Алхимия и жизнь

Дым над городом постепенно рассеивался. Уцелевшие воины из ангельской и дьявольской армий в изнеможении опустились на землю. Закованные в цепи злодеи-генералы бросали друг на друга мрачные взгляды, ожидая, когда их заберут конвоиры: одного – в Подземелье, другую – в небесный город… Война была остановлена. И двое отважных подростков, благодаря героизму которых удалось избежать катастрофы, висели сейчас в воздухе – лицом к лицу. - Раф, - тихо проговорил черноволосый дьявол и ухватил девушку за руки, - мы спасли мир… Вместе… - Да, - прошептала она. – Вместе до самого конца… - Со временем Весы ВЕТО восстановят, но пока этого не произошло… у нас есть немного времени. - Времени для чего? - Тише. Не нужно слов. И их действительно было не нужно – Раф и так все поняла, когда Сульфус обхватил ее одной рукой за пояс, а другой за плечи, и прижал к себе. Их взгляды встретились – а миг спустя встретились и их губы… Ничего больше не имело значения – лишь их любовь, вечная и неугасимая. Казалось, что мир вокруг просто исчез. Мир вокруг исчез. …Тело прошила судорога – и Раф рванулась было вскочить, но чьи-то руки аккуратно, но твердо уложили ее обратно на койку. - Тихо, тихо, - попросил ангел в белом халате – школьный лекарь, чьего имени Раф так и не запомнила. – Постарайся обойтись без резких движений. Яд мог пагубно сказаться на передаче нервных импульсов к мышцам, а поскольку ты в человеческом облике – то можешь из-за таких рывков удариться или упасть и получить травму. - В человеческом… - ангелесса осторожно приподнялась и повертела головой. За спиной – ни следа крыльев, нимб над макушкой не нащупать, зато вместо привычной одежды какая-то дурацкая розовая футболка. – Да, действительно. - Ох уж мне эти первокурсники, - покачал рогатой головой дьявол-медбрат, и Раф вздрогнула: на койке у противоположной стены, рядом с которой тот стоял, лежал и не шевелился Сульфус – тоже в земном воплощении. – Попадут на Землю, примутся туда-сюда форму менять, и ни мысли не шевельнется, что в смертном обличье надо беречься. Всем на технику безопасности начхать, что тем, что этим. - К-к-какие первокурсники? – с трудом выдавила из себя Раф. – Мы же на второй курс еще в том году перешли, когда Рейну победили… - Вот, что я и говорил – эта дрянь действительно психотропная, - кивнул дьявол своему светлому коллеге. – Помрачение сознания, неадекватные реакции – и бредовые фантазии. Вы тут, - снова повернулся он к девушке, - пару дней, конечно, провалялись после того, как вас эта сволочь цапнула, - с этими словами он продемонстрировал ничего не понимающей Раф банку с бегающим по дну туда-сюда черным пауком, - но не целый же год! Хотя у нас были сомнения, какой эффект яд может оказать на смертные тела… - Стоп, - где-то на задворках сознания шевельнулась странная мысль, - какие еще воплощения, нам же вообще запрещено на этом уровне являться землянам… Точно, ВЕТО. Смертных нельзя трогать, им нельзя показываться… Я еще простудилась… Когда же это было-то? Что-то в происходящем определенно не укладывалось в голове. - Раф! – Сульфус вскочил со своей койки и кинулся к ней. – С тобой все хорошо? Я так волновался! - Да все нормаль… А ты чего это, постригся, что ли? У тебя же волосы чуть ли не до пола были… Стоп. Разве прическа оппонента сейчас – самое странное? - И с каких это пор ты обо мне беспокоишься? Ты же только и знаешь, что строить мне козни! - Но как же, - лицо Сульфуса вытянулось, - мы же любим друг друга. И этой любви никакие преграды не страшны! - А ну пусти! – завопила Раф, когда он схватил ее, прижал к себе, и их взгляды встретились, а миг спустя встретились и их губы… - А-а-а-а-а! А! А! А! А-а-а-а-а! Девочка тряхнула головой. Потом плечами. Потом с трудом перестала трястись вся. - Как видите, - безразличным, но громким голосом вещал профессор Путзо, стараясь пересилить своих гогочущих учеников, - сознание