Горечь

Все дороги ведут к людям.

Антуан де Сент-Экзюпери. Маленький принц

Бледные немного синеватые губы слегка подрагивали в такт темным ресницам. Клэри что-то очень тихо и неразборчиво бормотала. Она была очень бледной, но при этом ее кожа пылала так, словно внутри нее горело настоящее солнце. Горячка была очевидна. Разыскивая рыжеволосую по улицам Нью-Йорка уже битый час, Алек готов был вернуться в Институт ни с чем и получить от своей сестры. Изабель ворвалась к нему сегодня утром. Она выглядела очень встревоженной. Судя по всему, брюнетка уже успела достаточно сильно привязаться к Клэри, раз пропажа девушки так нее повлияла. Ну разве мог Алек отказать своей сестре, учитывая хотя бы тот факт, что если бы он все-таки отважился противиться, то Изабель разнесла бы его комнату ко всем чертям. Каждый обитатель Института знал, что эту девушку лучше не выводить из себя, иначе жди беды. То, что именно Алек нашел Фрэй было просто чудовищным совпадением. Серьезно. Хотелось рассмеяться в голос. Увидев рыжеволосую, сидевшую в переулке на холодной и мокрой земле, которую не смутил даже непрекращающийся дождь, парень все же немного растерялся, что, черт побери, было ему совсем не свойственно. За то время, что он потратил на ее поиски, его ненависть к этой девушке лишь усилилась, поэтому при встрече он надеялся высказать ей все то, что он о ней думает, однако в момент икс все слова просто испарились из его головы, оставляя после себя лишь пустоту. Фрэй выглядела такой несчастной. Такой сломленной. Ни у кого бы не хватило духу в такой момент накричать на нее или как-то обидеть. Даже Алеку, который испытывал к ней лютую антипатию. Хрупкие плечи немного подрагивали, голова покоилась на сложенных вместе руках, которые лежали на поджатых коленях. Парень не видел ее лица. Его скрывали мокрые слипшиеся медные волосы. Он не знал, плачет она, или что, но было очевидно, что с ней явно ни все в порядке. Молча подойдя к Клэри, брюнет присел возле нее, вглядываясь в лицо и несильно тряся за плечи. Никакой реакции. Ладно, сейчас он заткнет на время свой внутренний голос и поможет ей. Но! Это ничего не значит, ведь после он все равно выскажет ей все, что он о ней думает, добавив и за сегодняшний день тоже. Просто он сделает это чуть позже. Да. Именно так. Тут он просто поднял ее на руки. Без задней мысли. Просто подхватил и последовал прочь из переулка, желая поскорее оказаться в Институте и скрыться от непогоды. Девушка казалась неестественно легкой для своей комплекции. Ее тело почти безжизненно повисло в его руках. Только спустя несколько секунд она немного приоткрыла глаза, сверкнув блеклой зеленью своих радужек. Темные круги очертили нижнюю линию ресниц. Глаза почти сразу же сомкнулись обратно. Рыжеволосая выглядела действительно паршиво. Внезапно Алек почувствовал странный мимолетный прилив жалости к ней и легкое чувство вины. Но к счастью, это бредовое ощущение исчезло так же быстро, как и появилось. "Не забывай, сколько от нее проблем" Накладывать руну невидимости было некогда, поэтому нефилим поспешил к Институту без всякой защиты от любопытных глаз, которых оказалось достаточно. И правда, не каждый день по улицам Нью-Йорка разгуливает парень с девушкой на руках, которая выглядит так, словно ее как минимум чем-то накачали. Вопросительные и даже порой осуждающие взгляды преследовали Алека всю дорогу, врезаясь в спину цепкими лапами и оставляя после себя неприятное зыбкое чувство. Шагая прямиком в больничное крыло Института, Алек попутно набрал Джейса, но тот не взял трубку, а вслед за ним и Изабель. Чувство тревоги вспыхнуло внутри, но брюнет быстро подавил его. Он знал, что его семья способна о себе позаботиться, поэтому