Jinxed Hearts

Тонкс сидела в своем кабинете, подперев ладонями подбородок и положив локти на стол. Борясь со сном, она хотела, чтобы ее глаза оставались открытыми. Битва была быстро проиграна, когда ее голова подалась вперед и упала на стол уже в третий раз за час. Этим утром она закончила свою первую ночную смену охраны Отдела Тайн и пыталась справится с рабочим днём. — Взгляни-ка на меня, — Тонкс подняла голову, когда появился Кингсли и уселся на край ее стола, — Выглядишь так, будто тебе нужно что-то тонизирующее, чтобы пережить этот день, — он поставил чашку кофе и булочку на стол, где несколько секунд назад лежала ее голова. — Ну разве ты не самый замечательный парень, которого я когда-либо встречала? — с улыбкой спросила Тонкс, — Слава Мерлину, что сегодня я искала следы последнего появления Сириуса. Если бы мне сегодня поручили миссию, то я, возможно, спотыкалась бы повсюду. — Значит, ты разобралась со всей своей бумажной работой? — Да. Это заняло почти все чертову ночь, — сказала Тонкс, изо всех сил стараясь не зевать. Дамблдор дал ей почитать сообщения о Пожирателях Смерти, пока она сидела на полу под плащом-невидимкой Грозного глаза. Кингсли ушел к себе, а Тонкс счастливо съела кофе и булочку, что он принес ей. Не желая считать минуты до тех пор, когда она сможет уйти спать, Тонкс продолжила читать отчеты о том, где был замечен Сириус. По крайней мере, некоторые зацепки были довольно забавными, так что она не засыпала. В некоторых упоминалось, что он ходит в паб и пропускает стаканчик, заставляя ее поверить в то, что существует связь между количеством пива, потребляемого людьми, и тем, сколько раз был замечен Сириус. Она закончила писать заметки о последнем отчете и покинула Мракоборческий центр. Прежде чем покинуть министерство, она решила отправить сову Ремусу, спрашивая, какую еду лучше принести на следующий день. Это был прекрасный летний вечер. Не покидая министерство полтора дня, Тонкс решила прогуляться до своей квартиры. После остановки на пути, чтобы купить свой любимый суп, она толкнула дверь своей квартиры, к счастью, не уронив обед, наткнувшись на входной коврик. Когда она поставила сумку с едой на кухонную тумбу, то увидела сову, которую она послала Ремусу, клюющую в окно над раковиной. Тонкс открыла окно, чтоб впустить ее, дала ей немного хлеба и отвязала письмо от ее лапки. Она быстро вылетела из окна, когда Тонкс развернула и прочла записку. Т, Я не такой привередливый, как мой верный друг, который предпочитает рыбу и жаренную картошку. Он также сообщил мне, что уже устал от моей компании, так что требует тебя. Знаешь, он становится тревожным в этой клетке, когда я уезжаю, и поэтому ценит любое развлечение. Возьми то, что захочешь. До встречи, Р Тонкс громко рассмеялась над запиской Ремуса. Рыбу и жаренную картошку было бы легко достать, но что, во имя Мерлина, она должна была принести Сириусу, чтобы тот развлекался, когда Ремус будет на миссиях? Она села на диван, начав есть суп, и оглядела квартиру. Возможно, она могла бы принести ему свою коллекцию музыки; ее отец подарил ей магловский CD-плеер и диски своих любимых групп на Рождество в прошлом году. Тонкс поспорила бы на все свое золото в Гринготтсе, что в штаб-квартире не было электричества. Может быть, она могла бы зачаровать плеер так, что бы он включался каждый раз, когда Сириусу будет скучно. Она закончила есть и подошла к книжным полкам, просматривая беспорядочно сложенные книги. Ее маркоборческое учебное пособие, учебники по защите и «Продвинутые зелье», казалось бы, вряд ли развлекли бы ее дядюшку. Тонкс продолжала