Запретная зона

      Меньше всего Накахара любил, когда кто-то начинал трогать его волосы. Люди, которые пытались хоть как-то прикоснуться к рыжим кудрям, сразу же получали по рукам или, в крайних случаях, удар по морде. Из-за этого многие втайне подшучивали над Повелителем Гравитации, мол, «заботится о волосах, словно девчонка какая-то», за что тоже получали с ноги. Единственный, кто выжил после прикосновения к его голове, был Дазай, да и тот нехило отделался синяками и сломанной рукой. Поэтому вся Мафия – да и не только она – уяснили для себя правило: ни в каких ситуациях, ни при каких условиях не дотрагиваться до огненных волос, если хочешь жить. И этого правила придерживались все. Абсолютно.       Но почему-то все равно Накахара не смог отказать маленькой девочке, что сейчас весело заплетала ему косички.       На лице у Чуи в данный момент не было ни единой эмоции. Правда, может быть, всего одна – скорбь. Его волосы, которые мужчина каждое утро укладывал минут двадцать минимум, сейчас были безнадежно запутаны и полностью усеяны заколками и резинками, что любовно прикрепила Элиза. Да и вообще, вся ситуация была слишком унизительной для одного из самых грозных и жестоких эсперов Йокогамы.       Если бы это все сейчас увидел Дазай, то всякого рода подколы преследовали бы Накахару месяц, если не больше. Хорошо, что этого мумифицированного урода сейчас нет.       Хоть какой-то плюс.       Элиза продолжала напевать себе что-то под нос и цеплять все новые и новые заколки на рыжие кудри, какие-то из них снимая, при этом сильно дергая за волосы, от чего Чуя постоянно шипел. Он такими темпами к концу дня лысым останется!       Девочка же не обращала никакого внимания на шипение и тихую ругань со стороны мафиози, вновь и вновь продолжая, в буквальном смысле, драть гребешком чужую шевелюру, топая маленькой ножкой в такт музыке.       Как только девичьи ручки прикрепили еще одну резинку, затягивая маленький хвостик, Элиза сделала шаг назад, осматривая свою работу. – Чуя, посмотри и скажи, как тебе?       Накахаре ничего не оставалось, кроме как подняться с кожаного дивана и прошествовать в сторону зеркала, которое висело на стене. Как только глаза прошлись по отражению, Чуя сжал кулаки и тут же расслабил. Сейчас злиться и оплакивать свои выдранные волосы не время и не место. Поэтому, развернувшись и натянув на губы легкую улыбку, мужчина попытался скрыть всю свою боль. – Мне очень нравится, – врет и не краснеет. Но, кажется, Элиза действительно поверила, раз улыбнулась в ответ. – Я так рада! Давай другую прическу? – девочка вскочила с дивана и подошла к Накахаре, хватая его за руку и ведя снова в сторону дивана. Мафиози лишь вздохнул и уселся на старое место, поворачиваясь спиной.       По ощущениям, Элиза начала снова плести ему маленькие косички, затягивая их резинками. Чуя все это время смотрел на свои руки и прикидывал, сколько раз ему надо будет расчесать голову, чтобы выпрямить и распутать все свои патлы.       «Есть еще один плюс, – Накахара сдул с лица выбившуюся прядь, – меня никто не увидит». Когда голова начала жутко чесаться и ссадить от боли, Чуя молил всех богов, о которых знает, чтобы эта пытка, наконец, прекратилась. Черт, да он даже согласен сейчас рыться в бумагах, лишь бы все это закончилось! – Чуя, почти готово, не вертись, – надув губы, попросила его Элиза, вновь цепляя что-то в его волосы, – ну, вот! Так в сто раз лучше. Пойдем? – Куда? – повернув голову, мужчина лишь наткнулся на удивленный взгляд своего «парикмахера». – Я хочу тебя показать! – спрыгнув с дивана, девочка пихнула Накахару в спину в сторону двери, – Ринтаро понравится! – К боссу? – тут Чуя попытался ее остановить. Нет, одно – если это увидят его подчиненные. Те посмеются, Чуя их отпиздит, они забудут. Но Огай. Это будет катастрофа! – Ну, пошли, Чуя. Ему точно понравится! Я знаю, – все-таки у Элизы хватило сил выпихнуть его из кабинета, в котором они сидели. Взяв чужую ладонь, она повела мафиози в сторону кабинета главы Организации.       С каждым шагом сердце начинало стучать сильнее, ладони потели, а ноги заплетались. Меньше всего сейчас хотелось оказаться у Огая и видеть его реакцию. Но Чуя на миг задумался: а как он, собственно, отреагирует?       