Ночное забвение

       Я вышла на улицу, и в миг меня окутала густая и непроглядная тьма. Я почувствовала, как по телу слегка прошёлся ночной холодок не то от температуры на улице, не то от лёгкого страха, какой испытываешь, оказавшись где-нибудь в незнакомом месте совершенно один. Хотя я и стояла сейчас посреди своего собственного участка, который я знала вдоль и поперек, ночью все это выглядело иначе. Все цветы, деревья, аккуратно постриженные кусты при наступлении полной темноты принимали абсолютно другое обличие, словно они были волшебными и ночью их ожидала совсем иная жизнь. Теперь они возвышались посреди залитого тьмой участка в форме всевозможных животных, птиц и предметов, какие мы наблюдаем изо дня в день. Но, несмотря на все эти сказочные фигурки, выросшие вдруг из земли за одну только ночь, на душе было очень-очень одиноко и даже отчасти тоскливо. Казалось, чего-то явно не хватало для ощущения умиротворения в ночную пору. Внимательно прислушавшись, я поняла: на улице стояло тревожное молчание. Ни сверчков, ни ночных птичек, ни даже проворных лягушек, которые особенно любят попадать именно в темное время суток людям под ноги, не было слышно. Все затихло, угасло. Даже спокойный ночной ветерок не решался нарушить тишины, царящей над сонным посёлком. Тут я тихо спустилась с крыльца, стараясь не издавать громких звуков. В этот момент мне показалось, что единственный только шорох сейчас может разбудить все дома, свет в которых давно уже погас. Я прошлась вперёд и внезапно услышала звук шипящих карамелек, колко лопающихся на языке. На секунду я удивилась и посмотрела вниз, но ничего необычного не увидела: я стояла на самой заурядной дорожке, усыпанной маленькими острыми камешками. "Странно, – подумалось мне, – никогда ранее я не слышала этот звук более отчетливей, чем сейчас." Я улыбнулась. "Опять! Это происходит опять. – Про себя восклицала я. – Опять этот мир заставляет меня удивляться, показывая что-то новое, чего раньше я никогда не видела и не знала." Полностью освободившись от всех плохих мыслей, тяготивших мне душу, я посмотрела в небо. И оно было удивительно: по черному, как смоль, небесному океану медленно плавали тяжелые судна серого цвета. Некоторых из них украдкой освещал круглый желтый и ослепительно-яркий маяк, светящий с юга. И их было так много, но все они держались друг от друга на приличном расстоянии, стараясь не зацепиться. А ближе к горизонту сливались в один громадный старинный корабль розоватого цвета, который уже причалил к пристани, бросив тяжеленный якорь. Я вновь оглядела все небо. Вот, из-под проплывающего мимо маленького кораблика вдруг что-то сверкнуло. И тут, и там. То и дело в разных местах показывались блестящие белые огоньки. Порой они слегка дребезжали и расплывались, будто бы под странствующими кораблями и вправду колыхалась вода. Это были ракушки – сокровище морского омута. Они околдовывали своим слепящим глаза блеском. Так и хотелось сейчас сесть на какой-нибудь из этих кораблей и нырнуть в пучину океана, лишь бы достать их поскорее с морского дна. На момент я прикрыла глаза, вдыхая приятный аромат ночной свежести. Наполнив свою грудь душистым запахом недавно выпавшей росы, я резко выдохнула и сердце моё будто ожило. Я вдруг почувствовала, как оно забилось сильнее. "Как можно всего этого не замечать? – Пронесся у меня в голове немой вопрос. – Мы так забегались в этой стремительной жизненной суете, которая со скоростью света пролетает мимо нас, час от часу заставляя страдать от головной боли, стресса и обыденной скуки. А постоянная усталость отбирает всякое желание наслаждаться новым днём. Ну и разве мы люди после этого? Разве можно жить вот так, слепыми? Не видеть всей этой природной красоты, которая исчезает с первым лучиком света или с приходом сумерек? Нет, так жить невозможно. Это сплошное страдание, а не жизнь, когда вечные проблемы современности и ужасы жизни прожгли все глаза, оглушили и навсегда зашили рот тугой ниткой. Надо обязательно очищать себе разум, выделяя время для того, чтобы вновь почувствовать себя живым. Чтобы только на мгновение слиться с природой и взглянуть на окружающий нас мир совершенно под другим углом. Чтобы начать улыбаться, просыпаясь каждое утро яркому солнцу за окном. Чтобы вновь чувствовать, вновь мечтать, вновь ощутить лёгкость во всем теле, будто бы ты только что в первый раз влюбился. Чтобы быть человеком, а не самой обычной рабочей машиной, каких в городах миллионы." Все эти мысли вихрем пронеслись в голове и я почувствовала, как грудь моя теперь трепетала, а дыхание захватывало. Возникло такое ощущение, что все эти слова я только что с порывом страсти прокричала всему миру, словно молодой и пылкий оратор. Я вновь улыбнулась и, ещё немного постояв наедине с тишиной, повернулась обратно к дому. Вскоре из открытых окон послышался звонкий смех, и все опять стало хорошо.