Безумие

– Чувак, я это сделал! – влетев в танцзал, где Ханбин помогал Чжунэ отрепетировать наш новый танец, так как последний болел почти неделю и многое пропустил, заорал я . – Будда, это…это оргазмично, – парни удивленно уставились на меня. Ханбин же не теряя времени подошел и взяв лист бумаги, которым я размахивал на радостях и принялся читать. Последние несколько дней выдались невероятно мучительными, перфекционист во мне не мог оставить в покое этот новый трек, к тому же я не влезал в сроки с этим долбаным текстом, ибо меня конкретно заклинило и вдохновение напрочь отказывалось работать со мной в паре. До жути смешно, что моей музой стала та самая «милаха Джен», которую на этот раз хотелось не затискать в обнишаках, а неприлично полапать и хорошенько присунуть ей нагнув где-то в укромном местечке. « Айщ, Чживон, пошлые мыслишки в сторону, парень. У тебя просто почти месяц уже не было секса, вот и бесишься». – Кстати, ребят, – Ханбин по прежнему не отрывался от текста, а Чжунэ умостившись напротив меня решил отдохнуть, – давайте сегодня оторвемся где-то, а то мы уже месяц никуда из-за этих записей не выходили толком. – Так и скажи, что потрахаться захотелось, – усмехнулся младший, за что я сразу же отвесил ему дружеский подзатыльник. – За что, хён? – И как ты только девушек цепляешь, с таким то лексиконом, а? – но парень опять расплылся в улыбке, и лишь пожал плечами. – Это мега шикарно, Бобби, – Бин посмотрел на меня, а затем на Чжунэ, – на сегодня закончим, – выдал он последнему. – Я хочу послушать это в живую, пойдем попробуем сопоставить тексты и подобрать бит. – Сейчас? – недовольно покосился я на друга. – Я ночь не спал, я хочу спать, есть, и…трахаться,. Не важно в каком порядке, – скопировал я Чжунэ, и тот довольно улыбнулся. – Перебьёшься еще один день, нам не привыкать, – вытирая пот с лица полотенцем Бин еще раз посмотрел на меня и я понял, что он с меня просто так уже не слезет. Иногда эту мелкую задницу хочется прибить, но что поделать. Да, в агентстве все были знакомы с этим чувством, ибо толи из-за плотного графика, толи просто от того что нельзя мы не могли обзавестись нормальными отношениями, чего лично мне в принципе пока особо и не хотелось. Но иногда эти разовые связи и одноразовые девушки прилично проедались, превращая секс в его жалкое подобие: машинальные движение и никаких новых ощущений, это как пресная пища, которую хотелось бы досолить, поперчить и еще немножко поджарить, но в итоге соль не соль, а перец так вообще уксус, да и сковородка пригорает. И получается слишком кислое, слишком соленое или пережарено-сухое. Кто-то может этим довольствоваться, но определенно не я. «Гурман хренов», – мысленно отругал я сам себя. Немного поработав с Бином в студии, мне удалось уговорить парня на обед. Разве можно нормально работать на голодный желудок? Хотя, голод у меня не только там. – Чувак, да девчонки от этого текста кончать под сценой будут, этот трек станет хитом, – набивай рот кимчи, промычал парень. – Я давно уже так не тащился от наших песен так, как от этой. Так и не скажешь, что у тебя недотрах, бро, – подшутил тот, на что я лишь хмыкнул. – Ага, – подал голос Чжунэ, – а мне вот интересно, кого ты себе представлял, когда писал? Кто твоя муза? Такое с потолка не напишешь. Кого я представлял? Даже самому себе стыдно в этом признаться. Лучше бы это была какая-то порно-модель, или недосягаемая знаменитость, чем…Дженни Ким. В тот вечер, после нашего с ней разговора, мне буквально снесло крышу: черт, она всегда казалась достаточно дерзкой, девушка, которая вроде как в свои двадцать имела опыт за плечами и все такое, но немного с ней поговорив, я понял – что это лишь, мать твою образ, защитная реакция на мир и раздражители, и в ней сидит еще неопытная девочка, которая при каждом неудобном случае может смутиться и убежать. А потом мне просто стало интересно, каково это примять ее под себя? Как много она знает о постельных удовольствиях? Будет ли она прикрываться и смущаться, смогу ли я ее в конце-концов раскрепостить? И если с могу, станет ли она той, кого мне будет хотеться еще и еще? – Чживон, космос прием, – щелкнул