Рок, как он есть.

Лишенный цели и верного пути, найдет Опустошенный покой в дивных объятьях дрёмы. Когда тьма поглотит весь свет путеводный, и выстлана будет благими намерениями дорога прямо в пасть адскую, настанет для него новая эпоха битв, жарче чем прежде… И там, во мраке ночи, будет Путник Вечный не одинок. Предреченье Вечных первое.

       Едкая зеленоватая пелена, обволакивающая взгляд. Холод леденит кровь в жилах. Забрало шлема, испещрённого порезами от кровожадных дьявольских когтей, скрывало взор нещадного. Усталый, истощенный, иссохший, но всё ещё искрящий ненавистью глаз небрежно окидывал взглядом опалённую адской смагой землю. Опухшие по ощущениям ладони, облачённые в грубые перчатки, застыли и с силой сжались.        Этот мир Палачу поначалу казался лишь отчётливой фикцией. Но вскоре сознание смогло принять реальность происходящего, когда перед ним вырисовывалось небольшое озерцо из странной пузырящейся жидкости. Чувства были весьма противоречивыми… казалось, будто он завяз в киселе. Двигать ему удавалось лишь взглядом.        Воин понимал, каков окружающий его мир, но очень расплывчато. Его зоркое око уловило лишь чьи-то очертания. Казалось, эти люди над чем-то усердно работали. Одна из фигур подошла ближе, и хотя морпех не мог явственно осознать кто перед ним, он предположил, что это ученый, судя по белой униформе и трепетному тону. Между Солдатом Рока и фигурой в белом находилась гладкая прозрачная поверхность. Едва не коснувшаяся стекла особа получила некий укор от коллеги с грубоватым мужским голосом. Та сказала нечто в ответ, и пусть слова были не ясными, стало понятно, что пол существа, стоявшего возле резервуара, был женским. Роковому оставалось выяснить только две вещи: местоположение, и как он до такого докатился.        Одетый в зеленый преторианский костюм, он позволил глазам расслабиться и немного откинул голову назад, чтобы ещё раз обдумать всё произошедшее… ***        — Я не могу убить вас, но и мешать не позволю… — робот активировал телекинетическую установку на его ладони, узурпировав честно отбитое Горнило, а затем попрощался.        Следующие мгновения пошли слишком быстро, даже для многозадачного разума. В коем-то веке Воин Рока был обескуражен… Хотя, изначально, тот не особо жаловал Хайдена, он все равно не мог даже подумать, что гениальному уму человечества, ассимилированному с вычислительными мощностями машины, будет ведомо бесчестие, что даже после стольких смертей этот демиург-безумец вновь решится продолжить эксперименты. Никто из них не был безгрешным, и многие оказались слишком слабы для противостояния искушениям зла. И все-таки борьба за существование этого мира того стоила, ведь это была целая раса, а демоны уж точно не ограничились бы Марсом. Почему даже гений оказался порочен? Почему он так свято и слепо верил в свою правоту при очевидных опровержениях этого факта? «Кретин с агенезией своего электронного мозга», — всё, что пришло в голову последнему ночному стражу, прежде чем его тело перенеслось в иное пространство.        Дальше было только хуже… для такого создания, в принципе, ничего особо не являлось помехой, но на сей раз дело пошло правда туго, — застревать в Лимбе ему еще не доводилось. Каков и был расчет директора, здесь не дано было погибнуть, но и уйти отсюда было крайне непростой задачей.        Эта форма Ада не являла физическую опасность, но обладала множеством иллюзий. Местный владелец был весьма счастлив увидеть в своих владениях новую игрушку. Вот только в этот раз в его «паутину» угодила отнюдь не мушка, и сам охотник теперь рисковал стать жертвой… Если бы они находились на одном пласте реальности.        Обиталище демонов было местом не только жутким, но и странным. В нем была структура некой посредственности привычного существования, но его грани были шире. Душа не может взаимодействовать с живым, но она вечна, в отличии от физического воплощения. Неудержимого никогда не удивляло, почему на сетчатке его ни разу не отпечатывались существа, населявшие эту обитель ужаса, которые отдаленно точно описывали это место, и ни разу еще он не видел мучеников, хотя и поражал тот факт, что о загробном существовании одинаковое представление у всех. Оттуда (будь то вершина или нижние слои, принадлежащие «пожирателям миров») еще никто не вернулся, хотя бывали случаи прорыва ткани реальности этого мира.        