Изоляция

После произошедшего учёные поместили Сильвера в специальную капсулу и стали следить за ним, наблюдать. А он их игнорировал, даже видеть их не хотел. Но иногда он всё же поглядывал на них и видел, как они перешёптываются. Это длилось целый месяц. На первое число Сильвера в ошейнике перевели в «Зверинец» — это специальный вольер, где мобианцы могли побыть вместе, не позволяя друг другу сойти с ума. Те, кто потерял надежду на свободу, больше всего желали остаться именно здесь и «зализывать раны». Однако, Сильвер отнёсся с подозрением к тому, что, после приёма к психологу, его просто так перевели в этот вольер. Но ничего другого делать не оставалось. В «Зверинце» на полу расстелена ненастоящая трава, на ней и отдыхали полуживые мобианцы, после экспериментов над ними. Их и раньше было немного, учитывая, что подавляющее число погибло при Иблисе, но сейчас их стало ещё меньше. Сильвера очень редко впускали в этот вольер, поэтому друзей среди пойманных у него не было. Ёж прошёлся по периметру вольера, наблюдая за пострадавшими: некоторые, собравшись в кучку, утешали друг друга, вели разговоры, другие лежали на траве и казались мёртвыми, а кто-то сидел в одиночестве и думал о своём. Все были искалеченными и подавленными. Однако на проходящего мимо Сильвера были устремлены взгляды. Сильвер стал одним из тех, кто предпочёл одиночество. Найдя самое отдалённое от страдающих местечко, он уселся на траву и погрузился в мысли: «Если б Блейз была жива… Ничего б этого не было. Она бы не позволила этому случиться!» — Сильвер, закрыв глаза, опустил голову, пытаясь сдерживать слёзы — «А ведь у меня получилось сломать ошейник! Но на это у меня ушли все силы. Сомневаюсь, что мне удастся снова… " — Эй, ты! — раздался чей-то незрелый голос. Сильвер тут же поднял голову дабы узнать, кто его потревожил. Рядом с ним оказался тёмно-серый мобианец неизвестного вида, напоминающий толи волка, толи кота. — Ты 101? — спросил незнакомец, горя любопытством. — Да, — неуверенно ответил Сильвер. — А ты крутой! — воодушевлённый мобианец расположился на траве рядом с ежом. Сильвер был в недоумении, а жаждущий продолжения разговора незнакомец уставился на него. Стало ясно, что о произошедшем с Сильвером уже знали даже мобианцы. — Кто ты, вообще, такой? — наконец выдавил из себя ёж. — Эх… Я Bio54, котоволк. — Что-что?! Ну уж нет! Я тебя так называть не буду! Имя своё скажи. — Но это и есть моё имя. Меня с рождения все так зовут. — Да не может быть! — Я родился здесь. — Что??? Но… С того момента, как всё это началось прошло совсем немного времени. Как ты… — Сильвер в конец растерялся. Смотря на нового знакомого, можно смело сказать, что он ровесник Сильвера. В обычных условиях невозможно стать таким за столь короткий период времени. — Я — результат двух проектов, — гордо ответил котоволк. — Проектов? — Ты разве не знаешь, что люди много чего на нас планируют? — Мне они о своих планах не рассказывают, — Сильвер скрестил руки, поняв, что его собеседник — творение людей. — Как я уже сказал, они много чего планируют. Они и скрещивают мобианцев, в предвкушении узнать что получится. Потом то же самое делают с полученными гибридами. Я, кстати, гибрид волка и кошки. — Ну-ну… — А ещё есть проект «Быстрая жизнь». На мне и проходит этот процесс быстрого развития и скорого конца… — в этот момент котоволк стал мрачнее чёрной тучи. — «Скорого конца»? Это значит… — Сильвер не на шутку испугался за него. — Ты скоро умрёшь?.. — Да… Я за три месяца стал таким и через столько же уйду в мир иной, так