Perpetuo Servaturum

POV HS

— Мм… Чимини… Я медленно открываю глаза, желая сейчас увидеть глаза бесстыжего Чимини. Мы ведь договорились выспаться сегодня, так какого черта? Зачем меня будить, еще и таким зверским способом? Он ведь знает, что я никогда не откажусь от его сладких поцелуев. Но разлепив веки, я вижу рыжее лохматое существо по имени Чаппи. Блять. — Вообще-то обидно, что ты меня от песика отличить не можешь…- малыш притягивает пса к себе и целует его в макушку. Пса, черт его подери. Но не меня. — Обидно, что это не ты меня целуешь, а какое-то животное, — я пытаюсь строить обиженное детское личико, но, честно сказать, это меня уже изрядно бесит. Я понимаю, что Чимину жалко их и все такое, но МЫ УЖЕ НА ПОЛУ СПИМ. ЭТО НОРМАЛЬНО?!

ЭТО НИХЕРА НЕ НОРМАЛЬНО!

Я желаю выспаться хоть раз! Один раз проснуться не от того, что тебе на лицо лег кот или он же пускает когти в бубенцы, а от того, что ты выспался! — Тю… Хосоки ~ Но когда я слышу, как Чимини протягивает мое имя, меня… Охватывает забвение Хочется затискать его в объятьях, поцеловал в нос, дать конфетку и погладить по голова, как пятилетнего ребенка, и прости все-все-все пакости. — Пак Чимин… — Да, Хосоки? ~ — Это незаконно. — Но… Это же твоё имя… Как же быть, — маленький ангел, бывает чертиком. Но когда Пак Чимин, соединяет эти две свои сущности, он становится не победимым. Его пальцы уже ловко проскользнули по моему животу вниз. Маленькие и мягкие пальчики заставляют меня сдавленно простонать. Через десять минут комнату распирает жара. С виду безвинный и наивный мальчик, а на самом деле крупный извращенец, который предпочитает коленно-локтевую. Крики, стоны, всхлипы, шлепки, скрипящий матрац. Милое личико Чимина, когда он на грани и пытается сдержаться. Из последних сил вцепляется в край зубами, выгибается в спине сильнее. Но и я не так прост, как кажется. Не могу же я не поиздеваться над ним не давая кончить. Он уже верещит от желания, а я все ещё не позволяю. Вот, на его теле появляются мурашки, грудь напряжена, дыхание участилось. Он содрогается в оргазме и я позволяю ему излиться. Нежно целую его в губы. Он прижимается всем телом, все ещё дрожит. — Я… люблю… тебя… — еле-еле он выдавливает из себя. Улыбается, такой красивый. — И я тебя, — крепко обнимаю и утыкаюсь носом в шею.

