Я даже не знаю кого из вас выбрать, мальчики!

Если бы можно было повернуть время вспять, я никогда в жизни не напросился бы в эту футбольную команду. «Самая лучшая в городе!», «Прекрасные тренера!», «Они там все – будущие Роналду!» Тьфу! Бред это всё! Сейчас я стою в раздевалке городского стадиона и выслушиваю негатив, снабжённый трёхэтажным матом, в свой адрес. Наша команда уже разошлась, осталось двое самых категорично против меня настроенных. «Старички команды», они занимаются здесь дольше всех, и на этой игре забили практически все голы. А я, как абсолютно криворукий вратарь, практически все пропустил. Итог – мы в заднице. А у команды соперников – поездка в Петербург на несколько дней. Поощрение юных талантов. Чёрт бы их побрал! - Чего ты вообще сюда пришёл? – орёт на меня Егор. У обоих парней тёмные короткие волосы и практически одинаковое хорошее телосложение. Но тот, что повыше - Егор, а тот, что пониже – Борис. - У нас такая команда была, да мы чемпионами были везде! – разочарованно говорит он. - Да мы здесь с первого класса занимаемся, я тебя за наших тренеров и команду урою! Сергей Александрович никогда таким поникшим не ходил! До сих пор не понимаю, почему он тебя не выгнал. Вот такой вот я неудачник. Ничего не умею и всех подвожу. Мне неудобно, правда. Я и собирался уйти сразу же, и хотел сказать об этом парням, но… - Короче, Олег, если ты не уйдёшь из команды, я тебе покажу, отвечаю! – зло смотрит на меня Боря. Когда он так смотрит, лучше с ним не шутить. - Я тебе дам, и так дам, что в жизни не забудешь! – поддерживает его Егор. И мне бы сейчас покивать да убраться отсюда навсегда, но я хитро улыбаюсь и говорю: - Я даже не знаю, кого из вас выбрать, мальчики! Они переглядываются и через несколько секунд начинают ржать. Громко и… довольно, что ли, как будто только что не было напряжённого разговора и угроз. - Не можешь выбрать, говоришь? – унимая смех, говорит Егор. Не могу понять, что их так рассмешило. Но тут он резко успокаивается, его лицо становится чересчур серьёзным, даже серьёзнее, чем до моей шутки, и он тихо говорит: - Так выбирай обоих. Блядь, шутка затянулась! Сейчас получу от них за такие смелые изречения в их адрес. Мозгов у меня, конечно, нет, но диалог вышел классный. Хотя он всё равно он не стоит той взбучки, которую я сейчас получу. - Ты же должен отвечать за свои слова, - так же серьёзно продолжает парень. – Сегодня в девять вечера здесь же. И если не струсишь и придёшь, реально, как мужик ответишь за сказанное, мы не будем заставлять тебя уходить из команды. И даже поможем, потренируем, да? – он смотрит на Борю. Тот тоже стоит серьёзный и кивает. - Короче подумай, мужик ты или нет, и хочешь ли ты остаться здесь или нет. Не придёшь – так не придёшь, хорошо? - Да, - удивлённо произношу я. - Но когда ты переступишь этот порог, дороги назад уже не будет, идёт? – вступает в разговор Боря и протягивает мне руку. - Идёт! – я отвечаю пожатием. И не то чтобы я грезил о карьере футболиста, но прослывать трусом не хотелось. Ко мне и так ужасно относится вся команда, а если ещё узнают, что я не пришёл на стрелку, уххх… не очень хорошо они меня запомнят. Блядь, вечером меня будут бить. Сказав маме, что пойду ночевать к другу, я вышел из дома в полдевятого. Темнело. Майский ветерок теребил мои каштановые волосы, собранные в хвост. Я вышел в одной футболке, о чём сразу же пожалел, но возвращаться уже не хотелось. Зайдя в тёмную раздевалку, я потянулся рукой к выключателю, но её перехватили чьи-то холодные пальцы. Эти же пальцы развернули меня и вжали стену. - Пришёл всё-таки… - томно выдохнул мне в лицо голос Егора. Что? Голос Егора? - Егор? - Егор, но ты не переживай, Боря сейчас придёт! А потом он добавил шёпотом на ухо: - Чтобы ты не мучился проблемой выбора. Находиться зажатым между холодной стенкой раздевалки и тёплым телом Егора, конечно, странно, но приятно. Вернее, я ещё не до конца осознаю, что это Егор, что мы оба парни, что мы почему-то стоим в обнимку. Возможно, я расслаблен из-за абсолютной темноты, а, возможно, я слишком переживал, когда шёл сюда, но мозг не хочет воспринимать ситуацию адекватно. Пользуясь этим, Егор впивается в мои губы. Напористо, страстно. Ведёт себя, как хозяин, сразу проталкивая язык в мой рот. Это, наверное, такая разновидность шока, когда не можешь даже сопротивляться. Я забываю, что это Егор, я забываю, что я парень, что он парень, что есть вообще такое понятие, как «пол». Есть только глубокая темнота, сильные руки, обнимающие меня, нежные губы и дикое желание продолжать. Включив на пару секунд