Бойтесь своих желаний

      Жопа мерзнет.              Это была единственная внятная мысль, когда я проснулась, наполовину приоткрыв опухшие глаза. Следом за мыслью пришло удивление. Как она у меня может мерзнуть, если я сплю в кровати? Стоп, я не в кровати. Неужели вырубилась прямо на полу, достигнув дна в фигуральном смысле? Это ж надо так напиться. Нет, у меня и раньше плохие дни случались, но я далеко не часто напиваюсь до состояния зю, и обычно не страдаю провалами в памяти.              Стоп. Вчера же произошло что-то… что-то очень страшное… Не уверена, это действительно было? Я нашла тетрадь… Тетрадь, которая исполняет любые желания… И еще эта уродливая матрешка, назвавшая себя ёкаем. Он действительно существует, или мне просто дурной сон приснился? Что за бред, таких существ в реальном мире не бывает. И тетрадей, которые исполняют желания, тоже не бывает!              Я замотала головой, пытаясь прогнать дурные мысли и снова заснуть. В этот момент что-то коснулось моего плеча.              — She is alive,* — раздалось над головой, и сон с меня как рукой сняло. Оцепенев от ужаса, я медленно открыла глаза. Выяснилось, что ни на какой кровати я не лежу, а валяюсь на асфальте посреди незнакомой улицы, пока рядом с моим бренным телом стоит незнакомая пожилая парочка.              — Что за… — протянула я, разглядывая одетого в рубашечку и шорты с гавайской расцветкой мужика и тетку в цветастом платье, которые продолжали нависать надо мной.              По крайней мере причина холода стала понятна — под задницей бетон. Вот только какого хрена я здесь оказалась? Я сглотнула, пытаясь справиться с шоком. Меня что, похитили?              — Girl, are you ok? * — участливо поинтересовалась тетенька, поправляя огромные солнцезащитные очки. Мужик разглядывал меня с неодобрением.              — She is drunk. Leave her alone, — сказал он, обняв тетку за талию.              — Maybe you need a doctor? * — спросила меня тетенька, глядя сверху вниз сочувствующим взглядом.              — Чё? — пробормотала я, ероша в затылке.              — You feel bad? * — настойчиво спросила тетенька.              Я беспомощно смотрела на нее, по прежнему ничего не понимая. Какого хрена она на английском лепечет? Туристка что ли? Да откуда в нашем городе взяться иностранным туристам? Сюда даже приличные российские артисты не заезжают. Стоп, а это точно мой город, или меня ждет очередной сюрприз, обещающий очередной пиздец?              Быстро оглядевшись, я поняла, что да — это и сюрприз, и пиздец, и намечающийся нервный срыв. Пейзаж вокруг ничем не напоминал мне до тошноты знакомый родной город. Скорее, он смахивал на стандартную графику из некогда любимой игры GTA San Andreas. Еще раз сглотнув, я протерла глаза, и снова осмотрелась, изо всех сил стараясь не паниковать. Аккуратные дорожки, широкая проезжая часть, по которой катили иномарки и велосипедисты, обилие огромных зеленых пальм по обочинам, высокие здания с причудливой архитектурой, и сеть неизвестных мне магазинчиков и кафе вдоль улицы.              — Где я? Куда я, еб вашу мать, попала? — произнесла я вслух, чувствуя, как лоб усеивается капельками пота.              Пожилая пара взглянула на меня с удивлением.              — You are also a tourist?* — спросил меня мужик. Я наградила его диким взглядом, все еще сидя на земле и вцепилась руками в волосы.              Что, черт побери, я делаю на улице неизвестного города, одетая в домашние футболку и штаны и страдающая похмельем? Что со мной случилось?!              — She’s сrazy, — качая головой, сказал мужик, — Let’s go from here.*              Тетенька, окинув меня сочувствующим взглядом, двинулась прочь, вместе со своим кавалером. Я почти не обратила внимания на уход пары, дикими глазами глядя на вершины зеленых холмов, которые высились над всем городом. На них четко и ясно были видны белые буквы, выстраивающиеся в знаменитую надпись.              HOLLYWOOD.              — Не-е-е-е-ет, — обреченно протянула я, разглядывая буквы. — Не может этого быть…              Солнце начинало слепить глаза, мимо меня прошли какие-то негры, курившие сигары, несколько из них задержались на мне взглядом, но потом отвернулись, вдалеке играла музыка, машины продолжали ездить по проезжей части, рядом в уличном кафе собирались люди, чтобы позавтракать, все вокруг кипело новой неизвестной мне жизнью, пока я продолжала в ужасе сидеть на земле и пялиться на Голливудские холмы.              