5 утра

Дин увидел брата первым, остолбенел от неожиданности и поторопился разъединить их с Касом пальцы. Сэм ничего не знал и ставить его в известность вот так совершенно не хотелось. Признаться себе в трусости тоже. Кастиэль удивленно посмотрел на него, потом перевел взгляд туда же, куда и Дин, и понимающе хмыкнул. — Ясно, — его голос заставил Дина вздрогнуть. — Я пойду. Кастиэль развернулся и пошёл назад, пока Сэм не увидел их и это всё не стало неловкостью. Дин обречено смотрел ему вслед, когда Сэм хлопнул по плечу и радостно улыбнулся. — Привет, а я тебя жду. Уже полчаса, наверное. — Привет, ты бы хоть позвонил. — Хотел устроить сюрприз. — Получилось, — старший брат не стал уточнять, что сюрприз оказался неудачным и совсем не вовремя. Сэм ведь не виноват, что Дин идиот. — Слушай, а это не Кастиэль? — Сэм всё-таки заметил удаляющуюся фигуру и кивнул в её сторону. — Тот парень, из соседней квартиры. — Он, наверное, я не знаю, — Дин мысленно врезал себе по морде, но ничего не мог с собой поделать. — Ладно, идём домой, холодно тут стоять. Они ругались. Не каждый день, но каждый раз, когда заходил разговор о том, чтобы встречаться официально, не прячась от друзей и знакомых. Кастиэль обижался, что Дин не хочет познакомить его с младшим братом и «выйти из шкафа». Его это бесило настолько, что он уходил в квартиру отца, не смотря на наличие там женщины, с которой мистер Ширли живёт уже пару лет. Это и было основной причиной, почему Кас стал снимать квартиру с Бальтазаром. Они не ладили с мачехой, но в момент ссоры это было всё не важно. Иногда он и к Бальту уезжал, и Дину приходилось ехать на другой конец города, чтобы извиниться. Кас хмуро молчал, потом посылал его к чертям, но через пару дней возвращался. И Дин любил его за это ещё больше, но страх потерять брата отравлял их отношения. Сейчас Винчестер понимал, что простой ссорой дело не ограничится и старался не подавать вида, как не вовремя братишка решил нагрянуть в гости. Сэм болтал о скором окончании учёбы, о Джессике, о планах на будущее и излучал столько позитива, что у Дина уже лицо сводило от натянутой улыбки. — Ладно, выкладывай. — Ты о чём? — О твоей фальшивой улыбке. Что случилось? Тебе не нравится Джесс? Или ты не хочешь, чтобы мы жили все вместе? — Чего? — а вот эту часть Дин, кажется, прослушал. — Ну класс, ты ещё и не слышал, что я сказал. Мы хотим с Джесс приехать сюда, к тебе, после экзаменов. Я уже послал своё резюме в пару адвокатских бюро. Дин с ужасом смотрел на Сэма. Жить вместе? Нет, ну места полно, факт. Комната отца, их две маленькие спальни и общая гостиная, вполне могли вместить троих. Но тупиковость ситуации состояла в том, что он уже живёт здесь с Касом. С парнем, чьи вещи раскиданы сейчас на кровати, чья зубная щётка стоит в ванной комнате, и чей убитый голос до сих пор звучит у него в голове. А Сэм строит свои планы, и Дин начинает злиться. В первую очередь на себя, но разве он может в этом признаться? — Охренеть, Сэмми. Сначала ты свалил в этот свой Стэнфорд, затем заявляешь, что там круто и ты готов там состариться и умереть, а теперь ты ставишь меня перед фактом, что приведёшь сюда девчонку? — он повысил голос, определенно, потому что Сэм хмуро смотрит на него и молчит. — Знаешь, что Дин… Иди в жопу. Сначала ты ныл, что я эгоист и бросаю вас с отцом. Потом ты остался один и наотрез отказался переезжать ко мне, хотя я звал и не раз. И теперь, когда я просто хочу быть рядом с тобой, чтобы ты не умер здесь, как старикашка одинокий, выходит, я ещё и виноват в чём-то? Они сверлили друг друга глазами. Сэм недоумевал, что он сделал плохого, кроме того, что знал, чего хочет от жизни и шёл к этому, но не забывая при этом, что у него есть старший брат. А этот самый брат гневно смотрит на него сейчас и такое ощущение, что хочет врезать. Он прекрасно знал этот взгляд