desire.

На экране телефона, что лежал под лобовым стеклом, высветилось имя "Хосок". - Слушаю, - нажимая на кнопку на руле машины, альфа принимает входящий вызов. - Чонгук, ты можешь сейчас говорить? - говорит на громкой связи незнакомый для Пака голос. - Не совсем. Что-то срочное? – спрашивает у Хосока Чонгук. - Не то, чтобы срочно, просто… В общем, я зайду, как только ты приедешь домой. – отвечает Хосок. - Ладно, только я буду не один. Не пугайся, если услышишь крики, когда придёшь, – говорит Чон на полном серьёзе и сбрасывает вызов. Чимина, если честно, смутил весь этот телефонный разговор, но виду он не подал. Пак считал Чонгука очень странным. Да, на вид он очень даже, но характер… Скрытный и непредсказуемый. Альфа тоже думал сейчас об омеге. Пак казался ему каким-то необщительным, поэтому Чонгук даже не знал, как завязать с ним беседу. Они ехали в тишине ещё минут десять. - Можешь остановить возле магазина? Мне нужно купить воду, - спрашивает Пак. - У меня есть вода. Посмотри на заднем сидении, там должна быть, – ответил альфа. Омега посмотрел на заднее сидение и сразу взглядом наткнулся на бутылку. - Отлично, – тихо и облегченно выдохнул Пак. Чимин достает из кармана таблетки и, выпив обезболивающие, облокачивается на спинку сидения, прикрывая глаза. - Что-то болит? – обеспокоенно спрашивает Чон, мельком глянув на расслабившегося омегу. - Скоро пройдёт, – коротко отвечает Пак. - Ты бледный. Может, в больницу? - Нет, я уже сыт по горло этими больницами. – отвечает омега, не открывая глаз. Альфа промолчал и лишь прибавил скорости. До дома Чонов оставалось каких-то двадцать минут, поэтому дома они оказались довольно быстро. Пока Чонгук открывает входную дверь своим ключом, на его телефон приходит смс. Новое сообщение Отец 15:30 Мы уже на работе. Покушать найдёте в холодильнике. Не обижай Пак Чимина. Я думаю, ты хорошо меня знаешь, чтобы выполнить то, что я прошу. Прочитав это смс, Чонгук ухмыльнулся и, оглянувшись, посмотрел на плетущегося сзади Пака, и лишь потом зашёл в дом. - Пойдём, я покажу твою комнату, – проговорил альфа, когда омега зашёл внутрь. - Пошли, – ответил Чимин разуваясь. Паку было непривычно и, может, даже чуточку неуютно из-за того, что это чужой дом. Омега всё подробно рассматривал, пока шёл наверх за альфой. - Чувствуй себя как дома, – говорит Чонгук и в пригласительном жесте показывает на дверь комнаты. – Но… - Чон подошёл в плотную к Чимину, вдохнул его приятный запах и шепнул на ушко, – Советую дверь на ночь запирать, я ведь могу и не сдержаться. - тихо посмеялся Чонгук и пошёл в свою комнату, которая находилась дальше по коридору. - Уверен, что я хочу, чтобы ты сдерживался? – подумал про себя Пак и пошёл в свою комнату. Омегу переполняли самые разные чувства: смущение, похуизм, влечение, страх и желание. Чимин не понимал всего, в том числе и тягу к альфе. Он не знал и того, что уже сейчас его разумом управляют гормоны, и что совсем скоро он совершенно не в силах будет отвечать за свои слова и действия.