пальцами перед моими глазами Чжунэ. – Так кто она? – но в этот момент перед нами прошли Джису и Лиса, последняя обменялась с Ханбином каким-то уж слишком личным взглядом, как мне показалось, и я во второй раз проигнорировал вопрос младшего. – Как давно ты спишь с Лисой? – вопрос полетел прямо «в лоб» Бину. – Я что, спалился где-то? – с недоумением выдал друг. – Черт! – Да нет же, просто она только что взглядом тебе оседлала, – Чжунэ засмеялся, да и сам Ханбин не удержался от смеха. – Так что? – Да так, несколько раз, сам не понял как все закрутилось, теперь не знаю как разрулить. Я, кстати, хотел предложить девочкам оценить так сказать наш трек, просто со стороны, – предложил тот, но я знал, что это был скорее факт, чем вопрос. – Сейчас тут все, кроме Дженни, кажется,– я посмотрел за их столик и действительно не обнаружил там свою музу. – Она кажется приболела, но обещала подъехать к вечеру. – Что с ней? – невзначай поинтересовался я. – Без понятия, Лиса нечего не сказала. В любом случае, они ведь девушки, вот и посмотрим на их реакцию, а потом как ты и говорил можно затусить вечером где-то вместе. – Нет,– возразил Чжун, – ты нормальный? То есть ты сегодня потрахаешься, а нам что делать? Я ни с кем из BlackPink постель делить не хочу, я потом с ними работать нормально не смогу! – Тебе никто из них и не даст, – ответил тому Бин и мы взорвались смехом на все кафе. – Ох, блин, нам пора. Пошли! – подорвался с места парень. – Скажи остальным, пускай приезжают к семи. *** Провозившись с Бином в студии до самого вечера, я не мог понять что со мной не так: каждый раз вчитываясь в свой куплет, мне казалось, что чего-то здесь не хватает, но чего понять мне никак не удавалось. Сработавшись до автоматизма, как всегда впрочем, мы хоть и были довольны проделанной работой, но прилично вымотались. За окном уже темнело, а мозги отказывались нормально соображать. Взяв в руки телефон, я увидел несколько пропущенных от Хары, девчонки из клуба, с которой мы один раз неплохо провели ночь, и которая видимо хотела продолжения. Она была неплоха, да и задница у нее что надо, но почему-то сейчас мне совершенно не хотелось с ней видится. Видимо, жизнь пытается подсказать мне, что не всегда дело в задницах, когда речь идет о сексе. Ведь если ты знаешь наперед, что тебе дадут, тебя ни что не будоражит, исчезает предвкушение ночи, отпадает необходимость во флирте и негласных играх – в общем, скука редкостная. – Значит так, – увидев девчонок, начал Ханбин, – сегодня вы будете нашим жюри, мы еще не показывали песню директору Яну, поэтому, нам нужно трезвое мнение со стороны, к тому же, я почему-то уверен, что вам понравится этот трек, – Джису, Лиса, Чеён и Дженни сидели напротив, наши же ребята уселись на пол у их ног. – Чан У, включи музыку, – скомандовал лидер. Дженни не выглядела больной, скорее уставшей. Я чувствовал как она сжимается каждый раз, когда я смотрю на нее, она не отводит взгляд, в одну и ту же секунду в ее глазах можно увидеть леденящий душу холод и разжигающий страсть пожар. Эта девчонка всегда казалась мне до жути забавной и противоречивой: она была заботливой по утрам, готовя для парней кофе и необычайно отчужденной вечерами в клубах; она всегда дерзила и умела постоять за себя перед нами, прикрываясь сарказмом и в то же время трусливо пряталась за шторой своего окна, подглядывая за мной на балконе; да, я знаю, что Дженни Ким определенно тянет ко мне, но сама она никогда этого не признает из-за своей глупой наивной гордости. Я же всегда умилялся ее поведению, всегда воспринимая ее как друга, но сегодня я впервые увидел в ней девушку, красивую, сексуальную, и моя фантазия тут же начала работать против меня. Услышав, что партия Ханбина подходит к концу я начал: «На вид ей лет девятнадцать, но пиздит что сверхкамикадзе Я много чего видел в этой долбанной жизни Малышка, прости что нету рекомендаций» В этот момент я не мог не смотреть на нее, хотя очень пытался. Правда. «Я мало что умею хорошо в этой жизни, малышка Разве что делать рэп и ебаться» Она смотрела на меня не отрываясь, и о Будда, в эти секунды мой член просто умолял меня что-то с ней