Черный лебедь.

Предательство оставляет непоправимый след в душе человека. Это предательство заставило его тело вырастить черное оперение, оставив символичные следы. Оперение черного лебедя. Жизнь каждого состоит из других людей. Каждый из них — важный путь к саморазвитию и пониманию себя. Одни уходят, другие остаются, поучая главного героя жизни. Случайный прохожий, случайно наступивший на ногу или близкий друг, напившийся и выдавший все тайны твоей подруги. Продавщица в магазине, что отказалась продавать сигареты или добрый сосед, что позволял тебе трогать его собаку. Миллиарды людей контактируют друг с другом, меняют мировоззрение и помогают осознать важные вещи. Сложно жить в мире воров и убийц — несомненно. В любой момент твой дом могут ограбить, а тебя просто убить. Еще сложнее жить в мире предателей и людей-монстров. В любой момент тебя могут обрести на одиночество и самобичевание в пустой, промерзшей и прокуренной квартире. Тебя могут лишить любимой работы просто потому, что ты выглядишь бесполезным. Тебя могут лишить квартиры, потому что родители решат, что такому жалкому созданию, как ты, не дозволено жить в роскоши. Один день может перечеркнуть всю жизнь, выдернуть счастливое будущее с корнем. Так бывает при аварии, где в итоге человек становится неполноценным (почему это так называется, он же еще может чувствовать, и внешность вообще ничего не значит, вы же сами об этом кричите). Так может случиться при другой любой ситуации, и вообще не важно, случилось это с ним или с его близким человеком. Потеря близкого человека может, точно, свести с ума. Холодным вечером, примерно таким же, как шесть лет назад, при свете тусклых фонарей и убывающей луны, по улице, пряча лицо в капюшон, бредет парнишка, чуть согнувшись. Прохожие сразу начинают шептать что-то по типу: «наркоман, не надо к нему подходить». Как же вы хорошо умеете осуждать совершенно незнакомых вам людей, такому умению можно даже позавидовать. Этот самый парнишка смотрит себе под ноги тусклым взглядом, чуть подрагивая то ли от холода, то ли от страха. Скажите, сразу ли вы можете решиться на самоубийство? Продумывая все детали, думая об этом пару дней и ночей, сможете ли вы пойти на это без страха? Не врите себе. Шесть лет назад произошло что-то похуже аварии, похуже потери близкого человека, хотя, если рассказывать об этом кому-то без должных подробностей, то рассказчика могут посчитать за дебила и посмеяться над этим рассказом, не решившись дослушать грустную историю. Когда этому парню, что сейчас дрожит, как осиновый лист на ветру, было пятнадцать лет, он был обычным подростком. Бегал со своим другом стрелять сигареты у выпускников, заглядывал в подсобку школы в надежде увидеть какое-нибудь «кино», любил прогулять занятия в школе и постебаться над глухой учительницей по географии. Был у него один друг, что уж больно по душе пришелся. Лучшие друзья — понятие, которое парнишка хотел разрушить, ощущая что-то чудовищно теплое внутри себя. То ли были хваленые «бабочки», или может просто предчувствие неисправимого, корни перьев? В один день юноша явно переборщил со всем этим. И сейчас, каждый раз, когда он вспоминает о прошлом, в память врезается ужасная картина, которая перечеркнула жизнь юного мальчишки. Он вспоминает, как шел вместе со своим лучшим другом из школы после уроков, смеясь и рассказывая какие-то истории. Кто-то рядом прижимал девчонок к стене, угрожающе скалясь. Кто-то подбирал недокуренные сигареты и выкуривал остатки. Кто-то пытался обмануть продавщицу в киоске и заполучить что-то, что можно потреблять с восемнадцати лет. От всего этого чудного окружения пацаны, завидев впереди неприятную знакомую компанию, решили свернуть в переулок, держась рядом на всякий случай. Нет, трусами они не были, но хотелось ли получить нож в живот? То-то же. Во всей этой темной обстановке от фонарей глаза парня, идущего рядом, сверкали, что казалось первому невероятно привлекательным. В один момент юноша, чуть дрожа, остановился, получив в ответ непонятливый взгляд с приподнятой бровью. — Ты чего? Забыл что-то? А тот продолжал стоять на месте, смотря себе под