Очнулся Накахара только тогда, когда Элиза взяла дверную ручку и повернула, даже не постучавшись. Хотя, зная ее отношения с боссом, это неудивительно.       Огай сидел за столом и просматривал какие-то документы, даже не заметив, как в его кабинет успели зайти. Девочка для приличия постояла несколько секунд тихо, а потом, плюнув на это, прокричала на все помещение о своем прибытии. – Элиза? – мужчина поднял голову, отвлекаясь от своей работы, и глянул на ребенка, кажется, даже не заметив Накахару. – Ринтаро, смотри-смотри. Скажи, что Чуе идет!       Она резко толкнула рыжего в сторону стола босса и сделала шаг назад, чтобы Огай в полной мере оценил масштаб ее работы. Реакция долго ждать себя не заставила. Мори слегка приоткрыл рот, намереваясь что-то сказать, но потом так же резко его и закрыл. Слов, мягко говоря, не было. Зато удивления хоть отбавляй. От такого пристального взгляда своего начальника Чуя слегка поежился, проклиная про себя свою мягкотелость перед детьми. Все-таки именно она сыграла ключевую роль.       Тишину, что так и повисла в кабинете, вновь прервала Элиза. – Тебе нравится? Я старалась, – теперь девочка встала впереди Накахары и смотрела на мужчину, ожидая ответа. – Очень нравится, – все же Огай собрался с мыслями и, кашлянув, ответил, продолжая смотреть на Чую и не отводя от него взгляд, – Элиза, можно тебя попросить помочь мне? – Конечно! А-то так скучно, – протянула девочка, делая шаг в сторону стола. – Отнеси эти бумаги на первый этаж, в архив. Положи их в самый дальний шкаф, тот, что ближе к окну. Сможешь? – мужчина достал из стола папку и передал ее Элизе. – Конечно, смогу! – ответила та, разворачиваясь и буквально выбегая из кабинета, хлопнув дверью.       Теперь Накахара чувствовал себя действительно неловко. Мало того, что девочка бросила его на произвол судьбы, так еще и в таком виде. Перед начальником. Сегодняшний день можно по праву считать одним из худших за всю свою жизнь. – Я… могу идти? – все же подал голос мафиози, стараясь смотреть куда угодно, но только не на Мори. – Нет, – мужчина встал из-за стола и подошел к небольшому шкафу, что стоял подле рабочего стола, – ты же не хочешь, чтобы тебя кто-то увидел с такой, кхм, прической. Сначала я распутаю то, что с тобой сотворила Элиза. – Это необязательно, босс. Я мог бы и сам это сд… – Не спорь и сядь, – Огай кивнул головой в сторону дивана, – у меня есть опыт в такого рода вещах.       Чуя послушал босса и сел боком на краешек дивана, почему-то жутко краснея. Нет, все же, его можно понять. Не каждый день тебя будет расчесывать босс Мафии. Это даже звучит смешно.       Сзади него присел сам Мори и аккуратно поднес руку к его голове. Зацепив пальцами парочку заколок, что держались не так сильно, мужчина откинул их в сторону. Следующие на пол полетели слабо затянутые резинки. Дальше – сложнее. На рыжих волосах сейчас не было ни одного живого места, где бы ни были прикреплены заколки и…скрепки? Огай издал тихий смешок, чтобы еще сильнее не смущать своего подчиненного. Все-таки у Элизы «золотые ручки». Вытащив половину из чужих прядей, Мори занес над ними расческу и аккуратно повел ею вниз. Та застряла где-то посередине. Мужчина резко дернул гребешком, тут же жалея о своем решении, слыша тихий вскрик. – Прости, – шепотом извинился Огай, вытаскивая из узла расческу, – слишком больно? – Терпимо, – отозвался Накахара, мысленно ударив себя по лбу. Он – один из сильнейших бойцов Портовой Мафии. Он, мать твою, управляет гравитацией. Но стоило дернуть его за волосы, как чуть ли не в слезы. Даже звучит по-идиотски. – В следующий раз отказывай ей, а-то такое будет повторяться каждый божий день, пока Элизе не надоест, – вновь поместив гребешок в рыжую гриву, Огай решил разбавить тишину разговорами. – Я не смогу отказать, – усмехнулся в ответ Чуя, даже на некоторое время забывая, что сейчас непринужденно беседует со своим боссом. – Слабость перед детьми? Или именно перед ней? – Перед детьми.       