Любовь во всех ее проявлениях

У Стива все с ног на голову переворачивалось с самого утра. Таблетки сыпались из рук, а бинты рвались словно бумажные. У Стива впервые заболела голова, и, видимо, решила отболеть за все те годы, пока он был достаточно неуязвим. - Это все нервы, - ворчала Наташа, собирая таблетки с пола и ссыпая их в баночку, что все так же сжимал в руках Стив. – Не обязательно было торчать возле него всю ночь, - Стив кивает. Наверняка она права, но ночь уже прошла, а он за нее ни разу не сомкнул глаз. - Понимаешь, такого с нами никогда не случалось, - Стив не похож сам на себя, и это немного пугает Наташу. - Чего? – на самом деле она понимает к чему он ведет, но отчего-то все равно включает «дурочку». - Словно мы и не суперсолдаты вовсе, - он усмехается, но глаза слишком грустные, чтобы поверить в естественность этой улыбки. - Ну да, Стив, есть в вас что-то и от обычных людей, - на мгновение она замолкает. Не знает точно, могла ли задеть этим Стива. Но Стив не обращает на это внимания, и она выдыхает. - Ты права, мы просто давно не ощущали себя людьми, - Стив опускается на стул и снова пытается сосредоточиться на книге. - Он просыпался? – спрашивает девушка, опускаясь на кушетку, что стояла чуть подальше кровати Баки. - Он очнулся пару раз, сказал, что теперь точно будет работать только в книжном и снова отключился. Второй раз попросил не сильно ругаться, - Стив почти улыбнулся. – Как же! Только пусть очнется, а уж потом я всыплю ему по первое число! – это рассмешило Наташу. - Я бы на его месте сбежала, когда ты уснешь, - Наташа замолкает, а Роджерс снова утыкается в книгу. Когда-то давно…Стив уже и не помнит точно когда, но это было. Когда-то давно все было точно так же, за исключением Наташи. Стив сидел у кровати, на которой бледный словно поганка лежал еще тогда не его Баки Барнс. Сейчас это чудится Стиву чем-то далеким, но закрыв глаза ощущается таким реальным, что становится сложно дышать. Тогда он не мог назвать его даже Джеймсом, потому что на кровати лежал никто иной, как Зимний солдат. Он был прикован к кровати железными оковами, а от бионической руки тянулись косами всевозможные проводки. И Стив не знал, чего от него ожидать. Никто не знал. Стив думал, что поступает правильно, но тогда еще не был в этом уверен. Все говорили, что он спятил, но ему было плевать. Зимний солдат представлял опасность для всех, и в первую очередь для самого Стива. Но Роджерс понимал кое-что еще. Его Баки Барнс сидит внутри. Он сидит в голове этого воинственного робота и ему страшно. Ему больно, потому что он – это Зимний солдат. И Стив знал, что очнувшись Баки попытается сбежать. Он не спал четверо суток, охраняя его лучше, чем целая база ФБР. Он знал одно – никто кроме него не удержит Джеймса. Да и Стив к нему никого не подпустит. Сейчас он чувствовал себя точно так же. Сейчас он чувствовал себя так, будто Баки снова от него бежит. Но Стив Роджерс не будет самим собой, если позволит этому случиться. Его Баки, ЕГО ДЖЕЙМС навсегда останется с ним. Пока не пройдет куча времени, пока Питер не перестанет нуждаться в них, пока планета не перестанет нуждаться в Стиве Роджерсе, а Стив Роджерс в Баки Барнсе. Сейчас он думал о том, что сделает все, лишь бы Баки не чувствовал Боли. Будет сидеть возле его кровати сколько нужно, лишь бы Баки не было страшно. Снова забудет про сон, про еду, про существование лежачего положения. Лишь бы его Баки снова был с ним. - Папа? – дверь в палату открылась слишком неожиданно. - Питер…Тони? – первой вошедших увидела Наташа. Стив с трудом сфокусировал на них свое внимание. - Привет всем, - голос Старка звучал предельно тихо и как-то виновато. Стив не сразу сообразил с чего бы. И не сразу понял, что происходит. - Ты ночевал у Тони? – это было первое, что вырвалось у него изо рта. - Па…давай потом об этом поговорим, хорошо? Я знаю что ты…- Стив помотал головой. - Нет…нет-нет, Питер, мне все равно, - его губы изогнулись в подобии улыбки. – В смысле…мне конечно же не плевать на тебя, но это твое дело – кого любить, - в палате повисло немое молчание. - Я, пожалуй, выйду, - Наташа не была удивлена, но чувствовала себя, мягко говоря, лишней. - Спасибо, Стив, - первым ответил Тони. - Ооо! Нет-нет, Старк! Не благодари меня за это! Я вообще ничего не хочу знать о том, что между вами происходит, ясно? Это ваше личное дело, - Роджерс закрыл книгу и, отложив ее на тумбочку, встал. - Как папа? – наконец-то голос подал и Питер. Он выглядел до ужаса потерянным и смущенным, но старался держать лицо. - Врачи говорят, что с каждым часом все лучше, - Стив подходит ближе и притягивает Питера к себе, обнимая. – Ох, знакомый парфюм, - взгляд падает на Старка. – Сына, надеюсь ты будешь перенимать только хорошие привычки от своего бойфренда, - отпустив Питера, он снова возвращается на свое место. - Смотрю у тебя появилось настроение, - в палату возвращается Наташа с двумя стаканчиками кофе из автомата. – Извините, ребята, вам я кофе не взяла, - толкнув бедром Старка, она проходит вперед. - Значит, все в порядке? – Старк выглядит до ужаса нервным, хоть и пытается создать видимость спокойствия. - Да, вполне, - Стив врет, потому что даже он сам не верит в то, что все в порядке. Но не говорить же об этом при Питере? К тому же это все-таки личные переживания Стива, которые ничем не подкреплены. - Тогда мы пойдем? Питер? – Тони кивает в сторону двери. – Скажите холодному сердцу, чтобы выздоравливал, когда очнется. Всем пока, - Старк уходит первым, одарив всех присутствующих усмешкой. - Пит, у тебя ужасный вкус на девушек, - смеется Наташа, как только за Тони закрывается дверь. - Ох, Нат, плохая шутка, - бурчит Стив, но все равно смеется вместе с ней. - Ладно, пойду я, - Питер краснеет еще больше. Ему совершенно неудобно, он чувствует себя как на расстреле. - Давай, малыш, и будь осторожнее. По крайней мере я могу не волноваться, что ты останешься голодным, пока мы тут, - Стив треплет Питера по волосам, когда тот наклоняется, чтобы обнять отца. – Передам Баки, что ты заходил, когда очнется, - добрая улыбка Роджерса заставляет Питера немного расслабиться. - Люблю тебя, пап, - Питер машет Наташе и тоже скрывается за дверью. - Старк знает, что его могут посадить? – снова подает голос Наташа. - Старк может подкупить кого угодно, - отмахивается Стив. – Давай не будем об этом…