ноги. Секунда, две, три. Парнишка срывается с места и подходит опасно близко к своему приятелю, сразу же хватая чужие запястья, чуть резко, но стараясь не слишком сильно сжимать. Прикрыв глаза, он аккуратно касается чужих губ, не слишком смело — первый поцелуй. В ответ он получает удар. Сначала коленом между ног, а затем кулаком по лицу. Да, вот так резко кулаком по его смазливому личику. Парень с вечным бардаком на голове упал на асфальт, жмурясь от боли, слушая ругань, трехэтажный мат, который, кажется, разносился эхом между домов. Он открыл глаза, получив еще пару ударов. «Я думал, ты нормальный, а ты пидор» — слова били чуть ли не так сильно, как и чужие кулаки. Через некоторое время кровь стекала с лица парня на его рубашку, но удары остановились. Напоследок плюнув что-то еще в адрес «гомика», парень начал удаляться. А юноша с кровью на лице кое-как поднялся, стирая струйки со лба, чтобы не перекрывать обзор. Он смог добраться до своего подъезда, но дальше зайти не смог. Очнувшись на следующий день в своей комнате с перевязанным лицом, бинтами и пластырями, парень почувствовал жуткую, раздирающую боль. Его родители не доверяли врачам, и именно потому мальчишка очнулся не в больничной палате, а в своей комнате. Кое-как стянув с себя эти бесящие бинты, он доковылял до зеркала. Лицо было в синяках, гематомах и ссадинах, оно было окровавлено, но как-то неестественно. Но парень на этом не зациклился. Смотря на свое ужасное отражение, он чувствовал, что не должен был всего этого делать. Вновь в память врезались те оскорбления, которые заставляли сердце учащенно биться от обиды. В следующий момент парень упал на пол, ощущая, будто что-то раздирает кожу на его спине. Он дрожал в приступе лихорадки, не понимая, что происходит. По его спине текла кровь, много крови. Жуткая боль не проходила минуты три, а сознание начало ускользать. В этот момент он подумал, что это конец, ведь родители не были особо заинтересованы в воспитании мальчишки — иначе он бы не курил — да и они сейчас были на работе. Парень готов был смириться со своей участью и лежать под слоем земли в гробу, оставив в память лишь могильный камень с гравировкой в виде его лица. Но он снова очнулся, на этот раз от криков матери, что била парня по щекам, пытаясь пробудить. Отец же стоял в стороне и смотрел на юношу, находясь в явном шоке. Но сам пацан не мог понять, что же в нем такого. — Ты родила монстра! — внезапно закричал отец, вызвав тем самым явный шок со стороны только очнувшегося парня. Он кое-как встал с места, смотря на кровь на полу, а точнее — на ковре. Его взгляд снова метнулся к зеркалу, и он увидел, что на его спине что-то колыхается. Рукой он несмело коснулся этого и с удивлением осознал, что это перья. Прямо как у птиц. Он повернулся спиной к зеркалу и лицезрел крылья. Черные, небольшие крылья, что росли из его спины. Вокруг них было много засохшей крови. Парень снова отрубился. За все прошедшие годы людей, которые делали ему больно, становилось больше. Сначала это были родители, отказавшиеся от этого монстра и чуть ли не сдавшие его ученым на опыты. Потом — мужчина, с которым юноше пришлось делить квартиру, ища попутно работу. С каждым предательством, с каждой душевной болью на его теле начинали расти перья, увеличивались крылья. Слезы превращались в черные полосы под глазами, глаза начинали светлеть, приобретая совершенно иной оттенок. Он переставал быть человеком. Совсем недавно полицейские начали проявлять интерес к парню, что все время скрывает свою внешность. Он ходил в магазин за покупками, и часто его останавливали охранники, оглядывая лицо. Юноша же отмахивался, что это он делает косплей (это же сейчас модно). Прокатывало до того момента, пока из-за подозрений его не повели на допрос, где сделали рентген. На снимке было отлично видно крылья, которые прятались под одеждой. В этой ситуации его напрягало многое, но еще больше - взгляд одного страж порядка, в котором юноша узнал того самого друга, который когда-то разбил ему не только лицо и сердце, но и всю жизнь. Судя по взгляду, тот тоже узнал своего давнего приятеля и был крайне взволнован, оглядывая тело со множеством