Почему же не было страдающих? Просто, — для душ и тел — разные эшафоты, за редкими исключениями. Часть шла в Преисподнюю на расходный материал, а другая — на армию.        Среди тех, кто имел шанс тайно лицезреть хоть какую-то середину между этими двумя крайностями, стоило выделить Титана, так как последний стал демоном высокого ранга, в немалой степени благодаря умениям не только преобразовывать энергию, что течет через абсолютно всё сущее, как это делали более мелкие Бароны к примеру, или основная ударная сила Ада, Импы, но и подпитывать свою силу от гнева тех, кто уже давно мертв, и использовать ярость его павших братьев, против любого врага… Что не помогло в бою против не только злобного, но еще и ловкого, хитрого противника, которым был Путник Ада.        Второй пример проще: призраки. Пусть они и не могли пользоваться никакими преимуществами от разделения двух реальностей, они могли обрести хотя бы бессвязную форму и побыть какое-то время не в своем месте обитания. Впрочем часть последних нашла еще более изощрённый вариант… Заблудшие могли вселяться в небольшие объекты и немного менять их структуру, а затем даже помещать себя в чужие тела, изгоняя ту квинтэссенцию души, что была в новообретенном теле ранее, оставляя ее здесь, что было весьма полезно для Легиона, поскольку каждый такой горящий череп пусть и не был эффективен, зато при успехе мог пополнить ряды потусторонних рабов.        Самым распространенным случаем обладания этой силы, были разного сорта маги, и те же создания, силу которых черпали покойные Ночные Стражи.        В любом случае, статус не падал с потолка у здешних монстров, это действительно требовало усилий, к тому же, даже у тех, кто смог подобного достичь, не всегда это получалось достаточно хорошо.        Последний Страж тоже смог каким-то образом, благодаря «научному подходу», провалиться туда, где нет ему места. Лимб существовал с одной целью: сломать волю каждой души, что окажется в его угодьях, и заставить служить разносортным демонам в качестве источника подпитки. Этим и занимался местный повелитель.        Существо хихикнуло, и его ехидный смех, подобный таковому у гиены, раздался по непропорциональным, волокнистым пластам, что заменяли здесь ступеньки и землю.        — Добро пожаловать, Каратель Зла.        Рыцарь сжал кулаки, покрепче.        — Покажись, падаль, и пади с честью, или без нее! Мне без разницы.        — О нет. Опрометчивость, словно разложившаяся плоть, меня не манит.        Только что затвердевшие, напоминающие нити, ходы, скрутились и потянули бойца в зеленой броне вниз.        — Посмотрим, насколько тебя хватит перед тем, как ты падешь ниц перед нами, не обладая возможностью решить проблему кулаками.        Падение никогда его не пугало. То, чем заведовали демоны, всегда вело по пути вниз. Только в этот раз его крутило и метало во все стороны по длинному туннелю, где почему-то пахло пеплом, а приземление сломало бы несколько ребер, будь здесь хоть что-то материально.        — Знаешь, в некой мере ты тоже грешник… Тебе ведомо только как разрушать.        Подняв голову, Палач заметил, как где-то высоко над ним небольшой пучок света погас, и яму, где он находился, стали орошать свернувшейся кровью мёртвых тел. Мертвецы и останки людей покрывали его с ног до головы, и прогибали под своим весом, заставляя закрыть голову руками и согнуть ноги.        — Кху-кху-кху. Еще немножко и ты будешь стоять как и должен. На коленях..        Солдат Рока злостно прохрипел и опустился вниз, но не сгибал второе колено, и выставил руку перед собой. Вскоре тяжесть стала отдаваться болью в спине.        Окружившее его море из плоти, шевелилось и дрожало, заплывая под костюм, что неистово «пищал» сообщая о слишком большой перегрузке, и неисправном, аварийном открытии клапанов.        — Вот он, твой удел, страж! Наслаждайся кровавым пиром вечно. Что еще ты творил за свою жизнь, кроме разрушения? Что ощущал, кроме гнева? Эту силу ты получил, отдав душу огням Бездны. Ради силы. Теперь черпай ее сполна, ибо ничто здесь не сможет вырвать тебя из моих оков!        