осматривать полки, пока ее взгляд не упал на небольшую книгу в мягкой обложке — любовный роман, приобретенный в магловском книжном магазине. Улыбаясь, она вытащила книгу и поставила рядом с кофейником, чтобы не забыть взять ее с собой завтра. Хоть и было всего лишь около семи вечера, Тонкс решила сходить в душ и лечь в постель. На следующий день Тонкс долго валялась в кровати, встав только тогда, когда почувствовала, что ей необходим кофе. Готовясь покинуть квартиру, она думала больше, чем обычно, над тем, как ей сегодня лучше выглядеть. Убедив себя в том, что она просто хотела произвести хорошее впечатление на других членов Ордена, Тонкс выбрала менее изношенные джинсы и милый фиолетовый свитер. Ее вид был дополнен обычными чёрными ботинками и простой чёрной мантией. Изучая своё внешность в зеркале, она сосредоточилась и морфировала волосы в небольшие кудряшки цвета лаванды, доходившие ей до подбородка. В полдень Тонкс стояла на крыльце дома 12 на площади Гриммо и звонила в звонок. В ее руках был один пакет с едой, а второй для Сириуса. Вместе с любовным романом, Тонкс решила, что верному другу нужна игрушка собачки — она выбрала ярко красную — чтобы облегчить его скуку. Дверь открылась, и Тонкс сразу же услышали крики миссис Блэк. — ПРЕДАТЕЛИ КРОВИ, ПОЛУКРОВКИ, УРОДЫ ОСКВЕРНЯЮТ МОЙ БЛАГОРОДНЫЙ ДОМ!

***

Она вошла и увидела, что Сириус пытается затянуть занавески на портрете. Ремус, открывший ей дверь, взял сумки из рук Тонкс. Она едва сделала два шага, когда зацепилась ногой о подставку и упала на пол. — Что же, по крайней мере, еда в безопасности с Ремусом,— произнесла Тонкс поверх оскорблений миссис Блэк. За занавесками продолжался вопль, вынуждающий Сириуса открыть их и оглушить портрет. Он обернулся, чтобы помочь Тонкс подняться на ноги. — В следующий раз просто входи, не звони в звонок, — сказал Сириус. — Я продолжу звонить в звонок, пока ты не уберешь эту чертову подставку! — Довольно справедливо. Обещаю убрать ее, — ухмыльнулся Сириус, — Пока на ней не появилось заклинания вечного приклеивания, как на портрете моей милой матушки. Группа направилась на кухню. Ремус поставил сумки на стол и начал распаковывать их обед. — Так, и что ты принесла мне? — спросил Сириус. — Ты что, думаешь, что я Санта-Клаус? — Я думаю, что ты такая же замечательная, как и Санта-Клаус, если принесла мне что-нибудь, чтобы я не сошел с ума в этом доме. Тонкс открыла сумку и вытащила ее содержимое. — Я принесла тебе несколько вещей. Одна из них — для личного развития, а другая — для тебя, чтобы поупражняться, когда ты взаперти, — сказала Тонкс с улыбкой на лице. Она положила любовный роман и игрушку собачки в протянутые руки Сириуса. Сириус на мгновение уставился на предметы в своих руках, прежде чем громко рассмеяться. Ремус наклонился, чтобы посмотреть на источник веселья Сириуса. — «Запретная любовь»? — Замечательная история о запретных отношениях молодой ведьмы Салема и сына магистрата. — Интересно, наверное, — произнес Ремус с улыбкой, накрыв стол на троих. — Ничего образованного, как твое обычное чтиво, профессор Люпин, но все же занимательно, — Тонкс подмигнула Ремусу, а затем вернула свое внимание Сириусу, — Рада, что тебе понравилось то, что я выбрала. Я еще подумывала о том, чтобы возобновить игру, в которую мы играли, когда мне было шесть, и заставить тебя притвориться моим единорогом. — Хоть я и любил быть единорогом, я больше не собираюсь позволять тебе кататься на моей спине. Втроем они сели за стол, ели еду, которую принесла Тонкс и болтали. Тонкс рассказала Сириусу о том, как поживают ее родители. Он казался почти