перьев на нем. Как бы велик ни был соблазн отомстить, расцарапав длинными плотными ногтями все тело обидчика, он не смог этого сделать, потому что давние чувства никак не могли утихнуть. Эти чертовы люди в форме почти задержали его, начали скручивать руки, говоря, что ему стоит пройти какие-то обследования. Завязалась небольшая драка, но особых жертв не было - многочисленные менты не решились вытащить пистолет или электрошок. Кое-как вырвавшись из рук полицейских, он сбежал. Содрал колени в кровь, поранил одного человека, пару раз встретился носом со стеной, но сбежал. Теперь он в розыске. В федеральном розыске. И он скрывается от властей под капюшоном, быстро уходя в сторону давно заброшенной многоэтажки. Там любил ошиваться, будучи юным, с тем самым другом. Снова воспоминания обжигали горло, заставляли дрожать. Он кое-как вошел в это забытое богом место и начал подниматься вверх, на крышу, как бы то ни было банально. Лишь, открыв люк и выбравшись на свежий воздух, он смог снять капюшон и кофту следом. Футболка слишком сильно сдерживала крылья, а потому оказалась на полу следом. Юноша расправил крылья и присел на край, смотря вниз. Он не хотел попадаться в руки власти, прекрасно зная, что люди окажутся монстрами и будут пытать юношу, пытаясь вытянуть все, пытаясь откопать все, что только можно. Они будут вырывать его перья, резать кожу, может даже спилят крылья. Он не хотел себе участи подопытной крысы, а потому сейчас решение далось даже легче. Сидя на крыше многоэтажки, парнишка, чья жизнь уже ничего не значит для него самого и для его родителей, что покинули его еще тогда, хотя могли бы и поддержать, и помочь. Но они этого не сделали. Усмехнувшись самому себе, крылатый поднял голову в небо, внезапно углядев вертолет. Судя по окрасу и комплектации, снова менты. Черт, неужели даже сдохнуть спокойно нельзя? Понимая, что они сделают все, лишь бы парень остался жив, он поспешно поднялся и встал спиной к крыше, прикусив губу. Было интересно, какой спектакль закатят эти недоумки. Вертолет не приземлился, он завис в воздухе, и с него спрыгнули трое. Двое с пистолетами и один без оружия. А парень стоял на краю, смотря на это действо, смеясь над собой. Страж порядка подошел ближе, снял с себя шлем и… ничего удивительного. Конечно же, этим самым полицейским оказался тот парень. И юноша просто стоял и смотрел на него, мягко и горько улыбаясь. — Эй… ты ведь помнишь меня? Тишина. — Ты не должен прыгать. Все еще тихо. — Все будет хорошо. Прости меня. Усмешка. Сначала усмешка, а потом истеричный смех. Парень взмахивает крыльями и смотрит на предателя перед собой, широко ухмыляясь. Из глаз снова текут слезы, они стекают по щекам и подбородку, разбиваясь о крышу. Тихий и почти неслышный шепот. — Я люблю тебя. Как банально, сопливо и драматично. — Иди ко мне. Парень, роняя слезы, делает шаг. Одной ногой, потом второй. Назад. Пол исчезает. Мгновение — и он уже летит с крыши, чувствуя себя, наконец, свободным. Не смотря на то, что полицейские закопошились, желая спасти эту крысу, что может провести остаток жизни в лабиринте с сыром. Тщетно, они не успеют. Как опрометчиво было так наступать. Он чувствует, что теперь сможет стать лучше. В следующей жизни ему может повезти. В следующей жизни он сможет стать лучше. Он будет лучше. Перед глазами мелькают картины. Все картины из жизни. Жизнь пролетает перед глазами, а он лишь, в полете вороша свои волосы, смеется. Как же глупо все вышло. Этажи за этажами, большая скорость, большое расстояние. Ловушки жизни. Когда остается три этажа до гибели, он закрывает глаза. Закрывает и представляет себя птицей. Красивой, прекрасной, черной птицей. Черным лебедем. Соответствий не мало и не много, но черные лебеди прекрасны, они слишком прекрасны. Удар пришелся на спине. Хруст костей. По телу течет кровь, крылья уже сломаны, и он все еще думает о себе, как о лебеде. Вокруг гул, шум, кровь стучит в ушах. Чужие голоса, неразличимые хрипы. Крики, кровь и его мягкая улыбка, что создает контраст с черными перьями, с этим ужасным обликом монстра. Последний вздох… выдох. В следующей жизни он родится прекрасным черным лебедем.