Бойтесь своих желаний

      Комната, в которую я зашла, значительно отличалась от той, в которой я встречалась с детективом раньше. Она была больше и светлее, из мебели здесь находилось только огромное кресло, а одна из стен была сплошь заставлена множеством компьютерной техники. L сидел в кресле напротив мерцающих мониторов, и медленно крошил пальцами печенье, читая какой-то файл. Когда я зашла, немного растерянная и порядком злая, он обратил на меня свой пристальный взгляд.              — Ты задержалась, Барбара. Я ждал тебя еще час назад. Где ты была?              Блять, да он издевается просто! Не успела поздороваться, как уже допрашивает! Ох, ну извини, чувак, что явилась не по графику, просто я тут пыталась твоего дружка поймать, и он звезданул мне битой по лицу. Передай этому уроду, что у меня к нему должок, млять.              — И тебе доброе утро, солнышко, — поморщившись, сказала я и подошла к креслу поближе.              L взглянул на меня с удивлением. И почти сразу нахмурился, а в его следующем вопросе промелькнуло беспокойство:              — Это что, кровь?              Не успела я и рта открыть, как детектив протянул руку и аккуратно коснулся моей головы указательным пальцем, стирая остатки крови. Непроизвольно я вздрогнула от боли, и L тут же обеспокоенно отдернул руку.              — Ты ранена, — с тревогой сказал он. — Что случилось?              — Бита со мной случилась! — с раздражением ответила я, не сдержав фырканья. В любой другой ситуации я бы прониклась вниманием L к своему здоровью, но не сейчас. Сейчас я была зла до чертиков. — Чертов Бейонд едва насмерть меня ею не приложил!              Выражение лица L стало донельзя серьезным, а его голос сухим и вкрадчивым:              — Ты должна немедленно рассказать мне, что произошло. Но сначала нужно залечить твою рану. Хорошо, что она неглубока.              Не успел он договорить, как дверь в комнату открылась, пропуская Ватари с тележкой. На тележке стоял поднос с чайным сервизом и кучей разных медицинских принадлежностей, заставивших меня нехило так струхнуть. Разумеется, L сразу заметил мое состояние.              — Не волнуйся, Барбара. Ватари просто обработает твои царапины и перевяжет их, — успокаивающе сказал он.              — Да я в порядке! — попыталась отказаться я, немного смущенная этим внезапным проявлением заботы.              Чего-чего, а от великого детектива такого теплого отношения я не ждала. Но видимо, эта его черта характера — доброта к тем, кто в ней нуждается — пока еще никуда не делась. Я все время забываю, что L, вообще-то, неплохой чувак, хоть и является моей личной занозой в заднице.              — Ты нуждаешься в медицинской помощи, и нет никакого смысла препятствовать ей, — наставительно сказал L. — И, пожалуйста, прекрати вести себя так глупо и легкомысленно, Барбара. Ты должна больше заботиться о себе и своем здоровье, и сейчас этот вопрос даже не обсуждается.              Ну, ни хрена себе лекцию прочел.              В неверии я взглянула на детектива, чтобы убедиться — а не прикалывается ли он часом? Но весь вид L оставался серьезным, и мне пришлось потрудиться над тем, чтобы скрыть свое некстати возникшее смущение.              Великий детектив заботится о моем здоровье. Дожила. Что дальше меня ждет? Бейонд Бездей купит мне цветы? Ага, чтобы положить их на могилу. Мою, конечно же. Ой, лучше не думать сейчас об этом ушлепке, а то еще больше начну злиться.              Молча, я позволила Ватари обработать царапины на моей голове и перевязать их бинтом. L в это время дочитал неизвестный файл, закрыл его, и взялся за чашку с остывающим чаем. Когда Ватари закончил процедуру, я искренне тепло поблагодарила его, получив в ответ вежливую улыбку. Уж не знаю, как этот старичок ко мне относится, да и плевать, но за помощь и заботу я обнять его была готова. Надо мной так родители в детстве не носились. Они больше предпочитали орать и поднимать ненужную панику.              