Преследователь

      Буквально недавно мне пришлось вернуться на свою родину, в Южную Корею, из Канады, города Торонто, в котором я прожила почти всю свою жизнь. Пришлось даже оставить там двух замечательных друзей — Бён Бэкхёна и Ким Чунмёна, — которые очень уж слёзно меня провожали.       Мне пока девятнадцать лет, но я надеялась поступить в университет в Сеуле и получить хоть какую-нибудь работу. Пока, на первых порах, у меня были деньги. Но всё же через неделю после моего прибытия я устроилась в сетевое кафе официанткой. Жаль, что меня взяли только из-за красивого личика и знания английского.       Ещё через некоторое время я сдала экзамены и поступила в университет. Как только об этом узнала мама, она перечислила мне на карточку деньги, и я пошла менять валюту.       Именно тогда я впервые увидела его.       Он был высоким, где-то метр восемьдесят с небольшим. Его нос был немного вздёрнут, волосы были тёмно-каштановыми, губы довольно тонкими, а глаза — немного уставшими. Он был одет в серую толстовку и чёрные джинсы с дырками на коленях.       Когда я увидела его, то сразу поняла, что с ним что-то не так. Некоторые люди просто смотрят на меня и улыбаются, так как, по их словам, я «довольно миленькая». Но этот парень с тёмно-каштановыми волосами смотрел на меня так пристально, что мне стало даже неуютно.       Я резко отвернулась от молодого человека и вынула из автомата банку с холодным лимонадом. Попытавшись забыть о странном парне, я открыла напиток и сделала глоток, но тут же подавилась и кинула взгляд за плечо снова. Наблюдателя уже не было. Вздохнув, я отошла от автомата и пошла к себе домой.       Моя квартира находилась почти рядом с университетом, в который я поступила, и поэтому мне можно будет спать дольше, чем остальным. Я ни о чём не заботилась, пока неожиданно мне не пришло сообщение:       «Вэнди, мы вместе с Мёном решили переехать к тебе! Ты же не возражаешь?»       Я была довольно резко против любого соседства, так как любила уединение, но что-то меня вынудило согласиться на надоедливых соседей в виде двух моих друзей детства. Как оказалось, они через шесть часов уже будут в Инчхоне.       Слава богу, что квартирка, которую я снимала, у меня была двухкомнатной, и жить мы одной дружной семьёй в моей комнате не будем. Осталось дело за малым — надо купить побольше еды, ибо Бэкхён и Чунмён — те ещё проглоты.       В супермаркете, когда я брала большую замороженную пиццу, мне не повезло. Да, от холодильника тоже шёл холод, но холод был совсем другой…       Я обернулась. На меня снова смотрел тот парень-шатен, который будто преследовал, пытался выследить. Паника охватила меня, я попыталась спрятать глаза или сделать вид, что не заметила наблюдателя, но у меня это плохо получилось.       Я закрыла холодильник, положила пиццу в корзину и быстрым шагом направилась к кассам. Чёрт, неужели мы с этим парнем живём в одном районе? Значит, я буду каждый раз его видеть на улице?!

* * *

      — Вэнди, а мы уже вышли на улицу, ты где? — Бэкхён позвонил мне достаточно вовремя — я стояла буквально в пяти метрах от друга, за его спиной.       — Хе-хе, оппа… — я вкрадчиво подходила чуть ближе и ближе, и даже чувствовала, как парень напрягся.       — Что?..       Я же запрыгнула на спину парня, благо, шорты позволяли, и я обхватила ногами его торс, прижимаясь всем телом к парню. Бэкхён от неожиданности чуть не упал на асфальт, а Чунмён, идущий впереди, обернулся и начал безостановочно ржать.       — Мы не виделись всего месяц, уже соскучились по мне? — спросила я, отвечая на объятия друзей, когда слезла.       — Да, без тебя соскучиться можно, Олаф, — сказал Чунмён.       Мы поймали такси и доехали до Сеула из Инчхона максимально быстро. Как оказалось, Бэкхён, который был старше меня на два года, подал документы в мой же университет, а Чунмёну назначили собеседование на приём на работу. Ему было двадцать два, и он уже окончил университет.       Как только мы вошли в подъезд, а потом и в квартиру, Бэкхён сморщил нос и скинул рюкзак прямо на пол. Ким не был таким невоспитанным — присел на корточки, принимаясь развязывать шнурки, и промолчал.       — Ты здесь живёшь? Господи, как пахнет духами! — Бён прошёл вглубь квартиры, и я почувствовала злость.       — Бэкхён, эта квартира девушки. Тут должно пахнуть духами, — Чунмён говорил осторожно, тактично, но я уже подбиралась к Бэку, чтобы дать ему по оттопыренным ушам.       — Ой, точно, Вэнди же девушка… ай-ай, не бей!       Парни передавали мне новости из Канады, я же рассказывала о своих приключениях здесь. Бэкхёна заинтересовала моя униформа в кафе, от чего он получил подзатыльник от старшего. Нельзя быть извращенцем.       — Ладно, нам надо поспать, а то такие резкие перелёты нам совсем в новинку, — Бэкхён зевнул и первый пошёл в комнату. — Спокойной ночи, Вэнди, Мён-хён.       — И тебе того же, Бэк, — сказали мы.       Чунмён удобнее устроился на скрипучей табуретке и отпил чая. Этот парень — просто образец спокойствия и достойного хорошего поведения. Ну что поделать, если твои родители — чеболи, и сам ты — наследник довольно крупной корейской компании?       — На самом деле, Бэкхён очень скучал по тебе, — сказал он. — По этому засранцу и не скажешь, что он может по кому-либо соскучиться, но факт остаётся фактом.       — Да, Бэк-оппа ещё тот засранец, — я улыбнулась.       Но с каждым днём мои дела становились всё хуже и хуже… однажды я вынула из почтового ящика конверт без обратного адреса. Оглянувшись, я вскрыла его. Там обнаружилось пять снимков и письмо. На всех фотографиях была я. Точнее, можно сказать, я по частям. Вот мои длинные ноги, вот мои тонкие запястья, вот мои волосы, вот я стою около автомата с газировкой, а вот я с Чунмёном и Бэкхёном…       — О боже… — я развернула письмо, холодея с каждой секундой всё больше и больше.       Слова были явно вырезаны из журналов или газет, и они вселяли ещё больше ужаса, чем присланные снимки:       «Ты от меня не скроешься. Я знаю о тебе всё».