Дина. Парень сейчас в бешенстве. — Ладно. Зря я, видимо, припёрся в твою обитель, мне здесь никогда не были рады, а я и забыл. — Не говори эту хрень, Сэм. Это такой же твой дом, как и мой. Просто всё слишком неожиданно, извини, — Дин отвёл взгляд и пошёл на кухню. На холодильнике висела записочка от Каса, прижатая магнитиком: «Погрей суп, балбес», и два сердечка. Дин сорвал её и сунул в карман, подавив в сердце ноющую боль. Он сейчас разрушает что-то очень важное и самое главное в своей жизни. Он понимает это, но всё равно боится сказать Сэму правду о себе. Отцу бы он точно такое не сказал никогда. Но его больше нет и только поэтому Кастиэль прожил с ним несколько месяцев в относительном счастье. Оно не было безоблачным, они долго притирались друг к другу, пытались научиться разговаривать и доверять. И вот, когда это стало походить на настоящие отношения, всё ломается. Сэм шёл позади и сопел. — Дин. Просто скажи, что не так. — Всё нормально, Сэмми. Разбирай сумку, я погрею суп и потом поговорим. — Суп? С каких это пор у тебя в холодильнике есть это диковинное блюдо? Ты что, научился готовить? — Не говори ерунды, Эллен занесла на днях. И снова ложь, снова увиливание от ответа. А ведь как бы было проще, если бы он представил ему Каса, сказал, что любит его, что они живут вместе и всё что в холодильнике — его рук дело. Кас умеет готовить, а ещё штопать носки и следить за квартирой. Он постоянно заставляет делать влажную уборку и устраивать стирку. Дин называет его хозяюшкой, за что регулярно получает втык в бок или по заднице, а иногда это приводит к борьбе на диване или на полу. И любая возня воспринимается ими как прелюдия к сексу и Дин обожает это, потому что Кас горяч. Они первое время трахались как кролики, и диван всё-таки сломался в один прекрасный воскресный день. Они купили новый, намного крепче прежнего, и тут же опробовали его. Дин улыбнулся сам себе, за что получил недоумённый взгляд от брата. Как же сильно он запутался. Они поели, Сэм пошёл разбирать вещи, а Дин убрал из ванной комнаты зубную щётку своего парня, его же станок для бритья и ещё парочку мелочей. Он всё-таки мудак.

***

Кастиэль позвонил в дверь своей бывшей квартиры и прислонился к ней лбом. На душе было погано и хотелось собрать вещи, чтобы свалить из города. Только большая часть вещей была у Винчестера, как и деньги с документами. Бальтазар открыл, натягивая свой любимый джемпер и приглаживая волосы. — О, привет, Касси. Ты чего? — Сэм приехал. Друг отступил в квартиру без лишних вопросов. — Он тебя выгнал, что ли? — Нет, я сам ушёл. Если захочет — расскажет обо мне, если нет, — он обвёл небольшую квартирку невидящим взглядом и зацепился за фото в рамочке, где они с Бальтом сидят на крыше, — я уеду. — Дерьмо, Кас. — Знаю. — И чего ты влюбился в этого урода? Не мог, что ли, найти кого-нибудь, кто бы ценил тебя? — Сердцу не прикажешь, братишка, — он плюхнулся на диван, взял пульт и включил телевизор. Думать и говорить совершенно не хотелось и он постарался забить разрастающуюся пустоту тупой болтовнёй из телека. Он не сможет без Дина, он это знает, но и жить так больше нельзя. Он хочет не робких прикосновений на улице, где они могут позволить себе лишь касание пальцев и то на пару минут, не больше. Он хочет не прятаться в квартире Дина, стараясь не шуметь и не отсвечивать, чтобы соседи не пронюхали. Ему надоело быть тенью, надоело врать самому себе и пытаться дождаться от Дина решительного шага. Однажды в пылу ссоры он кинул ему в лицо, что Дин только и смог, что изнасиловать подростка, а жить по-взрослому кишка тонка. Винчестер тогда долго приходил в себя, и они неделю не разговаривали. Но Кастиэль считал, что был прав, за свои поступки нужно было начинать отвечать. И сейчас он больше не сдастся, он уедет, если Дин не признается в их отношениях. К чёрту такие отношения.

