По ту сторону Расколотого Замка

Тихо, словно звон колокольчиков, эхом разносился ласковый трепет. Дул нежный ветер, шелестела листва — вот и все звуки, которые раздавались в этом удивительном месте. Василиса настороженно открыла глаза, встречаясь с яркими ангельскими голубыми глазами. — А ты что здесь делаешь? — удивился Фэш. Василиса неопределенно пожала плечами. — Гуляю… Она часто спускалась в огромный лес за стеной Расколотого Замка, чтобы прогуляться среди его высоких елей. Именно из этого леса Зодчий Круг приносил в Замок огромную елку каждый Новый Год. Здесь было необычайно красиво. Даже если закрыть глаза, Василисе представлялся лес во всех его красках — яркий, солнечный и зеленый. Странно, но Фэша она здесь раньше не замечала. Наверное, потому что дремала, слушая пение птиц далеко в небе. — Ясно, — пробурчал парень, присаживаясь рядом, подобно Василисе опираясь спиной на ствол древней ели. Девушка украдкой посмотрела на него, невольно любуясь на взлохмаченные волосы и умиротворенное лицо. Она почему-то просто не могла не рассмотреть его голубые глаза и делала это каждый раз, когда видела Драгоция. Василиса будто бы смотрела в глубокий, чистый и прозрачный океан… или в яркое голубое небо, такое же чистое и красивое. — Как думаешь, скоро нам разрешат выходить дальше, за пределы этого леса? — тихо спросила она, даже не надеясь быть услышанной, однако Фэш ответил. — Не знаю. Ты же помнишь, что сказал твой папаша? Он говорит, что там опасно… — И ты ему веришь? — огорчилась Василиса. — Да он специально всякую чепуху говорит, чтобы мы никуда не спрятались от уроков! — Вот и я так думаю, — кивнул парень, удивляясь. — А ты разве хочешь уйти? Он так внимательно посмотрел на нее, что Василиса покраснела до самых кончиков ушей. Она часто вспоминала свою прежнюю жизнь и думала, что теперь, будучи Временем, они оба немного лишены той свободы, которая была у них раньше. Ведь сейчас им только указывают, куда идти можно, а куда нельзя… И девушка решилась. — Если честно, да! — горячо воскликнула она и, увидев огорченное лицо друга, добавила. — Нет, конечно мне нравится, что ты… что ты рядом, но… все равно чаще всего нам мешают — мешают поговорить, просто… Лицо Драгоция просияло. — Просто побыть наедине, — ехидно закончил он, с удовольствием рассматривая смущенное лицо. — Угу, меня тоже это не сильно радует. Василиса смущенно смотрела на красивый розовато — оранжевый закат, не в силах перевести взгляд на друга. Зато Фэш разглядывал ее лицо, не стесняясь вовсе. Сердце забилось быстрее, когда парень осторожно взял Василису за руку и потянул за собой: — Отсюда закат не такой красивый… Я знаю одно место, где он выглядел бы гораздо-гораздо лучше, — подмигнул Драгоций, вставая. — Пойдём? Василиса готово кивнула, обескураженная ямочками на щеках друга. Последние лучи солнца отразились в его глазах, создавая подобие прекрасного светлого неба. Он повёл её куда-то по извилистой тропинке, ведущей все дальше, в глубь леса. Василиса прислушивалась к своим ощущениям… Сердце трепетало, словно птица в клетке, а в голове звучало пение неведомых птиц и тихий гул ветра, шелестящего листву. Васильковые глаза щурились каждый раз, когда на них падал свет, а губы дрогнули в улыбке, увидев улыбку Фэша на его лице. Его ладонь была горячей и сухой. Ей хотелось покрепче сжать её и погреться, потому что именно сейчас ей вдруг становилось прохладно. Может быть, это была вовсе не прохлада, но кожа вдруг покрывалась мурашками от его прикосновения, и по спине пробегала возбуждающая дрожь. Василиса съежилась, почувствовав новый прилив, покрывающий её тело мелкой дробью. — Холодно? — заметил парень, остановившись. — Странно, сейчас вовсе не холодно… даже тепло… Он удивленно изогнул левую бровь, взял девушку за вторую руку и заявил: — У тебя действительно холодные руки! — встревожился он. — Ты, случайно, не заболела? — Боишься заразиться? — ехидно спросила Василиса. Что значит «тонуть в глазах»? До знакомства с Драгоцием Василиса и подумать не могла, что это именно так — вглядываться в чьи-то прекрасные глаза и пропадать в этой восхитительной бездне… но теперь она знала. — Ладно, возвращаемся, — с сожалением протянул Фэш, — мало ли, ещё заболеешь… — И ничего я не болею! — возмутилась девушка. — Да и вообще я очень хочу посмотреть закат с того места, о котором ты мне только что говорил! Пойдём уже! И она сама неуверенно потянула его за руку, отчего захотелось