Выкуси, дрянь!

      Неделя не была насыщена чем-либо особо запоминающимся. Будни неторопливо сменяли друг друга. Арису нисколько не расстраивал тот факт, что летние деньки вылетают в трубу. В отличие от других сотрудников компании, она не сокрушалась на этот счёт. Бывало, на неё, молодую сотрудницу без личной жизни и потребности в отдыхе с друзьями, сваливали дополнительную работу. Нишигая принимала это как должное, даже не думая протестовать.       Вот и долгожданная суббота. С самого утра настроение девушки по никому не известной причине было неоправданно хорошим. Она надела платье, хотя уже довольно давно к ним не притрагивалась, задвинув в самый дальний угол шкафа. Белое платье-флакон в мелкий цветочек задало тон всему образу. Брюнетка подобрала волосы, соорудив праздничное подобие пучка и сбрызнув затылок туалетной водой. На этот раз она даже накрасилась чуть сильнее, чем обычно, подведя глаза и воспользовавшись помадой естественного оттенка. Но даже такой непривычный для неё видок не скрыл прочно закрепившееся амплуа бизнес-леди. Извечная деловитость вкупе с серьёзностью, несомненно, была Арисе к лицу, хоть и казалась в некоторых ситуациях неуместной.       Девушки условились встретиться в небольшом итальянском ресторанчике недалеко от центра, где всегда были свободные места. Идея принадлежала Русалочке, лелеявшей надежду всё-таки рассчитаться с Нишигаей и перестать чувствовать себя должницей.       По небу беззаботно плыли редкие облака, похожие на скомканную чьими-то заботливыми руками вату. Солнце сжалилось над горожанами и, уже не стараясь выжечь глаза всему живому, наполняло улицы мягким светом. На душе у Арисы было как никогда легко, в наушниках играли любимые энергичные треки. Губы сами собой расползались в улыбке.       Настроение не омрачили ни давка в транспорте, ни разборки импульсивных пассажиров, ни неугомонные маленькие засранцы, дерущие глотку в попытках перекричать друг друга, пока их мамаша делала вид, что это не её дети. Девушка и бровью не повела, прибавила громкость и только.       Замеченная у стеклянных дверей Русалочка, вовремя прибывшая на место встречи, стала ещё одним открытием дня. Завидев брюнетку, она поспешно сунула телефон в чехле с котами (хм, где-то мы это уже видели) в рюкзак, закинув тот за плечо. — День добрый, — подойдя ближе, подчёркнуто официально поздоровалась бизнес-леди. — Приветики, я тебя сначала и не узнала, — хмыкнула голубоволосая, смотря на неё поверх солнцезащитных очков, — Богатой будешь.       Ариса прошла вперёд, галантно придерживая дверь. — Прошу Вас, — не без стёба пригласила она. — Странная ты сегодня, — покосилась на неё спутница, — Сама же говорила, что одежда ничего не решает, уникальность заложена здесь, — палец дотронулся до виска, повторяя жест брюнетки, — И всё такое. Противоречишь сама себе, — Русалочка пустила в ход уже известные нам приёмы.       Нишигая была заведомо очень довольна собой и не слушала, что там бормочет её собеседница. Они заняли столик у окна с видом на оживлённую улицу. Нимфа взяла и Цезарь, и пасту с морепродуктами, и йогуртовый черничный торт, а заодно и мохито; Ариса же ограничилась яблочным соком. — Чего выпендриваешься? Закажи что-нибудь нормальное, — встряла голубоволосая, когда официант принимал заказ.       Брюнетка рассчитывала на то, что большую часть времени говорить будет она, а мелюзга, как про себя она называла Русалочку — слушать. Но "мелюзга" ни с того, ни с сего вмешалась в идеальный план Арисы уже на начальной его стадии. К соку прибавилось шоколадное фондю, и та вроде успокоилась. — Прежде всего я хотела бы извиниться. Не нужно было тогда на тебя так кричать, — просачивающаяся снисходительность с первых секунд разговора начала напрягать Русалочку, что явно читалось на безэмоциональном лице слушающей. — Я давно простила тебя. Все мы люди, — сказала она, пожимая плечами.       