***

Дин даже не звонил, знал, что Кас не снимет трубку, а если и снимет, то только для того, чтобы послать его куда подальше. Он прекрасно знал, где его парень и поехал туда уже вечером, оставив Сэма пялиться в телевизор и болтать по телефону с Джесс. На звонок ему открыл Бальтазар и смерил презрительным взглядом, его это нисколько не смутило и не удивило, он привык. — Мне нужно поговорить с ним. — Даже не сомневаюсь. Он в спальне. Дина немного перекосило от этого заявления, Бальтазар ему не нравился. Его неустанно преследовало подозрение, что у них с Касом что-то было. А ещё Бальт всегда смотрел на него как на дерьмо и это бесило. Дин прошёл до комнаты и постучался. — Заходи, — удивительно, но голос Кастиэля звучал ровно и даже обыденно. Дин зашёл и замер, Кас сидел на чемодане, из которого торчали рукава рубашек и синий шарф. — Куда-то собрался? — Как видишь. Нашёл тут ещё кучу своих вещей, не пропадать же им, да и Бальту место в шкафу освободил, — Кастиэль смотрел на него невозмутимо и даже не выглядел обиженным. Просто смотрел несколько равнодушно и у Дина что-то неприятно шевельнулось в области желудка. Не к добру такой Кас. Слишком спокойный. Обычно он кидается на него с упрёками и иногда кулаками, а сейчас он тихий. — Прости, Кас. Я просто ещё не готов сказать ему. — Ты никогда не будешь готов, Дин. Увы. Мне следовало догадаться с самого начала, что для тебя и твоей семьи это неприемлемо, но я, видишь ли, фантазёр. Люблю придумывать всякую хрень, типа любви до гроба, мира во всём мире и белых единорогов. Итак, — синие, как самое глубокое море, глаза изучающе окинули его взглядом. — Мне не нужно то, что ты хочешь мне сказать. Я знаю, чего хочу в этой жизни и у тебя этого нет. Поэтому я всё упрощаю. Мне нужны документы и деньги, они у тебя в квартире. Мы сейчас едем туда, и ты отдаёшь их мне, остальные вещи отдай отцу. Дин хмуро смотрел в решительное лицо и гадал — это у Каса прикол такой или он реально куда-то свалить хочет? — А если я скажу «нет»? — Тогда я заявлю в полицию, что ты украл моё имущество, и они изымут его под непонимающий взгляд твоего брата. И тебе придётся объяснять ему, что происходит. А ты этого не хочешь, поэтому ты отдашь мне то, что я сказал. — Кас. — Это всё, Дин. — И что потом? — Ничего. Я не вернусь. Я не ставлю тебе никаких условий, типа, выбирай — или я, или брат, я не идиот. Но жить так я больше не хочу. На сколько приехал Сэм? День, два, неделя? Сколько мне от него прятаться? А если бы он приехал, когда мы трахались? Мне бы пришлось в окно лезть, чтобы тебя не скомпрометировать? А если бы я был в этот момент связан, ты бы меня в шкаф спрятал? На хуй, Дин. На хуй такую жизнь. Я думал, что поживём вместе, ты разберёшься в себе, поймёшь, что любишь меня и я достоин быть частью твоей семьи. Но нет. Ты представляешь меня всем как друга и соседа. И мне это надоело, прости. — Значит, расстанемся вот так? И ты сможешь уехать куда-то один? Без меня? Лицо Кастиэля на секунду смягчилось и Дину показалось, что сейчас Кас улыбнётся ему, скажет, что он балбес и поцелует, но этого не произошло. — Ты же смог тогда. И я смогу сейчас. Тебе это всё не нужно, Дин. Мы поиграли в отношения, было приятно и поучительно, но пора заканчивать этот фарс. Просто отдай мне документы и я прекращу досаждать тебе. — Ты ведь понимаешь, что назад я тебя не приму? Если ты уедешь, то всё закончится. Кастиэль вздохнул и встал с чемодана, беря его за ручку и выдвигая её. — Всё уже закончилось, дорогой. Поехали, мне нужно успеть на последний автобус, — он уверенным шагом вышел из комнаты. В коридоре его поймал Бальтазар и крепко обнял. — Пиши мне, Касси. Я буду волноваться. — Я знаю, мамочка. Они улыбнулись друг другу, и Дин порадовался, что не стали хотя бы целоваться у него на глазах, этого бы он не вынес. Бальт смерил его холодным