прорывается сквозь порожденную зельем иллюзию в тот момент, когда та достигает своего эмоционального пика. В данном случае, очевидно, оборачивается кошмаром. - Да еще каким, - нервно одернув край своей зеленой юбки, Раф обвела кабинет злодейской алхимии, в середине которого стояла, глазами, окончательно прогоняя из головы образы из то ли сна, то ли галлюцинации. Сидящие на первом ряду Гас и Сульфус совершенно нагло лыбились, глядя на не вполне еще пришедшую в себя девочку. Смерив последнего тяжелым взглядом, Раф выдохнула. - Привиделся поцелуй, значит… Ну и хвала Небесам! - Че… чего? – чуть не поперхнулся тот. - Она говорит, что ей приглючился поцелуй с тобой, и это был самый жуткий кошмар, - услужливо подсказал Гас. Хохот в классе грянул с новой силой. - Это не кошмар, это ужас! – патетически заявила Раф. – Даже хуже той кровавой мути, что мне пришлось смотреть, когда мы художественные вкусы Андреа изучали! Профессор Аркан, - она повернулась к стоящему у стены преподавателю, - все, мое наказание закончилось, я могу идти? - Да, конечно, - кивнул тот, - возвращайся в мечтальни. В Комнату Развлечений лучше некоторое время не ходи, кто знает, какие могут быть парадоксальные реакции. И, Раф, я надеюсь, что ты усвоила, что не следует травить соучеников, даже если они ведут себя неподобающим образом и даже если, - молодой учитель понизил голос, слегка улыбнулся и подмигнул, - они сами старательно на это нарываются… - Разумеется, профессор, - ответила девочка и шагнула к двери. Но обернувшись на Гаса, который, кажется, единственный, кроме Сульфуса, не смеялся – и то только потому, что раздраженный сосед пихнул его локтем – девочка проговорила: - Но будешь еще таскать мои тортики, так я туда если не снотворного, так слабительного вгоню! Профессор Аркан полминуты спустя вышел следом, но Раф и без него нашлось кому проводить. В коридоре ее уже ждала вся четверка друзей. - Это они там над тобой так ржут? – Мики недобро покосилась на массивную дверь лаборатории, сквозь которую, несмотря на толщину, прекрасно слышался хохот, и провела ладонью по правому рукаву куртки – целиком не засучила, но смысл жеста был понятен. - Нет, - успокоила ее Раф, - над Сульфусом. - Все хорошо? – Габи оторвался от КПК и внимательно поглядел на нее. – Я могу наангелукать какой-нибудь рецепт, чтобы ты быстрее от этого отошла… - В смысле – в «Angelook» найти? – уточнила Раф. Несмотря на все то время, что она общалась с Габи, девочка еще не вполне привыкла к компьютерному жаргону. – Спасибо, не надо, меня и мама всему научила, еще в Энжитауне. Сейчас чайку с корицей заварю – все как рукой снимет. - Давай, я сама тебе заварю, - предложила Ури, явно не замечая тихого, слегка разочарованного вздоха мальчишки. - Заваривай уж тогда на всех, - дополнил идею Анг Ли. – А то полдник мы пропустили, буфет закрылся… Ури усмехнулась. - Тогда уж и печенье давай дели на всех, а не единолично хрусти! - Собственно, с самого начала можно было просто попросить, что я, против, что ли… - А вообще, - переступив последнюю ступеньку и перейдя границу между нижними этажами школы, где находились помещения дьяволов, и «нейтральной полосой», Ури оглянулась, - возможно, специфическое противоядие и впрямь сработало бы быстрее, чем природные средства – если бы я умела такое готовить… А в это время Сульфус вместо того, чтобы придумывать какой-нибудь способ сорвать урок алхимии, сидел и кипел от негодования – не хуже, чем малиновая бурда в реторте у Кабале. А его ручка вместо того, чтобы заполнять тетрадку с конспектом тем, чем положено ее заполнять примерному дьявольскому ученику (то бишь полями для игры в «морской бой», рисунками чертиков и отзывами об умственных качествах преподавателя и соседей по классу) выписывала бессмысленные каракули. Эта наглая пичуга посмела заявить, будто его поцелуй был бы для нее кошмаром и жутью! Его, Сульфуса, красы