В воздухе повисла неловкая пауза. От готового сценария Нишигаи они уже успели отойти. По нему знакомая должна было несказанно обрадоваться, ну или, на худой конец, вздохнуть с облегчением. Но не все, далеко не все так же просты, как Ариса. — Ты же не за этим меня позвала, верно? — сама того не подозревая, Русалочка сыграла роль суфлёра. — Конечно, не за этим, — оживилась было брюнетка и снова замялась. Что случилось с Арисой, которая за словом в карман не лезет? Неужели одежда и впрямь делает человека? Нишигаю она сделала нерешительной и растерянной мямлей, изменив девушку до неузнаваемости.       На этот раз ситуацию сгладил официант, подоспевший с соком и мохито. Прохладный стакан в руке, казалось, прибавил Арисе уверенности. Вернее сказать, и без того уверенной в себе Арисе, но сегодня отчего-то ужасно тормозящей. Пока спутница потягивала коктейль через соломинку, брюнетка собралась с мыслями. — У всего должен быть свой предел. Существуют вещи, шутить о которых нельзя ни при каких обстоятельствах, это ты обязана знать, — бодренько начала она, пока та, "для чьего же блага это и было", не перебила её: — Только давай без занудства и твоих любимых поучений, — картинно вздохнула голубоволосая. — Лучше помолчи и послушай. Нетактично перебивать взрослого человека, — спокойным и твёрдым тоном продолжала Нишигая. — Взрослого? Не намного ты меня и старше, — Русалочка расслабленно расположилась в кресле, попивая мохито, — Это ты меня послушай.       "Ну и чем ты меня на этот раз удивишь?" — говорило выражение лица брюнетки.       Салат подоспел как раз к началу монолога, но оратора это не остановило. Промочив горло парой глотков, она начала: — Прекрати обманывать саму себя. Ты здесь единственная, кому нужна помощь, — Ариса вопросительно смотрела на говорящую, — Не сочти за грубость. Но я не слепая и всё прекрасно вижу. Когда мы были у тебя, ясное дело, встревать с советами я не стала, но уже тогда почувствовала неладное. Взять хотя бы общее ощущение от квартиры. На днях мы с ребятами лазили на заброшку. Даже то место, по сравнению с твоим домом, показалось мне более обжитым.       "Бомжами", — про себя добавила Нишигая, мысленно усмехнувшись своей остроумной шутке.       Тем временем Русалочка продолжала: — Проанализировав жилплощадь кого-либо, общую обстановку, скажем так, можно узнать кое-что и о нём самом. В твоём случае это квартира человека, полностью поглощённого рутиной и давно забывшего, зачем он живёт. Наверняка ты скажешь, что глупо делать поспешные выводы, толком ничего о тебе не зная. Однако здесь и копать глубоко не надо: всё и так лежит на поверхности. Да и ты сама особо не скрываешь правды. Скажи честно, когда ты в последний раз чему-нибудь искренне радовалась? C каких пор ты плывёшь по течению? Когда перестала задумываться о том, что всё ещё можно изменить? Твоя наигранная язвительность и притворное безразличие только выдают тебя. Таких, как ты, можно прочесть, как книгу, — брюнетка слушала девушку, не веря своим ушам, Ариса не знала, куда деть руки и теребила пальцами край подола, — Я никак не могу понять: почему ты так настойчиво пытаешься меня оттолкнуть? Более чем уверена, наша встреча не случайность. Тут принцип тот же, что и у эффекта бабочки: незначительное на первый взгляд событие порождает череду других, возможно даже переворачивая всё с ног на голову. Дело в том... — Русалочка облизнула пересохшие губы, — что я могу дать то, что тебе нужно. Мне так кажется. Ты не задумывалась о том, что моё появление в твоей жизни — своеобразный толчок? Выбирайся из этого болота и не пускай всё на самотёк! Смотреть тошно. Молодая девушка живёт как пятидесятилетняя старуха. Самой-то не смешно? — больше всего Нишигаю удивило то, насколько серьёзной была собеседница, говоря без тени насмешки и уж тем более сарказма.       