Сладкое безумие

Попрощавшись со Стефаном по телефону, я вошла в дом. Дженна еще не вернулась, а Джереми, должно быть, ещё гулял с друзьями. Я прошла на кухню. У меня возникло ощущение, что кроме меня в доме есть кто-то ещё. Но это точно была не тетя Дженна. И, увы, не Джереми. — Елена, — такой знакомый голос произнёс моё имя. Я боялась поворачиваться. Голос слишком похожий на мой. И это наталкивало только на одну мысль. «Кэтрин», — пронеслось в голове. Я рывком вытащила нож со стойки и повернулась к девушке. — Ну здравствуй, моя жалкая копия, — Кэтрин ехидно улыбалась и была чертовски похожа на меня. Меньше чем за секунду она оказалась рядом. Девушка быстрым движением руки выбила у меня нож. Я закрыла глаза, боясь представить, что она сделает со мной. — Что тебе нужно? — спросила я, после долгой, как мне показалось, паузы в движениях Кэтрин. — Я убью тебя, расчленю и по кусочкам отправлю братьям Сальваторе, — засмеялась Кэтрин. Внезапно я поймала себя на мысли, что мне нравится её смех. — Шучу, — добавила Пирс и со скоростью вампира оказалась у лестницы, которая вела на второй этаж. — Убирайся, — выкрикнула я, больше всего надеясь, что Стефан или Дэймон окажутся рядом и мне не придётся закончить жизнь таким образом. — Заставь меня, — Кэтрин схватила мой шарф, который я оставила в прихожей, и поднялась наверх. Я испугалась, что она может навредить Джереми, если он уже вернулся, и последовала за Пирс. Осторожно приоткрыв дверь в комнату, я молила, чтобы внутри не оказались Джереми и Кэтрин, наслаждавшаяся кровью моего брата. Но, к счастью, Джереми ещё не успел вернуться. Я медленными шагами направилась к себе. От увиденного я пришла в шок. Кэтрин лежала на кровати, скинув куртку, в одной облегающей майке и держала в руках мой бюстгальтер. — Что ты делаешь? — возмутилась я. Этого я точно не ожидала от Кэтрин Пирс. — У меня грудь больше, — словно похвасталась она, — но лифчик мне нравится. — Пирс улыбнулась и рывком оказалась возле меня. Я вскрикнула. Девушка ловким движением взяла меня за ворот кофты и кинула на кровать. Сердце ушло в пятки, вот сейчас она меня и прикончит! Кэтрин схватила шарф и привязала мои руки к спинке кровати. Вынув из кармана кусок чёрной ткани, она завязала мне глаза. — Зачем ты… — но закончить Кэтрин мне не дала. Девушка впилась в мои губы страстным поцелуем, отчего по коже побежали мурашки. Я была в растерянности. — Заткнись, а не то я вырву сердце прямо из твоей маленькой груди, — съязвила Кэтрин и принялась расстёгивать ремень на моих джинсах. — Не надо, — прошептала я. Но брюнетка поцеловала меня так жёстко, что прикусила мою губу. — Мне больно, — я пыталась вырваться и хоть как-то помешать её действиям, но она крепко связала меня, и я была не в силах противостоять ей. — Маленькая Елена Гилберт пошла по моим стопам. Какого брата ты выбрала? Хотя, дай угадаю, ты наслаждаешься обоими? Если ты, конечно, не дура. Кэтрин целовала мою шею. Она прошлась влажной дорожкой поцелуев по моей правой ключице, и я вдруг осознала, что моё бельё становится влажным. — Я чувствую, как бешено колотится твоё сердце, — прошептала Кэтрин и облизала мочку моего уха. Вампирша сорвала с меня кофту и провела горячим языком по ложбинке между грудями. — А этот лифчик мне не нравится, — засмеялась Пирс и расстегнула его. Он полетел в зеркало. — Кэтрин, — застонала я, почувствовав, как Пирс прильнула холодными губами к моему соску. Я чувствовала, что Кэтрин злорадно усмехается. Она откинула волосы и прильнула к другому соску. Это было так приятно и неправильно, что я начала извиваться под ней, как в первую ночь со Стефаном. Она знала, что делает. Каждое движение её рук, губ, даже волос приводило меня в восторг. Нет, какая чушь, этого не должно было произойти, я не такая… Кэтрин нежно провела ледяными пальцами по моим рёбрам. Ещё раз, только более жёстко, и Пирс стянула с меня штаны, оставив в одном нижнем белье. Кэтрин соблазнительно провела языком чуть ниже живота, заставив меня вскрикнуть от восторга и неожиданности. Нет, только от восторга! Кэтрин облизала губы, я повторила её движение. — Сними повязку, — скомандовала я, и, как ни странно, девушка подчинилась. Я приподнялась, насколько это было возможно, и посмотрела ей прямо в глаза. Мой взгляд ничуть не смутил вампиршу, она только жадно впилась в мои губы, гладя меня по волосам и удерживая так, чтобы я не упала вновь на кровать. К своему удивлению, я ответила на поцелуй, и это было так приятно. Её губы оказались сладкими на вкус, и это безумно мне нравилось. — Ты убьёшь меня? — вдруг прошептала я, проводя носом по её щеке. — Возможно, — Кэтрин с силой толкнула меня, и я оказалась вновь на подушке, — но тогда мы не сможем повторить. — На лице девушки возникла коварная усмешка и, чёрт, она заводила меня. Я закрыла глаза и почувствовала, как тонкие пальцы Кэтрин массируют затвердевшие соски. Ещё секунда, и Кэтрин вновь нежно поцеловала их. Вдруг я осознала, что дрожу. По моей коже то и дело пробегали мурашки. Я