и не узнав что там за этими стенами! Понимаешь? Сильвер был шокирован, узнав о такой грустной правде его собеседника. Он поник в мысли о том, какого это знать, что тебе осталось жить так мало. А опечаленный Bio54 смотрел на него с надеждой. — Но… разве людям не жалко, чтоб погибло их собственное творение, на которое ушло, наверно, не мало усилий? — спросил Сильвер. — Ради науки им ничего не жалко. Но для меня моя жизнь не будет бессмысленной, если я хотя бы раз увижу живую природу. — Выйти отсюда… — Да! — котоволк схватил Сильвера за плечи. Ёж попытался отдалить его от себя, но тот крепко ухватился за него. — Ты последняя надежда! И не только моя, но и всех, кто здесь страдает! — Я не могу! — вскрикнув, ёж наконец высвободился от рук мобианца. Отвернувшись от него, Сильвер опустил голову и закрыл глаза, не желая видеть всё, что его окружает. На белого ежа уставились все находящиеся здесь мобианцы… Кто-то был в недоумении от происходящего, другие смотрели без эмоций — смирившиеся. А некоторые не могли оторвать взгляда от Сильвера и скрыть своей надежды и заинтересованности в том, что будет дальше. Сильвер чувствовал на себе все эти взгляды. — Можешь! — наконец Bio54 прервал напряжённую тишину. — Нет, — Сильвер сжал в кулак клочок искусственной травы. — Ты сможешь! — упрямо повторил котоволк и белый ёж больше не мог продолжать спорить. Вдруг дверь «Зверинца» открылась и в вольер вошли двое людей в защитных костюмах, а среди них была девушка-учёный. Они шли к Bio54, но тот не оборачивался и продолжал смотреть на Сильвера. А белый ёж, повернувшись к ним, столкнулся взглядом с девушкой, которая с сожалением смотрела на него. Сильвер застыл, он уже давно не видел этого в людях. Один человек в костюме, направив оружие на Bio54, приказал ему встать, но тот специально не обращал на него внимания. Тогда девушка наклонилась к котоволку и, положив руку ему на плечо, тихо сказала: — Идём. Вздохнув, котоволк поднялся, и в сопровождении людей направился к выходу и один раз обернулся. Сильвер со стеклянным взглядом провожал нового знакомого: — Я буду звать его Био. Снова тьма. Кромешная тьма, внушающая холодное чувство одиночества. Но вот появился маленький огонёк и руки, над которыми он парит. Возник знакомый силуэт с блестящими глазами. В этот момент страх исчез и на душе стало тепло. Пусть темно, пусть её почти что не видно, но она рядом. Не хочется верить, что её уже нет в живых… Но вдруг огонёк в её руках погас, а снизу поднялся огонь, охвативший её и тьму. Раздался отчаянный крик. — Нет! Сильвер вскочил, тяжело дыша от шока. Темно, но на этот раз вокруг железные стены. Осмотревшись, ёж убедился, что это был сон. За стеной раздались шаги, а женский голос умоляюще просил о покое. Шаги всё отдалялись, пока не раздался хлопот дверью. — Снова пытки, — огорчённо сказал Сильвер, согнув ноги в колени. Ночевали мобианцы в своих камерах, блокирующих контакты с окружающей средой, а кроватями служили выдвижные железные плиты и мало, кому посчастливилось получить маленькую подушку или кусок ткани. Постоянное нахождение в этих четырёх стенах сводило с ума. А главным ночным страхом мобианца было то, что посреди ночи его могли разбудить и повести на опыты. Поэтому для соседей уже не было удивительно слышать за стеной шаги и крики, но, всё равно, ощущения от этого были неприятными. Из-за услышанного и неприятного сна Сильвер больше не хотел спать. Он полчаса просидел, вспоминая сон, от истощения у него болела голова, в глазах мелькали чёрные пятна. Усталость взяла своё.