Связанные судьбой?

      Холод. Я снова чувствую его. Перед глазами темнота. Я практически ничего не вижу. Воздуха почти не осталось. Опять этот… сон. Я тону? Вокруг меня только вода. Я ничего не могу сделать, тело будто окаменело. Я тяну руку кверху, к мерцающим бликам на поверхности воды, но достать… не могу. Я чувствую, как меня что-то тянет вниз, и самое страшное, что я легко поддаюсь этому. Но почему? Я ведь умею плавать. Почему я тону? Светлое пятно становится всё меньше и меньше, я уже не могу сдерживать остатки кислорода, но, если я сейчас открою рот, то тут же захлебнусь. Я протягиваю ладонь к свету, а моё тело продолжает медленно опускаться вниз. Открыв глаза, я тут же вскакиваю с постели в холодном поту и с бешеным сердцебиением. Сон. Он сниться мне практически каждый день, и практически каждый день я вынуждена просыпаться с ужасом в глазах. Я быстро дышу, прижав ладонь к груди. Сердце билось так судорожно, будто я уже… борюсь за свою жизнь. Что происходит со мной? «Астрид, что случилось?» — моя мама влетела в мою комнату, как только услышала мой крик. Застав меня всю бледную и перепуганную, она без слов поняла, в чём дело и не утруждала меня отвечать. Она тихо села на край кровати и стала прижимать меня к себе, и я крепко обняла её, чувствуя её тепло, и мне сразу стало спокойней. Мама, чтобы я делала без тебя? Она гладила меня по волосам и успокаивала. — Мама, я снова… снова была там, в воде. Я тонула. — Сказала я, всё ещё ощущая тревогу в себе. — Это был сон, Астрид, ничего страшного не случилось, — успокаивающе ответила мне мама, проведя рукой по моим волосам. — Мне страшно. — А ты не бойся, знаешь, иногда даже самый жуткий сон может оказаться не страшным, если ты будешь бороться с ним. — Но я ничего не могу сделать. — И однажды, — продолжила мама, словно не слушая меня, — ты победишь, Астрид, вот увидишь.       Конечно, слова напутствия многое значили для меня, но поддерживали слабо. Я всё ещё была озадачена значением этого сновидения и не могла понять, как это было связано со мной? К сожалению, в нашем доме, после ухода отца, книг почти не осталось, где бы смогла найти хоть какой-то ответ. Мама любила читать в присутствии всей семьи, и некоторые переплёты ей подарил мой отец, Филл Хофферсон, а когда родители расстались, книги стали «давить» на воспоминания, поэтому мама решила отнести некоторые в библиотеку, а какие-то раздарила родственникам, оставив на полках лишь пару тройку книг. А в интернете я не очень-то любила копаться, ища информацию по таким вопросам, и больше предпочитала искать необходимые ответы в напечатанных книгах и журналах. В школе никто не знал о моих проблемах, так как я никогда ими ни с кем не делилась, желая разбираться во всём сама и не привлекать к своей личной жизни посторонних людей. Я даже улыбалась, когда рядом со мной были мои друзья, однако внутри меня в тот момент скреблись кошки и больно царапали душу. Когда шёл дождь, я старалась не выходить на улицу, ибо по причине своего сна стала ненавидеть воду и всё, что с ней было связано. И этим я казалась странной, но не могла объяснить, почему я была такой, потому что тогда бы меня сочли сумасшедшей, и это только бы ухудшило моё и без того плачевное положение. И вот именно в такие моменты я начинала ненавидеть себя и свою жизнь.

***

«Эй, Хоффер, ты гулять идёшь?» — громко крикнула мне в трубку Зоя, моя подруга. Я лишь что-то невнятно промычала в ответ, но та была настырной девой, потому всё равно настояла на том, чтобы я вышла. Я не могла отказать ей в этом. К счастью, день был солнечным, а моё настроение было как всегда приподнятым. Я не доставляла никому из ребят проблем, и мы весело проводили время вместе, что-то рассказывая, бурно обсуждая и громко смеясь и дурачась. — Астрид, ты позволишь своему верному товарищу проводить тебя до твоего дома? — неожиданно тяжелая и грубая рука Йоргенсона легла на моё плечо, и этот недотёпа позволил себе приобнять меня, при этом нагло и противно улыбаясь. — Если сию же минуту не уберёшь свою руку с моего плеча, будешь ходить одноруким! — дерзнула я, сжав ладонь в кулак. Стивен по упирался какое-то время, но всё же зная меня и мои приёмы, быстро убрал свою конечность, неловко посмеиваясь. Я лишь сурово посмотрела на него и, рыкнув, отошла в сторону. — Всё равно я от тебя не отстану! — Ты что-то сказал? — Нет, тебе послышалось. Агрх, глупый Йоргенсон!

