Под белой звездой. (рабочее)

Часть 1 Глава 1 Здравствуй, школа! Утром, встав, выключив будильник, я, потягиваясь , подошёл к окну. Открыл, высунулся по пояс, и тут же отпрыгнул в комнату, и вновь закрыл его. Да уж, погода… Ещё вчера было тепло, солнечно, и вообще, довольно хорошо. Вчера было 31 августа, сегодня… правильно, первое сентября. И по какой-то странной прихоти судьбы уже в десятый раз, как мне приходится идти в школу, утро НИКОГДА не было солнечным и тёплым. Ну, как бы то ни было, школа есть школа, идти надо, да и одноклассники скучать не дадут в своём обществе. Потянувшись и зевнув ещё раз, я стал собираться. Штаны, рубашка, пиджак и иконка Сергия Радонежского были найдены быстро, а вот с дневником и блокнотом пришлось попотеть. Первый был найден за письменным столом, второй обретался под кроватью. Так, вроде всё. Выходя из комнаты я окинул её взглядом, проверяя, не забыл ли чего. Комната была небольшая, уютная, одну из стен почти целиком занимала полка ,занятая всевозможными книгами: от Праччета и Дины Рубиной до Аванты «химии» и энциклопедии древнего метательного оружия ( кстати, интересная и полезная книга, руководствуясь ею можно много интересных вещей собрать). Рабочий стол, заваленный невесть чем с лета, над ним полки, где хранится много интересного. В стене, между столом и книжной полкой, два окна, между которыми висят свидетельства о сдаче шестого и пятого кю по айкидо ( такие здоровые картонные листы размером с два альбомных, на них текст на японском), арбалет: зверь, стальные плечи, 90 кг усилие натяжения, полиспаст из двух блоков на концах плеч, добавьте ложу из стального профиля, рычаг натяжения тетивы и тот факт, что половинкой гвоздя двухсотки с десяти метров доску двухсантиметровой толщины спокойно шьёт навылет. Под сим агрегатом календарь с пейзажем, рядом с которым висит пуцлик по картине «Волшебник и дракон» с тремя недостающими детальками. Ну, вроде ничего не забыл, всё что нужно взял. Я вышел в прихожую. Налево- кухня, направо-коридор с туалетом и ванной, в конце него комната деда. Тихо, чтобы не разбудить, я умылся, расчесал хаер, подвязал налобный ремешок ( волосы ношу длинные, а конские хвосты не люблю), глянул в зеркало. На меня в ответ уставился парень лет 17, сероглазый, немного горбоносый, с нешироким лицом, длинными, ниже ушей, тёмно русыми волосами, подхваченными налобным ремешком. Примечательная внешность. Равно как и фамилия: Крылатый, имя не очень: Арсений. "В общем, интересная личность"- подумал я, выходя из ванной и гася в ней свет. Быстро позавтракал, и, накинув пиджак, вышел во двор, вдохнул полной грудью воздух первого дня осени. Достал телефон, наушники и, включив режим случайного выбора, запустил проигрыватель. Выпал НАИВ " Иллюзия свободы" . "Очень к месту" -подумал я, шагая по улице. Было у меня, как у Антона Городецкого, увлечение включать проигрыватель на случайный выбор, и думать, как та или иная композиция сочетается с реальностью. Порой это неплохое развлечение- подгонять действительность под музыку. Хорошая разминка для ума, особенно если одно с другим ну никак не сочетается. Ну как можно связать друг с другом песню Эпидемии "Феникс" и поход в магазин за гречкой и макаронами. Подходя к школе выключил проигрыватель на телефоне и снял наушники. Всё как обычно: гудяще-гомонящая толпа школьников, родителей, родственников, в чёрно-серо-бело-коричневовой массе которой, как рыцарские знамёна, цветились букеты. Найдя свой класс, поздоровался со всеми, подключился к разговору. Тем было несколько: кто что успел за последние две недели, что планирует в ближайшее время, и как жалко, что кончилось лето. Никто не слушал что говорил директор школы и те, кто вёл линейку- большинство учеников знало, что ничего нового здесь сказано быть не может, из года в год одно и то же. И я, болтая с одноклассницами и одноклассниками, пережидал линейку. -Интересно, что на классном часу что будет?