быть ещё ближе к чему-то тёплому, доброму… любящему… Драгоций невольно оглянулся на Расколотый Замок, видимо, сильно беспокоящийся о здоровье подруги, однако Василиса уже самостоятельно куда-то вела его — по той самой дороге. Фэш опешил. Неужели она знает, куда он хотел её повести? Так и есть. Девушка уверенно шагала по закоулочкам леса, огибая деревья. Вот и небольшая рощица с неглубоким, но широким озером, отражающим закат на ясном безоблачном небе. Невысокие камыши дополняли дивную картину, а высокий дуб и березовая аллея выявляли это чудо природы так, как не мог бы дополнить рисунок самый умелый художник. Прямо над головой Василисы пролетел огнежар, едва задев макушку рыжих волос. Девочка встрепетнулась, подпрыгнула на месте и чуть не свалилась на зеленый ковёр травы. Благо, её придержал Фэш с ехидной ухмылкой на лице. Одной рукой приобнимая Василису за талию, а другой держась за ветвь ближайшего дерева, чтобы самому не упасть, он находился в диагональной положении, не давая подруге совершить падение. — Кажется, я поймал огнежара, — прошептал ей парень в самое ухо. Сердце Василисы закружилось в танце от радости. — А мне казалось, что он улетел… — её губы дрогнули в полуулыбке. — Это другой, — Драгоций и сам заулыбался. — Я поймал кое-что получше какой-то птицы… Василиса покраснела до кончиков волос, её уже выдавали красные от смущения щеки и такие же красные уши. Тело жгло; девушка чувствовала как перетекает кровь по венам, как стучит её сердце, как сбивается дыхание. Василиса постаралась дышать как можно тише. Ей почему-то думалось, что её дыхание очень слышно другу в этой тишине, а она чувствовала биение его сердца своим, прижавшись к его груди. Голова приятно закружилась, когда ладонь Фэша соскользнула с ветки, и Василиса ощутила пропасть под спиной… — Ой-ой! — воскликнул Фэш, вовремя расставляя руки, по бокам от упавшей подруги, чтобы самому не придавить девушку своим телом. Василиса покраснела ещё сильней, хотя казалось бы — куда уж больше? — М-да, — протянул Драгоций. — В итоге мы упали вместе. — Нет, не вместе, — хихикнула Огнева, плохо скрывая веселую улыбку. — Упала только я, ты все ещё не на земле. — Ты хотела, чтобы я задавил тебя? — Фэш саркастически усмехнулся. — Ну, это легко устроить… Готовься, я падаю. Доверчивая Василиса зажмурилась, прикрывая лицо руками. А вдруг несносный друг действительно решил упасть на неё? Мало ли, что взбредет ему в голову! — Да я пошутил! — рассмеялся часовщик. — А я нет! — сетовала девушка, вдруг притянув его вниз за шею — аккуратно, но настойчиво, однако Фэш лишь съежился от щекотки: — Ты чего делаешь? — захохотал он. — Я же действительно упаду!.. Вшшш… Драгоций действительно грохнулся, успев откатится, чтобы не задеть подругу. Василиса рассмеялась, а затем к смеху подключился и Фэш, почесывающий затылок. — Ты не ушибся? — встревожилась она за друга, подползая к нему поближе. — Покажи! Щека Фэша немного поцарапалась, и теперь на ней красовались несколько капель алой крови. Парень лишь отмахнулся от предложений вернуться, чтобы обработать рану. — Всего лишь царапина! — пожал он плечами. — Подумаешь… Сердце Василисы тревожно забилось, словно птица в клетке. В горле пересохло, образовался ком, мешающий говорить… Ей вдруг захотелось… ей вдруг очень захотелось… Перехватило дыхание от внезапной мысли, снова закружилась голова… — Ты чего? — перепугался парень. Но Василиса уже не слушала. Её уши будто заложило, а в голове отдавался звук из груди. Тук-тук-тук… — Ва-си-ли-са! — Фэш помазал ладонью у неё перед глазами. Тук-тук-тук… Окончательно осмелев, Василиса приблизилась к ошарашенному Драгоцию и, остановившись у его щеки, осторожно слизала капли крови кончиком языка. Тук-тук-тук… Она отшатнулась, испугавшись собственных действий. Что она делает? Зачем?! Её мысли окончательно спутались, словно это уже не птица, а сотни… нет, тысячи птиц бились в окна, спеша проникнуть наружу! Василиса потупилась в землю, проклиная себя за то, что сейчас произошло. — Моя очередь, — вдруг шепнул Фэш у самого уха и… приблизившись к её губам своими, осторожно дотронулся до них, будто они могли исчезнуть, тут же отпрянув. Это уже было не сердце, а какая-то машина, работающая где-то далеко в груди. Тук-тук-тук… тук-тук-тук… тук-тук-тук… Василиса не удержалась от его пытливого взгляда, прикрыла глаза и сама прильнула к другу… другу ли?.. с поцелуем. Им обоим хотелось почувствовать дурманящий