***

      И снова тьма. Лишь там, на границе воды и воздуха был видён свет, лучи которого проникали дальше в воду, однако до меня они не доставали. Я вновь ощущала слабость и тяжесть во всём теле. Полу прикрытыми глазами я смотрела вверх и пыталась дотянуться до верха руками, но мне что-то мешало. Я находилась в воде в почти горизонтальном положении, что усложняло моё положение. Приоткрыв рот, я увидела как несколько маленьких пузырьков устремилось вверх. Было трудно понять, где я находилась: в реке, в озере или просто каком-то водоеме, но одно я знала точно, выбраться из этого водяного плена я никак не могла. Опустив глаза вниз, я вдруг увидела чьи-то руки на своей талии. Значит, это был человек? Но кто это был? Зачем он тащил меня вниз? Мне стало страшно. Я попыталась убрать чьи-то холодные ладони от своего тела, но моих сил для этого было недостаточно. Становилось тяжелее… «Мамочки!» — я внезапно проснулась, тяжело дыша и холодея от ужасного сна. На мгновение мне показалось, что мои волосы были мокрыми, хотя голову я не мыла и ранний утренний душ не принимала. От ощущения, что меня кто-то пытался утопить или же просто тонул со мной за компанию, было не по себе. Я убрала руку от лица и посмотрела на свою ладонь: она непроизвольно дрожала, как, впрочем, и я сама. Я должна была во что бы то ни стало разобраться, что же это за сон?       После уроков я зашла в школьную библиотеку. Она была очень большой, и книг там было достаточно, чтобы сбиться со счёту. Так как моя школа располагалась в самом центре города, то можно было смело сказать, что в неё впихнули всю городскую библиотеку, поэтому там можно было найти любую книгу на любой вкус и интерес. То, что мне было нужно. Я стала осматривать множество полок с книгами, пока наконец-таки не наткнулась на большую книгу сновидений; толстую, тёмно-синего цвета книгу. Расположившись за стол в самом дальнем углу библиотеки, я стала листать страницу за страницей, пытаясь найти упоминания о воде и человеке, находящимся в воде, во время сна. Книга была такой толстой, что пока я искала нужную информацию, у меня стали болеть глаза и немного кружиться голова от большого количества слов и мелко напечатанных букв. «Вот, нашла!» — Девушка! Девушка! — кто-то стал тормошить меня за плечо. — Я что, уснула? — Пожалуйста, покиньте библиотеку, мы закрываемся, — строгий и громкий голос библиотекарши быстро взбодрил меня. До сих пор не могу поверить, что я заснула прямо в библиотеке, сидя за маленьким и весьма неудобным столом. — А который час? — Почти пять часов. Так вы собираетесь уходить, или нет? — настойчивая женщина стала прожигать меня взглядом до тех пор, пока я не встала и не вышла из читального зала.       Краем глаза я заметила, с какой небрежностью она схватила мою книгу, но видно не рассчитав её вес, чуть было не выронила из рук, а потом она, видимо, вернула её на место, потому что я уже успела покинуть школьную библиотеку. Я пробыла там почти два часа, и что странно, так это то, что я не помню, нашла ли я то, что меня тревожит уже далеко не первый день или нет, а самое странное то, что я не видела этот злополучный сон, я вообще не видела никаких сновидений. Может, это и к лучшему? Следующие два дня я жила спокойно. Мне так ничего больше и не снилось. Вообще. Может, та книга из библиотеки была какой-то магической? Да ну, что за бред ты несёшь, Астрид?! Школа, домашка, прогулки с друзьями стали постепенно возвращать моё былое время, когда не знала всего этого кошмара, что стал мне сниться. Так что же иногда происходит с человеком, когда он спит? По крайней мере, что происходит со мной, я ещё толком не знала.       На следующий день Зоя, или же, как она любит, чтобы её называли, Забияка собрала нас всех на нашей точке и сообщила, что хочет отдохнуть на выходных от школы и городских будней где-нибудь за городом и зовёт нас вместе с ней. Конечно же любой из нас любил по лениться на славу, и поэтому никто отрекаться от предложенной идеи не стал. Впрочем, я тоже не стояла в сторонке. В конце концов, я тоже устала. Только не от школы, а от самой себя и подумала, может, мне удастся расслабиться вместе с ребятами? Эх, Астрид, какая же ты наивная! Мой ненавистный и странный сон больше меня не беспокоил, что было довольно странно, ведь до этого я просто не могла спать, ибо как только я начинала закрывать глаза, то начинался весь кошмар, после которого у меня кровь стыла в жилах, а теперь… ничего? Очень странно.