Этот факт насторожил Арису, ей даже стало в какой-то степени неловко: — Ешь салат, сухарики сейчас размокнут... — Ариса, твою мать! У тебя жизнь катится в тартарары, а ты за сухарики переживаешь! — не выдержала Русалочка.       "Ещё одна Анна нашлась, тоже мне", — проговорила брюнетка про себя. — Почему тебя это так заботит? — спросила она как бы невзначай. — Сложно остаться равнодушной. Нельзя же просто взять и пройти мимо, — всё с той же серьёзностью отвечала спутница.       Как и в случае с коллегой, Ариса не могла понять, с чего вдруг совершенно чужому человеку так о ней беспокоиться. Она лишь пожала плечами и отпила из своего стакана, глядя поверх стола ни на чём не останавливающимся взглядом.       Ну и кто теперь ребёнок, а кто взрослый? Они поменялись ролями. Девушка чувствовала себя пятиклассницей, которую учительница отчитывает за не сделанную к сроку домашнюю работу. Высказавшись, Русалочка переключилась на Цезарь. Какое-то время они обе молчали. — Может, всё-таки закажешь что-нибудь? — вкрадчиво поинтересовалась голубоволосая, когда ей подали пасту, — Я же у тебя в долгу, забыла?       Брюнетка отрицательно покачала головой. Она не стала ничего заказывать не потому, что не была голодна, ей кусок в горло не лез. После слов знакомой тем более. Ариса пробовала пересмотреть своё отношение к надоедливой и беспардонной нимфе, к своему ужасу, начиная открывать её с совершенно иной стороны.       Раздумья девушки прервала сама же Русалочка: — Свой выбор ты уже сделала, и я не собираюсь тебе навязываться. Это твоё решение, я его принимаю, — она вовсе не была похожа на ту Русалочку, которой её привыкла видеть Нишигая. Той даже показалось, что взгляд некогда безумных глаз стал глубже и осмысленнее; всё её существо излучало некую теплоту, и об неё хотелось погреть ладошки. Ариса улыбнулась своим мыслям. — Это наша последняя встреча. Я и решилась высказать всё, что думаю, раз мы больше никогда не увидимся, — проронила собеседница, наматывая пасту на вилку.       Бывает, что со стороны на самом деле виднее. Но тот ли это случай? Брюнетка всё с тем же отсутствующим взглядом сидела перед пустым стаканом. Если голубоволосая нимфа права, и что-то менять действительно необходимо, возникает закономерный вопрос: с чего начать?       Русалочка будто прочитала её мысли: — Не знаешь, с чего начать? Для начала в твоей жизни должен появиться тот, кто тебе небезразличен. Тот, кто будет ждать тебя после работы, — посоветовала она, оторвавшись от еды, — Большие перемены начинаются с малого.       "Речь об отношениях? Хватит с меня этого. Сыта по горло", — подумала Ариса, не дослушав до конца. — Заведи кота. — Ты сейчас серьёзно? — сдерживая смешок, Нишигая прикрыла рот ладонью, мысленно добавив: "А там и остальные тридцать девять подтянутся". — Кошки хорошо снимают стресс, между прочим. А стрессоустойчивостью ты не отличаешься. Да и дома не будет так пусто, как сейчас, — аргументировала сказанное "советчица от бога".       Ариса уже представила свою квартиру с покоцанной мебелью, основательно подранными обоями, опрокинутыми кактусами и следами от испачканных землёй кошачьих лап. Красота, ничего не скажешь.       Из фантазий её вырвал официант с громоздкой белой фондюшницей и десертом Русалочки на подносе. Пустующие стаканы и тарелки забрали.       После клубники в тёмном шоколаде идея собеседницы показалась Нишегае не такой уж плохой. Она и сама подумывала о питомце. Но о какой-нибудь менее крупной живности, не покидающей пределов клетки. Больше всего Арисе нравились шиншиллы с глазами-бусинками и серебристой шёрсткой. Однако кот — вполне себе годная альтернатива. Особенно кот с головой на плечах, который не вздумает пакостить и безобразничать в её отсутствие.       