Крольчонок и лисенок

***

      - Юнги, сюда - крикнул один из омег.       - Мы покажем тебе наше секретное место - крикнул второй.       - Иду - тигренок, улыбаясь, шел за двумя малышами, им явно было весело. Юнги шел чуть ускоренным шагом, осматривая все вокруг, впереди же бежали веселые омежки. Юн идет быстро, стараясь успеть следом и не отстать, он на секунду задумывается, не замечая ничего вокруг.       "Если бы мне сказали: "Эй, Юнги, у тебя есть младшие братья, о которых ты вообще не в курсе, дружи с ними", то я бы наверное сказал что-то вроде: "Оу, классная шутка". Действительно, кто так делает? Правильно, его родители. Но сейчас Мин понимает, что ему абсолютно комфортно с маленькими омегами, они не дают заскучать. У него с ними полная гармония. Юн бы еще пофилософствовал, но из мыслей вырывает чей-то голос, а точнее их два, и они настолько говорят в унисон, что кажется, будто это один человек.       - Юнги! - по привычке начал Гук.       - Скорее - продолжил Тэхён.       - Сюда! - в один голос. И Мин бежит с улыбкой на лице к ним. Это как-то необычно, ново, захватывающе для альфы.       - Вот мы и на месте - снова говорит Чонгук.       - Это наше тайное место - продолжает Тэ. Они стоят по обе стороны от какого-то то ли плюща, то ли чего-то похожего на него, а после зацепляют руки за подобие веток и раздвигают в стороны. Перед Юном открылся проход, он прошел в него, следом и омеги. Взору альфы явилась поляна, а на всей ее территории было только одно дерево.       - Пошли - говорит Чонгук и берется за одну руку альфы.       - Давай же - подхватывает его Тэ и берет вторую руку старшего. Юнги немного удивлен, он поддается напору двойняшек и идет за ними, в то время как те тянут сильнее за руки и приходится ускорить шаг. Они подходят к тому самому единственному дереву. Это, оказывается, большой дуб, он очень старый, на нем висят деревянные качели, почти до земли, а рядом, с другой стороны дерева, стоит деревянный стол и скамейки. Все выглядит так уютно и... Ким переводит взгляд на открывающийся пейзаж. Дуб стоит почти у обрыва, а за ним... ничего. Абсолютно ничего, только нежно розовое небо и начинающийся закат. Сердце трепещет, и он неосознанно сжимает руки. Омеги чувствуют легкое давление, они переглянулись и слегка засмеялись. Подул ветер, он был таким теплым и мягким, словно шелком по лицу, он волосы слегка треплет, а после утихает. На сердце так приятно, спокойно.       - Это... - начинает старший, но продолжить не может: слов не хватает.       - Красиво, да? - говорит Чонгук.       - Мы нашли его случайно - продолжает Тэхен.       - Ага, мы лазили по нашему саду, и, когда дурачились... - не успевает договорить старший омега.       - Я случайно толкнул Тэ на стену, как мы думали, но он провалился сквозь нее - продолжил Гук, смеясь.       - Эй! Ты меня спецом толкнул - Тэ не злится, наоборот, смеется. Юнги тоже подхватывает смех.       - Мы не знали, что наш особняк находится на обрыве горы, ведь... - Чон резко меняется в лице и становится мрачнее - ...Ведь... - Тэ мгновенно замечает изменения в брате.       - Ведь мы никогда не были на улице, наша мать запрещала видеть хоть каплю этого света - продолжил лис с гордо поднятой головой. Юнги слушал их и погружался в еще больший шок.       - Почему? - неуверенно спрашивает маленький тигр.       - Она нас... ненавидит... - после этих слов Юн чувствует, как хватка с обоих сторон становится слабее.       - Она нас ненавидит до такой степени, что хочет избавиться - у Юнги сердце сжимается от этих слов, ему не понять, каково этим детям, он снова чувствует слабеющую хватку на руках.       - За что..? - снова вопрос от альфы.       - Мы нежеланные для нее дети - говорит Тэ.       - А отец нас любит, это действительно так - продолжил Чон. Он сжимает их руки, словно говорит: "я здесь, я буду рядом". И тут до тигренка доходит: он их никогда не поймет. Каково это - потерять семью или не иметь ее вовсе. Быть ненавистным всем ребенком, он не поймет, каково это, когда собственная мать тебя ненавидит. Он не поймет. Никогда...

