тоже хочет сражаться. Знала, что она обязательно придет в дом Грозного глаза к шести часам, чтобы присоединиться к Ордену Феникса.