Тетрадь настоящая. Эта гребаная тетрадь действительно настоящая. И что же я в нее, блядь, написала? Что такой пьяной идиотке, как я, могло прийти в голову? «Хочу побывать в Голливуде»? «Стать киноактрисой или порноактрисой, если не повезет»? «Встретиться с Джонни Деппом и прогуляться с ним по Аллее славы»? Что я могла записать в тетрадь, будучи на взводе и пьяной? И почему это, мать его, сработало?!              Стоп. Тетрадь. Где она? Во имя всего святого дерьма, куда она подевалась? Мне срочно нужно убраться подальше с этой улицы, обратно в свою родную обшарпанную квартиру. Мне же на работу сегодня надо идти! И маме с папой позвонить, отчитаться, что я не спилась, не стала наркоманкой, и у меня все заебато. И долг Толяну отдать надо, иначе он меня пришибет, неделю ведь уже обещаю. Ма-а-а-ать, как мне вернуться домой?! Меня не должно здесь быть!              Я быстро огляделась, ища глазами тетрадь. Но вопреки всем моим надеждам, ее нигде не было. Что, если она осталась в квартире? Я застряну за границей навсегда? Без денег, без документов, без элементарного знания английского языка? И какое будущее меня тогда ждет? Проституция? Жизнь с бомжами на вокзале? Мучительная смерть от голода на улице? Или меня прирежут в ближайшей подворотне какие-нибудь местные маньяки? Не, это мне не катит! Я хочу домой! Верните меня домой, чтоб вас черти драли!              — Домой? Боюсь, тебе не так просто будет попасть туда, — раздался над головой знакомый писклявый голос. Я медленно подняла глаза вверх. Надо мной, в двух метрах от земли парил печально знакомый головастик в темном одеянии. Выпуклые глаза ёкая смотрели на меня насмешливо, а в его по детски маленьких ручках торчала знакомая черная тетрадь.              — Поздравляю с исполнением твоего заветного желания, — радостно пропищало божество, улыбаясь до ушей.              — Ты - мудила! — в бешенстве заорала я, вскакивая на ноги, и не обращая внимания на взгляды прохожих людей. — Верни меня обратно, немедленно! Иначе я тебе оторву твою уродливую башку, отвечаю, сука!              Ёкай предусмотрительно взмыл вверх, но я не собиралась сдаваться так просто, и начала подпрыгивать на месте, пытаясь дотянуться до него скрюченными пальцами. Божество захихикало, глядя на мои безуспешные попытки поймать его и придушить.              — Понимаешь ли ты, что с тобой случилось? — спросило божество. — А ведь я тебя предупреждал о последствиях.              — Чё? — я перестала прыгать на месте, уставившись на него с подозрением.              — Ты не сможешь вернуться в свой мир той же, что и была, — ехидно сказал ёкай. — Став частью этого выдуманного мира, ты была стерта из своего.              — Что значит выдуманного?! Это же Голливуд! Он существует в реальном мире, — с тревогой сказала я.              Божество снова захихикало. А потом открыло тетрадь и повернуло ее ко мне, являя моим глазам криво написанные строчки на белом листе.              — Этот мир выдуман, — сказал он, — и теперь ты стала его частью.              С замиранием сердца я взглянула на строчки, которая написала сутками ранее. К сожалению, там не значилось ни одной ошибки, и все правила при написании желания были соблюдены. А написано было вот что:              Завтра я окажусь в книге Другая Тетрадь: Дело лос-анджелесского убийцы ББ, так что выкуси, гребаный ёкай!              — Как видишь, твое желание сбылось, — сказало божество, закрывая тетрадь, — так что желаю удачи на пути к богатству и известности.              — А-а-а-а-а-а-а-а-а! — истерически завопила я на всю улицу, схватившись обеими руками за лицо.              Я себя убила! Блядь, я самовыпилилась из реального мира, и застряла в книге! В книге, содержание которой даже толком не помню! И теперь застряла здесь навсегда! И понятия не имею, как мне теперь быть! Я — покойник! Что в прямом смысле, что в фигуральном! Как мне теперь жить?! Что мне теперь делать?! Выпустите меня отсюда! Верните меня домой! Я хочу домой!              С этими мыслями я разревелась в голос, снова оседая на землю и закрывая голову руками. Нервы сдали, как только я поняла, что именно со мной произошло. Это был конец моей жизни, настоящий конец, и меня совершенно не радовал факт свершившегося чуда, благодаря которому я оказалась в вымышленном мире. Шансов выжить здесь у меня был примерно 0,5%, и то, если я выживу, то только благодаря помощи местных бомжей и обилию мусорных контейнеров на улице.              — Ну-ну, не стоит плакать, — услышала я сочувствующий голос ёкая. — Не все так плохо. Твоя мечта сбылась — ты стала частью мира, который раньше могла лишь представить в воображении.              — И теперь сдохну здесь в нищете, — сквозь слезы сказала я.              — Все зависит от тебя, — подбодрило меня существо.              И внезапно кинуло на землю тетрадь, прямо под мои ноги. Следом за ней прилетела черная ручка.              — Возьми. Наш договор до сих пор действует, и ты можешь пользоваться Исполнителем желаний, если захочешь. Конечно, домой вернуться, не избежав перерождения, ты не сможешь. Но зато сумеешь выжить в незнакомом для тебя мире, — сказал ёкай, пока я пялилась на него в удивлении. — Но не забывай о моем предупреждении. Чем могущественней желания, тем страшнее последствия. Баланс не должен быть нарушен. Желаю удачи.              С этими словами божество начало растворяться в воздухе.              — Стой, куда, бля?! — завопила я снова вскакивая на ноги. — Не смей бросать меня здесь одну, ты, ушлепок!              Божество, вопреки моим крикам, медленно исчезло, оставив после себя лишь воспоминание. Я сглотнула, сжимая тетрадь и ручку в руках, понимая, что теперь я полностью предоставлена сама себе, и только от моей страдающей похмельем башки зависит, останусь я жива или нет.              Как мало, оказывается надо человеку для счастья. Всего лишь новая одежда, сотня долларов деньжат в кармане и вкусная жратва. Так я думала, сидя в незнакомой кафешке, в ожидании, когда мне принесут пиццу и кофе.              С момента, как я оказалась в Лос-Анджелесе прошло примерно три часа, и у меня было много времени, чтобы успокоиться, подумать и найти безопасное место для своего намеченного плана. Здесь располагалось множество улочек, где была возможность беспрепятственно воспользоваться тетрадью, и, пораскинув мозгами, я записала в нее самые необходимые вещи, что требовались мне в данный момент. Теперь я находилась все на той же улице, Мелроуз-авеню, если верить указателям, стоявшим на перекрестках, (а куда мне идти вообще, я в карте Голливуда ни хера не разбираюсь), но уже была в чистой новой одежде, при деньгах, и с гораздо более оптимистичным настроем, чем утром. Языковой барьер больше не был для меня помехой, и без особых проблем я теперь могла понимать, что мне говорят аборигены и разбиралась в иностранной писанине. После исполнения желания, голова начала нещадно болеть в районе затылка, но зато английский язык перестал быть бессмысленным звучанием звуков, что здорово облегчало мое существование в незнакомом мире. По крайней мере, грустные мысли о самовыпиле из реальности и мрачном будущем бомжа-проститутки меня оставили. Благодаря тетради я не пропаду — у меня будут деньги, одежда, и жилье. Даже документы поддельные можно сделать, наверное. Ну, по крайней мере, если они будут нужны.              Мне принесли заказ, и я с аппетитом принялась уплетать горячую пиццу, чувствуя, как же сильно проголодалась за время пребывания здесь. Пицца была невыносимо вкусной, кофе сладким и обжигающим губы, и я с легкостью выбросила все дурные мысли, поедая обед. Как выяснилось — если не паниковать, можно найти способ из любой ситуации. Со мной волшебная тетрадь, позволяющая исполнить любое желание, я, черт меня дери, нахожусь в Голливуде, почти настоящем Голливуде, и у меня есть все время этого мира, чтобы отрываться на полную катушку. Сегодня утром я должна была переться на ненавистную работу, выкуривая очередную сигарету, и кутаясь в видавшие виды куртку, потому что на дворе стояла промозглая осень. Должна была получить нагоняй от директора за сорванный заказ, и иметь неприятный разговор с мамой по поводу моего замкнутого образа жизни. Должна была прожить очередной скучный день, и вернуться домой с полторашкой пива, чтобы привычно залить нарастающую депрессию.              А вместо этого я сижу в уютной кафешке на Мелроуз-авеню, ем свежую горячую пиццу, в кармане моих новых шорт хрустит n-ное количество деньжат, и я наслаждаюсь отличным солнечным деньком. Это, конечно, не тропический необитаемый остров, но тоже очень даже ничего. Грех жаловаться на такую судьбу-то, особенно такой конченной неудачнице, как мне!              