и грозы этой школы, покорителя сердец всех девчонок, которые хоть раз в жизни его видели! Хм, ну ладно, не всех, Мики еще в прошлом году недвусмысленно высказывалась, что ее от него воротит – но она и не в счет, в конце концов, она и на настоящую девчонку-то не тянет, ей если голос немного изменить да капюшон посильнее на уши натянуть, вообще от мальчишки не отличить. Да и не слишком-то Сульфус интересовался мнением ангелов… Но все равно это подразумевалось! С симпатиями юных дьяволиц никаких сомнений быть не может, но и только что ставшие на крыло маменькины дочки из небесных городов просто обязаны падать к его ногам! Пай-девочкам положено влюбляться в хулиганов, преклоняться перед их силой и дерзостью. А эта… И весь класс потешается, и даже Кабале что-то брякнула про «Нет, не всех ему дано очаровать…» Ну, ей-то можно, лучшей подруге спускают многое из того, за что иные получили бы промеж рогов. Не говоря о том, что делать ей какую-то пакость выйдет себе дороже – причем десятикратно. Но Раф, о, Раф он этого не спустит! В стоящей на столе ампуле вызревал едкий порошок. В голове Сульфуса вызревал план страшной мести. Как ни старайся гонять на уроках балду, все равно, если в который раз остаешься повторять учебный год, что-то в голове да отложится. Сульфус очень кстати вспомнил о такой полезной в некоторых случаях штуке, как любовный отвар. Настоящей любви, конечно, в пробирке не сваришь, можно вызвать только временный приступ неконтролируемой страсти – но этого-то как раз и надо. Пусть этот летучий тортик на несколько часов потеряет голову и поумоляет его о поцелуе (а то и сама на шею бросится). А потом, придя в себя, начнет переживать «Что же я натворила?!», жутко смущаться, или наоборот, ругаться так, что это будет музыкой для ушей победителя. Но принять решение – не значит суметь его воплотить. Раздобыв рецепт и ингредиенты, промучившись несколько дней в лаборатории для самостоятельных занятий и приведя ее в непотребный вид (в смысле – в гораздо более непотребный, чем всегда), после очередного взрыва Сульфус понял две вещи. Вернее, три, если считать мысль о том, что когда вся физиономия в копоти, то это, конечно, тянет на небольшой вызов общественному порядку, но умыться все же не помешало бы. Другими важными выводами было: «Возможно, иногда на уроках бывает полезно действительно учиться» и «Нужно попросить помощи». В общем случае для мальчишки, чьей лучшей подругой еще с младшей школы в Зульфанелло оказалась восходящая звезда злодейской алхимии, не должно было быть проблемой заполучить какое угодно зелье, достаточно просто попросить. Но в данном случае звать на помощь Кабале был не вариант. Сварить-то она, может, и сварит, но ведь потом не отвертишься от насмешек на тему: «Неужто великий Сульфус настолько не в состоянии покорить сердце какой-то пернатой обычным путем, что решил обратиться к зельям?» Нет, не пойдет. Немного покумекав, Сульфус решил обратиться к Кабирии. Не то, чтобы она отличалась какими-то выдающимися успехами именно в этом предмете, но все-таки –учебой не пренебрегает, книжки умные читает, должна же хоть немного в теме разбираться. А чувство юмора у нее слишком тонкое и изящное для банальных насмешек. - Идея любопытная, - констатировала Кабирия, выслушав его объяснения. А затем, некоторое время поизучав взглядом выжженное пятно на столе, образовавшееся в результате последнего опыта, добавила: - Но есть одно небольшое «но». Ты уверен, что отвар на нее вообще подействует? - Почему, собственно, нет? – не понял Сульфус. – Если его правильно приготовить… - Некоторое время назад, - начала девочка, - я пересматривала фильмы про Гарри Поттера, а конкретно шестую часть, а тут как раз вошла Кабале. Вообще она не слишком разделяет мое увлечение кинематографом, но тут решила вставить свой комментарий по поводу… - А по теме можно? – поморщился парень. - Так я и говорю по