Дальше разговор не шел, поэтому кабинет вновь погрузился в тишину. Огай даже не заметил, как заколок стало в разы меньше, а узлы из волос окончательно пропали. Распустив очередную косичку, мужчина заслышал облегченный вздох. Кажется, он закончил. – Спасибо, босс, – поблагодарил того Накахара, уже планируя подняться и уйти работать, но его посадили обратно. – Не спеши ты так, осталось расчесать, – Мори подсел чуть ближе. Теперь локоны легко скользили по расческе, ложась на плечи мафиози.       Огай сам не заметил, как вместо гребешка запустил в волосы свою руку, пропуская пряди сквозь пальцы, поражаясь их мягкости. «Должно быть, ухаживает».       Руки добрались и до кожи головы, массируя ее. Мори был уверен, что после такой «прически» голова его подчиненного жутко чешется и зудит. Огай понимал, насколько это неприятно, ведь сам не раз попадался на уловки маленькой девочки и разрешал копошиться у себя в волосах, позже сильно об этом жалея. Вспоминая события столетней давности, он только сильнее проникся сочувствием к Накахаре.       Последний, кстати, сейчас только и мог, что краснеть. Его начальник трогает и зарывается пальцами в его волосы. Это, как минимум, ненормально. – Б-босс? – рыжий слабо позвал Огая, боясь сделать лишнее телодвижение, продолжая сидеть по струнке и тяжело дышать. – М? – Мори в свою очередь никак не отреагировал на сбивчивый голос подчиненного, вновь и вновь пропуская локоны сквозь пальцы, поражаясь тому, насколько они ухожены. «Да и цвет еще необычный, – думал мужчина, – редко у кого встретишь настолько прекрасный рыжий оттенок». – Что вы делаете? – вопрос Накахара обдумывал минуту. И да, он считал. – Помогаю тебе распутывать узлы на волосах, что же еще? – Но их больше нет…       Огай не ответил, придвинувшись ближе и уткнувшись носом в рыжую копну.       «И пахнет приятно. Апельсин, кажется. Надо будет подарить как-нибудь свой любимый шампунь с запахом шоколада. Ему пойдет».       Руки уже давно соскользнули с головы и легли на чужую талию. Чуя же никак пока что не реагировал, скорее всего, даже не до конца понимая, что происходит. Но, когда до него дошло, сразу же попытался встать, но держали его крепко. Пришлось смириться и закрыть в ожидании глаза, размышляя о том, почему именно с ним? Хотя, это же Огай. Никто и никогда не знает, что у этого человека в голове. Зато сейчас Накахара точно может сказать, на чьей он голове.       Мори продолжал как ни в чем не бывало проводить кончиком носа по чужим кудрям, вдыхая чужой запах. Одна из ладоней поднялась обратно на макушку, наматывая самую длинную прядь на палец, несильно дергая. Чуя лишь сдавленно прошипел. – Прости, Чуя-кун, – мужчина слегка ослабил хватку, но рук не убрал, – у тебя действительно шикарные волосы… – С-спасибо, наверное, – до сих пор находясь в шоке, мафиози и не знал, что нужно ответить. Брякнул первое, что в голову взбрело, – я могу идти? Просто работа… – Конечно, можешь, – разочарованно вздохнув, Огай отстранился и встал с дивана, напоследок вновь потрепав мягкие пряди. Вернувшись на рабочее место, он взял в руки документы и вручил их подчиненному, – к концу недели их необходимо заполнить.       Накахара поспешно встал следом, взял бумаги и вышел из кабинета, тихо прикрывая за собой дверь. Как только послышался щелчок, мафиози тихо и слегка истерично посмеялся. Если он расскажет, что минутой раннее его волосы жадно трогал и нюхал начальник – никто и не поверит. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Чуя побрел в сторону собственного кабинета, чтобы наконец-то закончить нужные отчеты и сдать их со спокойной душой.       Кинув на свой стол все эти бумаги, рыжий присел в кресло и пододвинулся ближе. Рыская на столе в поисках ручки, Накахара скинул несколько листов на пол, тут же ругая себя и нагибаясь, дабы их поднять. Взгляд зацепился за небольшой клочок бумажки, на котором было выведено кривым почерком послание, заставившее мафиози жутко покраснеть.       «Чуя-кун, в следующий раз помой голову шампунем с запахом шоколада. Уж очень я его люблю. Как только сделаешь это – бегом в мой кабинет~»       Чуя лишь отложил листочек в сторону.       Сегодня сразу после работы он со скоростью света побежит в самый ближайший к дому магазин.