сделать. «Дай волю, я бы мог тебя раскрепостить, но тогда собирайся расти С тебя хватит подъездного пластика, бездна естественной страсти - опасный пластид» Напряжение между нами накалялось до максимума, и чем дальше я заходил тем менее уверенно она держалась. «По тебе крошка заметно, то что ты хочешь делать все, что запретно То, что с тобой не делал прошлый бойфренд, а позапрошлый бойфренд считал, что пошло и вредно Чтоб до дрожи в коленках, чтоб рот залепить тебе твой громкий пришлось изолентой» Дженни Ким, да ты натянута как струна. Неужели ты и правда так сильно меня хочешь? «Есть купюры в руках, ни купюры в словах для цензуры, в пизду её Я смотрю на тебя, ты глядишь на меня - искра, буря, безумие» Баааам. На последних словах она подорвалась и молнией выбежала из зала. –Джен, – Лиса и сказать ничего не успела, посмотрев на подруг не понимая, а потом переключилась на нас с Бином. – Это было просто «ахххххх». – Нет, правда, – посмотрела на меня Чеён, – вы взорвали мой мозг! Что обсуждалось дальше я особо не слышал, так как отправился в след за этой убегающей трусихой. – Дженни, стой, – увидев скрывающийся за дверями женского туалета силуэт, я поспешил за ней. – Ты же не думаешь, что меня остановит тот факт, что это не мужской туалет? – подойдя к двери, я приоткрыл ее, услышав, как хлопнула дверь кабинки. Стало до жути смешно. – Чживон, убирайся отсюда! – крикнула та, не показываясь мне на глаза. – Не-а, – игриво протянул я. – Слушай, хватит погонь и побегов, Дженни. Я прекрасно знаю, что ты ко мне не безразлична, твой силуэт всегда был виден за шторой твоего окна, – услышав, как она возмутилась, я засмеялся. – Тем более убирайся! – стояла на своем девушка. – Странные вы существа – женщины. Не нравится парень – надо дать ему шанс, нравится – надо от него убежать, – парировал я, размахивая руками. – Почему я должен уйти? – Потому…потому что…я так хочу! – Ты так хочешь? Тогда, что если я скажу, что хочу я, м, Дженни? –замок на двери кабинке щелкнул, оповещая, что дверь должна вот-вот открыться. – И чего же ты хочешь? – снимая осаду, девушка наконец-то пристала предо мной. Красная, как помидор, она то и дерзко посмотрела мне в глаза, не отрывая зрительного контакта, и в то же время нервно теребя до жути короткое платье, которое хотелось с нее сорвать к чертовой матери. – Поцелуй меня, – бросив ей вызов, я не знал чего и ожидать. Она опешила, а затем усмехнулась и подойдя ко мне вплотную…оттолкнула и направилась к выходу. Вот же сучка, ты, Дженни Ким. Перехватив её запястье, я потянул девушку на себя и прижав к раковине впился ей в губы. Несколько секунд она пыталась дать отпор, но потом дамбу прорвало и она сорвалась, наконец-то показав мне свои истинные желания. Её грудь вздымалась, а сердце бешено колотилось. Не удержавшись, я опустил свою руку с талии на бедро и сжал в своих руках ее нежную кожу. Она же в ответ простонала в поцелуй, а затем прервала его. – Я так не могу, – нарушила тишину она, пытаясь успокоить дыхание. – Нет, Чживон, – девушка замотала головой, – может я и безумно хочу тебя, но я хочу только тебя. А ты в свою очередь хочешь как любой другой парень – каждую, я не буду спать с тобой, зная, что под собой ты представляешь другую. – Откуда такие познания в мужской психологии? – я засмеялся, заправив прядь ей за ухо. Её тело, почему-то пахло для меня домом. Впервые, я впервые уловил её аромат. – Если я с кем-то и сплю, то других на месте тем, с кем сплю я не представляю. Потому что я сплю с теми, кого хочу. А тебя я хочу до безумия. Ты видишь, я безумный, Дженни! – поцеловав ее в шею, я укусил нежную кожу, оставив небольшой засос. – Чживон,– жалобно заскулила она, не прекращая попыток увильнуть. – Ты доверяешь мне? – девушка кивнула. – Тогда отключи голову и отдайся ощущениям. – Я…ты…у меня нет особого опыта, я не хочу быть разочарованием… – Какая же ты глупая, – я посмотрел ей в глаза, – опыт не всегда красит девушку, – подхватив ее на руки у усадив на раковину, я закрыл двери в туалет, подперев их шваброй. – Все, что тебе нужно ты узнаешь от меня, – а затем опять впился в нее поцелуем, окончательно отдаваясь желаниям.