Слова, чудовищем сказанные, вырвали его из секундного мгновения метаний. Жажда силы в размен? Нет, это было далеко не так. Позволил себе окунуться с головой тот в пламя не спроста. Для шанса других. Взял на себя бремя могущества, заплатив невообразимую цену ради тех, кого считал братьями, ради тех, кто мечтал о мирном небе над головой, ради тех, кого он тогда любил.        — Не ради власти. Не ради первенства. Это была самопожертвование.        Вмиг развеяло слово искривленное пространство. Д’нуровец стоял опять на твердой, песчаной земле. Но что-то тут было явно неправильно, неестественно. Стоило окинуть взглядом территорию, как стало ясно, почему интуиция подсказывала о неладном: небо обладало не адским цветом, а пурпурным. В воздухе вспыхивали легкие потоки электричества, а песок подымался ввысь, в черную как смоль пробоину среди облаков.        — Твои деяния и вправду не столь приземленные как я полагал. Но разве есть смысл бежать от правды? Твой грех — гордыня!        Относительно спокойная картина равнин, сменилась на руины, повисшие раздробленно в воздухе. На то, что когда-то Слуга Судьбы мог назвать домом… И горечь потери охватила его сейчас, как прежде тогда. Его наполнило чернотой, опустошив и без того лишенный жизни взгляд. Тьма проникала в него сквозь броню, наполняя кожу. Злобный демон наслаждался этим зрелищем.        Мы все несем крест, бремя прежних просчетов, а ношей Неудержимого была самая тяжелая — погибель собственной цивилизации. Они верили ему, а он допустил жуткую оплошность, вскормил предателя, не завидев неладного. Стухло изумрудное сияние на серых доспехах, и последний меч Ночных Стражей был раздроблен под натиском лап Падших… Оправдания этому не было.        Почти провалившись в пустоту, Страж стал слышать голос… Знакомый до боли, что когда-то был дорог его сердцу. Семья…        Затем возгласы братьев по оружию. Те, кто шел в бой следом. Те, кто умер за их вид. А завершил симфонию воодушевляющего хора, потусторонний, но не безызвестный.        — Не дай тени сомненья тебя погубить. Ты сможешь вознести их, лишь завершив свою миссию. На твоих руках покоиться баланс, и только ты своими кулаками сможешь его сдержать*…

***

       Веки поднялись. Это был Ад. Другая его часть, и все же не треклятый Лимб. Даже непоколебимый боец пошатывался с легкой головной болью. Жуткое облегчение. Не физическая сила давила на мозг, причем еще и в буквальном смысле. От такого, как оказалось, Серафим его не застраховал прежде. Он ненавидел Преисподнюю всей своей оскверненной душой, но впервые был рад тут находиться.        Некоторое ощущение дежа-вю посетило воина, когда тот осознал, что он находится там же, где был в Лимбе, просто без видений, терзавших разум. О том, что все закончилось, свидетельствовал антураж из скал, что поддерживались в воздухе невиданным свечением. Это была определенно его стихия. Но кое-что заставило Великого Истребителя Ада, вполне человечно удивиться.        — Люди? — пронеслась мысль, когда Палач завидел нескольких бронированных существ вдалеке.        Форма путешественников была необычной, и излучала свет, подобный тому, что всегда сопровождал воинов расы Бича Ада. К тому же, демонической дрянью от них не веяло. Но к сожалению, сами представители рода людского были на взводе, и завидев здоровяка в зеленом костюме, сразу же стали испугано что-то мямлить. Не успел древний даже подать им жестом знак о своих дружественных намерениях, как первый же странник вскинул оружие, «дуло» которого раздвинулось в стороны, и нажал на курок, активировав гудящее энергетическое поле в глотке оружия.        Для Палча проблем избежать огня не составило бы труда, как и выдержать прямое попадание с того что работает на энергии… в нормальном состоянии. Однако его, измученного, и с выключенными системами костюма, свалил с ног мощный энергетический взрыв, когда прозвучал выстрел.        Кто-то дал подзатыльник трусу, и покрыл стрелка руганью, но все же дал четкий указ аккуратно изучить потенциального убитого. Каково же было удивление разведывательной группы ОАК, когда они осознали кого только что пристрелили.        — Если тебя не уволят после этого, я тебя, ей-Богу, удушу, салага… — старый морпех с зажатой меж зубами сигарой, тут же выплюнул курево, когда приблизился к телу.        Почесав седую бороду, боец достал сканер и проверил, умер ли знаменитый Солдат Рока.        — Повезло тебе, малец. Живой. Но с тебя двадцатка на сигареты. А теперь грузите его, возьмем с собой на станцию!