- задался вопросом Витька Николаев, мой лучший друг, ещё с садика. -Не каркай, не каркай... Что бы ни было, страшнее того, что мы можем притащить с собой, в школе ничего нет.- ответил я. Мы с Витькой увлекаемся пиротехникой на довольно серьёзном уровне. Салютный заряд, вроде тех, что на Девятое Мая, ракета, ТЭН* (*тетра эритрит нитрат, взрывчатка, вроде динамита) о, всё что угодно! -Я надеюсь, ты прикалываешься?- понизив голос, неодобрительно спросил Николаев. -Не совсем. есть у меня с собой одна весёлая вещь...- -Школа стоять-то останется? Не граната, надеюсь?- -Я что, больной, гранаты в школу тащить? Это кое что по веселее: шайтан-шар* (* пиротехническое изделие, бомбочка, при взрыве разбрасывающая большое количество искр)- -Давай-ка после всей этой галиматьи жахнем его?- Я кивнул. -Да можно, в общем-то, только ты потише- напомнил я Витьке. -Ох, Крылатый, никак со своими глупостями не закончишь. Смотри: останешься без пальцев!- вздохнула Корнёва Лариса Владимировна- наша классная руководительница, учительница химии. Ей было немного за сорок, но ни морщин, ни маски хронической усталости, ведь её муж души в ней не чаял, и оберегал ото всех возможных жизненных невзгод и неурядиц. Волосы она даже не думала подкрашивать по той же причине. Да и вообще, смотрела на мир весьма оптимистично. -Так я ж т.б. блюду, Лариса Владимировна!- ухмыльнулся я- Все запалы не меньше чем на десять секунд!- она только вздохнула. И опять всё вошло в привычное, тягомотное русло линейки. Директор гнал обычную в этих случаях пургу, младшеклассники, которым всё это ещё не успело надоесть хуже горькой редьки, слушали. Среднее звено, успевшее навидаться и наслушаться, ушло в свои мысли. Старшие классы, и я в их числе, тихо переговаривались, обсуждая свои дела... Но вдруг что-то прервало сонную тягомотину, заставив меня неожиданно встрепенуться и собраться. Я вдруг почувствовал чей-то взгляд, пристально меня изучавший, что мне очень не понравилось, и представил себе, будто одет в полный готический доспех* (*визуализация процесса играет очень большую роль во многих ментальных и магических практиках). Представил со всеми деталями: и то, как лежат сегменты доспехов на теле, как они трутся друг об друга, чуть поскрипывая, ощутил тяжесть брони, ПРОЧУВСТВОВАЛ себя в них* (* Нет, я не псих. Просто ДЭИР и иже с ним никто не отменял). Когда пришло ощущение стабильности доспеха, я посмотрел в ту сторону, откуда, как мне казалось, меня и разглядывали. Там, на другой стороне улицы, возле вечно закрытого ларька приёма стеклотары, вжавшегося в изрисованную современной "наскальной живописью" стену какого-то предприятия, стоял невысокий, крепкий парень, лет 17-18, светловолосый, с серо синими холодными глазами, смахивающий на осовременившегося варяга. Одет он был в длинную, иссиня чёрную, куртку необычного кроя, с поясом и множеством карманов, погонами, узкими белыми лампасами на рукавах, и странной нашивкой, напоминающей эмблему неизвестного мне рода войск- насыщенно синий пятиугольный щит с белой, восьмиконечной звездой, джинсы и берцы. Что-то в нём было неуловимо отлично от любого из нас. Но вот что? Однако, всерьёз поизучать мне его при помощи того же ДЭИРа не удалось. Парень отслонился от берёзы, и ушёл, быстро скрывшись из виду. Да и Витька ткнул меня локтём в бок. -А? Что?- повернулся я к Николаеву. -Ты опять улетел? Линейка уж кончается, соберись, Крылатый, чуть-чуть осталось!