мозги и сопоставив в голове все факты, я решил, что так не бывает, что это – сон, а во сне всё можно. Дверь справа от меня громко хлопает, и я слышу голос Бори: - Ммм, я вижу, у вас всё хорошо! Он обходит нас, подходит к Егору сзади, обнимает его со спины и начинает целовать его шею. Глаза немного привыкли к темноте, поэтому я его вижу. И мне бы напрячься, поразмыслить и бежать оттуда со всех ног, но нет. Я чувствую напряжение внизу живота, и, чёрт, понимаю, что у меня стояк. Егор перешёл к моей шее, но мне хотелось бы, чтобы он перешёл ещё ниже. Рука по инерции тянется к ширинке на джинсах, расстёгивает её, но те же холодные пальцы опять её останавливают. - Нет, - протягивает Егор, - всё не так просто. Моё тело сейчас слабое и податливое, потому что ему нужно одно, а этим паренькам из моего сна только этого и надо. Егор разворачивает меня спиной к себе и наклоняет, заставляет прогнуть спину. Мне снится, что я стою раком, а за моей спиной два парня, а у меня стояк. Отлично. И я в принципе мог бы ущипнуть себя, но мне интересно, что будет дальше. А дальше мои руки заводятся за спину и связываются каким-то жёстким ремнём. Бляя… что за садо-мазо? Когда опускаются мои штаны и трусы, мне уже неинтересно. Я больше не хочу такой сон. Но! Руки связаны, следовательно, ни ущипнуть себя, ни подрочить я не могу. А тем временем глаза привыкают к свету, я стою, прогнувшись в спине, и жду. И вот для такого, связанного, стоящего раком меня доходит, что это не сон. Я слышу запах одеколона обоих парней, чего обычно в моих снах не бывает. Я вспоминаю, что у меня точно была игра. И встречу они назначали мне точно. В голове всплывает моя тупая шутка. Шоковое состояние покидает меня, уступая место здравому смыслу, рассудительности. Чёрт! Лучше бы этого не было! Убежать мне не дадут джинсы, спущенные до щиколоток, да и уже поздно, потому что я чувствую… нет, только не это! Нет, пожалуйста! Я чувствую палец, проникающий в моё анальное отверстие. Палец, смазанный чем-то холодным. Нет! Я сжимаюсь от ужаса, а ласковый голос Бори говорит: - Малыш, расслабься, а то будет больно. И я почему-то действительно расслабляюсь. Потом в меня входит два пальца, потом – три. Мои руки развязывают, я сразу опираюсь ими о стену и понимаю, что меня сейчас будут ебать два пацана в этой проклятой раздевалке для футболистов. Как в тюрьме, как в армии, как педиков. Стоп! Егор и Боря – педики? Нет, конечно, они могут делать это и просто из интереса, но я же помню, как целовал меня Егор и как целовал его Боря. Сто процентов, что они делали это раньше. Но все размышления прерываются, когда в меня входит чей-то член. Меня накрывает волной отвращения и боли, а глаза становятся влажными от выступивших слёз. Начинает тошнить, спина уже не выдерживает, член только учащает свои движения, а его обладателю совершенно неинтересно моё состояние. После пяти минут тугих толчков мой пенис начинает напрягаться ещё больше. Я разжимаю зубы и издаю что-то похожее на стон. С ужасом обнаруживаю, что начинаю сам подаваться к члену, насаживаться на него, чтобы получить разрядку. Мои руки, опирающиеся о стену, убирают оттуда, становятся, опираясь вместо них, и перед моим лицом, ну вы, конечно, догадались, член. Я успеваю поднять глаза и вижу Егора. Значит, девственности меня лишил Боря. Хоть какая-то ясность. - Давай, хороший, - сладко протягивает Егор, подставляя свой пенис к моим губам. Мне терять нечего, и я это делаю. Первым кончает Боря, потом – Егор, потом – я. До сих пор удивляюсь, как у меня вообще это получилось. - Завтра тренировка на два, не забудь, - говорит Боря, застёгивая свой ремень. Они одеваются и уходят. Я тоже спустя пять минут покидаю раздевалку. Не обращая внимания на неприятные ощущения в заднице, почти бегу домой. Когда прихожу, наспех переодеваюсь и плюхаюсь на кровать. Заснуть. Ни о чём не думать и заснуть. Когда на следующий день я иду на тренировку, я молюсь, чтобы меня послали. Чтобы Егор и Боря сказали мне убираться. Я до сих пор хочу верить, что всё произошедшее - неправда, а боль – просто плод моего воображения. Следствие шока, вызванного кошмарным сновидением. Когда я захожу в раздевалку, я в первую очередь смотрю на стену. - Опаздываешь! – улыбаясь говорит Егор, увидев меня. И по этой его ехидной улыбочке сразу видно, что всё было, и всё было по-настоящему. Мы всё-таки выиграли поездку. Только не в Питер, а в Москву. Я стал гораздо лучше играть. Парни сдержали своё обещание и хорошо меня натренировали. Но дело даже не в этом. Дело в том, что я знаю, что со мной будет, если мы проиграем.