***

Комната Пака выполнена в нежных лёгких тонах, которые давали расслабиться и не впадать в депрессию. Чимин завалился на мягкую кровать и достал из кармана штанов звонящий телефон. - Привет, Юнги. – ответил устало омега на звонок. - Ты уже в Сеуле? – задал вопрос альфа. - Спасибо, что вчера принёс меня домой и помог. Если бы не ты, я бы помер от боли. И да, я уже в Сеуле. – произнёс Пак, принимая сидячее положение на постели. - На днях,я буду в Сеуле по работе. Можно будет встретиться ненадолго. Да, Юнги действительно поедет в Сеул, но не по работе, а по другому очень важному делу, о котором Паку знать не обязательно. - Отлично! Позвони, как будет время встретиться. – радостно ответил омега. - Ладно. Я отключаюсь. - сказал Юнги, как обычно - равнодушно, и сбросил вызов. Чимин опять откинулся на кровать. Слабо нахмурившись, он положил руку на живот, потому что были не приятные ощущения типа жжения, коликов, тошноты и, в общем, каши. Чонгук же в это время уже давно был на кухне: разогревал перекус и не о чем не подозревал. - Чимин, спускайся кушать, уже всё готово, – прокричал Чон Паку. Омега всё прекрасно слышал, но отозваться или подняться просто не мог. Альфа прождал около пяти минут и, не дождавшись ответа, пошёл за Чимином на второй этаж. Идя по этажу, Чонгук начал ощущать запах жасмина всё сильнее и сильнее, а уже около двери, ему сорвало крышу. Когда он открыл дверь в комнату, то увидел ёрзающего Пака на кровати. Его вид и запах - слишком возбуждающие факторы, да и терпеть не возможно, чтобы просто стоять и наблюдать, поэтому альфа проходит внутрь и показательно хлопает дверью, оповещая Чимина о своём присутствии. У омеги возбуждением замутнены глаза, штаны постепенно намокают от выделяющейся смазки, а пальчики рук сжимают уже смятую под ним простынь. Пак кидает свой мутный, не понятно о чём умоляющий взгляд на Чона и пошло закусывает пухлую нижнюю губу. Да, боли уже прекратились и на смену им пришло, не понятное для омеги, желание быть оттраханным здесь и сейчас. Чимин ещё не знал такого, как: секс, сильное возбуждение, желание отдаться альфе… Его это не интересовало, поэтому он не знал многого, из-за чего глубоко в душе боялся и не стал нечего предпринимать, пустив ситуацию на самотёк, ведь омега не железный, да и противостоять природе и инстинктам н возможно. - Чон…Гук, – медленно, хрипло и еле слышно выдал Чимин. У альфы по всему телу прошли мурашки от тихого голоса, глаза озверели, в штанах начинается движение, в лёгких давно нет кислорода, ведь там любимый запах жасмина, а в своих извращенных фантазиях он уже давно отымел этого сексуального омегу во всех позах. Чонгук медленно подходит к кровати и не сводит похотливый взгляд с мутных глаз Пака. Второй тоже не спешит отводить взгляд. Сейчас нет места смущению, нервам и нерешительности, сейчас время действовать и только действовать. Ни один из них не находится, на данный момент, в здравом уме, поэтому оба хотят одного – побыстрее решить «проблему». Подойдя к кровати, Чон аккуратно раздвигает ноги Чимина, что приводит к приятному ощущению внизу живота у второго, и, устраиваясь между них, нависает над омегой и пошло ухмыляется, в то время, как Пак смотрит внимательно, прямо в глаза, и ждёт продолжения, на автомате облизывая пересохшие губы. Альфа медленно наклоняется к губам Чимина и перед тем, как коснуться их, как бы взглядом спрашивает разрешения, а скорее, предупреждает, что начинает действовать. Паку уже невтерпеж, ему хочется новых и приятных ощущений. Он левой рукой нерешительно тянется к щеке Чонгука и, коснувшись ее, поглаживает большим пальцем, тем самым придавая уверенности Чону в дальнейших действиях. Их дыхание сбилось, сердце колотилось, а разум не слушался. Чонгук обдаёт губы Пака горячим дыханием и легко их касается, пробуя на вкус. Чимин невинен: как душевно, так и физически. Он ни разу не целовался, не говоря уже о сексе, поэтому, не зная, что нужно делать, просто прикрыл глаза и обвил руками шею альфы. Чон нежно сминает чужие губы своими и не сильно, еле ощутимо, прикусывает. Омега чувствует движения поцелуя и начинает неуверенно и неумело отвечать. Альфа лишь улыбается в процессе и, проведя языком по чужой нижней губе, начинает потихоньку углублять поцелуй, заставляя Чимина приоткрыть рот, и теперь уже нежность поцелуя отходила на второй план, а на первый приходили более развязанные и смазанные движения. Их языки легко касались и переплетались. Чонгук изучал каждый миллиметр полости рта Пака, медленно проходясь по нёбу, прерываясь, а потом снова возобновляя движения. Чимин довольно быстро приловчился: он уже более-менее точно понимал, как это делается, поэтому действовал, полагаясь на свои ощущения. Поцелуй с каждым разом становится всё жёстче, резче и извращеннее. Когда в их лёгких заканчивается кислород, они, нехотя, отстраняются и тяжело дышат. В разуме Чонгука проскальзывает здравый смысл, видя измученного, но возбужденного омегу. Он решает, что боль заставит Пака ненадолго выйти из «туманного» сознания, поэтому очень сильно кусает Чимина в основание шеи, тем самым ставя метку. Омега не ожидал такого поворота, поэтому довольно громко кричит. Боль адская, и она, как и думал альфа, приводит его в чувство. Чон зализывает ранку, легко чмокает и отрывается от шеи, смотря в глаза напротив. Глаза Пака были на мокром месте, точно не понятно, почему слёзы рвались наружу: то ли от смущения и безысходности, то ли из-за бóльного укуса. - Йа!!! Отпусти! Уйди! Что ты делаешь?!! – кричит Чимин, приходя в себя, и руками бьёт Чонгука везде: в грудь, плечи, а иногда даже и по лицу прилетает не слабо так. - Тихо, успокойся. – пытается утихомирить омегу Чон, захватывая чужие руки. Пока между Чонгуком и Чимином шла «борьба» в комнате Пака, в дом заходит тот самый человек, который обещал прийти. Хосок заходит в дом и когда, разувшись, проходит на верх к кабинету, думая, что Чонгук там, слышит крики. Он невольно вспоминает слова альфы: «…Не пугайся, если услышишь крики, когда придёшь». Да, Хоуп всё же боялся за человека, что сейчас кричал, ведь Чонгук, тот ещё зверь. - Гук, у тебя там всё нормально? – громко спросил Хосок, стоя перед комнатой, из которой доносились крики. Не слыша ответа, Хоуп приоткрыл дверь в комнату и замер в удивлении. Он увидел такую картину: скорее всего течный, омега, который отбивается от нависающего над ним альфы. И… До ужаса знакомые лица. -Что?!! Пак Чимин?!!! – громко сказал Хосок, открыв дверь. Две пары глаз уставились на стоящего в дверях альфу. Каждый удивился своему мнению. - Хосок? – удивился про себя Чонгук. - Откуда он знает моё имя? – удивился про себя Чимин.