довольным, когда она сказала, как ее мать писала письма в министерство. Они смеялись и делились историями о своих годах в Хогвартсе, сравнивая проделки и наказания. Тонкс немного рассказала им о ее трехлетнем обучении на мракоборца и каково это быть протеже Грозного глаза. — Ужасно слышать крики Грозного глаза на протяжении трех лет, — сказал Сириус, слегка вздрогнув, — Служить с ним в первом Ордене было достаточно для меня. Клянусь, я говорил «постоянная бдительность» даже во снах. — Грозный глаз не что иное, как большое старое золотце, — улыбнулась Тонкс, — Я многому обязана его тренировкам. Я была ужасна в незаметности и слежке — вы должно быть заметили, что я немного неуклюжа. Даже с его помощью я чуть-ли не провалилась. И по Мракоборческому центру ходят легенды о его навыках дуэли. Думаю, некоторые старшие ребята даже немного ревнуют, что Грозный глаз тренировал меня. — Уверен, его тренировки были великолепны. Но это все равно хватило бы для того, чтобы я захотел выпить. Кстати, говоря об этом, — Сириус встал, подошел к шкафчику и достал бутылку Огневиски, — Кто хочет выпить? Лунатик, дружище? — Без меня, Бродяга, — произнес Ремус. — А мне плесни. Только немного. Не могу аппарировать домой, если я пьяна, что значит, что мне приходится терпеть «Ночной рыцарь», — сказала Тонкс. Размышляя о прозвищах, услышанных от мужчин, она повернулась к Ремусу, — Почему он зовет тебя Лунатиком? У тебя что, была привычка снимать штаны во время школьных проделок?* Сириус громко рассмеялся и протянул Тонкс налитый ей стакан виски. — Ремус, вероятно, последний из нас, кто показал бы свою задницу во время проделок! — К сожалению, Лунатик относится к чему-то гораздо менее забавному, чем снятие чьих-то штанов, — слегка застенчиво произнес Ремус. Неожиданно на Тонкс снизошло озарение, и она почувствовала себя глупо из-за того, что не поняла раньше. — О, я поняла. Это оборотневские штучки. Ремус и Сириус посмотрели на нее с широко раскрытыми глазами. — Ты знаешь, что он оборотень? — спросил Сириус. Тонкс сделала глоток виски и обдумывала, почему оба мужчин смотрели на нее так, будто она сумасшедшая. — Ну, это не совсем секрет. — Что? — Сириус все еще растерянно смотрел на нее. — Я знаю, что какое-то время ты не вступал в контакт с внешним миром, так что дам тебе совет. Существует замечательная ежедневная публикация текущих событий под названием «Ежедневный пророк». Ты должен подписаться. Сириус закатил глаза. — Спасибо тебе, дорогая племяшка, обязательно подпишусь. Но причем тут Пророк? — Там опубликовали статью, когда я уволился, — тихо сказал Ремус. Тонкс взглянула на Ремуса и внезапно почувствовала себя ужасно из-за того, что она так прямо говорит об этом. Она предположила, что он, вероятно, не хочет подробно обсуждать это, но была удивлена, что они думали, что она не знает о его состоянии. — Тебя беспокоит то, что я знаю? — Любой, кто присоединяется к Ордену, в конце концов обнаруживает это. Просто не люблю, когда люди сначала узнают об этом. — Это не меняет мое мнение о тебе. — Лунатик привык, что люди избегают его, будто у него обсыпной лишай, когда узнают, что он оборотень, — вмешался Сириус, — Он, наверное, еще в шоке, что ты обедаешь с ним. — Это безумие, — Тонкс раздраженно покачала головой, — Я имею в виду, не ожидай, что я приглашу тебя на ужин в ночь полнолуния, но в любой другой день я с радостью поужинаю с тобой. — Это не безумие, — спокойно произнес Ремус, — Я не воображаю, что люди не желают моей компании. — Уверена, что некоторые терпеть не могут твое состояние, но точно не я, — сказала Тонкс, — Тебе понадобится