взглядом и промолчал, когда они оба вышли из квартиры. К машине они спустились в тишине, и он не стал предлагать Касу свою помощь, только открыл ему багажник. Тот убрал свой чёртов чемодан, не сильно хлопнул, закрывая крышку, и сел на заднее сидение. Дин от злости поскрежетал зубами, но промолчал. Его сердце разрывал невидимый монстр. Хотелось и кричать от боли, и плакать. Он не верил, что Кастиэль всё это серьёзно затеял, и всё ждал какого-то намёка, что это фарс, что его нужно прекратить, но Кас молчал и смотрел в окно. До их квартиры было где-то минут двадцать езды, но Дин поехал длинной дорогой и растянул поездку на сорок минут. Он думал над тем, что сейчас делает, что теряет, если всё это правда. Кастиэль бросает его потому, что Дин трус. И, возможно, правильно делает, потому что ему самому сейчас тошно от самого себя. Он всегда считал себя смелым, отважным, но с первого их «знакомства» он боится и поступает как мудак. Он не может преодолеть этот барьер, хотя и знает, что стоит Касу уйти, как вся его жизнь потеряет смысл. И дело даже не в чумовом сексе, привычке или привязанности. Дело в том, что он любит Кастиэля всем сердцем, всей душой и без него умрёт часть самого Дина. Он кидал на него хмурые взгляды через зеркало заднего вида, но парень упорно смотрел в окно и молчал, а Дину хотелось, чтобы тот кричал, ругался на него, сыпал сарказмом и едкими колкостями. Это был его Кас, не то, что сейчас сидело сзади, как истукан. Кастиэль достал чемодан около дома и потащил его наверх, значит он даже не позволит Дину довезти его до вокзала, отлично. Дин не с первого раза попал ключом в замочную скважину и вошёл в квартиру, как назло, Сэм торчал в коридоре и сразу же обернулся на шум. Кастиэль не стал заходить, просто привалился плечом к дверному косяку, махнул Сэму рукой и безучастно посмотрел на своего парня. Вернее, уже бывшего. — Привет. Кастиэль, верно? — Да, Сэм. Привет. Давно не видел тебя в городе. — Да, я учусь сейчас в Стенфорде, вот, заехал на выходные, проведать Дина. А то он от одиночества скоро одичает. Кас усмехнулся. — Это правильно. Дин? — Да, сейчас, — Винчестер мелко вздрогнул, осознавая, что его брат и парень, судя по всему, уже бывший, наконец-то встретились и небо не рухнуло. Да, Сэм ничего не знает и не узнает, если он не расскажет ему. Он затравленно посмотрел на Каса, но тот выглядел равнодушно. Как же Дина бесило это в нём. Кас умел надевать эту маску похуиста, и тогда внутри Дина рождался демон. Ему хотелось сломать парня, задеть его, добраться до самого нутра и упиться той страстью и любовью, что он прятал от него. Сердце надсадно заныло, и по телу прошла волна ужаса от понимания, что через несколько минут Кас навсегда уйдёт из его жизни. — А что происходит? — Сэм непонимающе смотрел то на брата, то на соседского парня. Он помнил, что когда они въехали сюда, тот пытался с ними подружиться, но они старались не привязываться ни к кому, потому что отец частенько срывался с места, обрывая все дружеские связи и это было больно. Они даже в школе не заводили приятелей, а если и заводили, то не поддерживали потом связь. В этом городе они осели, но с соседским парнем дружбы не вышло. И вот сейчас он стоит на пороге их квартиры и выжидающе смотрит на Дина. Брат наконец-то подружился с кем-то? Это неплохо, даже отлично, но между ними ощутимо чувствуется напряжение. — Да ничего особенного, — Кастиэль улыбнулся, не давая Дину начать объяснять ситуацию брату и запутать всё ещё больше. — Я уезжаю и попросил отца оставить документы и кредитку у Дина, потому что не хочу встречаться с мачехой. Дин любезно согласился. Он врал так виртуозно и легко, скрывая от них разбитое сердце и кровоточащие раны, что решил поступить в театральное, в нём явно умирал Гамлет. — А, хорошо, — Сэм улыбнулся и хотел попрощаться, когда Дин удивил