Едва Ватари вышел из комнаты, закрыв дверь, как все внимание L обратилось ко мне.              — Рассказывай, — велел он, надкусывая пирожное, — и, пожалуйста, четко и быстро. У меня двадцать два неоконченных дела, не считая поимки Бейонда.              За десять минут я послушно поведала L все события этого утра, включая душевную беседу с ёкаем и разговор с Мисорой. Детектив слушал, не перебивая, и задумчиво поглаживал свои губы указательным пальцем. Когда я окончила рассказ, он раздумывал еще несколько минут. А потом уверенно сказал, снова начиная крошить пальцами печенье:              — Вот как мы поступим. Позволим Мисоре и дальше сотрудничать с Бейондом и вместе искать «убийцу». Пусть он продолжает играть роль частного детектива Рюзаки Рю, уверенный в своей близкой победе надо мной. А в решающий момент я нанесу окончательный удар и заставлю его признать поражение.              — Как? — с удивлением спросила я.              — Ты поможешь мне это сделать, Барбара, — сказал L. — И, мне очень жаль, но последующие два дня, ты проведешь в этом доме под моим наблюдением. Учитывая, как часты твои встречи с Бейондом… что, по моему мнению, необычно и опасно… тебе нельзя оставаться в Ритц-Карлтоне. Бейонду хватит ума снова тебя выследить. Я уверен, что он хочет тебя убить, потому что ты очень сильно мешаешь его планам.              Хм, а вот я уже не уверена в этом так сильно, после того, что Бейонд сказал мне на аллее. У него была возможность убить меня сегодня с легкостью, просто проломить битой голову, и закончились бы на этом мои странные злоключения. Но Бейонд этого не сделал, а значит, моя смерть ему не нужна. Он действительно хочет найти Киру, использовав для этого мои знания, а значит, наше «сотрудничество» все еще в силе. Но все эти мои соображения детективу знать необязательно, особенно сейчас.              — Ты понадобишься мне, когда расследование Мисоры и «Рюзаки» начнет подходить к концу, — сказал мне L. — Я имею в виду, когда они должны будут вместе искать местоположение следующей жертвы. Ты как-то упомянула, что Бейонд покончит жизнь самоубийством, чтобы выдать себя за последнюю жертву убийцы Вара Нинго. Я намерен этому помешать.              — С помощью Мисоры? — спросила я.              Неужели конец сюжета будет такой же, как и в книге?              И к чему тогда были все мои былые старания?              — Да, — ответил L. — Поступки Бейонда — зло, и я не могу простить их ему. Но поймать его может только Мисора. Она достаточно умна, чтобы среагировать вовремя и я верю в нее.              Он это серьезно, млять?              Я скривилась, глядя, как L складывает кусочки сахара на краю своей чашки. А потом произнесла решительным тоном:              — Ты доверишь всю опасную работу этой девушке, а сам будешь отсиживаться в убежище и надеяться на лучшее? Ты?! Это шутка такая, что ли?!              Детектив посмотрел на меня с недоумением.              — Бейонд Бездей — это твой враг, а не ее, — уверенно продолжила я. — Это тебе он бросил вызов, а не ей. Это из-за тебя он сошел с ума и жизнь его превратилась в кусок дерьма. Это с тобой он воюет, поставив на кон собственную жизнь. А ты решил спрятаться за спиной неопытного агента ФБР, которая понятия даже не имеет о вашем совместном прошлом в Вамми-хаусе, и о том, что вообще происходит на самом деле. Ты — человек, который верит в Справедливость, опустишься до такой низости? Просто спрячешься за живым щитом, как последний трус?              L нахмурился, растирая пальцами кусок рафинада прямо на поверхность стола.              — Я не трус, — тихо сказал он. — Но не намерен глупо рисковать своей жизнью, когда этого совершенно не требуется.              — Правильно, пусть лучше Мисора Наоми рискует своей, — с сарказмом отозвалась я. — Да какого хрена, а? Великий детектив L, которого я знала в своем мире, был совершенно другим человеком! Он тоже ценил свою жизнь, но никогда не позволял страху управлять собой. Он бы не стал прятаться!              Детектив взглянул на меня с любопытством.              — Другой L? В твоем мире есть второй я? — спросил он.              — Не важно! — злобно рявкнула я, хлопая ладонью по столу. — Важно то, что это низко и недостойно тебя — бросать в пекло человека, который даже не подозревает с кем именно столкнулся! Мисора работает с Рюзаки-Бейондом уже несколько дней, и все это время он успешно водит ее за нос. Сегодня он напал на нее и пытался убить. Это несправедливо, L! Несправедливо то, что Мисора расплачивается за твои ошибки! Ты с самого начала должен был бороться с Бейондом сам! Сам лично, а не подсылать ее, совершенно постороннего в этом деле человека.              L молчал несколько минут, пока я сверлила его уничтожающим взглядом, и о чем-то раздумывал.              Конечно, я знаю, что Бейонд не убил бы Мисору, но детектив об этом не знает. Как же здорово, что с помощью спойлеров я могу бессердечно давить этому парню на жалость и хоть немного, но манипулировать его чувствами. Главное теперь, чтобы L все это не просек, а то будет мне пиздец.              — Я обдумал твои слова, и полагаю, что они скорее верны, чем нет, — тихо сказал L, пряча от меня взгляд и склонив голову. — Я не хотел, чтобы Наоми Мисора пострадала. До сегодняшнего дня я был уверен, что полностью контролирую текущее расследование. Но из твоего рассказа получается, что я ошибся…и моя ошибка едва не стоила жизни Наоми Мисоре и тебе. Этого ни в коем случае нельзя допустить, и я не собираюсь снова рисковать людьми, которые оказали мне свое доверие и кому доверяю я сам.              Застыв от изумления, я наблюдала, как L крошит сахар в чашку, продолжая говорить спокойно и уверенно:              — Я намерен вмешаться в расследование и окончить его самому. Но мне все равно понадобится твоя помощь, чтобы Бейонд ничего не заподозрил. Он уверен, что до конца этого дела я собираюсь прятаться в тени, и нужно, чтобы он продолжал думать так же. А когда придет время, я остановлю Бейонда. Не потому что, должен был сделать это лично. Я просто хочу увидеть результат своей ошибки. Хочу увидеть творение Ватари. Хочу понять, почему Бейонд пошел на это, почему начал все это…              L взглянул на меня с грустью.              — Я давно хочу снова поговорить с ним, но как со своим бывшим другом, а не врагом. Хочу сказать Бейонду, о том, как мне жаль, что все так обернулось. Бейонд заслуживает наказания за свои преступления, но также он заслуживает моих извинений. Моих и Ватари. Мы не можем искупить свою вину перед Бейондом, но это не значит, что мы не должны попытаться. Вот, что я думаю. Вот, что думал все это время.              Я продолжала смотреть на печального детектива, не решаясь возобновлять разговор на эту тему. Несколько минут мы просидели в полном молчании. Но было кое-что, о чем я умолчать просто не могла, и как бы ни хотелось начинать, но это было нужно обсудить.              — L. Ёкай сказал мне, что ты пытался изменить прошлое, но у тебя ничего не получилось… — сказала я полувопросительным тоном.              — Да, — ответил детектив, бросив на меня непроницаемый взгляд.              — Мне очень интересно, чем ты думал, черт возьми, когда решил это сделать? — с упреком спросила я детектива. — Я же предупреждала, насколько опасно записывать подобные желания!              L недовольно насупился.              — Я прекрасно осознавал последствия своего решения, — пробормотал он.              — Сомневаюсь, — кисло сказала я, — но теперь нет смысла спорить, ведь желание не сработало. И знаешь чё? Я, кажется, понимаю, почему. Ёкай говорил, что Исполнитель желаний всесилен. Но впоследствии оказалось, что это не так. Лупоглазый мудень выдал мне про тетрадь кучу вранья, а теперь он разбрасывается угрозами. Я думаю, что ёкай создал эту тетрадь, чтобы не души людей забирать, а устроить настоящий хаос во Вселенной.              — Возможно, — лаконично ответил детектив, хмурясь и покусывая ноготь большого пальца. Обсуждать эту тему он явно не собирался. И я поняла, что большего от него не добьюсь. Да, ну и черт с ним, этим упрямцем. Он всегда делал то, что хотел, и никто ему был не указ. Я не хочу ссориться с L, я хочу разобраться с ёкаем и спасти свою жизнь и несколько чужих. Эта мразь следит за мной, сомнений нет. Он постоянно мне лгал и запугивал. Он контролировал мои действия и направлял меня туда, куда ему нужно с самого начала… совсем, как Бейонд Мисору Наоми. Раньше я не понимала, как агент ФБР могла так облажаться и не заметить, что ею нагло манипулируют. А сейчас я понимаю, что долгое время была такой же марионеткой, танцующей в ту сторону, в которую было выгодно демону.              И тут меня осенило. Бля-я-я-я, ну как я могла не понять столь очевидный факт? Где вообще были мои мозги?!              — И слова ёкая про то, что я никогда не смогу попасть обратно в свой мир — это тоже ложь, — медленно сказала я, начиная потихоньку прозревать. — Ёкай наверняка сказал это, чтобы я не смогла вернуться домой. Черт меня возьми, как я раньше не могла догадаться?!              L прекратил уничтожать рафинад, и взглянул на меня с недоумением.              — А что, если на самом деле, я могла сделать это с самого начала?! — взволнованно воскликнула я, от души хлопая ладонью по столу. — Что, если я могу вернуться домой, как только этого пожелаю! Могу сделать это прямо сейчас!              — Ты хочешь вернуться в свой мир? — с тревогой спросил детектив.              Я сглотнула, испытывая ту же тревогу, что и он.              — Не знаю. Но я… могу попробовать, да? Вдруг сработает.              L нахмурился.              — Это очень плохая идея, Барбара, — резким тоном сказал он.               — Это единственная моя светлая идея! — упрямо возразила я.              — Вдруг ёкай не солгал, и ты, в самом деле, умрешь? Нельзя проводить этот эксперимент, не будучи уверенной в удачном результате, — убедительным тоном произнес детектив, не отводя от меня мрачного взгляда.              — Да знаю я! И совершенно не собираюсь ничего такого делать. Я же обещала тебе помочь, забыл? — спросила я, и выражение лица L немного просветлело. — И ёкай не должен заполучить свою тетрадь обратно, ни за что. Иначе он подкинет ее другому человеку. Вдруг следующая жертва своими желаниями уничтожит мир?              — Чего, скорее всего, и добивается ёкай, — задумчиво сказал детектив.              — Но зачем ему это? — окончательно запутавшись, спросила я. — Зачем ему вообще это делать?              — Мотивы этого демона мне неизвестны… — сказал L, раскрошив остатки печенья на поверхности стола. — Но одно я знаю точно — ёкая необходимо уничтожить. Я думаю, что в этом нам потребуется помощь Бейонда, потому что он знает практически все о японской мифологии.              — А?! — обалдела я. — Ты тоже так думаешь?!              L заморгал, снова глядя на меня с недоумением.              — Просто я только этим утром размышляла о том же! — взволнованно сказала я. — Ёкай следит за мной, это я знаю точно. Если он узнает, что мы задумали, то боюсь даже представить последствия. Но Бейонда ёкай не видел, и не являлся к нему. Бейонд способен успеть найти способ избавиться от этой лупоглазой твари.              — Согласен, — помедлив, сказал L. — Но сначала нужно поймать его, и убедить помочь нам.              — И мы должны успеть спасти Бейонда от самоубийства двадцать второго числа. Именно в этот день он сожжет себя заживо.              