что-нибудь другое, если захочешь отвадить меня. Ремус взглянул на Тонкс и по-мальчишески улыбнулся ей, прямо как и три дня назад на собрании Ордена. Она почувствовала, как ее тело пронзило легкое возбуждение, когда он улыбнулся ей, и попыталась игнорировать мысли, напоминающие о том, что она тщательно подбирала одежду для этого дня. — Тонкс, я вновь заявляю, что ты моя новая любимица, — произнес Сириус, поднимаясь со своего места. Он взял свой бокал и выпил остаток Огневиски, — Давайте-ка используем мою новую игрушку с пользой. Тонкс была благодарна, что ее мысли прервали, прежде чем она смутилась и покраснела перед Ремусом как школьница. Она рассмеялась, когда Сириус трансформировался в огромного черного пса, схватил красную игрушку со стола и проскочил через кухонную дверь. Тонкс и Ремус вскочили и пошли за ним, догоняя Сириуса, когда он подбежал к ступенькам в коридор. — Думаю, твой песик хочет поиграть в игру «Поймай», — сказала Тонкс Ремусу, когда они смотрели, как Сириус бросает игрушку на лестницу и подталкивает ее носом. Тонкс поднялась по лестнице и схватила игрушку. Она кинула ее вверх по лестнице и засмеялась, когда Сириус ловко побежал за ней. Они бросили игрушку вверх по лестнице еще несколько раз, прежде чем Тонкс и Ремус начали кидать ее между собой в коридоре. И, конечно же, суматоха их игры — лай Сириуса, гоняющегося взад-вперед по коридору, смех и поддразнивания Тонкс и Ремуса — разбудила портрет миссис Блэк. Как только она начала вопить о позоре в своем доме, открылась входная дверь. Они застыли втроем во время игры, когда Дамблдор вошел, с улыбкой смотря на представшую перед ним сцену. Легким движением палочки Дамблдор оглушил портрет. — Вижу, вы развлекаетесь этим вечером. — Бродяге гораздо лучше, когда он в компании, — улыбнулся Ремус. Сириус громко залаял, прежде чем превратиться обратно в человека. — Прошу прощения, что прерываю веселье, но я рад, что вы все здесь. Ведь вы - именно те три человека, которых я хотел бы увидеть, — произнес Дамблдор, указывая им следовать за ним. Он спустился по ступенькам к кухне, а за ним Сириус, Ремус и Тонкс. — Будешь чай, Альбус? — спросил Ремус, двигаясь к плите. — Да, было бы замечательно. Но, пожалуйста, позволь мне, — легким взмахом палочки Дамблдор сделал чай на четверых и тарелку сэндвичей с печеньем, — Нимфадора, как прошла твоя первая охранная смена? — Замечательно, сэр, — сказала Тонкс, взяв с тарелки печенье и садясь за стол, — Я прочла доклады, что вы дали мне, а затем Кингсли спас меня от изнеможения кофе. — Прекрасно, — произнес Дамблдор, садясь рядом с Сириусом и Ремусом, — Сейчас пришло время обсудить твое следующее задание. Я полагаю, ты будешь занята на следующей неделе. — Я согласна на любую миссию, которую вы дадите мне. — Какие у тебя планы на завтра? — Только обязательный воскресный обед с мамой и папой, сэр, — сказала Тонкс. — Мне интересно, можешь ли ты взять меня с собой, чтобы я поговорил с твоими родителями? — Конечно, — нахально ухмыльнулась Тонкс, — Мама будет в восторге от того, что я наконец-то приведу домой парня. — Хоть я и верю, что мы были бы прекрасной парой, думаю, твоих родителей смутила бы наша разница в возрасте, — улыбчиво ответил Дамблдор. — Я всегда предпочитала мужчин постарше, сэр, — пошутила Тонкс с улыбкой, которая исчезла, когда она посмотрела на Ремуса. Мерлин, он думал, что она заигрывает с ним, потому что она посмотрела на него? Тонкс ведь не была... не так ли? Она снова сосредоточилась на разговоре, прежде чем снова покраснеть из-за своих мыслей. — Что вам нужно от Меды и Теда? Попросите их присоединиться