POV HS

***

В облике Сеула переплетаются древность и современность, небоскребы и пагоды. Шедеврами древней национальной архитектуры являются Великие Южные ворота и Великие Восточные ворота, некогда служившие для входа в город. Сейчас недалёко от Южных ворот небольшой жилой район. В одной из маленьких квартир парочка разбирала продукты, только придя с магазина. На самом деле Чонгук и Юнги стали не разлей вода. Их разлучают только занятия, но на перерывах они обязательно вместе. Они вместе уже пару месяцев, но близости у них так и не случилось. Молодая и горячая кровь Чонгука требовала страсти и похоти, но холоднокровный Юнги всегда вовремя останавливал прилюдии Чонгука. Да, малец уже обращался за помощью к старшим, но друзья ничем не смогли помочь, хоть и пытались. Ксатати, «не разлей вода» буквально. Ведь даже в душе парочка вместе, правда, просто моется. Юнги спокойно доставал продукты и расставлял по местам. Чонгук смотрел на него и допивал свой коктейль, что выпросил у Юнги. — Я хочу завтра пригласить родителей. Поужинаем? — Хорошо, я сам хотел их позвать. — Это фраза остановила Чонгука. Он изумлённо смотрел на парня. — Зачем?! — Просто. Мы давно встречаемся, и можно уже познакомиться. Твоя мама звонит тебе больше трёх раз за день, после того, как ты переехал ко мне. — Вот как… Но она и раньше часто звонила. — Да, в первые два дня она позвонила тебе около сорока четырёх раз. — Юнги достал из пакета вещь, которую он не брал, в этом он был уверен. — Что это? -… презервативы… — Чонгук смотрел на парня так, будто вот-вот обделается. — Тридцать штук. У нас намечается секс-вечеринка? Крупная оргия? — Нет. У нас ведь даже обычного перепихона не намечается. Не знаю, что меня толкнула купить их. — Чонгук был явно расстроен, поэтому отвернулся и молча убирал продукты. — Чонгук. У нас все будет, я же просил потерпеть. — Сколько ещё терпеть? Два месяца, три недели и четыре дня. Я терплю уже два месяца, три недели и четыре дня. — Каждый раз, когда я собираюсь это сделать, ты портишь все своими попытками переспать со мной. — прикрикнул Мин. Впервые у них ссора. По методике Намджуну, чтобы помирится, они должны переспать. Но… — На прошлой неделе я устраиваю тебе романтический ужин, а ты, вместо того, чтобы порадоваться, подмешиваешь мне виагру в шампанское, а сам напиваешься и засыпаешь! Я всю ночь мучайся со стояком, зато ты выспался. -… прости…мне Чимин посоветовал… сказал, что у столетних такое бывает… — «Такое» — это какое? — Ну, когда не работает достоинство. — То есть, по-твоему у меня импотенция? При том, что когда мы в душе или засыпаем в обнимку, у меня железный стояк? И ведь ты начинаешь бурчать, что что-то в бок упирается. — Прости… Я идиот, — Чонгук надул губы. — Я больше не буду. — Хочется верить. — Юнги тяжело вздохнул и закинул презервативы в шкаф.

***

А вот у другой пары с «постельными» делами все было ой, как хорошо. Точнее «постельные» дела давно стали не только постельными. Сейчас Джину и Джуну было не до развлечений. Пару месяцев назад, Джин неожиданно осознал, что хочет семью и детей. Намджун решил, что согласен с возлюбленным и повел в загс. Никому не рассказав и никого не позвав Джин и Джун расписались. Через неделю они отправились в специальную клинику. Там выбрали сурогатную мать своему будущему ребёнку и провели необходимые процедуры. «Отца» парни долго не могли выбрать, но врач предложил экспериментальную программу, в которой скрещеваются два отца. Парни охотно согласились и вот, по прошествии времени, они ждут в том же кабинете доктора, что несёт им новости в тонкой папке. — А вдруг не получилось? — шёпотом волновался Сокджин, прижитая к руке мужа. — Не каркай. Давай дождёмся результатов. — На удивление Намджун выглядел спокойным, как удав, но внутри все дрожало. — Здравствуйте, — зашел доктор и сел на своё кресло. — Не буду томить… Я вас поздравляю, все удалось. — оба облегченно выдохнули и крепко обняли друг друга. — Я же говорил. Все будет хорошо. — В принципе у меня все, суррогатная мама у нас в пансионате, под наблюдением врачей, даже занозу ей вытащит специалист мирового класса. — Спасибо вам. — улыбался Джин. — А… когда будет известно кто у нас? — далее завязался разговор медицины, и пусть парни поспорили, кто родится, они точно будут счастливы даже проиграть. Ведь у них будет настоящая семья. Распрощавшись и наконец отпустив доктора парни отправились домой и провели остаток дня в страстно-романтической обстановке. Не успевали есть сливки с клубникой, как уже стонали в губы друг друга.

***

Наконец-то началась счастливая жизнь. Никто не скрывал свои чувства друг от друга, не пытался убежать от самого себя, и не заставлял страдать из-за этого окружающих его людей. Наконец, больше никто не боялся говорить о том, что он желает, не заставляет себя довольствоваться минимумом. Только один человек, единственный, у кого, казалось бы, никого не было, лежал на полу, в осколках стекла, бордовой луже, и его пустой взгляд устремлялся в потолок. Единственное, что могло разбавить эту ужасающую картину, был не менее ужасающий, испуганный крик. — ТЭХЁН!