переживать не стоит. Как минимум еще несколько часов. Запах медикаментов, который всегда был неотъемлемой частью госпиталя нефилимов несмотря на то, что все проблемы сумеречных охотников могли решить руны, никогда не нравился брюнету. Этот запах почему-то с раннего детства ассоциировался у него со смертью. Даже когда ты покидаешь больничное крыло, неприятное ощущение необъяснимой тревоги все еще сковывает твое горло. Парень не помнил, когда данная ассоциация прочно засела в его голове и с каким событием она связана, но избавиться от нее не мог. Уложив податливое тело Клэри на кушетку, Алек присел рядом с кроватью на корточки. Яркий румянец на бледном лице проступил еще отчетливее, словно на щеках девушки распустились цветки мака. На лбу проступила испарина, а сквозь приоткрытые губы изредка вырывалось негромкое лихорадочное сопение. Убрав с лица мешающие рыжие пряди волос, парень невесомо коснулся тыльной стороной руки лба Фрэй, который горел так словно у нее в голове расположился настоящий вулкан. Похоже лихорадка прогрессирует. Внезапно девушка закашлялась, немного свесившись с кровати. От неожиданности Алек отпрянул. Упав головой обратно на подушку, рыжеволосая вся сжалась, обхватив себя руками и подрагивая всем телом. — Холодно… Медицина всегда была не лучшей областью, в которой Алек был просвещен. Эта сфера всегда давалась ему с трудом, а если учесть еще и тот факт, что наставники уделяли поверхностному обучению нефилимов в этой области совсем мизерное время, то его результат можно было списать на нет. Нужно было что-то делать. Изабель свернет ему голову, если он ничего не сделает. Решив действовать проверенным годами способом, парень достал из кармана своих джинс стило. Изящный и миниатюрный предмет, как и у всех сумеречных охотников, имел свои отличительные черты. У Алека он был достаточно простым, но не менее запоминающимся. Фамильный знак в котором перекрещивались инициалы А.Л. был выгравирован на боковой стороне стила. Этот уникальный узор с инициалами собственного имени и фамилии характеризовал каждого из Лайтвудов, объединяя всех членов семьи. Диковинный предмет озарило легкое синеватое сияние подобно едва уловимой вспышке, когда он коснулся пылающей кожи на запястье, на котором белел практически исчезнувший шрам от первого нанесения руны. Аккуратно взяв Клэри за локоть, Алек стал медленно выводить Иратце, завиток за завитком, пока узор не приобрел нужный вид. Господи, ну чем он занимается? Все моральные принципы Алека, обязывавшие его ни за что не помогать примитивной летели к чертям. Когда брюнет закончил рисовать руну, девушка лежала неподвижно. Ее дыхание замедлилось и приобрело более спокойный темп. Судя по всему, жар начал медленно спадать. Умиротворение наконец отразилось на ее лице, и рыжеволосая погрузилась в сон. Выпрямившись, Алек достал из кармана телефон и новь набрал Изабель, но так и в прошлый раз не взяла трубку. Закатив глаза, парень убрал сотовый обратно в карман джинс и уже развернулся к выходу, не желая и дальше оставаться в месте, которое ему неприятно. С человеком, который ему неприятен. Но внезапно остановился. Что-то теплое коснулось его руки, неловко, практически невесомо обхватывая кисть. Клэри по-прежнему лежала неподвижно с закрытыми глазами и мерно дышала. Казалось ее рука неосознанно вцепилась в ладонь Алека, останавливая его. Брюнет со смятением и недоумением наблюдал за Фрэй, переводя хмурый взгляд со своей руки на ее лицо и обратно. В голове мелькнула бредовая мысль остаться рядом с ней, пока не придет Иззи или Джейс. Алек ужаснулся самому себе. "Что за идиотская идея?" Легко вырвав свою руку из некрепкого захвата, парень развернулся и стремительно направился к выходу.