теме, - спокойно продолжила Кабирия. – Там как раз был момент, где девчонки-дурочки готовят любовный отвар, чтобы окрутить понравившегося парня, но зелье попадает не по адресу… А Кабале и вставила тут же, что на самом деле хоть так, хоть этак ничего бы не получилось, потому что эти средства не создают страсть, а только раздувают пламя из уже существующей искры симпатии. А если ее нет, то и не сработает. Ну, авторам такие ляпы простительны, в конце концов, много ли смертных действительно искушены в тайном знании? А те, которые что-то в этом понимают, зарабатывают на жизнь явно не тем, что пишут детские книжки. А вопрос остается: уверен ли ты, что в этом случае есть чего раздувать? - Уверен, - заявил Сульфус. – Как это может у нее – и не быть где-то в глубине души такой искорки? - Уверенность – великая вещь, - усмехнулась Кабирия. - Так ты поможешь мне изготовить отвар? - Я? Ни в коем разе. Не терплю пачкать руки, - дьяволица расставила во все стороны пальцы и несколько секунд полюбовалась краской на ногтях. – Да и к чему, если какую бы работу ни надо было выполнить, всегда можно найти кого-нибудь, кто сделает ее за тебя? - Если ты про Кабале… - Почему же сразу про Кабале? Есть тут у нас еще кое-кто, внезапно, заинтересовавшийся алхимией. Ее и просить-то не надо будет, просто аккуратненько подтолкнуть в нужную сторону… Началось все с рисунков, которые Ури увидела в альбоме у Мары. Несколько мальчиков и девочек в одинаковых черных мантиях и с короткими палочками в руках, какое-то безносое лысое страшилище, напоминающее оскалившуюся змею без чешуи, женщина с нестриженными и непричесанными волосами, с безумным взглядом и маниакальной улыбкой на устах… А чаще всего из-под карандаша и фломастеров подопечной выходил некий высокий крючконосый мужчина, который на рисунках то отчитывал указанных выше детей у школьной доски, то раздавал им подзатыльники, а одного мальчика в очках на последней нарисованной Марой картинке вообще пытался задушить, крича при этом: «Минус тысяча баллов!» Как-то на перемене, сидя вместе с Габи и Раф на подоконнике в школьном коридоре и стараясь вжаться поглубже, чтобы не задеть никого из носящихся по коридору туда-сюда земных ребят, Ури показала друзьям фотографии, сделанные с этих картинок, и спросила, не думают ли они, что подобные образцы творчества могут свидетельствовать о тщательно скрываемых жестоких наклонностях подопечной – или, наоборот, воплощать какой-нибудь скрытый страх перед школой и учителями. - Так это, вроде, из книжки какой-то, - припомнил Габи, взглянув на один из рисунков. – Кажется, я у Алессии такую видел. Мальчик со шрамом на лбу, как же его… Гарик-очкарик, как-то так… Тут юные ангелы вздрогнули от неожиданности: с соседнего подоконника раздался громкий смех сидевшей все это время молча и листавшей журнал Кабирии. - Да уж, при таком уровне познаний стоит ли удивляться, что у тебя отчет о подопечной никак не вытанцовывается! А нам-то еще рассказывали, будто ангелы сплошь помешаны на учебе… - Ты о чем? – угрюмо спросил Габи. Дьяволица соскочила с подоконника, подошла, бегло взглянула на фотокопии и хмыкнула: - Ладно, вы там, в небесных городах, оторваны от современной земной культуры. Но здесь-то уж могли бы интересоваться! Ходите на уроки по земному детству – и не знаете персонажа, про которого слышали все дети в мире! Гарри Поттер это! Таких элементарных вещей не знать, надо же… - Так просветила бы, - ответила Ури. – У тебя этой книжки, часом, не завалялось? - Этих книжек. Нет, я решила, что переть с собой семь томов – это лишнее… Так а что тебе мешает просто свистнуть… ну, одолжить у подопечной на недельку? - Так как-то это… - Ури замялась. – Брать без спроса… - Если для тебя именно это камень преткновения, можешь специально нарушить ВЕТО, чтобы предварительно спросить разрешения, - усмехнулась Кабирия. – Ну, или могу сборник фильмов предложить. В