Я довольно вздохнула, отставляя в сторону пустую тарелку и допивая остывающий кофе. Хм, время обеда почти прошло, чем бы еще заняться? Прогуляться по здешним местам? Но я совершенно ничего здесь не знаю. Проще сказать, я буду плутать по этому городу до темноты, и окончательно заблужусь. Со знакомой улицы уходить не хотелось, более того, за прошедшие несколько часов она вообще стала мне родной. Но надо найти место, чтобы переночевать. Если пойду в гостиницу или отель, наверняка понадобятся документы, а я не знаю, можно ли себе пожелать подобное. Меня в тюрьму потом не заметут местные фараоны? Гораздо безопасней будет переночевать в какой-нибудь улочке. Неподалеку от кафешки я видела одну, там уже приютилась группа каких-то женщин. Интересно, они меня прогонят, если я попрошусь на ночлег? И надо бы карту себе прикупить. Я же совершенно не ориентируюсь в этой местности. Проще простого прикинуться обычной туристкой, приехавшей поглазеть на местные достопримечательности. Вряд ли мне что-то здесь угрожает, и если я буду бдительна и осторожна, то смогу прожить совершенно новую и замечательную интересную жизнь.              Так я думала, улыбаясь своим мыслям и разглядывая посетителей кафе. Их было немного, большинство людей предпочло есть на улице, сидя за столиками, тщательно закрытыми тентом от палящего солнца. Внутри помещения находились лишь я, семья каких-то японцев, чьи дети галдели, не переставая, хмурый мужик в очках и с ноутбуком, и молодой парень в черной водолазке и джинсах.              Я с удивлением заметила, что последний не сводит с меня глаз. На лице парня было такое искреннее охуение, что я насторожилась. Чего это он на меня так пялится? Я ничего подозрительного не делала. И вид вполне себе обычный, ну, может немного потрепанный. Учитывая, что я пережила, это нормально. Едва я поймала взгляд темноволосого парня, как он тут же отвел глаза, лениво потягивая через соломинку клубничный коктейль.              Хм, может быть мне показалось? Наверное, я просто себя накручиваю. Хоть я и успокоилась уже, но в моей нервной системе произошел не хилый такой сбой, и наверное, я еще долго с непривычки буду шарахаться от всех местных жителей.              Я вздохнула, допивая кофе. Уходить из этого приятного местечка не хотелось. Думать о чем-то или что-то делать тоже не хотелось. Хотелось просто сидеть и кайфовать от осознания, что я нахожусь в другой стране, и смогла адаптироваться здесь всего за какие-то пару часов. Ай, да я! Да я крута! Видели бы меня сейчас мои коллеги! Они бы удавились от зависти! Даже мой директор ни разу не бывал в Америке, а я уже здесь! Ну и кто из нас неудачник теперь, а?              Заулыбавшись, я снова поймала на себе взгляд парня в черном. Заебал уже пялиться, мудак. Чего ему от меня надо? Может быть, познакомиться хочет? Хм, а он симпатичный. Эй, нет, не в ту сторону я думаю. Но я ведь здесь никого не знаю, завести парочку знакомств будет полезно. Может быть, этот парнишка поможет мне с жильем? Нет, я вовсе не собиралась становиться давалкой-содержанкой, деньги у меня есть, и на проживание должно хватить. Но, а вдруг этот милый на вид парень маньяк какой-нибудь? На туриста он точно не похож. Хм, нет, не буду так рисковать. Если совсем все станет плохо, пожелаю себе поддельные документы. Это проще, чем садиться на шею каким-то незнакомцам, которые тебя по десять минут глазами сверлят.              С этими мыслями я положила деньги на стол, собираясь уходить из кафе. Как бы ни было хорошо и комфортно, но я не могу торчать здесь до самого закрытия. Да, и не хочу. Я Голливуд только по фильмам и сериалам знаю, а теперь у меня есть чудесная возможность прогуляться в нем лично. Интересно, где тут Аллея славы? Черт, надо срочно купить карту, я без нее здесь даже уличный сортир не найду. Кстати, в Голливуде вообще бывают уличные сортиры? А то вдруг мне приспичит в самый неподходящий момент.              С этой философской мыслью, я поднялась было из-за стола, когда у мужика, который сидел недалеко от меня с ноутбуком, зазвонил телефон. Он вытащил его, не отрывая глаз от экрана, и мрачно ответил:              — Алло, слушаю? Да, это я Белив Брайндсмейд. Что вы хотели? Нет. Я не удалю эту статью, даже если вы будете угрожать меня убить.                     Примечания:              She is alive. — Она жива.              Girl, are you ok? — Девушка, вы в порядке?              She is drunk. Leave her alone. — Она пьяна. Оставь ее в покое.              Maybe you need a doctor? — Может быть, вам нужен врач?              You feel bad? — Вы чувствуете себя плохо?              You are also a tourist? — Вы тоже туристка?              She’s сrazy. Let’s go from here. — Она сумасшедшая. Пойдем отсюда.