Детектив вздрогнул, и я прикусила язык, понимая, что слегка перегнула. Нет, на самом деле Бейонд не успеет убить себя, конечно же, но L не поможет своему бывшему другу, если как следует не надавить ему на совесть. Сейчас он уверен, что Бейонд хочет лишиться жизни страшным и мучительным способом, и намерен этому помешать. Так что, моя маленькая ложь пошла во благо. Подумать не могла, что она действительно сработает.              — Сегодня шестнадцатое августа. Осталось шесть дней, — сказал L, сминая в пальцах последний кусочек сахара, — до двадцать второго числа мы ни во что не будем вмешиваться, как я и сказал ранее.              — Мы что, просто будем отсиживаться здесь? — с удивлением спросила я.              — Отсиживаться? — переспросил L. — У меня двадцать два нераскрытых дела, Барбара. Я буду работать.              — Э… Ну, да, — сказала я, почесывая в затылке. — А мне что делать?              — Можешь делать, что хочешь…              — Супер, я хочу уйти отсюда.              — Кроме этого, — холодно прервал меня L.              — Я хочу погулять, — попробовала я.              — Хорошо, Ватари пойдет с тобой.              — Одна!              — Нет. Ты должна оставаться в безопасности, — беспрекословно заявил детектив.              — Чувак! Я сойду с ума, сидя здесь шесть дней!              — Боюсь, у тебя нет выбора, Барбара. Не заставляй меня запирать тебя насильно.              — Хорошо, тогда верни мне тетрадь, — сказала я, прищурившись.              L вздохнул.              — Если я отдам ее тебе, ты опять сбежишь, — это был даже не вопрос.              Я многозначительно кивнула. L взглянул на меня с раздражением.              — Своим побегом ты только все испортишь.              — Нет. Просто я не могу прятаться, — убедительно сказала я. — С тех пор, как я появилась в твоем мире, мне это просто не удавалось.              L скептически хмыкнул.              — Я бы поспорил…              — Хочешь, докажу?! — уверенно перебила я. — Я встретила Белива Брайндсмейда в кафе, спустя несколько часов после того, как очутилась в Лос-Анджелесе. Я была соседкой Квотер Квин, даже не подозревая об этом. Я не столкнулась с Бекъярд Боттомслеш только потому, что пыталась удрать из США, в итоге попала в аварию и очутилась в больнице. Бейонд не видит дату моей смерти, и возможно, только это и спасало мне жизнь. А помнишь, когда мы встретились с тобой впервые? Именно в тот день я попала в твой мир.              По выражению лица L было ясно, что подобной информации он не ожидал.              — Ёкай сказал, что я часть этого мира, а значит, никакие попытки отсидеться в тишине не помогут. Я не смогу прятаться. Я не смогу избежать опасности. А если буду пытаться, то станет только хуже. Поэтому я хочу участвовать в расследовании.              — Это исключено, — тут же возразил L.              — Ладно, но можешь ты хотя бы выпустить меня? — почти взмолилась я.              — Нет! — повысил голос L и я от неожиданности заткнулась. — Барбара, как ты не можешь понять? Твоя свобода может очень дорого тебе обойтись. Пока ты будешь находиться в убежище, ничто не будет тебе угрожать. Поэтому, вопрос о твоем освобождении закрыт. Прошу, не заставляй меня применять насилие, потому что я сделаю это, если придется.              Замолчав, L открыл один из многочисленных ящиков и вынул оттуда Исполнитель желаний. Затем протянул его мне, продолжая хмуриться.              — Можешь его забрать. Но если ты используешь тетрадь, чтобы сбежать отсюда, то навсегда потеряешь мое доверие, и я больше не окажу тебе помощь, если ты попросишь.              Охренеть, какой ультиматум. А самое паршивое то, что он действенный. Мне совершенно не улыбалось терять хорошее расположение L ко мне. Млять, да мы только начали нормально общаться. Похоже, придется мне ненадолго смириться с ролью добровольной узницы, и покорно ждать, когда наступит двадцать второе число. Главное, найти себе какое-нибудь занятие, чтобы не чокнуться.              — Хорошо, — сдаваясь, сказала я детективу. — Твоя взяла. Я никуда не буду сбегать и продолжу слушать твои приказы. На взамен ты сделаешь все, что я попрошу.              — Договорились. Полагаю, мне сразу следует узнать, чего ты хочешь? — сказал L, кинув на меня пристальный взгляд.              Так, и чего же я хочу?              Чем мне заниматься гребаных шесть дней, сидя в бункере великого детектива? Чем я вообще занималась в свое свободное время, когда жила, как Вероника Водопьянова?              Ох, блядь, точно. Собственно, а почему бы и нет?              — Мне нужен компьютер и доступ в Интернет, — сказала я L, начиная улыбаться против воли.              — Зачем? — настороженно спросил он.              — Я ведь говорила, что я писатель, — уверенно сказала я. — И раз уже мне придется сидеть взаперти несколько дней, я хочу написать какую-нибудь историю.              Черт возьми, я даже знаю, что именно напишу. Людям в этом мире неизвестно про мангу «Тетрадь смерти». Я могу написать работу, посвященную ей. Я могу написать что угодно, и это в любом случае окажется беспалевным текстом. Размещу свое творчество на местных сайтах каких-нибудь фикрайтеров или авторов прозы, когда найду их. Оставлю свой след в истории этого мира. Если я здесь не выживу, то хоть что-то останется после меня.              — Думаю, это можно устроить, — ответил мне L. — Я попрошу Ватари предоставить тебе отдельную комнату и компьютер. Если понадобится что-то еще, скажи мне об этом.              Ой, зря он вот так говорит. Я ведь могу пожелать что-нибудь совершенно безумное, если приспичит. Но подозреваю, что, несмотря на собственные слова, L вряд ли исполнит любую мою прихоть. Только то, что придет по душе ему самому. Впрочем, мне и не нужно много. Если я смогу эти шесть дней отдыхать и заниматься любимым делом, то, пожалуй, буду даже счастлива.              — И еще мне нужен будет нормальный душ и нормальная еда, — решительно добавила я. — В твоей машине мне будет неудобно купаться, и сладкое я особо не люблю.              —… Я передам Ватари твои пожелания, — помедлив, сказал L.              Вид у него был довольно растерянный, и отчасти я понимала, почему. Этот парень привык жить один, и все в этом доме устроено так, как удобно ему. И у L совершенно нет опыта в сожительстве с посторонним человеком. Думается, решение «приютить» меня в этом бункере, далось ему не так уж и легко. А, плевать. Я сюда не напрашивалась, наоборот хотела свалить в какую-нибудь дешевую гостиницу. Так что, настало время L узнать, каково это — жить в одном доме с девушкой. Я лично позабочусь о том, чтобы этот асоциал узнал все минусы подобного сожительства. Хотя, если честно, я не особо хотела портить ему жизнь. Идея написать историю по «Тетради смерти» постепенно оживала в моей голове, и в предстоящие дни мне хотелось посвятить время только ей. История о мире, в котором я теперь живу, важнее мести великому детективу. Почти.              Шел четвертый час.              Покусывая губу, я скептически рассматривала текст собственного сочинения, занимавший примерно три страницы вордовского файла и стоивший мне невыразимых мучений.              — Закрыв Тетрадь смерти, Кира подошел к окну, и взглянул на засыпающий город, довольно сверкая красным взглядом. Блядь, что еще за красный взгляд? У него что, прожекторы в глазницах? Это же дерьмо какое-то… — размышляла я вслух, решительно стирая написанную фразу из документа.              Следующая фраза тоже оказалась «дерьмом» и последовала в страну мертвых «щедевров» вслед за своей сестрой. Как и другие три фразы. В итоге, методом самокритики и врожденного писательского чутья я избавилась от всех написанных страниц, а затем погрузилась в отчаяние. Следующие полчаса ушли на написание какого-то невнятного пролога, который также отправился на тот свет. Еще через полчаса я окончательно сдалась и исписала всю страницу глубокомысленным «Дерьмодерьмодерьмо», злобно барабаня по клавишам.              