***

       Сколько времени вот так Несокрушимый провел взаперти, неизвестно. Но, когда старый вояка очнулся снова, то приметил уже абсолютно нормальную для себя разруху вокруг. Осколки стекла на поду вместе с зеленой гадостью под сапогами противно чавкали и хрустели. Вокруг было тускло, но это не мешало отчетливо осознавать действительность.        Воин Рока сделал несколько шагов к ближайшей двери. Как оказалось, автоматизация системы была в порядке, но довольное урчание рядом заставило его убрать кисть, зависшую над панелью, и повернуть голову.        Рядом около стены скреблось несколько искаженных человеческих фигур, и весь этот зверинец тут же прекратил заниматься бездельем, завидев облаченного в зеленую защиту солдата. Три живых мертвеца были бы не проблемой, даже для потерявшего былую прыть Ночного Стража, если бы эта цепочка не завершалась импом. Это был единственный серьезный противник среди группы, потому его устранение стало приоритетом.        Словно по команде, по обе стороны от бойца, мертвецы потянулись к нему, окружив со всех сторон. Сами протухшие не представляли опасности костюму, но цепко вцепившись в его тело могли обездвижить бронированного, тем самым подставляя под удар умелых врагов.        Ловко нырнув мимо толстого мертвеца, что был медленнее остальных, Палач устремился к импу, который был готов впиться ему в лицо своими раскаленными когтями даже через забрало шлема. Прыжок в опасной близости… Времени на то чтоб увернуться в узком пространстве не хватило бы. На такой отчаянный шаг врага Палач не рассчитывал, но вариант решения нашелся — шипы на спине демонов были не особо практичной вещью, а у более взрослых особей и вовсе вызывали проблемы. Не составило труда ухватиться за них, когда когти оказались в опасной близости от забрала, а затем впечатать чертя в ближайшую стену, сразу же вбив сапог в его голову и вдавив зубы в заднюю стенку черепа.        Оставшиеся несколько оппонентов были неплохими грушами для битья и возвращения жизненной энергии в тело. Они просто, волочась, падали, поочередно от стальных кулаков, хотя, более плотный оказался проворней неживых собратьев и взмах его руки достиг бока шлема, издав неприятный лязг металла, и заставив воина немного дернуться. Он явно оказался недоволен такой дерзостью и, вырвав из стены трубу, ответил тем же, не ожидая пока получит по второй щеке.        Потом вновь стало тихо, Древний позволил таки задать себе пару вопросов. Взгляд блуждал между настенной символикой, разного сорта аппаратурой обслуживания, и местным сероватым антуражем.        Это явно была научная станция, судя по тому что он слышал до заточения и после него. Она точно была собственностью ОАК, но новый дизайн с перевернутым треугольником и фиолетовым оттеноком, вплетающимся в серость, говорил что это не совсем та же ее часть что прежде, а возможно руководство сменило презренного «клешнерукого» на кого-то другого. Здесь тоже, по очевидным причинам, было вторжение, но Палач не совсем понимал суть происходящего. Если башню он уничтожил, как и все фильтры, а проходы закрыл, то откуда появились демоны? Ответ на это, похоже, еще предстояло узнать, затем наказать виновного за все это и обрезать и здесь места просачивания Ада.        Не знал он и что за дрянь его поддерживала в полу-анабиозе все это время, но при виде чего-то питьевого, впервые за долгое время, захотелось промочить горло, что, возможно, было вызвано тем, что субстанция, в которой ранее ему приходилось находиться, каким-то образом поглощала жидкость из его тела. Сняв шлем, солдат подошел к автомату с газировкой, что попался на глаза, и рассмотрел тщательно инструкцию, после чего нажал на несколько кнопок с номером продукта, ожидая, когда вывалится баночка содовой, но та, похоже, застряла. В нетерпении Палач просто пробил обшивку рукой и вытянул банку