его. — Это неправда. Кастиэль удивился ещё больше, и его маска дрогнула. Он изогнул бровь и посмотрел на Дина прямым вопрошающим взглядом. — Эм... — Сэм тоже в недоумении уставился на брата. — Дин? И тут всё встало на свои места. Да он трус, он боится реакции Сэма и его осуждения, неприятия, но разве он не боится потерять Каса? Этот страх ещё сильнее, он липкий, противный, от него накатывает тошнота и потеют ладони. Дин посмотрел на Кастиэля и улыбнулся ему, маска трескалась и крошилась, он практически видел это. — Кас живёт здесь. — Оу, ну хорошо. Квартира большая и тебе веселее. Только я не понимаю… — Он живёт здесь не как квартирант. Он мой парень. В шкафу куча его вещей, вся еда в холодильнике его рук дело, как и чистота в комнатах, — и Дин выжидающе посмотрел на брата. Сэм почесал затылок рукой, пожал плечами и посмотрел на Кастиэля, того это удивило. — Так ты вещи перевозишь, или я чего-то не понимаю? Кастиэль тихонько засмеялся, потому что наблюдал за Дином и его реакцией. А Дин был ошеломлён. Он ждал шквал негодования и непонимания со стороны Сэма, а тот даже не шокирован. — Эй, мелкий. Я только что признался тебе, что встречаюсь с парнем. Я гей, чёрт возьми. — Ну поздравляю тебя, Дин, что наконец-то вышел из шкафа. Медаль себе купи, — Сэм снова пожал плечами. — Долго будешь своего парня в дверях мариновать? Я, кстати, пиццу заказал. Словно услышав его, звякнул лифт, и из него вышел доставщик, удивлённо окинул всех взглядом и спросил: — Кто оплачивать будет? Дин полез за кошельком, всё ещё не понимая, что такое с Сэмом. Отдал деньги парню из доставки, забрал у него пиццу и посмотрел на Каса. — Зайдёшь? — Ну, ты до сих пор не отдал мне документы и деньги, а ночевать у отца я не собираюсь. Так что да, зайду, — он затащил чемодан в квартиру, и они наконец-то смогли закрыть дверь. Чемодан остался около порога, а они втроём прошлись до кухни, где Дин поставил пиццу на стол и обернулся к Касу, выжидающе рассматривая его. — Теперь останешься? Кастиэль фыркнул и сел на стул, придвигая к себе коробку и открывая её. — О, ассорти, отличный выбор. — Подумал, что брать четыре пиццы на двоих много, а тут все наши любимые. Извини, не знал, что нас будет трое, заказал бы побольше и на твой вкус. — Ничего страшного, я съем долю Дина, мне нравятся пепперони и мясная, как и ему. Дин разинув рот рассматривал весь этот Версаль и не понимал, злиться ему или радоваться? Кастиэль откусил горячий кусок, как всегда обжёгся и теперь сидел с полуоткрытым ртом и втягивал воздух, чтобы поскорее его остудить. Сэм же невозмутимо достал себе тарелку и сел на соседний стул. — Колу достань и сядь уже наконец, — Кастиэль прожевал кусок и зажмурился от контраста вкуса и боли на языке. Дин постоянно давал ему после этого ледяную колу и целовал, шепча, какой он жадный. Приказ привёл его в действие, и он полез в холодильник, потом за стаканами и налил колы всем троим. Место рядом с Касом оказалось занято, и он сел напротив, придвигая коробку к себе. — Ты не ответил на мой вопрос. — Я знаю. Всё зависит от тебя. Ты хочешь, чтобы я уехал? — Конечно, нет. — Значит не уеду, тем более, что твой брат оказался не гомофобом. Сэм подавился колой, и Дин бросился стучать ему по спине. — С чего это мне быть гомофобом? — У него спроси, — Кастиэль кивнул в сторону старшего Винчестера, потом откусил новый кусок пиццы и продолжил с набитым ртом. — Он тут полгода психовал. — И ничего я не психовал, просто не знал, как он отреагирует. И меня немного напрягает, что ты так спокоен. — Да просто я уже несколько лет в курсе, что ты играешь за обе лиги. Хорошо, что Дин не пил и не ел в этот момент, подавиться воздухом было не так плачевно. — Чего? Откуда? — Научись правильно чистить историю в браузере и не бери мой ноут, когда ищешь порно с мужиками. Дин покраснел и посмотрел на