Черт, какую историю написать? О чем? О борьбе Киры и L, как я и хотела? Зачем тогда вводить собственного персонажа? На хрена он там нужен? Но с другой стороны, какого черта? На протяжении всего сюжета Кире нихуево так везло, хотя, если следовать логике, все для него должно было окончиться плачевно еще в начале манги. Почему бы не сделать L таким же удачливым, как Кира? Пусть ему тоже везет в расследовании, блять.              Первое правило писательского клуба — воруй у лучших. Так что я бессовестно сдеру идею Обаты и Обы и создам собственного персонажа, у которого тоже будут бог смерти и тетрадь.              Назову эту выдуманную деваху каким-нибудь японским именем, ну, скажем, Харука Ватанабе. Пусть живет в Японии и будет обычной студенткой из семьи среднего класса. Пусть найдет тетрадь смерти и познакомится с ее хозяином. Таким образом, когда начнется расследование дела Киры, она будет в курсе, с чем именно великий детектив L имеет дело, предупредит его об опасности и будет оказывать помощь в поимке Киры. Бля, новый шинигами. Надо бы и ему имечко придумать, и характер такой, чтоб ни дай Бог. Надо вообще обстоятельно обдумать весь сюжет. Но сначала решить, с какой именно сцены начать свою историю. Я собираюсь публиковать ее на одном из популярных сайтов, как свою собственную, так что падать в грязь лицом нельзя. И кстати, стоит придумать звучное название для своей работы. Название решает если не все, то многое.              Вдохновленная идеей, я снова приникла к компьютеру. Но как только взялась за описание первой части и своего персонажа, как в дверь моей комнаты постучали. Внезапный резкий звук напрочь уничтожил весь мой творческий настрой, заставив подпрыгнуть от неожиданности.              Бля-я-я, кого тут надо убить, в этом бункере, чтобы мне не мешали работать?!              — Я занята! — рявкнула я не своим голосом, отрывая взгляд от компьютера.              Дверь в комнату слегка приоткрылась, являя мне невозмутимого Ватари.              — Простите, мисс Браун, за беспокойство, но L хочет вас видеть.              — Что еще он хочет? — огрызнулась я, понимая, что сегодняшняя моя попытка создать шедевр, потерпела крах.              — Полагаю, вы узнаете, когда зайдете к нему, — сказал Ватари, и взглянул на мой компьютер. — Вижу, вы с утра уже в работе. Как продвигается?              Я с огромнейшим трудом растянула губы в вежливой улыбке.              Если я наору на Ватари за то, что он мешает мне, терпение L окончательно лопнет. Я не настолько сумасшедшая, чтобы выводить этого парня из себя, хотя, видит Бог, соблазн был велик. Но одно дело — устраивать почти детские проказы, и совсем другое — обижать единственного человека, которого великий детектив считал своей семьёй.              — Спасибо, хорошо, — продолжая улыбаться, процедила я.              Старик кивнул.              — Рад, что вы нашли себе занятие. В нашем бункере нет ничего развлекательного, потому что мой воспитанник не признает праздного образа жизни. Я не думал, что когда-нибудь он решится жить не один.              — Дайте угадаю — он ненавидит тот день, когда решил меня «приютить»? — с подозрением спросила я.              Ватари немного смущенно кивнул.              — Лично я считаю, что данный опыт будет полезен для L, — добавил он.              — Главное, ему об этом не говорите, — я хмыкнула, со смирением закрывая недописанный текст, и вышла из комнаты вслед за улыбающимся Ватари, направляясь к L.              Надеюсь, что детектив позвал меня для того, чтобы обсудить поимку Бейонда, а не занудствовать на тему оставленного в ванной комнате моего нижнего белья.