прогнулась в пояснице, согнув ноги в коленях. Кэтрин устроилась между ними. Она ногтями провела по моим бёдрам и немного оттянула резинку трусов. Я испытывала бешеное желание продолжать это безумие. Это и пугало, и настораживало, и, в какой-то мере, жутко заводило. Вдруг Кэтрин провела кончиками пальцев по моим рукам и наши локти соприкоснулись. Её волосы приятно защекотали щёки, а на шее теперь наверняка останется засос. Я предвкушала, что Кэтрин будет делать дальше. На несколько минут она исчезла. Меня испугало это. Даже не то, что она оставила меня в таком виде, а что она могла больше не вернуться. — Скучала? — снова этот сладкий голос. Кэтрин запрыгнула на кровать, и я вдруг ощутила на своём животе что-то невероятно нежное. Кэтрин провела языком в области пресса, слизывая то, что вылила на меня. — Я скучала, — прошептала я. На этот раз здравый смысл молчал. Сознание словно отключилось, и осталась только она. Осталась лишь Кэтрин. Так близко. Такая сладкая и манящая. Кэтрин улыбнулась и покрутила в руках баллончик с взбитыми сливками. Я приподняла бровь, улыбаясь ей в ответ. Никогда бы не могла подумать, что буду лежать нагая перед бывшей своего парня. — Сейчас будет сладко, — Кэтрин сексуально облизала губы, и не успела я моргнуть, как она оказалась на кровати. Девушка потрясла баллончик и распылила по моей груди вкусное лакомство. Ещё раз облизнувшись, вампирша начала слизывать его, усыпая мою грудь поцелуями и оставляя влажную дорожку на коже. Я еле слышно застонала и зажмурилась. Лишь бы это не была моя безумная фантазия. Когда я открыла глаза, Кэтрин всё ещё оставалась здесь, и я облегчённо вздохнула. Девушка выкинула баллончик со сливками куда-то на пол, и её пальцы начали медленно скользить по моему липкому животу вниз. Я задержала дыхание. Наконец-то руки Кэтрин наткнулись на половые губы. С явным коварством во взгляде, Пирс провела ногтём по внутренней стороне бедра, словно оттягивая момент. — Пожалуйста, — застонала я, и откинула голову назад, с силой вжимаясь в кровать. Кэтрин злорадно улыбнулась. Она наслаждалась своей властью надо мной. Сейчас нож был у неё в руке, и она имела полное превосходство. Наконец-то Пирс легонько надавила, и тонкие пальчики проникли внутрь. Моё тело, словно по щелчку, задрожало. Я сжала руки в кулаки, с силой сжимая покрывало. Не меняя положения, Кэтрин начала легонько касаться губами низа живота. Девушка неспешно теребила клитор, и я почувствовала, как сильно сокращаются мышцы входа во влагалище и промежности. Кэтрин доводила меня до оргазма. Это непередаваемое ощущение эйфории. Мои глаза были закрыты, но это только усиливало ощущение невероятного наслаждения. Я была такой влажной! Я сама не замечала, как мои стоны заполняют комнату. Кэтрин это нравилось: она тоже постанывала, но не так громко. Я почувствовала, как из влагалища начала выделяться жидкость, и изогнулась, словно девица легкого поведения под богатеньким клиентом. Я приподнялась, не желая, чтобы ткань сдерживала мои движения. Ещё пару секунд и от неописуемых ласк Кэтрин Пирс я кончила. У меня вырывался обессиленный стон, и я упала на кровать, сжимаясь в позу эмбриона. Низ живота приятно горел. Кэтрин легла рядом, еле ощутимо целуя мои пересохшие губы. Я ответила на поцелуй. — Я ненавижу тебя, — еле прошептала я, но она слышала. Кэтрин провела указательным пальцем по моим влажным от пота волосам. — Ты только что переспала со мной, сладкая. Любовь, ненависть — такая тонкая грань, — усмехнулась Пирс в ответ и нежно поцеловала мочку уха, немного посасывая. Я закусила губу. Кэтрин Пирс — ты потрясающая, восхитительная, пусть ты одна из самых ужасных людей в этом городе, но ты прекрасна. Я не скажу тебе этого, но думаю, ты и сама это знаешь. — Ты ни о чём не жалеешь? — Елена, я сделала столько ужасных вещей, что вряд ли когда-нибудь смогу получить прощение. У меня были на это причины, но они никогда не смогут оправдать тех вещей, которые я сотворила. Но об одном я действительно жалею. Тогда, когда он умер, я не умерла вместе с ним. Цени его, Елена. Он особенный. Единственный, кого я действительно любила, неповторимый Стефан Сальваторе. А та, в кого влюблен он — это ты. Береги его любовь. Ты же умная девочка, — Кэтрин вдруг предстала предо мной в абсолютно ином свете. Она была так несчастна. Мне стало жаль её. Наверное, когда-то её жестоко сломали, и теперь она ломала других. Я улыбнулась Кэтрин. — Может это не имеет значения для тебя, но я прощаю тебя за всё, что ты сделала. — Спасибо, Елена, — я вдруг увидела слезу, покатившуюся по щеке вампирши. Я всегда верила, что если ты способен плакать, значит, не всё ещё потеряно. Меня начало клонить в сон. Сладкая дрёма овладела мной, и я медленно уснула. Проснувшись, я не увидела Кэтрин. «Это был всего лишь сон», — печально вздохнула я и встала, чтобы застелить кровать. На полу валялся баллончик со взбитыми сливками, а на зеркале висело моё нижнее белье и прикрепленный листочек бумаги со словами: «Это только начало». И смайлик.