Одержимость

Его лицо истлело и давно утратило былое очарование. По его венам течёт ртуть, а вместо слов изо рта вылетает каждый раз осиный рой — не пчелы даже, а бесполезные трутни. Каждое его движение все так же опасно как и раньше, вот только если там, когда-то давно, лет этак тысячу назад, все его силы шли на то, чтобы выгрызать глотки врагам своей хозяйки, теперь его силы сокрушительно несдержанны. У него больше нет поводка на шее, а все его действия отдают лёгкой (нет) ноткой одержимости. Той самой, что до сломанных пальцев, до сожженных кислотой век, ведь красота — она в глазах смотрящего, а Рауль Сильва хочет видеть каждое мгновение разрушительно-прекрасной смерти. Смерти, которую он ведёт под руку. У него каждый вдох, каждое слово — одно сплошное болото боли, и он вряд ли сумеет когда-нибудь вытравить ее отголоски из своих костей. Но пока руки не дрожат, а пуля летит в цель — все в порядке. Впрочем, даже останься он без рук и без ног, он все равно бы зубами выгрызал бы себе дорогу. У него, в конце-то концов, очень весомая цель. Даже так — Цель. За то, что М позволила с ним сотворить, просто «мести» будет мало. Поэтому то, что Рауль творит, он сам называет «Цель». Он одержим до дрожи, до белых пятен перед глазами, и не нужен уже ни героин, ни мет, чтобы уйти за грань. Достаточно одного за другим своими руками убирать тех, кто когда-то причинил ему столько боли. На верхушке Цели, как вишенка на торте — М. Ее следует оставить напоследок. Она не звено цепи, но замок. Самый главный и самый прочный. Кто к нему ключ, Рауль, впрочем, тоже догадывается. Сильва, начиная свою собственную большую игру, уже знает, что у Мамочки новый цепной пёс, однако, лишь встретившись нос к носу, понимает, что собственная одержимость вполне не против потеснить М на пьедестале первого места. Бонд для него как триггер, и это становится чем-то действительно нездоровым, однако когда Рауль Сильва претендовал на звание здорового? Сильва смеётся, скалится, игнорирует острую боль, что при этом сковывает лицо. Он точно знает, что выжжет дотла весь Лондон, МИ-6, Скайфолл, лишь бы в конце добраться до самого желанного, самого сладкого приза. Выжечь мимоходом сердце Джеймса Бонда будет особенно приятно.