Часть 1
31 августа 2017 г., 14:59
Юнги, как всегда угрюмый и сонный, шёл в кабинет по математике. Всего два дня — и последний звонок, а за ним и экзамены, и поступление в ВУЗ. «Радужная» перспектива. Особенно тогда, когда он, будучи альфой, был тощим и не очень высоким; и когда ему уже все правда поднадоело и хотелось просто часами находится в студии, писать тексты и пить кофе.
Юнги выдохнул и открыл дверь. Класс встретил его общим удалённым «ах», когда Мин зашёл в него. Парень всегда выделялся из толпы своим внешним видом, но то, как сейчас выглядит юноша, заставило удивиться всех.
Перед небольшим классом стоял парень, одетый в чёрные штаны с дырками на коленях, длинную рубашку с растянутым вырезом, сквозь который проглядывались татуировки, уши парня были проколоты, а в одном даже был сплошной прокол в хрящиках. На губе юноши тоже красовалась серьга, на пальцах — кольца. А волосы были приятного мятного оттенка.
Ухмыльнувшись на реакцию одноклассников, Юнги пошёл к своему месту, попутно надевая кепку с кольцами в козырьке. Свою любимую. Усевшись за парту, Шуга поморщился от слишком сладкого запаха омеги, который сидел перед ним. Мин прям убивал парня глазами, и тот, как будто почувствовав его взгляд на себе, обернулся. Мерзкий Пак Чимин. Назойливый парнишка, который пытался заполучить внимание Юнги, но встречал вечный холод и отказ.
— Привет. Красивый цвет, — начал разговор своим писклявым голосом Чимин.
— Угу, — ответил на это Шуга и опустил глаза в телефон.
Ему даже не пришлось делать вид, будто ему написали. На экране и правда светилось сообщение от Намджуна. Это был хороший друг Юнги и соавтор их песен. Мятный увлекался репом и писал песни и музыку на пару с этим Намджуном.
Клацнув по экрану, Шуга открыл сообщение. «Сегодня не смогу прийти в студию, много работы, да и годовщина у нас с Джином», — гласил текст сообщения. Юнги расстроенно хмыкнул и настрочил ответ с кратким «Ничего».
Шуга и правда не сильно расстроился, ведь он мог спокойно подготовиться в студии к экзаменам, дописать текст и даже переночевать, что часто он и делал. Но зависть душила Юнги. Он чертовски завидовал хорошим и крепким отношением Намджуна с его омегой, Джином.
Откинув все мысли, мятный уставился в окно, ожидая звонка. Учитель, как всегда, пришёл за минуту до звонка, открыл журнал и уселся за свой стол. Он начал перекличку, все отзывались. На фамилии Чон в класс влетел парень.
— Извините, — яркая улыбка, казалось, никогда не сходила с его лица.
— Чон Хосок, здесь, — сказал преподаватель и отметил парня галочкой в журнале.
Юнги лишь хмыкнул на это появление.
Чон Хосок. Этот ужасно жизнерадостный омега, который бесит Юнги до боли в костяшках. Этот говнюк ещё год назад сообщил, что они истинные, в чем Шуга убедился позже. И знаете что? Мин игнорировал это. Для себя, ещё в детстве, Юнги решил, что, даже если найдёт истинного, то пары создавать не будет. Именно по этой причине он пытался игнорировать такого шикарного омегу как Чон Хосок. Но сам Хосок не сильно расстраивался. Он просто ждал. Ожиданием своим он спасёт их любовь и будущее.
— Завтра репетиция последнего звонка, — начал учитель. — Не забудьте, что вы танцуете в парах. Сегодня, пожалуйста, отрепетируйте те, у кого не очень хорошо получается, — он многозначительно посмотрел на Юнги.
Мятный хмыкнул и посмотрел на Хосока, давая понять, что они сегодня репетируют. Тот только улыбнулся, как и всегда.
Чон поправил свои блондинистые волосы и опять погрузился в беседу. В середине урока в него прилетела записка в виде самолетика. Развернув её, парень прочёл краткое «После уроков у входа.» Это послание оставил его альфа, потому что Хосок успел выучить почерк парня и краткость говорила о многом. Убрав клочок бумаги в карман, Чон продолжал общаться.