***

      Мы все собрались и, усевшись, в довольно просторной машине Торстонов, уже стали планировать наши дни. Честно сказать, не смотря на то, что я была счастлива оказаться вместе с друзьями, в душе у меня было какое-то дурное предчувствие. — Астрид, ты же уже ходила в Турпоход? — противный Йоргенсон снова начал ко мне подкатывать, вальяжно рассевшись посередине между мной и Забиякой. — А ты уже позабыл те синяки и мой зачётный бросок через плечо? — парировала я, ухмыляясь в ответ на слова одноклассника. — А, по-моему, здорово, что мы все вместе собрались, да, Астрид? — в наш «милый» разговор влезла Зоя, и я была рада, что до кулаков вновь дело не дойдёт, и потому просто улыбнулась ей, переведя взгляд в окно.       Мы направлялись к какому-то водоёму, как я успела заметить, и меня это стало настораживать. Я посмотрела вперёд, перед нами открылся вид на широкую автотрассу, вдоль которой тянулась длинная аллея деревьев. — Мы что, едём на озеро? — обратившись к нашему водителю, или же брату-близнецу Забияки встревожено протараторила я. — Есть какие-то проблемы? — криво улыбнулся Зак, чуть повернув голову в мою сторону. — Астрид, если ты не умеешь плавать, то я с удовольствием научу тебя. К тому же я всегда смогу защитить тебя. — надоедливый Стивен вновь положил свою ладонь на моё плечо, чем жутко меня разозлил, и я уже не смогла сдержать свой кулак на месте, врезав прямо по носу самовлюбленному выскочке.       Через двадцать минут мы были уже на месте. Вид был, конечно, красивый. Под большим мостом, по которому ездили машины, протекало озеро, рядом росли деревья и какие-то лесные цветы. Ребята стали потихоньку обустраиваться на широкой поляне. И только мне одной было всё ещё не по себе. Всё-таки что-то меня необъяснимо продолжало тревожить. Что за…? Опять я сплю? Я снова в воде. Уже голова болит от всего этого. Если уж мне суждено умереть, так почему же это не происходит со мной? Почему кто-то продолжает мучить меня? Я просто… ничего не хочу уже. Просто закрыть глаза и спокойно утонуть вместе… с кем? Опять чьи-то руки. Я чувствую, как воздух исчерпывается из меня, я больше не могу дышать. Я закрываю глаза… «Астрид! Астрид!» Что это? Кто-то зовёт меня? Но до этого я не слышала ни чьих голосов в своём сне. Кажется, это был голос Забияки? Сердце… оно больно сжимается. Мне холодно. Значит, я не сплю? Получается, всё это происходит на самом деле? Не может такого быть! Я резко поворачиваюсь назад. Парень? Так вот, кто схватил меня за талию! Но как он оказался здесь со мной? Кто он? Я аккуратно стала тормошить его, но он, кажется, был без сознания. Я должна выбираться отсюда! Я должна выбираться наверх, чего бы мне этого не стоило! Но и этого парня я бросить не могу, хотя, возможно, из-за него я и оказалась здесь. Но у нас обоих не было ни сил, ни времени, чтобы думать. Я кое-как оттолкнулась и высвободилась из рук парня, который стал уходить всё ниже. Схватив его за руку, я стала тащить нас обоих из воды. Дышать я практически не могла, а до поверхности было, как мне казалось, ещё далеко. Тогда я вспомнила слова мамы. Она сказала, что я смогу победить. Значит –смогу!       Свет. Первое, что я увидела, был яркий свет. Вокруг меня толпились люди, среди которых были мои друзья. Они испуганно смотрели на меня и что-то говорили, но я только смотрела на них и ничего не говорила им в ответ. Какой-то мужчина, как потом я выяснила, оказался спасателем, привёл меня в чувства и накинул на меня тёплый плед, а ребята принесли мне кружку горячего чая. Йоргенсон и Торстон сидели рядом со мной, словно боясь, что я опять упаду в воду. Я же ничего не понимала и пыталась собрать всю ситуацию воедино. — Парень, — первое, что я сказала за всё время, находясь с ребятами. — Астрид, ты заговорила! Что произошло? Как ты оказалась в воде? — обеспокоенный Зак стал допытывать меня вопросами, но я продолжала своё, — Тот парень. Где он? — Его приводят в чувства, он всё ещё без сознания, но моя сестра уже давно вызвала «скорую помощь», они должны приехать! — Он жив? — Сложно сказать, но, похоже, что да. — Спасибо вам, ребята! — тихо проговорила я.       