Каса, тот невозмутимо жевал и отпивал колу периодически. — Учился у профессионалов, Винчестер? — Заткнись, Кас, — он расплылся в глупой улыбке, смотря, как его парень ведёт себя. Кастиэль умел скрывать свои эмоции за маской безразличия, но сейчас он был настоящим. Немного саркастичный ублюдок, которого он любит и которого не потерял. — И давно это у вас? — Давно, лет пять. Сэм присвистнул и взял второй кусок пиццы. — Так вот ты чего в другой штат постоянно мотался? Кастиэль удивлённо посмотрел на Дина, и тот захотел треснуть себя по лбу, а Сэма двинул под столом ногой. Кастиэлю совершенно не обязательно знать, как часто Дин мотался по бабам. — Типа того. Сэм скривился от удара, но развивать тему не стал, не дурак. — Ладно, рад за вас. Но моё предложение остаётся в силе. — Какое предложение? — Кас потянулся за вторым куском. — Мы с Джесс, это моя девушка, скоро заканчиваем учиться и хотим жить здесь. — А, понятно. Дин, судя по всему, был не особо рад этой идее? — Совершенно, теперь понимаю, почему, но не вижу преград. Джесс добрая, отзывчивая… — Я знаю, Дин часто болтал с тобой, когда я сидел рядом. Я слышал о ней. — Хорошо, но самое главное, что она тоже не будет против вас. У нас есть друзья-геи в Стенфорде, это сейчас не редкость. Вообще не понимаю, чего ты так долго скрывался. Дин кинул на брата испепеляющий взгляд. Иногда Сэма хотелось прибить из-за того, как он просто умел выставлять Дина идиотом. Вот и сейчас ситуация, оказалось, не стоила выеденного яйца, а он реально переживал и нервничал. — Не помнишь мнение отца на этот счёт? Сэм пожал плечами, опять. — Отца больше нет, Дин. Ты всегда был вправе делать свой выбор, а не стараться быть идеальным сыном, мы это обсуждали. — Я помню. — Как и то, что я всегда ругался с ним, а ты переживал. Но его больше нет, мы оплакали это и должны жить дальше, своим умом. Я рад, что ты не одинок и не важно, кто это — парень или девушка. — Хорошо, теперь можно закрыть тему? — Мне нравится твой брат, Дин. И то, что он не усложняет ситуации, в отличии от тебя. — Ты ведь мне этого не забудешь? — Даже не мечтай, — Кас допил колу и подставил стакан для новой порции. — Нужно будет сделать косметический ремонт раз с нами будет жить девушка. — Он нравится мне всё больше и больше, — Сэм расплылся в улыбке и подмигнул брату. — Он всем нравится, — Дин ворчливо покосился на своего парня. Ему хотелось сейчас зажать его где-нибудь и жадно целовать, чтобы тот стонал громко и просяще. А потом вылизать его всего и трахнуть, слушая крики и мольбы. Кас посмотрел на него в ответ и ухмыльнулся. Он точно знал этот взгляд и желание Дина. — Эм, парни… Кончайте этот трах глазами, мне уже неловко. — Привыкай, мелкий. Сэм закатил глаза и решил убраться с кухни от греха подальше. Оставшись одни, они продолжили глазеть друг на друга, но через пару минут Дин не выдержал. — Ты знаешь, что я люблю тебя? — Знаю, идиот. Как и то, что теперь ты будешь чувствовать себя виноватым. Не нужно. Я бы правда уехал, чтобы не мешать тебе и не стать причиной вашего разлада с братом. Я знаю, как сильно ты его любишь. — Ты совершенство, Кас. Тот ожидаемо фыркнул. — Не будь девчонкой, Дин. Только они так говорят. — Сам ты девчонка, — Дин пересел на стул, на котором до этого сидел Сэм, и дотронулся до левой руки брюнета. — Я так рад, что ты остался. Я бы не смог жить без тебя, честно. — Я бы тоже не смог, — Кас провёл пальцем по костяшкам сильной руки и задумчиво посмотрел на их сплетенные руки. — У меня были плохие мысли. Знаешь, о смерти. — Динова рука сжала его сильнее, и он с болью посмотрел на него. — Кас… — Я знаю, глупо. Просто без тебя действительно хуёво, Винчестер. Я думал о тебе задолго до всего этого. Ты был красивый, недоступный и не замечающий меня парень. А я уже в пятнадцать знал, что я гей. Я даже надеяться не смел, что ты