***

Время проходит быстро, хоть Стиву и казалось, что течет оно медленнее киселя, что варил Баки, когда Стив заболевал. Баки очнулся к вечеру того дня, когда приходили Тони и Питер. Он открыл глаза и Стиву показалось, что в палате стало больше воздуха. Лечение свелось к минимуму, так как организм начал восстанавливаться сам по себе, и теперь врачам оставалось лишь следить за его самочувствием. - Так ты не злишься на меня? – в какой раз спрашивает Барнс, пока Стив меняет повязки на его груди. - Злюсь, - бурчит Стив, но Баки знает, что это вранье. - Не злись, я обещаю, что теперь ты будешь знать о каждом моем шаге, - Стив хмурится. - Мне не нужно знать о каждом твоем шаге, Баки, я хочу доверять тебе, - Стив заклеивает последний лейкопластырь, аккуратно проводя пальцем, чтобы не сделать больно. Этот постоянный страх навредить Баки плавно превращается в паранойю. - Хорошо, тогда просто прости, - Баки ловит Стива за руку, заставляя сесть на край кровати. - Ты давно прощен, - Роджерс все еще хмурится, но уголки губ все-таки ползут вверх, превращаясь в подобие улыбки. - Спасибо, - у Баки преданные грустные глаза и от этого Стиву почему-то хочется скулить. Ему не нравится, когда Баки слаб. Ему не нравится чувствовать, что Баки уязвим. Ему не нравится знать, что сейчас кто-угодно может принести вред его Баки, и даже он сам. Ему хочется знать, как было всегда, что Баки – скала, что он сильнее всех бед, всех невзгод, плохого настроения и хмурой погоды. Он сильнее всего на свете. Потому что это его Баки, который всегда был для него героем. Потому что Баки его герой.