к Ордену? — спросил Сириус. Тонкс уловила надежду в его тоне. Она знала, что ее мать и Сириус были близки до его тюремного заключения. — Не обязательно присоединиться, но чем больше у нас союзников, тем лучше. Также надеюсь, что они предоставят свои дома в качестве убежища, если понадобится, — произнес Дамблдор,— Если они согласятся, то, думаю, вы сможете увидеться с Андромедой. Сириус кивнул и уставился в свою чашку. У Тонкс появилась надежда, что они оба смогут общаться друг с другом. Это было очевидно для нее, хоть она и провела мало времени рядом с Сириусом, что он хотел общаться с людьми. Она едва представляла себе, как он провел эти годы в Азкабане; она посещала тюрьму по мракоборческим делам лишь на короткое время, меньше, чем на день. — А сейчас, у меня будет ещё одно поручение, Нимфадора. Потребуется также помощь Сириуса и Ремуса, — Сириус, казалось, оживился от слов Дамблдора. Тонкс вспомнила комментарий Снейпа Сириусу на собрании Ордена о его сидении дома и осознала, как трудно ему находиться в штаб-квартире, пока все остальные были на работе или на миссиях, — Сириус, расскажи мне о твоей переписке с Гарри с тех пор, как он покинул Хогвартс. — Могу сказать, что он раздражен. И зол, что все еще находится у тети и дяди. Он не будет счастлив, когда узнает, что Уизли и Гермиона будут здесь без него. Он бы умер за любые новости. — Боюсь, новости — это то, что мы не можем дать ему. И, к сожалению, он должен оставаться под защитой Петунии до тех пор, пока абсолютно не понадобится, чтобы мы забрали его. Скажи ему, чтобы он оставался рядом с домом и избегал неприятностей, — вздохнул Дамблдор, его лице стало нетипично усталым, прежде чем он продолжил, — Я знаю, что для него ужасно оставаться в их доме, но пока что это необходимо. Тонкс с большим интересом наблюдала за их беседой. Недавно узнав о Пророчестве и связи Гарри с Сами-Знаете-Кем, она очень хотела узнать столько, сколько возможно. Она, конечно же, знала историю о Гарри Поттере, которую знал весь магический мир, но не больше. — Как семья Уизли и девочка, которую вы упомянули, связаны с Гарри? — спросила Тонкс. — Гарри не часто увидишь без Рона и Гермионы, — заговорил Ремус, — Рон, младший сын Уизли, и Гермиона Грейнджер лучшие друзья Гарри. — Гермиона, да? — спросила Тонкс, — Бедная девочка. Почти также ужасно, как и Нимфадора. — Когда у тебя будет время, Сириус должен рассказать тебе, как Гарри и Гермиона помогли ему сбежать от дементров, — сказал Дамблдор, — Но сейчас у нас есть другие дела. С тех пор, как Гарри покинул Хогвартс, он был беспокойным, все больше и больше бродя подальше от дома Дурслей. — И куда он ходит? — спросил Сириус. Тонкс заметила беспокойство в его голосе. — Это как раз таки то, что я хотел бы, чтобы Нимфадора и Ремус узнали. — Я думал, что вы охраняли его! — Конечно же, Сириус, — произнес Дамблдор, его обычное спокойствие успокаивает, — Но твой крестник больше похож на тебя и Джеймса, чем ты думаешь. Боюсь, пару раз он мог уйти из под наблюдения. Не уверен, пользуется ли он своим плащом-невидимкой или это просто... неаккуратность его охраны. — Вы имеете в виду Земника? — спросил Ремус. Тонкс не была удивлена услышать, что Наземникус Флетчер не полностью справился со своей работой. — Мы уже говорили о том, что ему нужно оставаться с Гарри во время его смен, — ответил Дамблдор. Тонкс могла сказать по его тону, что он больше не хочет обсуждать это, — А теперь к другим делам. Нимфадора, ты знаешь, что такое Ядовитая игла? — Сомнительный бар в Лютном переулке, — сказала Тонкс, — Место Земника. Мракоборческий центр думает, что