Мой истинный.

По этажу разнесся щелчок. Дверь в квартиру Ривая Аккермана открылась. Эрен первый зашел и снял обувь. — Когда я была тут последний раз, было чище. Без обид.- Ханджи тоже сняла обувь и прошла вперед. Но, правда, за это время тут разошелся маленький беспорядок, конечно, горничных Ривай не нанимал. У него есть и своя. Мужчина закрыл дверь на ключ и направился на кухню. Пусть, большая половина полок была пуста, гостей угощать нужно. — Будите что-нибудь есть? — он шарился по полкам в поисках чего-то приличного. Сам Ривай часто обедал в кафе, на нижнем этаже его корпорации, сделанном специально для сотрудников. А ужинал в ресторанах, часто попутно решая различные вопросы и присутствуя на сделках. Ривай не сидел за уютным домашним ужином наверно лет десять, а то и больше. А если и кушал дома, то уж точно в одиночестве. — Я бы предпочла выпить. — Ханджи развалилась на диване, закинув руки на спинку. Будто, она здесь постоянный гость. Отчасти, это так. POV Эрен Я не мог сказать слова. Смущение жрало меня изнутри, но… Я был зол. Пусть, снаружи этого не видно, но черт, как я готов вскочить, и помчаться в одну из комнат, просто сидя там думать, злиться, быть кулаками об стену. Но не могу позволить себе перед такими людьми. Не могу опозорить моего Ривая. Я…Буду стараться. Изо всех сил. Не думал что когда-нибудь, мне придется настолько сдерживать себя. Ханджи ведет себя так, как будто она тут хозяйка, а не Ривай. Она бесит меня. Если бы я тогда не предложил поехать к кому-то домой, если бы промолчал и сдержал себя… Я идиот. Я не могу сбежать отсюда, но могу попытаться изменить ситуацию. Хоть сейчас меня крутит, не знаю, может, стошнит, хотя бы попытаться стоит. Мои руки не могут не дрожать. Да что со мной? Никогда такого не было из-за глупых чувств. Я не узнаю себя. Ривай вытащил из бара пару бутылок рома. Он правда хочет выпить? — Ром сойдет? — он протянул бутылку женщине. Та заулыбалась, как будто ребенку протянули его игрушку мечты. Она выглядит глупо. Почему я просто не могу снять квартиру, чтобы не видеть, как проводить свое свободное время Ривай. Может так и поступлю в ближайшие дни. — Да, более чем! — да она даже без алкоголя кажется пьяной. Я бы не удивился если бы ей не продали алкоголь, в ее трезвом состоянии. — Эрен, ты тоже ром будешь? — он поставил на стол стаканы. — Наверно. — я потянулся за одним. Помню, как мне обожгло горло, и я поперхнулся. *** У меня все плыло перед глазами. Руки согрелись и мне стало хорошо. Шатало. Пусть я сидел на диване, мою голову из стороны в сторону мотало. И их тоже. Ханджи заливалась смехом. Ее щеки приобрели розоватый оттенок, ну или это то, что я смог увидеть. Я тоже смеялся. Но тогда, все-таки, удивление пронзило мою голову. Ривай… улыбался? Ривай? Я никогда бы не мог подумать, что с таком состоянии он будет улыбаться. Думал, он будет говорить о своем тяжелом детстве или о его матери, но не улыбаться. Скорее всего, просто в моей голове засел стереотип о нем. Мои веки тяжелели. Я еле мог держать бокал дрожащими пальцами. Не могу так больше. Нужно подняться. Я зашел в ванну и быстрым шагом подошел к унитазу. Внутри все горело. Я стал расстегивать пуговицы на моей белой рубашке. Так хотя бы проветрюсь. Тошнота резко подступила к горлу. Я зажал рот ладонью. мурашки пробежали по плечам. Я снова наклонился к унитазу, но состояние пришло в норму. Мне было просто жарко, очень жарко… Дверь в ванну распахнулась. Не лучшее зрелище увидеть меня около унитаза без рубашки. — Ты чего тут делаешь, идиот? — а, это Ривай. Я смотрел на него, думал, услышу еще что-то типо «дибил, мелоч, что ты тут ванну мою пачкаешь», но нет. Он ничего больше не сказал. А у меня не было сил ответить. Я просто всматривался в его лицо. Оно всегда было таким непреступным передо мной. Я хочу узнать, что скрывается за этой маской бесчувственности. Хочу видеть твои настоящие чувства. Я быстро поднялся с пола и подошел к нему. Он смотрел не на мое лицо, не хотел мне врезать или обозвать. Он смотрел на мой обнаженный торс. Смотрел так, будто хотел прикоснутся. Хотел почувствовать его на себе. А я все больше, хотел видеть его глаза, как они посмотрят на меня, совершенно по иному. — Мои глаза выше, Ривай. — казалось, я мог услышать биение его сердца. Его дыхание. И его волнение. Он вспотел.Чего он хочет сейчас? -Я и не хотел смотреть в твои глаза, придурок. — его голос сорвался на последнем слове. Он…смущается? Тогда, ночью, на кухне, он не смущался. Я тут девственник, а не он. Я должен смущаться. Но, почему сейчас все наоборот. Его бледная рука потянулась вперед. Он осторожно коснулся моего соска. Осторожничает. Я нервно выдохнул и дыхание перехватило. Мне как будто заблокировали доступ кислорода. Не хватает воздуха. Надо попытаться выровнять дыхание. И все это от одного прикосновения его руки. Он смотрит. Пристально смотрит. Хочет. Я вижу, Ривай. Его рука спускалась вниз, еле касаясь моего тела. Он как будто дразнил. Почти не касался. Хотел чтобы я коснулся его. Ривай, я не сдержусь. Не смогу не коснуться тебя.