Когда я наконец-таки полностью пришла в себя и стала отчётливо слышать звуки, то услышала радостный крик Зои. Кажется, того парня удалось вернуть к жизни. Я мигом вскочила и подбежала к машине прибывших врачей. Парень, который был почти моим ровесником, действительно пришёл в себя, однако, так же, как и я, ничего не мог пока что сказать.       Через двадцать минут врачи уехали, оставив нас наедине со спасателями, которые разговаривали со всеми. Включая и того парня, который молча слушал их и неотрывно смотрел на меня. Я же стояла в сторонке, укутанная в плед, и смотрела вдаль. Ощущая на себе пристальный взгляд, я отвернула голову, хотя самой жуть как хотелось посмотреть в глаза тому парню. Я не испытывала к нему никакой ненависти или неприязни. Наоборот, что-то притягивало меня к нему и почему-то казалось, что я его уже где-то видела. Не выдержав, я всё-таки посмотрела в его сторону. Хорошо, что он уже успел отвернуться и не увидел моего смущенного лица. Я должна была признать — он был чертовски симпатичен. Всё, что я успела в нём разглядеть, это его глаза: такого приятно успокающего, тёплого и загадочного зелёного цвета. К несчастью для себя я поняла, что, будучи стойкой и далеко непростой по характеру девушкой, смогла так быстро влюбиться в этого парня, имя которого я ещё не знала. Поправив плед на плечах, я отдалилась от ребят и села на берегу возле озера, всматриваясь в воду. Потом я услышала чьи-то шаги рядом. Повернув голову. Я увидела его; он весь мокрый, как и я, шёл ко мне, держа плед за спиной. Я немного отодвинулась в сторону, стараясь не смотреть на него. — Как твоё имя? — спросила я шатена, который как-то странно посмотрел на меня и ответил: — Иккинг. А твоё? — Ас-трид, -неуверенно ответила я. –Как я оказалась в воде? — А ты разве не помнишь? — Нет. Всё, что я помню, так это то, что мне постоянно снился один и тот же сон. Я тонула. И при этом не могла выплыть. После того, как я начинала задыхаться, я просыпалась. Я ничего не понимаю. — Кажется, наши сны оказались реальностью. — То есть? — Я шёл с друзьями по тому мосту. Я ненавидел их за то, что они меня презирали и постоянно глумились. А потом они решили поиздеваться надо мной. Зная, что я панически боюсь воды и не умею плавать, они столкнули меня в воду. Думали, что я начну глупо барахтаться в воде, но я начал тонуть. Ты, видимо, увидела это и тоже прыгнула в воду. Но я стал тащить тебя за собой. Это я не давал тебе выплыть. Я прижался к тебе, потому что мне было страшно. Мой страх оказался сильнее, и если бы не твои друзья, мы бы оба уже были мертвы. — То есть, ты хочешь сказать, что-то, что нам снилось, оказалось правдой? — Я думаю, что это был вещий сон, ну, или так за нас распорядилась судьба, — он пожал плечами, а мне стало ужасно жаль его. Почему-то появилась желание расплакаться, но, то ли от огорчения, то ли от чего-то ещё. — Мне было одиноко, Астрид, и страшно одновременно. Когда я увидел, как ты протягиваешь ко мне руку и пытаешься вытащить меня из воды, мне захотелось тебя обнять и хотя бы раз в жизни понять, что я не одинок, что рядом со мной может быть человек, который сделает меня счастливым, но, видимо, я обречён на одиночество. — Нет, ты не одинок, — выкрикнула я, чувствуя, как слёзы начинают наворачиваться на глаза. Иккинг попытался встать, но я не дала ему этого сделать, прижавшись к нему, стоя на коленях, — Ты не можешь быть одинок, слышишь! Никто не одинок! — я чувствовала, как бьётся его сердце, от него так приятно пахло, и он был таким тёплым. Мне не хотелось его отпускать. — Я всегда… всегда буду с тобой! — жмурясь от собственных слёз, меня бросило в жар, — Я всегда буду с тобой…