***

С того дня прошло много времени, Мин часто приезжал в гости и играл с братьями. Он нашел дорогих ему людей, нашел себе друзей. Он нашел маленького кролика и не менее маленького лисенка. Они веселились, дурачились каждый день. Они играли, рисовали, бегали, кричали с улыбками на лицах. Именно так и выглядит счастье ребенка, а точнее, нескольких детей. Они играли и проводили все свое время в своем тайном месте, в секрете ото всех. Это только их мир, их вселенная. Туда нет никому входа, кроме них самих. День за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем, год за годом. И вот они уже не дети, так, всего лишь подростки. Тэхену и Чонгуку - 13, а Юнги - 18. Они выросли снаружи, но по-прежнему дети внутри. Они так же дурачатся в секретном месте. Но когда-нибудь жизнь прижимает своей реальностью и бьет иногда прямо в ребра, и эти дети не исключения. Но реальность уж больно сильно любит их, она их не бьет, а, скорее, нежно целует. Вот очередной приезд семьи Ким Юнги к другой семье Ким, хах смешно получилось, хотя так даже лучше, наверное. Все сидят в большом зале, взрослые пьют чай и что-то обсуждают, матери отдельно, отцы отдельно, дети вообще в другой реальности.       - Ах, время так быстро летит... - начала вдруг Элика, нарушая тишину. Она отпила немного из красивой чашки и поставила ту на край столика.       - До сих пор не могу поверить, что прошло уже шесть лет - женщина говорит с улыбкой на губах и с легкой иронией в голосе, она смотрит куда-то в чашку, разглядывая черную жидкость.       - Да... не верится, твой сын возмужал - проговаривает Мари, отпивая из чашки с закрытыми глазами.       - Ахах, что ты, твои малыши тоже выросли и стали не менее прекрасны. Чонгук настолько мил и невинен, что никто перед ним не устоит, в него даже омега влюбится, как, в принципе, и в Тэхена, он так прекрасен, у него замечательные четкие черты лица, в то время как у Чонгука они очень плавные и мягкие - размышляла женщина. Она почти не изменилась, чуть старше стала и все.       - Ой, не скромничай! - вдруг возражает Мари, а вот она вообще не изменилась, только алчнее стала, ведь дети такие красивые, по сравнению с ними она... ничто.       - Юнги превратился в настоящего красавца. Он высокий, мужественный, бледная кожа, прекрасные руки, как и полагается аристократу, хвост и ушки выглядят потрясно, а лицо~ - протягивает женщина, вот бы она так своих детей хвалила.       - У него просто невероятный взгляд, настоящий хищник, хоть и выглядит как куколка - улыбается женщина.       - Хаха, дааа.. Юнги вырос... - опять начинает грустить женщина, она взяла чашку и снова отпила чай.       - Знаешь, сестра, я тут подумала... - начала Мари.       - Ммм? О чем же? - снова поставив чашку, заинтересовалась женщина.       - Это насчет детей.       - Я слушаю - снова отпивает из кружки Элика.       - Я хочу предложить тебе помолвку наших детей - серьезным тоном говорит женщина. От такого заявления Элика давится чаем.       - Пфф! Ты что? Ты с ума сошла? Зачем? Они еще дети, твои дети! - кричит омега на всю комнату. На ее крик моментально обращают внимание их мужья, прибегая в комнату.       - Ты понимаешь, что предложила мне сейчас?! - все кричала Элика.       - Сестра, успокойся.       - Вот именно! Я твоя сестра, а наши дети друг другу братья! Намджун с Джином очень быстро оказались в помещении с громкими криками, и, если честно, Джун никогда не видел такой свою жену. Она всегда улыбалась и громко смеялась, лишь иногда грустила, но никогда не злилась. Сейчас он ее просто не узнает.