экранизации, конечно, многое переврали, но общее представление получить можно. И Ури получила представление. Во всех смыслах. - Это же здорово! Почему у нас такого не делают? - Очевидно, потому, что мы – не земляне, - предположила Кабирия, которой ангел изливала свои восторги. – То, что у них считается волшебством, для нас – по крайней мере, в некоторых проявлениях – рутина, повседневность. И это ограничивает фантазию, на самом деле. Хоть и считается, что лучше сочинять о том, что знаешь, но смертные, которые не имеют сколь-нибудь подробного и истинного представления о том, что они называют «сверхъестественным», благодаря своему незнанию способны уйти вслед за воображением в такие дебри, до которых нам… Эй, ты меня слушаешь вообще? - А еще он такой милашка! И все-таки оказался хорошим! - И чего вы все так от него балдеете… - покачала головой дьяволица, которая не нуждалась в пояснении, кто тут «милашка», потому как Ури высказывалась об этом и по итогам предыдущих шести с половиной фильмов. – Между прочим, в книге он просто обычный въедливый и злопамятный неряха – не то, чтобы я имела что-то против такого типажа, но вот откуда у него столько поклонниц – в толк никак не возьму. - Зато он зелья варит! А какой он очаровательный, когда баллы снимает! - Тоже мне, - хмыкнула Кабирия. – У нас и свой такой алхимик имеется, без всякого кино. Тоже вечно варит какую-то фигню-бурду и обещает того, кто попадет ему между рогов бумажным самолетиком, лично забодать. Почему-то в фан-клуб профессора Путзо от этого очереди не выстраиваются. - Да? – Ури ненадолго замолчала, а потом задумалась. – А почему у нас алхимию не преподают? - А на кой вам нужна злодейская алхимия? – удивилась Кабирия. – Она же, как бы это сказать… злодейская! Вот почему у нас нет ничего наподобие ваших уроков творческой медитации – это… хотя нет, понятно, почему. Потому что художественные вкусы у основной части моих одноклассников, будем откровенны, убогие. - Необязательно же варить всякую мерзость! Можно что-нибудь хорошее, полезное и нужное… - Самое полезное и нужное – это зелье немоты! – усмехнулась Кабирия. – Потому что большинству все равно нечего сказать осмысленного, а под действием зелья они становятся похожи на героев немого кино. Вот только вряд ли ангелам придет в голову такое варить. Тем не менее, мысли в голове Ури начали бурлить и в итоге выкристаллизовались в идею, которую девочка несколько дней спустя – после того, как через слуховое окно понаблюдала за занятиями в дьявольской лаборатории – решила обсудить с Мики. - …И ты знаешь, профессор такой душка! А как он дал Гасу подзатыльник, когда тот пробирку разлил, и сказал, что с такими навыками его не возьмут даже на хот-доги кетчуп наливать… - Я думаю, Гаса не возьмут на хот-доги кетчуп наливать совсем по другой причине, - хихикнула Мики и тут же посерьезнела. – Нет, мысль, конечно, интересная, и договориться с преподавателями, в принципе, можно. Хотя ангелу лезть в класс, полный отвратительно ведущих себя чертей, не вполне безопасно – но в крайнем случае я и сама могла бы рядом посидеть и приглядеть, староста, как-никак… И брать на карандашик каждого, кто хоть косо взглянет в твою сторону – а потом побеседовать после уроков, неуставным, но эффективным образом. Но во-первых, нужна же симметрия. Если ты в порядке «культурного обмена» станешь ходить на алхимию, то Гаса как твоего противника придется устроить на дополнительные занятия к нам, скажем, в лабораторию творческой медитации. Ты представляешь, что из этого получится? - Н-да. - А кроме того, как ты предполагаешь включиться в учебный процесс посреди курса, не зная азов? Мой тебе совет: если уж хочешь этим заниматься, попробуй для начала взять учебники, пойти во вторую лабораторию, которая для самостоятельных занятий выделена – там, конечно, бардак полный еще с прошлого года как минимум, но что делать – и