После уроков
Юнги, слушая музыку, ожидал своего партнёра по танцам. Парень морально готовился к их встрече, настраивал себя на полное игнорирование этого омеги и влечения к нему. Двери школы распахнулись, и на улицу вышел Хоуп. Он, как всегда, улыбался и крутил в руке цветок, который радостно прижимал к себе. Ревность захлестнула Юнги, но тот скрыл все эмоции. — Хватит скалиться, пойдём уже, времени мало, — грубо бросил он Хосоку и пошёл к воротам. Омега удивленно посмотрел на Юнги, но ничего не сказал. Хоуп привык к такому, поэтому, все так же прижимая к себе цветок, пошёл за парнем, разглядывая его сзади. У Хосока был фетиш на тело Юнги. Казалось, парень мог часами разглядывать его. Оба шли молча. Юнги изредка поглядывал на Хосока, который ярко улыбался и махал цветком, напевая песню. Он представил, как со стороны они выглядят. Два парня, молча идущие рядом друг с другом: один похож на холодную серую тучу, а второй — на яркое тёплое солнце. Это выглядело мило со стороны, поэтому на лице Юнги расцвела улыбка, которую не пропустил Хосок. — Чему улыбаешься? — спросил дружелюбно тот. — Представляю, как этот цветок я засовываю тому, кто его подарил тебе, — неожиданно для себя ответил Юнги, понимая, что он спалился своей ревностью, парень отвернулся. Хмурясь, Хоуп рассуждал над его таким поведением. Он не мог понять, чем его так разозлил этот цветок, что подарил ему Чимин. Решив не злить и без того злого парня, Хоуп выкинул этот цветок в урну возле входа в студию. — Иди в зал хореографии, — коротко приказал Юнги и пошёл в студию, где они с Намджуном писали песни. Хоуп пошёл в зал, включил свет и обрадовался пространству и тишине. В зеркале парень осматривал себя и отмечал свою красоту. Улыбаясь себе, Хосок резко согнулся, хватаясь за живот. — Только не сейчас, — прошептал он, поняв, что это боль от начинающий течки. Он услышал приближающиеся шаги и поспешил выпрямиться, сейчас ему было плевать на боль. У него выпал редкий шанс побыть со своим альфой, с тем, кого он любит, и с тем, кто его избегает. Ради него Хосок готов терпеть любую боль. — Я включу музыку, а ты иди в центр. Быстро все отработаем, и ты уйдешь отсюда, — Юнги был жесток и холоден, но даже это не отталкивало Хосока. Он хотел все равно быть с ним, превращался в мазохиста. Оба парня встали в центре, чтобы начать движение. Юнги чуть отстранённо обхватил Хосока за талию и переплел их пальцы, отмечая, какая тёплая и смуглая рука была у блондина по сравнению с рукой мятного. Хоуп прижался ближе, пытаясь скрыть свою боль, он положил руку на плечо Юнги и слегка сжал. Музыка заиграла, и они закружились по залу. Двигались правильно и красиво, но скованно. Мин пытался отстраниться от омеги, который настырно прижимался к нему, не понимая, что его запах сводит альфу с ума. Два раза откружив, они стали более раскованны. Юнги уже плотней прижимал к себе Хосока, а тот крепче сжимал руку и плечо альфы. Их взгляды встретились всего на мгновение, но этого хватило, чтобы почувствовать разряд и страсть, которые исходили от них. Полностью вовлеченные в танец, парни и забыли про время, про музыку, которая была на повторе, про все. Этого делать не стоило Хосоку, и он поплатился. В самый разгар танца, блондина скрутило пополам и он протяжно застонал, опускаясь на пол. — Что с тобой? — неподдельное беспокойство слышалось в голосе Юнги, который опустился возле скрюченного омеги. — А сам не чувствуешь что ли? — злобно бросил Хоуп, чувствуя, как подкатывает жар, тело уже перестает болеть и начинает хотеть другого. — Не чувствую чего? — удивлёно спросил Мин и наклонился ближе к омеге. Вдохнув запах Хоупа, Юнги понял, о чем говорил тот. Сладких запах кокосовой водки стал заполнить помещение. Зрачки мятного расширились от осознания, что у его омеги течка. Нутро альфы дало о себе знать. Наплевав на все принципы, Шуга действовал на инстинктах. — Что ты делаешь? — тихо спросил Хоуп, когда Юнги поднял его на руки и куда-то понес. — Иду в комнату, где есть диван, чтобы отыметь там своего течного омегу. А что? Что-то не так? — уточнил он. Хоуп удивленно смотрел на Юнги и боялся дальнейших действий. Неужели он проведёт течку со своим альфой, и его первый раз будет с ним же? Парень не верил в это. Блондина распирало чувство радости и боли. Быстро забежал в комнату, в которой был расположен диван, Юнги аккуратно положил воющего омегу. Он также быстро скинул свою кофту и посмотрел на Хосока, который пытался снять с себя рубашку, но его пальцы не слушались и не расстегивали мелкие дурацкие пуговицы. Омега весь горел и был вспотевшим. Одежда так возбуждающе липла к его телу, что у Юнги просто срывало крышу. А запах… Мятный мог кончить только лишь вдыхая этот мягкий запах кокосовой водки. — Не медли, — умоляюще прохныкал Хосок и потянулся к штанам альфы. Грубо оттолкнув руки омеги, Юнги сорвал пряжку ремня и быстро вытащил его. Избавиться не составило труда, следом полетели и штаны Хосока. Шуга стащил с