***

Несколько часов назад Юнги по-прежнему проводил все свое время с Чонгуком и Тэхеном. Сейчас он сидел за столом и что-то писал в тетрадке, Чонгук качался на качелях и что-то мелодично напевал своим милым голоском, а Тэ сидел на траве и любовался закатом. Прекрасно, спокойно...       - Так уютно - вдруг заговорил Тэхен - Хочу остановить время - проговорил мальчик, прикрывая глаза.       - Зачем же? - спросил Гук, все так же качаясь из стороны в сторону.       - Чтобы запомнить этот момент навсегда - Тэхен слегка улыбнулся. Чон посмотрел на брата и тоже улыбнулся, явно поняв его мысли, он продолжил свою песню и качаться на качелях.       - Юнги-хен, что ты пишешь? - поинтересовался Гук, повернувшись в его сторону.       - Хмм, рифму не могу придумать - слегка раздраженно ответил Юн.       - Какую? - подхватил разговор Тэ.       - Да вот... не могу придумать, я стих пишу, а точнее, песню, и рифмовать что-то не получается... - все раздражался парень.       - Давай помогу - предложил Гук и слез с качелей. Чон подошел к старшему, а у того уши прижаты к голове, хвост нервно шевелится во все стороны, а в руке вертит карандаш. Тэхен повторил движения младшего и тоже подошел.       - Вау~ хен, ты так много написал, да и строчки такие красивые~ - похвалил того лис, виляя пышным хвостом.       - Ага... - это все, что ответил Юнги, становясь еще мрачнее. Омеги переглянулись непонимающими взглядами и снова посмотрели на старшего. Юн сидел, прижавшись головой к руке, сжатой в кулак, он оперся на нее, а второй сильно сжал карандаш.       - О! Я придумал - вдруг сказал Гук. Но Ким старший так увлекся, что не рассчитал силу и карандаш лопнул на несколько частей. Тэ успел увернуться, альфа вообще не пострадал, а вот кролик... Он потянулся к альфе, чтобы помочь, и его лицо оказалось слишком близко. Одна из щепок полетела в Гука и зацепила. Чонгук резко отдернулся и вскрикнул: острая деревяшка попала точно в щеку и порезала ее.       - Ааай, больно! - запищал омега. Тэхен и альфа непонимающе уставились на хнычущего омегу. Он прижал ушки и крепко держался за щеку, а вот когда показалась кровь, началась паника.       - Чонгук! - в один голос.       - Покажи! Сильно болит? - подскочил старший омега.       - Прости меня, прости, пожалуйста - Юн подорвался с места и подбежал к Гуку.       - Ай, больно... - прошипел парень.       - Я сбегаю в дом, принесу пластырь - Тэ поднялся и побежал в особняк. Юнги же остался с Гуком.       - Покажи мне, пожалуйста - альфа так переживал, что у него голос дрожал и руки тряслись.       - Ахах, успокойся, хен, все хорошо со мной - попытался улыбнуться Гук, но тут же получил боль в ответ. Юнги взял его за руку и аккуратно отодвинул. Щека сильно кровоточила из маленького, но, видимо, глубокого пореза.       - Прости меня - Ким старший обнял омегу.       - Хен~ - жалобно протянул кролик.       - Все хорошо, мне уже не больно, а вот ты можешь испачкаться... Но Ким не реагировал. В это время Тэхен уже был на месте и как раз нашел пластыри у себя в комнате. Он хотел уже было возвращаться, но, проходя мимо двери, где сидели взрослые, он неожиданно остановился.       - Знаешь, сестра, я тут подумала...       - Ммм? О чем же?       - Это насчет детей.       - Я слушаю.       - Я хочу предложить тебе помолвку наших детей. От услышанного в голове что-то щелкнуло, он не должен был это слышать.       "Что? О чем это они? Мы же родственники!" - лис действительно не понимал, что происходит.       "Нет, я не должен это слыш..." - но не успел он додумать свою мысль, как тут же слышит следующее:       - Пфф! Ты что? Ты с ума сошла? Зачем? Они еще дети, твои дети! На крик тети моментально обращают внимание мужчины и прибегают в комнату.       - Ты понимаешь, что предложила мне сейчас?!       - Сестра, успокойся.       - Вот именно! Я твоя сестра, а наши дети друг другу братья! Намджун с Джином очень быстро оказались в помещении с громкими криками. Тэхен все это видел. Видел, как тетя хотела всадить пощечину их матери, и он ловит себя на том, что был бы этому очень рад.       "Ударь ее" - пронеслось в его голове. Джун оттащил жену и начал успокаивать, в то время как отец Тэ кричал уже на его мать. Лисенок заметил, что та его боится, но пытается игнорировать, а Джин все сильнее сжимает ее руку в своей.       - Я...Она! Она предложила такое!       - Милая, успокойся, пошли выйдем, ты подышишь, успокоишься - предложил Джун жене, и та согласилась. В комнате остались только родители Тэ.       - Ты что творишь? - грубо спрашивает Джин.       - А что тут такого?       - Что тут такого? Ты серьезно? Ты предложила двух родственников поженить! Тут ничего такого нет?       - Верно! Ты же точно так же поступил! - вдруг кричит Мари.       - Заткнись, это не я так хотел, а ты! Ты все это устроила тогда, не я!       - Ха! А ты был и не против, да? - женщина не на шутку разошлась. В конечном счете, Джин не выдержал и ударил жену по лицу. В мгновение в комнате повисла тишина. Тэхен все видел, а самое главное - слышал.       "Что происходит? Мать и отец что же... брат и с-сестра?" - услышав свои мысли, Тэ испуганно затряс головой.       - Знаешь, я все каждый раз поражаюсь тебе, как ты могла оказаться в нашей семье, как у нас в семье мог появиться такой монстр - Джин, тяжело дыша, вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.       - Хах - Мари стояла одна посреди комнаты.       - Монстр? Я-то? - она иронично усмехнулась.       - Я сделаю так, что Юнги станет моим, а все, кто мне помешают, будут уничтожены. Ни ты, ни твои отродья мне не помешают, - ее слова, словно яд кобры, больно ранили Тэ в самое сердце. Тэхен знал это, знал, что мать их ненавидит, но все же надеялся хоть на маленький шанс любви. Но нет... Он никогда не поймет, что значит быть любимым. Никогда...       - Для начала я уберу всех с дороги... и первым станешь ты, Ким Сок Джин. Тэ пошатнулся от всего, что увидел и услышал, и дверь предательски открылась. Тэхен стоит и смотрит на мать, а та - на него. Секунда, и она улыбается, отчего у омеги мурашки по коже.       - Ты же... все слышал, да?