попробуй что-нибудь сварить. Если будет получаться и если тебе самой понравится – тогда уж можно подумать о том, чтобы предстать пред светлы… хм, темны очи рогатого профессора. И Ури принялась за дело. Навыки травницы, конечно, не вполне подходили для работы с реактивами, но если быть внимательной, аккуратной и никуда не торопиться, то можно достигать результата… - И как успехи? – осведомилась Кабирия, заставив Ури вздрогнуть и едва не рассыпать зеленовато-синий порошок. Дьяволица принюхалась. – Это что, противоикотное зелье? Такой ерундой ты профессора Путзо не заинтересуешь. - Я не… - Если действительно хочешь его очаровать, - зашептала Кабирия заговорщически, - то лучше приготовь любовный отвар. Вот, у меня тут рецепт имеется. - Я не хочу… я не буду, это же низость! – возмутилась Ури. - Я же не предлагаю тебе давать это кому-то пить, - поморщилась Кабирия. – Просто свари – если у тебя это получится, то такой успех безусловно его впечатлит. Сложного там, на самом деле, ничего особо нет, но поскольку ты новичок… - Хм, а пожалуй… Так, что там требуется? Следующие дни Ури работала над новым отваром. Нельзя сказать, чтобы там совсем уж не было ничего сложного, но… постепенно, медленно, аккуратно – работа двигалась. Она уже была почти закончена, когда произошло странное. В полутемном коридоре, несколько в стороне от лаборатории, перешептывались двое дьяволят. - Судя по инструкции, она там должна уже почти закончить, останется добавить только волос объекта, - сообщила Кабирия. – Приготовил? - Ага, - кивнул Сульфус. - Значит, как договаривались – я отвлекаю ее на несколько минут, а ты хватай пузырек, и ходу. С этими словами Кабирия шагнула вперед, а затем скрылась за дверью. Немного погодя обе девочки вышли наружу, и Сульфус поплотнее прижался к стене, скрываясь в сумраке. Не доходя до него, Ури и Кабирия свернули на ведущую наверх лестницу. Кабирия при этом что-то говорила ангелочку, но Сульфус не вслушивался – выждав минуту для верности, он вышел из тени и быстрым шагом устремился в лабораторию. А затем, столь же быстро – наверх. С заветным пузырьком в кармане. «Ну держись, безе летучее!» В кафетерии было шумно – наверно, половина потока собралась. Раф и ее пернатые друзья – за вычетом Ури – были здесь же, кажется, собрались устроить чаепитие. Сама блондинка, поставив на стол поднос с тортиками, пошла обратно к раздаче, помогать остальным донести чашки-ложки-чайники-прочее. Лучшего момента и придумать было нельзя. - Давай, Василиск, - прошептал Сульфус и протянул змейке пробирку. Верная рептилия поползла вдоль стены, а затем через зал к нужному столу и, выбрав тарелочку, стоящую перед стулом, на который Раф повесила свою сумку, щедро облила десерт отваром. - Надеюсь, это и впрямь именно ее кусок, - пробормотал Сульфус. И так оно и оказалось. Подтверждение пришло из первых рук. - Эй, положи на место, это мой торт! – завопила Раф, увидев, что к тарелке потянулись толстые пальцы Гаса. Положение у девочки оказалось не самое удобное – в руках поднос, на котором стоят чашки с горячим напитком, с таким не побегаешь, а поставить некуда… - Я знаю! – весело сообщил рыжий черт. – И я смотрел за тобой и видел, что ничего ты туда на этот раз не подсыпала! - Лучше б ты не за ней, а за самим тортом смотрел, идиот… - тихо простонал Сульфус. Вот что тут сделаешь? Орать на весь зал «А ну брось!», что ли – тогда любой дурак заподозрит неладное, и тут хоть Раф вообще есть не станет, хоть съест, но автор розыгрыша станет очевиден, и не избежать наказания – а все равно ничего хорошего. - Приветик! – появившаяся словно из ниоткуда Кабале похлопала парня по плечу. – Что такой кислый? - Да отстань, не до тебя сейчас! – рявкнул тот. - Чего это? – немедленно обиделась чертовка. Но Сульфусу было и впрямь не до нее, он смотрел, как Раф, не на шутку разозлившаяся, стремительно приближалась к столику с подносом