ink, paper, gun

Питер просыпается от резкого звука разбившегося стекла. Сонно протерев глаза, он встаёт с кровати. И только тут понимает — что-то не так. Это не его кровать. Даже не его дом. У маленькой квартирки в Квинсе не было панорамного окна с видом на море. Смутно Питер помнит, что уснул в машине мистера Старка. Чуть позже были кошмары. Теплые руки поперёк груди. Глухой шепот. Запах виски. Безграничное доверие, перемежающееся с порциями такой же необъятной боли. О, господи. Тут-то к нему приходит понимание, кто это был. Питер совершенно точно не знает, как на это реагировать. Но ему приятно, что мистер Старк пытался успокоить его. Поэтому он не выходит из комнаты ещё час, пока внутренний сумбур не побеждает мальчишеская гордость. Он же не трус, а Тони Старк, в конце концов, такой же человек, как и он. Должен понять. Не к месту вспоминается, как он держал его на руках. Питер краснеет, смущается ещё больше, но все же решается выйти из своего убежища. И, конечно же, нос к носу сталкивается с хозяином дома. — О, спящая красавица все же решила выйти из комы без персонального поцелуя? — Старк привычно ухмыляется, видя ещё больше покрасневшего подростка. — Д-да… То есть, нет! — Питер не знал, что говорить, — То есть… Боже. Подросток со страдальческим вздохом закрывает глаза рукой, слыша раскатистый смех мужчины. Несмотря на ситуацию, его все равно пробирает до костей. Его кумир стоит рядом. И смеётся. Ладно, он смеётся над ним, но Питер уже привык. Правда, ещё не привык, что этот самый кумир — его дядя. И вряд ли когда-нибудь привыкнет. — Ладно, Питер, — на его плечо ложится в дружеском жесте рука. Питер отрывает ладонь от лица и смотрит на улыбающегося Старка. — Думаю, сначала мы позавтракаем, а потом я проведу небольшую экскурсию по дому, идёт? — Да, хорошо, мистер Старк, — Питер просто физически не может не улыбнуться в ответ. Он даже забыл, когда нормально ел в последний раз, поэтому напоминание о еде тянуще отзывается где-то в животе. Все так же держа руку на плече подростка, Старк ведет его на кухню, попутно успев показать свою комнату, что находилась прямо напротив, и гостиную с белым роялем. Питер в уме ставит себе заметку спросить у мистера Старка, умеет ли тот играть. Он бы не отказался послушать, потому что одно это вводит его в чуть ли не экстаз. Кухня оказывается вовсе не просто кухней, а целой столовой с кучей техники и стеклянной барной стойкой, заставленной несколькими бутылками явно очень дорогого алкоголя. На одном из трех столов Питер замечает несколько коробок с пиццей. Вопросительно посмотрев на Старка, он все же добивается объяснения: — Я никогда не умел готовить, — Старк с извиняющейся улыбкой поднимает руки ладонями вверх, — так что я советую заказывать пиццу или что-то подобное, если ты такой же профан в готовке, как я. Питеру вспоминается ужасный финиковый пирог тети Мэй, вечно подгорелая индейка и недожаренные тосты. Он улыбается, впервые без грусти, и понимает, что это довольно забавное совпадение. — Тётя тоже не умела, — Питер ловко вытягивает из коробки кусок пиццы. — Обычно мы ходили в тайский ресторанчик поблизости. Тони понимающе хмыкает и присоединяется к поглощению Пепперони, сев напротив подростка. Он смотрит на голодно поедающего пиццу Питера и впервые замечает, что глаза у него абсолютно такого же цвета, как и у самого мужчины. Это вводит его в ступор похуже «инстинктов», и Тони решает, что принять Питера как собственного сына будет слишком просто. Он, что уж тут говорить, ни разу даже в мыслях не мог представить себя отцом. Это совершенно не укладывалось в голове. Тони пытался не вспоминать прошлую ночь, чтобы хоть как-то держать свои эмоции под контролем. И пока это неплохо получалось. — Слушай, карапуз, — вспомнив что-то, Тони быстро доедает кусок и продолжает. — А тебе в школу случайно не надо? Питер чуть не давится от полной неожиданности вопроса. — Вообще-то, у меня каникулы. — Да? — Тони действительно рад, хоть и пытается не показывать этого. — И как долго ещё они у тебя будут? Питер быстро подсчитывает в голове дни. В последнее время он как-то совершенно потерялся во всех этих датах. — Неделю ещё. — Питер встаёт, чтобы налить себе сока, и тут же замирает. — Мистер Старк? — М-м-м? — Тони все еще увлеченно поглощал пиццу. — А у Вас найдётся попить что-нибудь, кроме алкоголя? — Конечно. — Тони непринужденно пожимает плечами. — Кофе, на верхней полке. Турка на плите. Питер тут же достаёт требуемое. — Вам сварить? Тони останавливается, так и не дотянувшись до пиццы. Мысль, что кто-то на его кухне будет варить ему кофе, теплом разливается внутри, и мужчина лишь каким-то чудом удерживается от глупой счастливой улыбки. — Давай, — Тони встаёт рядом с Питером и подает сверху ещё одну баночку, — только я люблю с корицей. Питер смущенно улыбается. — Я тоже. Тони улыбается в ответ. Оба вспоминают, что впереди их ждёт целая неделя вместе. Даже целая жизнь. И им этого хватает, чтобы быть наконец-то немного счастливыми.