вкус таких притягивающих губ, исследовать языком каждую трещинку, изучить их форму… Руки Фэша приютились на её тонкой талии, прижимая её горящее тело поближе к себе. Василиса вдруг оторвалась от парня — красная, с прерванным дыханием и пристыженным лицом. Она судорожно набирала губами воздух и видела, что Драгоций делает тоже самое. Фэш не отпускал её, не снимал своих ладоней с её талии, не уходил. Василиса уткнулась носом в ложбинку между шеей и плечом, ощутив как он вздрогнул — то ли от возбуждения, то ли от неожиданности. Её горячее дыхание будоражило ему кожу, покрывая той же мелкой дробью, красовавшейся на девушке несколько минут назад. Фэш повернулся, обжигая её макушку, и поцеловал её в шею. Василиса дернулась, и тело наполнило возбуждение, заставляющее невольно съежиться от переполняющих эмоций. Нежная кожа не могла вытерпеть такого, передавая импульсы, а вместе с ними и знакомую дрожь, остальному телу. Василиса невольно вытянула свою шею навстречу, получив ещё один поцелуй. Его поцелуи окрыляли её. Они были похожи на ласковое дуновение ветра, на прикосновение крыльев бабочки или лепестка ландыша к коже… А этот такой родной и волшебный аромат ландышей! Иногда слабый и еле заметный, но сейчас такой отчетливый! А милые ямочки на щеках! Как же Василиса любила, когда он улыбался! Улыбка шла ему гораздо больше напущенности, гордости или надменности… Глаза… глаза — небесные, ангельские, чистые и светлые, как самое ясное небо — завораживали и дарили радость. Все это кружило ей голову… Он кружит ей голову… Радостное тепло переполняло их обоих, а на губах играла счастливая улыбка. Невольно оторвавшись от Василисы, Фэш вдруг улыбнулся. — Жалко, но нам придётся вернуться, — вздохнул парень, продолжая приобнимать смущенную Василису. — Скоро новый урок от зодчего, а если опоздаем, то Миракл, наверное, опять запретить нам встречаться… — Это точно, — согласилась Василиса, сама рассмеявшись. — Это так нечестно! Уж больно они строгие! — Кто именно? — хмыкнул Драгоций. — Миракл, Чёрная Королева или твой прадед? Кстати, — на его лице появилась ухмылка, — Родион Хардиус случайно не мог оказаться где-то поблизости и все увидеть? А то любит он появляться в такие моменты… Странно, что он раньше не пришёл… О, смотри-ка, там действительно твой прадед! И он направляется к нам… Его лицо так помрачнело, что Василиса оглянулась, но никого не увидев, чуть-чуть пихнула в бок шутника. — Ты поаккуратнее, — заметил Фэш. — Ты мне так все ребра переломаешь… — Извини! — мигом перепугалась Василиса, но Фэш лишь прикалывался — в его глазах плясали озорные огоньки. — Да я шучу, темнота, — поддразнил Фэш, снова превращаясь в надменного мальчишку. Однако он мигом развеселился. — Слушай, а может, ну их, уроки эти? Останется здесь, посидим, поговорим? Надоел уже этот Зодчий Круг! Одни уроки и уроки! Мы же дети в конце-концов! — Время — это большая ответственность, — она неуверенно пожала плечами. — Нам нужно учиться… — Но мы и без того учимся! — Но… Драгоций неожиданно ухмыльнулся и, не давая договорить, вновь поцеловал её, придержав лицо девушки за подбородок. Она и сама прильнула к нему, отвечая со всей нежностью, на которую только была способна. — И все равно, это большая ответственность, — она постаралась отдышаться, вглядываясь в ангельские глаза, пытаясь понять — о чем же они думают? Фэш закатил глаза. — Кто же тебе втолкал такое в голову? Неужели Миракл? — Сама додумалась! — Василиса показала другу язык. — А вот ты, видимо, никак не можешь… Солнце скрылось за горизонтом, оставляя лишь последние проблески заката. Чёрнота поплыла по небу, скрывая на своём пути прозрачно-голубую синеву. Высокие деревья в аллее и огромный старый дуб переросли в страшные тени на тёмном ковре травы. В камышах заверещали насекомые, заквакали лягушки, слышались ещё непонятные странные звуки. Может быть, это мары сидят в камышах? Последний раз мимо пролетел огнежар, блеснув своим красивым хвостом, и скрылся за далями леса. По воздуху летали светлячки, дивно мерцая в тёмном небе. Вечерело… Василисе стало боязно. А что, если они и правда наткнутся на злобных мар или других страшных существ? — Знаешь, — вдруг проговорила она. — И правда, ну её, эту учёбу, да? Вот только… Давай прогуляемся ещё раз как-нибудь пораньше, а сейчас все-таки вернёмся в Расколотый Замок, да? — Испугалась? — пожурил Фэш. — Ну ладно, раз испугалась, тогда пошли… — И ничего я не испугалась!