наперевес, и как Гас принялся в срочном порядке запихивать тортик себе в рот. - Нууу, блин… И что теперь будет… - А что должно быть? – тут же заинтересовалась Кабале. Ответ на этот вопрос пришел быстро. - Ну вы и сбрендили со своими диетами, девчонки, - поморщился Гас. – Не сладость, а черти что – чего вы туда понапихали? - Ничего я не… - начала Раф, уже почти достигшая эффективной дальности удара подносом, и тут толстяк резко развернулся и рванул в сторону Сульфуса, выкрикивая: - Сульфус! Дружище! Что ж ты жмешься там в углу! - Эй, это что такое? – не поняла Кабале, но на всякий случай отодвинулась, позволяя Гасу добежать до Сульфуса и заключить в стальные объятия. - Сульф, старина! Что это тебя не видно в последнее время, друзей забыл, что ли? Как можно, ты ж душа нашей компании! - Гассс, уймисссь, - шипел Сульфус, безуспешно пытаясь вырваться. - Да вы чего там, сбрендили?! – все не успокаивалась Раф. – Эй, рыжий, куда собрался, я с тобой еще не договорила! Впрочем, единственным возмущенным ангелом она здесь не была. - Так, а ну признавайтесь! – возникнув в дверном проеме, громко, на весь кафетерий крикнула Ури. – Кто мою пробирку с зельем стырил? Кабале сперва посмотрела на нее… Потом на Гаса и Сульфуса… Потом на Раф… Потом снова на Гаса и Сульфуса, принюхалась… И оглушительно расхохоталась. - Что смешного?! – не поняла Ури. – Это ты взяла, что ли?! - Милая моя, - снисходительно ответила Кабале, - ты за всю жизнь не сваришь ничего такого, что я не могла бы приготовить с завязанными глазами и левой пяткой. Тем более, что ты даже не знаешь элементарных правил безопасности, раз разбрасываешь их где ни попадя. Вот и получается. Знаешь, есть такая концепция… Она двинулась к выходу, и, миновав Ури, обернулась и закончила: - …«Защита от дурака» называется. Очень, как выясняется, нужная вещь! - Накрылась моя работа, - вздохнула Ури. - И что, - сочувствующим голосом спросила Раф, - будешь новое зелье варить? - Да нет, наверно. Подумала я – а ну его. - А как же симпатичный профессор? – с подначкой спросила Мики. - И его тоже. Нет, мы могли бы, конечно, познакомиться поближе… но чтобы познакомиться совсем поближе, это ж нам надо, наверно, остаться наедине, а для этого надо, скажем, плохо себя вести на уроке и нарваться на отработку, а это же потом запишут в аттестат, дома узнают – расстроятся… Зачем мне это? Да и не понравились мне все эти горелки и реторты. Чай с корицей – во сто крат лучше любого зелья! - Га-ас! Ну ты и тяжелый! – кряхтел Сульфус. - Да, - сокрушался тот, не выпуская друга из объятий, так, что Сульфусу приходилось волоком его тащить по направлению к кошмарням, - не такой я спортивный, как ты… - На самом деле это очень хорошо, что он тяжелый - весело сказала Кабале, неторопливо идущая рядом и явно наслаждающаяся картиной. - Чего хорошего?! – взвыл Сульфус. - Так концентрация же. При расчете той же дозы на больший вес получается меньший эффект, так что длиться будет, допустим, не день, а только полдня… - Кабале! Я не поверю, что у тебя не найдется никакого противоядия! - Ну нет, - чертовка насупилась, - что я тут буду влезать со своими препаратами, тебе ж не до меня, ты ж сам со всем разберешься… - Мне всегда до тебя! Ну прости! - Настоящий дьявол не извиняется, - усмехнулась девочка. – Ты должен был сказать не «прости», а «О, Кабале, чтобы задобрить тебя, я готов исполнить любое твое желание!» - К-какое еще желание? - Любое, я же сказала. А воображение у меня богатое, сам знаешь! - Ч-черт… Ну хорошо, хорошо! Быстрее только! - Смотри, меня обманывать – себе дороже! Покоритель сердец… – хихикнула Кабале и убежала вперед – рыться в запасах. А Сульфус, оставшись вдвоем с непрекращающим изливаться лестью и восхищениями Гасом, думал о том, что вот угораздило же, что в следующий раз надо действительно позаботиться о защите от дурака… И о том, что Раф заплатит и за это тоже! Непременно!