- Витька не разделял моего увлечения ментальными техниками, не считая их, впрочем, чем-то ненормальным , но периодически беззлобно подкалывая. Почему так, я уже отчаялся понять, и подкалывал в ответ, называя порой Николаева "воинствующим материалистом". Когда, наконец, толпа учеников потянулась в школьные двери, я потихоньку пошагал вместе со всеми, но в голове всё ещё вертелся, почему-то, образ пятиугольного синего щита, со звездой о восьми лучах. Что это за символ? Ведь я его никогда не видел, почему же тогда он щекочет память, как формула тройного аргумента на контрольной по алгебре? И что вообще намечается? ... Ардалион Струнников развернулся, оставляя шум школьной линейки за спиной. И телепортировал, продолжая шаг, таким образом, что с одной стороны угла его потеряли из виду, а с другой ещё не успели заметить. Этот манёвр, как и многое другое, показал ему Иллиодор. Оказавшись после телепортации в просторной комнате, со стоящей около входной двери вешалкой, с двумя серо-зелёными плащ-палатками и автоматом магистра*(*У Иллиодора была привычка оставлять автомат на вешалке. Происхождение её неясно: магистр пользуется им крайне редко. Но это обыкновение уже стоило жизни четырём вешалкам.), отдалённо похожим на гибрид Калашникова и СВТ-40. Слева диван, непонятного жёлто-коричневого цвета, изрядно побитый жизнью, но несмотря на это уютно выглядящий. Прямо коридор, через который можно пройти в мастерскую, кухню и оружейную. Справа дверь, покрытая тёмным лаком- кабинет магистра. Ардалион отправил несильный телепатический посыл, но ответа не получил. Так, магистра здесь нет, где же он тогда? Сев на диван, Струнников потёр виски, и сосредоточился, посылая полноценный мысленный вызов. Через несколько секунд он услышал мысли Иллиодора. «Ты что-то хотел спросить?»- спросил Сакраменталь, похоже в этот момент отвлечённый на что-то, и не ждавший вызова. «Да, это касается Крылатого. Магистр, может не телепатически?» «Ладно, даю ориентир для телепортации. Смотри, не промахнись.» добавил Иллиодор, и Ардалион полностью отрешился от окружающего мира, вслушиваясь в тонкие ощущения. Не сразу, но Струнников почувствовал полыхающий сгусток магии, находившийся, казалось, на расстоянии вытянутой руки, и одновременно довольно далеко. Резко выдохнув, Ардалион протянулся мысленно к горящей в астрале звезде, и телепортировал. По прибытии, Струнников оказался в обычном дворе, окружённом шестиэтажками. Правда перед ближайшим к нему подъездом было нездоровое оживление. Нездоровое в прямом смысле слова: на дороге стояла машина «скорой», куда двое санитаров грузили носилки на которых лежал странно тихий человек, с плотно забинтованными коленями. Рядом стоял «УАЗ» с мигалками, около которого толклись недоумевающие милиционеры. - Здравствуй, Ардалион. Так что же такого интересного ты хотел мне рассказать, что не дождался меня на «Львухе», а телепортировал прямо сюда?- глядя на отъезжающую «скорую» спросил стоящий справа Иллиодор. Ардалион проводил взглядом машину с красными крестами, ощутил купол невнимания, установленный магистром, и начал. - Я уже сообщал вам, что это касается Крылатого. Он, похоже увлекается какими-то ментальными техниками. Например, он почувствовал, что я пытаюсь сканировать его ауру, и закрылся. Но в остальном он не шибко-то хорош…- пожал плечами Струнников. И задал вопрос, который, казалось бы, должен был быть первым. - Магистр, а что здесь случилось?- Ардалион сделал обобщающий жест рукой. Иллиодор страдальчески поморщился. - Да ничего особенного, просто самооборона. Нечего было в меня палить… Ладно, это всё рабочие моменты. У меня будет к тебе поручение: завтра убеди Крылатого прийти на «Львуху». После этого - отдохни, как минимум две недели, а то последние дни мечешься как угорелый.- чуть улыбнулся Сакраменталь. – С дальнейшими делами я справлюсь сам. – Иллиодор посмотрел в сторону, где скрылась «скорая»… ...