прямо изнутри машины. Вторым испытанием для него стало ее открытие, поскольку из-за толстых бронированных перчаток д’нуровец никак не мог схватить кольцо, дабы открыть емкость, что уже начинало действовать на нервы. Но тут ему ударила в голову интересная мысль. Он решил попробовать пальцем пробить дырку в банке. Оттопырив указательный палец, Воин прицелился. Рассчитав силы, морпех пробил металл, но, увы, палец застрял в дырке. Попытки вытащить его оказались непростыми, что вскоре надоело Солдату Рока, и тот одним движением вытащил палец… вместе с тем разорвав банку, от чего половина газировки вылилась на пол. Переполненный досадой, зато с утоленной жаждой и приятным сладким клубничным привкусом во рту, Бич Ада двинулся дальше, оставив после себя смятую банку, липкую лужу, и уже окончательно превратившийся в металлолом автомат.        Поскольку инцидент был исчерпан, можно было вернуться и к старому делу — проверить комнатушку, которую Воин Рока хотел осмотреть ранее. Интересовала в первую очередь аммуниция и вооружение, потому что с кулаками можно было воевать, но не так эффективно, и не против всего. Стоило чем-то разжиться… А в оптимистичном варианте найти тех, кто выжил и помочь им, пусть даже глупцам, что были в этом замешаны по своей или не очень воле, если те не являлись совсем пропащими душами.        На удивление, хотя рыцарь и не питал особых надежд, кнопка сменила синий огонек на удовлетворительный зеленый, и дверца спокойно распахнулась, учтиво поприветствовав вошедшего электронным голосом.        Перед ним была гостевая, в которой не смотря на разруху все было очень опрятным: мягко оббитые диваны, рядом с которыми стоял небольшой холодильник, и несколько пакетов с бутербродами, и прочее, абсолютно не подходящее текущему положению барахло…        Внезапно, даже для повидавшего многое воителя, он услышал ломаный то ли боевой, то ли напуганный вскрик, и дернув головой в ту сторону, успел заметить как на него бросился с железной трубой вполне обыкновенный человек, не пораженный демонической порчей. Кусок металлолома естественно не смог нанести никаких повреждений выкованной в Аду броне и сломался от удара по ней. Дабы успокоить все еще истерично махающего остатком трубы человека, Воин Рока применил грубую силу, и легкой пощечиной отбросил от себя надоедливую мошку, только потом осознав, что судя по хрусту, увы, перестарался и выбил тому челюсть.        Дабы исправить эту неприятную оплошность, Палач прижав уже явно молившегося за упокой выжившего к стене и двумя пальцами вправил челюсть обратно. К его удивлению первые слова которые он услышал были не благодарности за спасение от участи быть разодранным в клочья и тут же приведенное в порядок здоровье, а семиэтажный мат в свой адрес, вперемешку с угрозами лишить жалования жалобой, и еще какую-то бюрократическую чепуху в отношении солдатов. Только приглядевшись к внешнему виду внимательнее, брюнет понял что очень ошибся, полагая что это представитель корпорации посланный за ним, а после до него дошло, кто находился перед ним, и тут парень от подобного совпадения начал уже восторженно визжать.        — Ты же, мать его, Палач Рока! Тот самый на которого храм завалили! Охуеть не встать! — махал руками отошедший от оков ужаса смертный, чем явственно начинал раздражать самого Палача.        Такого количества идиотии Древний вынести не смог, потому впервые за долгое время нарушил молчание и напряг голосовые связки.        — Молчать, — даже безэмоциональной фразы хватило чтоб энтузиаст сразу же застыл в страхе. — Ты выдаешь нас. И действуешь мне на нервы.        — П-понятно, с-сэр, — едва смог протянуть только что не смолкавший.        — Каков статус объекта и как случился прорыв? — спросил Воин Рока, твердым шагом направляясь к шкафчику, не бросая даже взгляда в сторону собеседника.        — Честно говоря, я без понятия. Мы тут занимались, под покровительством братьев Сандерсов, некой новой технологией, с пакетами от предшественника, все шло спокойно, месяца работы, а потом просто бум — и подали тревогу по всему комплексу. Что там обнаружили и что нам недоговорили уже другая история, но началось все буквально сутки назад.        Отфильтровав из всего сказанного воду, Палач понял лишь то, что здесь случай совсем иной чем прежде, а метод вхождения в этот мир адских отродий был совсем другим, ранее не виданным. Что все же тешило слух — Хайдена на посту сменили другие два человека.        Немного оглядев шкафы, воин разочаровался — там висел кодовый замок. Учитывая лазерную сетку поверх шкафа, через которую рука не проходила, пробить дыру в обшивке при всем желании не вышло бы, чтоб достать содержимое, потому пришлось вновь говорить.        — Код.        — Эм… К ним? Если ты думаешь разжиться стволом то там ничего полезного, разве что табельный пистолет тебя устроит…        — Приемлемо.        — IDKFA вроде…        И действительно, стоило вбить эти буквы, как защита спала, а дверцы отворились, и в руке Неутомимого оказался простенький пулевой пистолет, который был даже не плазменным бесконечным SMG, который достался в прошлый раз. Тут уже Страж был готов выругаться, но оглядев кропотливое изделие с деревянной ручкой поменял свое мнение о полученном вооружении — калибр был достаточно серьезным, дабы проделать дырку в голове импа. Хотя, от чего-то существенней он бы не отказался все равно.        — Где мы находимся?        — Мы сейчас на Деймосе.        Это объяснение мало что дало в плане конкретики, но могло помочь в будущем при дополнительных сведениях. Палач собирался отправиться в путь и вершить извечное воздаяние, но стоило ему оказаться у дверного проема, как он услышал заикания паренька за ним.        — Похоже, самый серьезный вопрос будет все же — что мне с ним-то делать?

***

       Несколькими днями ранее…        Жизнь порой преподносит сюрпризы, но на такой водоворот событий, Флинн «Флай» Таггарт точно не рассчитывал. Пока корабль на автопилоте направлялся все ближе к месту встречи, на вполне удобном и комфортабельном кресле люкс класса, за которое стоило благодарить младшего Сандерса, морпеха накрывало сотнями мыслей. Каким образом старуха с косой обошла его стороной после трибунала? Чем же так заинтригованы были два нынешнее владельца ОАК в нем, что в итоге вместо гроба он отдыхает в премиум классе? Что случилось с главнокомандующим после раскопок на самом деле?        Ничего не давало покоя, все теории напоминали бред на сонную и уставшую голову, к тому же слегка нетрезвую от вкусного вина, обильно вливаемого в глотку. Но факт оставался фактом — осужденный за пренебрежение приказом и нападение на старшего по званию, приговоренный к смертной казни военный, был помилован по воле случая и немалыми средствами двух братьев, которых впечатлила его история и собираемые на своего руководителя данные настолько, что те готовы были его выдрать из лап гибели, вместе с ее костлявыми руками.        Но что ожидало видавшего многое военнослужащего в будущем, было в сравнении с другими странностями просто небольшой затравочкой. А пока усталый вояка хотел расслабить тело и душу, ведь вскоре ему предстояла стыковка, о чем предупредил его бортовой компьютер, на который уже шёл сигнал вызова.        — Активировать связь, — сухо отбросил бывалый вояка.        На голографическом, почти перламутровом изображении, вырисовалась фигура уже давно знакомого ему человека, которого тот уж никак не ожидал увидеть, отчего Флинн поперхнулся напитком. Хотя в это слабо верилось, а подпись подтверждала то, что видели глаза. Она гласила «Бадди Дакот».        — Добро пожаловать на Фобос, Флай! — радушно сразу же отозвался собеседник. — Порт открыт, посадку разрешаю.