Русалочка в это время уплетала черничный торт за обе щеки. "C виду такая худенькая, и как в неё столько влезает?" — удивлялась брюнетка, окуная в расплавленный шоколад маршмеллоу. Можно подумать, сама она следит за фигурой. — И всё-таки ты чего-то недоговариваешь, — подала голос Нишигая, стараясь поймать взгляд девушки, — Русалочка, почему ты даёшь советы тому, с кем видишься в последний раз? Совершенно не понимаю, что тобой движет, — их глаза наконец встретились. — Просто я вижу, что ты хороший человек, — честно ответила та, — И есть в тебе нечто такое, что заинтриговывает с первых минут общения. Сложно сказать, что именно, — добавила она.       Печенье соскользнуло с зубочистки и наполовину потонуло в шоколаде. Вот ведь внезапное признание. Нынешняя Русалочка так разительно отличалась от той, которую хорошо запомнила и недолюбливала брюнетка. Что же всё-таки произошло? Не очередной ли это коварный ход? Почему с ней вдруг стало настолько легко? Это оставалось для Арисы самой большой загадкой. — Ты так аппетитно ешь, можно мне попробовать? — как выяснилось, трезвая Русалочка могла удивлять похлеще пьяной в ничто Нишигаи. — Эм, — только и смогла сказать Ариса. В её глазах спутница снова начала превращаться в дурную авантюристку. — Покорми меня, — на этом моменте брюнетка просто выпала, — Не бойся, руку не откушу, — и опять губы растягиваются в той самой улыбке, не сулящей ничего хорошего. — На нас же люди смотрят, — шёпотом произнесла Нишигая. — И пусть. Они и не такое видели, поверь, — откинулась в кресле голубоволосая, — Или застремалась?       Не понимая толком, что вообще происходит, Ариса насадила маршмеллоу на зубочистку, обмакнув в шоколад, и с каменным лицом протянула его Русалочке. Та в один укус расправилась с угощением. — Да, весьма неплохо, — вынесла она свой вердикт, — А ещё мне нравится тебя провоцировать. Твоя реакция каждый раз уникальна, — переведя взгляд на собеседницу, нимфа усмехнулась, — Ну что, пойдём? Пора по домам, — брюнетка кивнула в ответ, и Русалочка попросила счёт.       Деньги со счётом были оставлены на столе, двое вышли на улицу. — Погодка блеск, — как ни в чём не бывало заметила спутница Арисы, когда обе очутились по ту сторону стеклянных дверей.       По дороге до метро они не перекинулись и парой слов. Уже на станции Русалочка повернулась к Нишигае, которая должна была ехать в противоположном направлении: — Спасибо тебе за встречу и удачи! Пока! — она подмигнула брюнетке и направилась к середине платформы.       От некогда хорошего расположения духа не осталось и следа, всю радость вдруг как ветром сдуло. Подъезжающий к платформе поезд ярко осветил тоннель. Вот и всё. Последняя встреча подошла к концу. Ведь этого ты хотела, Ариса? Под порывом ветра, которым обдало Русалочку, развевались её бирюзовые кудри.       Если ничего не сделать, всё так и оборвётся. В голове брюнетки звучали слова: "...я могу дать то, что тебе нужно". Что-то глубоко внутри подсказывало: она не готова к столь прозаичному завершению истории. Двери открылись, и пассажиры начали выходить один за другим, потеснив стоящих на платформе, в свою очередь разделившихся на две колонны. — Подожди! — Нишигая окликнула девушку, догоняя её, — Не возражаешь, если я тебя провожу? — Как хочешь. Я не против, — тепло улыбнулась Русалочка.       Вместе они вошли в вагон.       Тем временем, Анна, попивая чаёк с кренделями, просматривала страницы коллег в соцсети, чтобы быть в курсе всех последних событий. Открыв профиль Арисы, она покачала головой: — Нет, ну я, конечно, подозревала, что у неё проблемы с алкоголем, но зачем же выставлять это на всеобщее обозрение?       Статус брюнетки гласил: "Раздражение и боль побеждает алкоголь (с.)".