парень, который управляет этим заведением, незаконно продает ингредиенты для зелий. Пытались поймать его целую вечность, но без результатов. Туда я точно бы не пригласила вас, трех прекрасных джентльменов, выпить. — Да? А я надеялся, что вы с Ремусом сходите туда выпить в пятницу вечером, — произнес Дамблдор, усталость на его лице, которая появилась несколько минут назад, ушла. — Как здорово! Я не была на нормальном свидании несколько месяцев, а теперь у меня аж два на неделе. Хотя я знаю местечки получше, чем Ядовитая игла, в которые можно сходить с Ремусом, — сказала Тонкс, улыбаясь Ремусу. — К сожалению, место было выбрано на основе деятельности Пожирателей Смерти. — Альбус, что ты хочешь, чтобы мы искали? — спросил Ремус. — Расскажи, что ты думаешь, Нимфадора, — произнес Дамблдор. Тонкс подумала, что это еще один тест для нее. Будучи новым и, безусловно, самым молодым членом Ордена, Дамблдор, конечно же, хотел получше узнать ее способности. Но она не была обеспокоена этим. Сейчас она должна проявить себя в качестве мракоборца. — Нам нужно будет понаблюдать за несколькими вещами, — сказала Тонкс, переключаясь с обычной шутливой манеры на режим мракоборца, — Например, кто регулярный, а кто нет. Так мы можем распознать новеньких. Еще будем следить за теми, кто связан с министерством. Мы также должны быть в состоянии проторчать там достаточно долго, чтобы узнать что-то. — А что насчет засады? Почему бы не спрятаться на улице и смотреть, кто приходит и уходит всю ночь? — спросил Сириус. — Я уже сделал это, — произнес Ремус. Тонкс взглянула на Ремуса и поняла, что он сосредоточено смотрит на нее. — Наблюдения за тем, кто приходит, а кто уходит недостаточно. Нам нужно узнать, что они делают и что они говорят. И, — сказала Тонкс, на ее губах появилась ухмылка, — Мы всегда можем надеяться, что кто-нибудь напьется и разболтает что-нибудь. — Это верно, — произнес Дамблдор, и, похоже, он казался довольным ее ответом, — Что ж, на сегодня это все. Увидимся завтра, а сейчас, можете возвращаться к веселью, — он улыбнулся, встал из-за стола, попрощался и пошел к двери. Тонкс проверила, сколько сейчас время, и поняла, что ей, скорее всего, следует идти домой, чтобы подготовится к завтрашнему дню. — Ладно, ребят, мне тоже нужно идти. Думаю, увижу вас завтра. — Я провожу тебя до двери, — сказал Ремус, вставая из-за стола. — Какой ты замечательный джентльмен, Ремус. Или просто хочешь убедиться, что я не споткнусь и не разбужу этот отвратительный портрет? — Давай сделаем вид, что мои мотивы чисто джентльменские. — Справедливо, — произнесла Тонкс с улыбкой. Ремус благополучно проводил Тонкс до коридора, миновав портрет. Они попрощались вполголоса, и Тонкс оказалась на крыльце, глубоко вздохнув. Она почувствовала, что ее вечер оказался более интересным, чем она думала. Спускаясь по ступенькам и двигаясь по улице, чтобы аппарировать, она думала о недавних беседах. Тонкс искренне надеялась, что их обсуждение оборотней не задели Ремуса. Очевидно, что он стеснялся своего состояния, а она, конечно же, не хотела, чтобы он думал, что она не воспринимает это всерьез. Но Тонкс также хотела, чтобы он знал, что это не беспокоит ее. Она улыбнулась, когда аппарировала домой, думая о том, что у нее будет больше времени на следующей недели, чтобы узнать его получше, так как у них намечались две совместные миссии. Как только она подготовилась ко сну, Тонкс решила претвориться, что из-за практичности во время миссии — а не из-за ее размышлений о любимом цвете Ремусе — она думала над тем, как ей следует морфировать свои волосы на следующий день.