того боксеры, которые насквозь промокли от смазки. — Подожди, я хочу кое-что сделать, если ты позволишь, — услышал просьбу Юнги, когда был уже готов перевернуть омегу и вогнать в него по самые яйца. — А… хорошо, — тихо ответил Шуга и вызвал улыбку у Хосока. Шипя от желания, омега усадил мятного на диван, а сам опустился на пол. Он развел колени Юнги и подполз ближе. Аккуратно взял стоящий колом член в руки и стал медленно двигать ими, поглядывая на альфу, готовый в любой момент остановится. Но что-то подсказывало, что этого не придется делать. Не встретив сопротивления, Хосок лизнул головку, прикрыв глаза от наслаждения. Парень медленно стал заглатывать головку, полизывая ее. Он двигал рукой, лизал головку и посасывал ее. Чуть расслабив губы и горло, Чон стал медленно брать в рот внушительный член своего альфы. Он посасывал, медленно и ритмично двигая головой, но Юнги этого, скорей всего, было мало, поэтому мятный надавил на голову своему омеге, указывая на то, чтобы он стал брать глубже. Жмурясь от небольшого дискомфорта, блондин стал брать больше, резче двигая головой. Движения рукой стали более рваными и грубыми. Хосок скинул руку альфы и провел языком по всему стволу пару раз и опять захватил член в свой страстный плен. Он очень быстро двигал головой, рукой и даже сам постанывал от всего этого. Хоуп возбуждался сильней, смазка стала выделяться больше и обильней. — Хватит! — крикнул Юнги и быстро отстранил от себя омегу, понимая, что скоро кончит. Парень схватил блондина и уложил его на диван, быстро раздвигая его ноги. Шуга припал к губам омеги и прикусил нижнюю, на что получил болезненный стон, смешанный с наслаждением. Эта грубость нравилась Хосоку, а животная страсть в глазах альфы заставляла улетать куда-то далеко. И тонкий запах, непонятный, но мягкий и приятный. Хоуп не мог понять, что это за запах, но это был запах его альфы. Блондин ярко улыбнулся, Юнги открылся ему. Запах шоколада с бананами заполнил легкие омеги, заставляя хотеть быстрее их соединения. Но у Шуги были свои планы на это. Он медленно ввел палец в омегу и подвигал им, чтобы растянуть. Второй вставил и подвигал уже двумя, наслаждаясь запахом омеги и его стонами, которые сносили крышу альфе. Не выдержав эту пытку, Юнги все-таки раздвинул омегу и пристроился к нему. Он медленно стал вводить член в Хоупа, наслаждаясь девственной теснотой. Медленно, но верно, мятный погрузился в омегу и протяжно застонал. — Двигайся, блин! — закричал Хоуп, сам двинув бедрами и чуть сморщившись от боли. Юнги усмехнулся и стал двигаться, сжимая такие мягкие и желанные бедра. Медленные и глубокие толчки, которые заставляли сходить с ума обоих. Шуга хотел уже быстро двигаться, доводить себя до оргазма, но его омега был неопытен. Нельзя. Но вопреки ожиданиям Юнги, Хосок перевернул его, оказавшись сверху. Теперь мятный сидел спиной на диване, а сверху — его раскрасневшийся омега. Сжав плечи альфы, блондин стал двигаться, резко и быстро, с характерными шлепками. Своим приятным голосом Чон стонал, сводя с ума Юнги. В комнате стало очень душно, запахи смешались и получился непонятный, но очень приятный аромат. — Я люблю тебя, — прошептал Хоуп между толчками, опустив голову. Слова повергли Юнги в шок. Он даже не мог предположить этого. Да, они были истинными, да, в начальной школе даже дружили, но тут такое. Мятный задумался и понял, что ему этот светлый и яркий парень тоже небезразличен. Шуга выпал из реальности, рассуждая о том, что он тоже испытывает тёплые чувства к Чону. — И я пойму, если ты пошлешь меня, скажешь, что это все бред. Я знаю, что тебе не нужно это. Я помню, — шептал, быстро двигаясь, Хоуп. — Просто, пожалуйста, проводи со мной течки, если тебе не сложно. Прошу… Юнги улыбнулся. Он приобнял своего омегу и стал покрывать шею поцелуями. Руки альфы легли на бедра Хосока, приостанавливая его. Запустив руку в мягкие блондинистые волосы, Шуга придвинулся к ушку омеги и слегка прикусил его. — Мой дурашка, — простонал мятный на ухо хриплым голосом. — Мне нужен ты, и не только на время течки. Да, я говорил, что мне это не нужно все, но… это в прошлом. Будь, -глубокий толчок, — со, — ещё один такой же, — мной, — опять толчок, — вечно, — очень сильный толчок. Хосок блаженного застонал и кончил, сжимая альфу в себе. Пару раз толкнувшись в своего омегу, Юнги кончил. Внутри блондина распух узел, связывая их. — Ты что сделал?! А как же учёба?! — начал причитать Хосок, ерзая на Юнги и шипя от боли. — Успокойся. Школа уже заканчивается. Ты поступишь на заочку, а работать я буду за нас двоих, — серьёзно проговорил мятный. — Да и вообще, я, может, плохо старался, — уже с улыбкой и шутя. — Идиотушка, — Хосок прижался к нему, положив голову на плечо. — За это и люблю. «Я тоже тебя люблю», — подумал Юнги, но вслух не сказал. Ему было тяжело. Может, со временем он признаётся в своих чувствах, но не сейчас. Так и началась их история и жизнь…
Примечания:
Извините за бредовые фразы...