когда-нибудь посмотришь в мою сторону, и когда ты в пять утра прижал меня к стенке, я подумал: а какого чёрта? Это лучшее, что пока происходило в моей жизни. Я по-прежнему ни на что не рассчитывал и старался не мечтать. Как и потом, два с лишним года спустя, когда ты даже не попытался найти меня. Но сейчас… сейчас это было действительно больно. Ты дал мне почувствовать свою любовь, а потом хотел отобрать её. — Я не хотел, Кас… — Чтобы было бы, не прими нас твой брат? — Ушли бы отсюда вместе. — Уверен? Дин опустился на колени, прижался к своему невозможному парню и уткнулся ему в грудь лбом. — Да, Кас. Уверен. Я люблю тебя и больше никогда не отпущу, не брошу. Верь мне, пожалуйста. Кастиэль провёл рукой по русому ёжику на голове и поцеловал макушку. — Я хочу поверить, Дин… Просто это больно. Винчестер начал медленно целовать Каса через футболку, прижимаясь всё ближе и ближе. Он хотел доказать ему всю свою любовь, всё желание быть рядом, только с ним. — Я заслужу твоё доверие, Кас. Просто позволь мне. — Пока что я чувствую, что ты собираешься трахнуть меня, — Кас улыбнулся и заглянул в зелёные глаза, которые Дин поднял на него. — Вроде бы это не плохой способ помириться? — Шикарный, — он развёл ноги и развернулся корпусом, чтобы Дин смог прижаться ещё сильнее между его ног. Сильные руки обвили его за тело, и он наклонился, чтобы припасть к манящим губам. Дин был жадным, страстным. Он начал задирать ему футболку и водить грубыми ладонями по спине, терзая его губы. Когда горячая рука опустилась Кастиэлю на пах, он громко вздохнул и разорвал поцелуй. Его глаза были цвета грозового неба, и он был дико напряжён. Пальцы прошлись по выпуклости на джинсах, и вся ладонь поднырнула между его ног. — Хочу тебя, прямо здесь, на столе. Согласием послужил долгий стон и движение раскрытых бёдер навстречу. — Трахни меня. Просьба смела все возможные доводы разума. Он подхватил Кастиэля под бёдра и дёрнул на себя, вжимаясь телом ему между ног. Это было болезненно и Кас зашипел на него, но притёрся пахом и припал к губам. Дин встал, не разрывая поцелуй, и начал расстёгивать свои джинсы. У него был дикий стояк, и он бы не смог нормально пошевелиться в узких тряпках. Кастиэль потянулся за ним и встал, придвигаясь поближе. Вытащив собственный член из боксеров, Дин занялся пряжкой и молнией напротив. Он лихорадочно вытащил ремень из шлёвок и залез рукой в трусы, сжимая упругие ягодицы. — Ты только мой, Кас. Никогда не отпущу тебя. — Твой... — Кастиэль выгнулся под грубыми ласками. Дин за эти полгода изучил полностью его тело, нашёл все эрогенные точки и умело сводил его с ума то минетом, то риммингом, то простыми поглаживаниями, но самое главное он упускал из виду. Кастиэлю нравилась грубость. И сейчас, когда в его дырку толкнулся сухой палец, он зажмурился от наслаждения и предвкушения. Его трахнут быстро, грубо и практически на сухую. Отлично. Дин сдёрнул джинсы вместе с боксерами пониже и опустился на корточки. Он прошёлся языком по гладкому стволу и обсосал головку, слизывая смазку. Кастиэль сопел и вздыхал от его усердия, запускал пальцы в короткие волосы и несильно толкался в рот, прося взять поглубже. Доведя его до края, Дин резко встал и просунул язык ему в рот. Кас послушно облизал собственный вкус, обсосал язык и опустил руку на стояк Дина. Это было взрывоопасно и Дин зарычал на него, тут же отодвигаясь. Он спихнул пустую коробку из-под пиццы на пол, и она упала с глухим стуком. — Повернись и нагнись. Кас трепетал от страсти в голосе. Он послушно развернулся и упёрся руками в столешницу. Если бы ещё его сейчас назвали грубым словом и треснули по заднице… Внезапно воздух всколыхнулся, и Дин отвесил ему звонкий удар по ягодице. — Ляг на живот, быстро. И тут смазка потекла пуще прежнего, Кастиэль выполнил приказ, расставляя ноги пошире. Его член упирался