"Пятница, где Паркер?"

      Нахождение на приторных семейных ужинах всегда злило Тони. Этот вечер не стал исключением. Крики ребенка, дорогое вино, задушевные беседы… Что заставило его так напиться в этот раз? На самом деле, причин много.       Важный муженек Пеппер, ребенок, в котором так сильно отражается их мать вперемешку с ужасным отцом, бессонная ночь рядом с Питером Паркером (Тони уже понял, это только звучит так пошло и многообещающе, по правде — дерьмо полное), звонок Хелен Чо с « радостными » вестями о мутагене, красивый коллаж из фотографий, висящий на нежно-зеленой стене, где совсем нет Старка. ~ Да, всё определенно из-за этого мерзкого коллажа! ~       Тони Старк врал, врет и будет врать себе. Именно звонок стал катализатором всего, что произойдет этим вечером.

—

— Тони, ты в детской? Пора к столу!       Теплый голос Пеппер разливается по венам, наполняя все тело мужчины уютом. На руках у Старка сидит двухлетний мальчик. Он крутит в маленьких ладошках игрушку, изредка покусывая ее. Тони строит рожицы, заставляя ребенка заливаться звонким смехом и хлопать пухлой ладошкой по колючей щеке мужчины. — Дядя Тони, конфету! Мальчик выставляет ладонь и строго морщит брови, требовательно смотря на Старка.       Мужчина смеется и, вспоминая нотации Пеппер по поводу категорического запрета конфет, достает одну из кармана и кладет в розовую ручку. Малыш торопливо сует ее в рот и довольно улыбается, припадая к груди мужчины. Тони закрывает глаза, зарываясь носом в пушистые волосы. Да, Патрик Зюскинд не врал, от детей действительно пахнет карамелью. В такие моменты, если закрыть глаза и прислушаться к дыханию, Старк чувствует себя счастливым отцом этого маленького чуда. Представляет, как укладывает спать, рассказывая разные истории, как играет, гуляя в летнем саду. А еще рядом обязательно Пеппер, которая по-доброму улыбается и целует прямо в губы. Вибрация в кармане брюк и громкое пиликанье вырывает из сладких грез. Мальчик вздрагивает, спрыгивает с коленей и убегает из комнаты.       Взгляд на дисплей — звонит Хелен Чо. Внутри что-то обрывается, Тони медлит, зная, что она ему скажет. Все наверняка сделано, только сам Старк не готов к этому. Не сможет так сразу отпустить от себя мальчика. — Тони, здравствуй. Все готово! Нервный смешок. — Даже не знаю, как получилось. Я отправила все к тебе домой. Хочу позвонить Питеру…  — Нет!       Тони грубо перебивает ее. — Извини, просто я занят. Не звони ему. Большое спасибо. Старк сбросил вызов и сунул телефон в брюки, торопливо вскакивая. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вдох-выдох.       Мужчина сосчитал до десяти и вышел из детской. Перед глазами стоит лицо спящего Питера, а в голове набатом бьется: ~ Вы с Пеппер семья? ~ — Тони! Ты что, опять дал Клэю конфеты?! Мужчина надевает на лицо усмешку и заходит в просторную гостиную. — Да ладно тебе, я же хочу быть добрым дядей.       Старк садится за стол и быстро осушивает бокал с вином. На стенках алеют прозрачные подтеки, играя на свету. Каждый вздох дается с трудом, заставляя чувствовать, как жизнь рассыпается на мелкие кусочки. Но нужно дышать, ведь он сильный, он справится. Тони сидит на семейном ужине за одним столом с луной всей его жизни, с ее ребенком и чертовым мужем, который не осознает, насколько она прекрасна. Он научился держать себя в руках, подавляя глупые сердечные порывы, которые могут всем испортить жизнь. Старк успел привыкнуть к этой тоскливой, подвывающей боли, которая накрывает после таких вечеров. Но дома все еще хуже.       Дома Питер Паркер. Заноза, которая сидит слишком глубоко. Он как хобби, которое затягивает с головой, отвлекая от основных проблем. Но почему-то это маленькое «хобби» ведет себя плохо, задавая запретные вопросы. И сильно манит, заставляя спать в обнимку с вещами и постоянно, испуганно шептать в пустоту комнаты « — Пятница, где Паркер?»       Только это не приносит спокойствия. Беззаботное увлечение «комнатным героем» (Тони иногда называл так Питера, за глаза, конечно) переросло в испепеляющие чувства, которых никто не ждал. Старк боялся, откровенно боялся за жизнь своего малыша, совершая глупые попытки оградить от опасностей. Этим он лишь рушил устоявшиеся отношения, которые полностью устраивали его (обычно кроме поздней ночи или случаев, когда он слишком пьян). А сейчас все обрушилось, рассыпалось, разлетелось по ветру. Малыш уйдет от него, не сказав пошлого «спасибо».       Тони тяжело вздыхает, расстегивая верхние пуговицы рубашки. Прикладывается к бутылке с бурбоном, пока пьянящая теплота не разольется по телу. Грудь жжет маленькая ампула, которая покоится в кармане темно-синего жилета. Решение принять не сложно, но исполнить его… Хотя, когда у тебя в руках бутылка отборного бурбона и когда абсолютно нечего терять, губы сами шепчут заветное. — Пятница, где Паркер?