Правда по дороге к нашему кабинету всё это было забыто, если не напрочь, то на время: я разговорился с Элей Изириевой, красивой кареглазой, русоволосой девушкой из моего класса, к которой я питал тихую симпатию, не перераставшую, к сожалению в нечто большее. Почему? Трудно сказать. Возможно я что-то делал не так, не к месту и не ко времени, некстати проявляя активность или отступаясь. Но, как ни странно, это не особенно тяготило. Классный час прошёл тихо и мирно, после чего нас было повели на школьный концерт, но я и Николаев злостно свинтили. А что нам там делать? Полтора часа смотреть и слушать всякую лабуду? Уж лучше шайтан-шар испытать. По прибытии на долгострой мы, проверив, нет ли кого рядом, залезли внутрь, подыскали местечко получше, и я поджог запал. Через десять расчётных секунд, шарик, подпрыгнув на полтора метра, рванул, выбросив тучу зелёных, долго не гаснущих, даже после падения на землю, искр. -Ну ты и лягушку собрал...-протянул Витька, выбираясь из-за железной бочки, за которую он ранее отпрыгнул- Оно же так случайно вышло?- Я усмехнулся. -Нет, я специально сделал подбрасывающий заряд, ведь на земле не так красиво было бы.- -Может оно и так, но сейчас у тебя получилась конкретно мина-лягушка.- вздохнул Николаев- Пошли, а то ещё припрётся кто-нибудь... ... После "испытаний" я направился домой, так как Элю в очередной раз не удалось вытащить погулять. По приходе домой я, заперев калитку, взглянул в окно комнаты деда. Раззанавешенно, а за ним, в глубине комнаты, светится экран работающего ноутбука. Ага, проснулся и сразу за работу. Отпер дверь, вошёл, включил свет в прихожей. Дом, как обычно, встретил меня полкой с обувью, с тремя парами ботинок ( две дедовы, одна моя, ещё одна на мне), вешалкой с верхней одеждой, и неистребимым запахом дедова крема для обуви- он свои ботинки каждое утро начищает, привычка такая. -Ну привет, Сенька! Что новенького, как линейка прошла?- осведомился дед, выходя из кухни с чашкой чая в руках- Школа то хоть стоит ещё?- он с улыбкой отхлебнул. Надо рассказать о моём дедушке. Его зовут Ярослав Тимурович Крылатый. Ему сейчас пятьдесят восемь, но он, похоже, сказал себе: " Старости нет. Душа- вечно молода и бессмертна, а жизнь прекрасна!" и следовал этому принципу. Также сказалось то, что он служил в ВДВ с восемнадцати до сорока пяти лет. И сейчас он в отличнейшей форме- каждый день по 12 км бегает, спокойно доски ломает руками и ногами и, что самое главное, учит меня драться врукопашную и на ножах. После возвращения со службы дед занялся любимым делом- профессиональной портретной фотографией. И так хорошо пошли у него дела, что скоро он заимел собственный комплект студийного фотооборудования. -Линейка-то? Да как обычно, тягомотина сплошная. А на школу мне, дедушк, жалко не то что ТЭНа и пороха, а даже китайских петард.- я ухмыльнулся -ТЭН, говоришь? Ты ж вроде завязал с подобным?- настала очередь деда ухмыляться. Я только вздохнул, и спросил -Сегодня позанимаемся?- кивнув на два деревянных ножа. лежащих на низкой, покрытой коричневым лаком тумбочке. -Э-эх, Сеня, хотелось бы, да заказ мне сдать нужно вот-вот. Я его, в принципе, за сегодня доделаю, так что, скорее всего, завтра попрыгаем.- он направился в свою комнату, через открытую дверь которой виднелись стол на котором стоял его ноут, уже ушедший в спящий режим. У стены стояла кровать, застеленная покрывалом в сине-серебрянно-рыжих узорах. Из-под неё выглядывала штанга. На стене над кроватью висел старый голубой берет и фотографии со службы. Остальную часть стены занимали книжные полки, от пола до потолка, полностью забитые. Я отправился к себе. У дедушки порой случались такие авралы, но изредка и ненадолго. Но у всего есть свои плюсы. Дед зашился с работой, и тренировка пролетела? Значит, есть свободное время, которым нужно распорядиться с умом. Сесть фейерверки делать? Нет вдохновения, а без него выйдет не то. Поиграть в давно заброшенный Nox? Ну не смешите! А может...? Да. Точно. Это то, чего душа просит. Я открыл шкаф, вытащил чехол, расстегнул. Внутри лежал старенький цифровой Canon, бывший дедушкин рабочий фотоаппарат. который он отдал мне, года три назад. За что я был ему не менее благодарен, чем за обучению ножевому бою. Ведь фотография и моё увлечение тоже.