в край стола, но это было не важно. Дин провёл рукой между ягодиц, нажал большим пальцем на сфинктер и обласкал попутно яйца. — Ты такой развратный, Кас. Так течёшь прямо на стол. Кас смог только согласно простонать в ответ, все мысли покинули его, и он ожидал, что будет дальше. А дальше Дин нашёл на столе бутылочку ароматного масла и щедро капнул из неё прямо в расщелину Касу. Крупная капля потекла вниз и он поймал её около ануса, втирая большим пальцем и сразу входя им в проход. Кас не был слишком тугим, от частого секса его не нужно было долго готовить и на смену пальцу очень быстро пришёл член. Дин толкнулся головкой и раздвинул ею узкий проход. Не задерживаясь на входе, он проник дальше и удовлетворенно услышал хриплый стон, а также почувствовал движение навстречу. Кастиэль пытался насадиться на член поскорее, и он не стал медлить. Он ввёл до конца, вынул и тут же снова ворвался в эту идеальную задницу. Кастиэль схватился за стол и пошло застонал. — Вот так, детка. Любишь, когда мой член в твоей заднице? — Люблю, Дин. Пожалуйста. — Трахну тебя так, что ты не то чтобы уйти, ты уползти от меня не сможешь. И раз уж Винчестер слов на ветер не кидает, Дин начал резко и быстро долбиться в бледную задницу. Кастиэль ныл и стонал вместе со столом. Дин же словно бы оглох. Его движения были четкими и ритмичными, он сжал футболку на спине Каса и натягивал её в такт своим фрикциям. Член брюнета тёрся об несчастную столешницу, и он сходил с ума от этой грубости, от страсти. Крепкие руки сжимали его то за бока, то за филейную часть. Дин раздвигал ягодицы и наслаждался видом, продолжая таранить покорную дырку. В какой-то момент он захотел большего. Он вышел, сдернул джинсы до лодыжек, повернул Каса к себе и впился ему в губы. Поцелуй был больше похож на укус, и Дин заставил парня лечь на спину, задирая ему ноги. Времени на то, чтобы раздеть его окончательно, не было, поэтому он просто заставил Каса держать ноги вместе и помог себе рукой, приставляя член. Вид яиц, зажатых между ляжек, припухлая, блестящая от масла дырка и стройные ноги сделали своё дело. Дин был на грани и хотел уйти за неё вместе с Кастиэлем. — Хочу кончить с тобой, — он толкнулся, попал по простате и понял это по вскрику, который издал Кас. — Давай, детка, кончи от моего члена. Он начал методично долбиться по заветной точке, вырывая у Кастиэля задушенный стон и крик. Кас наслаждался всем сразу: и позой, и ударами по простате, и приказом. Его член, зажатый между животом и собственными ногами, тёрся о край футболки. Удары по простате посылали к нему волны жара, и он знал, что скоро кончит. Удар, ещё один, и ещё. Дин входил глубоко и резко. И Кастиэль не выдержал. Он чувствовал, как содрогается его член, как выплёскивается сперма, как оргазм накрывает его, и он может только кусать собственный кулак, чтобы не орать в голос. Дин в считанные секунды догнал его и излился глубоко внутри, краем сознания отмечая движение сбоку. — Мать вашу, — Сэм замер на пороге, распахнув глаза, затем резко закрыл их взметнувшейся рукой. — Дин, — заорал он, — больной ты ублюдок, это же кухонный стол, а не твой траходром! Блять, мне до конца жизни придётся ходить к психологу, придурки. Кастиэль слегка придушенно засмеялся, Дин навалился на него всем телом и пока что плохо соображал. — Правило номер один: не трахаться на кухонном столе. Никогда, — Сэм вышел, всё так же закрывая глаза рукой. — И продезинфицируйте этот хлоркой, извращены. Дин приоткрыл один глаз. — Это сейчас Саманта что-то сказала? И тут Кас не выдержал и заржал. Опадающий член Дина выскользнул из его задницы, и сперма потекла прямо на стол. — Блядь, реально придётся уборку делать, — Дин с удовольствием заткнул дырку пальцем, но не чтобы остановить загрязнение стола, а чтобы дотронуться до бугорка внизу и заткнуть смех своего парня.