Another's mind is a dark chamber

Алиша Киз начала петь без музыки, сразу словно цепляясь за сердце одним лишь голосом. С лица Тэхёна, сидевшего за столом напротив, мгновенно исчезло всякое дурачество, будто и не шутил только что с соседкой. Одухотворённое, большие глаза жили музыкой, льющейся со сцены. И Хосок понял, что пропал. Для него перестали существовать все остальные в переполненном модном ресторане, остался лишь Тэхён. А для Тэхёна существовала лишь мелодия. Подумать только: с момента их знакомства прошло едва ли 48 часов, а он уже влюблён по уши и вынужден сжимать мягкие подлокотники кресла, чтобы не вскочить, не обогнуть стол с морскими деликатесами и не осыпать прекрасное лицо мелкими поцелуями. Наверное, это получилась бы самая шумная презентация Cartier в истории. "Я никогда не любил никого так, как тебя". Тэхён сразу показался полной противоположностью тому, на что обычно западал Хосок. Вчера утром они заселились в отель, снятый для приглашённых гостей, Юнги сразу же умчался фотографировать какую-то блондинку у бассейна для её инстаграма, на прощание кивнув на двоих незнакомцев с толпой сопровождающих: "Это Намжун, это Тэхён, знакомьтесь сами". Намжун был шикарен. Вот просто от и до. Высокий, весь какой-то лощёный, держался уверенной в себе звездой и источал волну денег и роскоши. Сразу стало ясно: если уж у кого на запястье должны быть часы за пятьдесят тысяч, так у него. Рядом с ним Тэхён казался забавным милым ребёнком. Конечно, Хосок слышал от Юнги его имя, знал, что у того фэшн-блог с сумасшедшими цифрами подписчиков, но поверить не получалось. На приветственном ужине он уселся рядом, много болтал, шутил и смеялся с любым. Первым отправился отплясывать, когда тусовка дошла до нужной кондиции, потащил Хосока за собой. Дурацкие танцы стали гвоздём программы. Обаятельный тёплый щеночек, которого любили все. И который ни на минуту не расставался с телефоном, создавая истории для соцсетей одну за другой. Когда Хосок разглядел чехол с оскаленным тигром и французской надписью, не сдержал хохота. У одного из бывших была на спине тату с тигриной мордой - вот кому она шла без вопросов. Гибкий, мускулистый, опасный. А тут что? Вечер презентации снёс снисходительность напрочь. Вместо удобной, но неуклюжей мешковатой одежды появился брендовый костюм, вместо широких улыбок и щенячих глаз - чуть отстранённое выражение, даже осанка, посадка головы - изменилось всё. Перед лишившимся дара речи Хосоком возникла ещё одна сетевая знаменитость вроде Намжуна, с той лишь разницей, что предпочитала она итальянские марки французским. Весь вечер Хосок таращился и гадал, почему раньше не замечал идеальных губ, линии челюсти, носа, глаз - да вообще всего. Тэхён оказался самым красивым человеческим существом, с которым он когда-либо сидел за одним столом. И самым изменчивым. От мягкости до агрессивной сексуальности он переходил за один щелчок затвора в многочисленных камерах. Завораживающее умение. Хосок готов был смотреть на него всю оставшуюся жизнь. - Воу, она прекрасна, правда? - бархатно спросил Тэхён, посмотрев ему в глаза, и Хосок вздрогнул. Выступление закончилось, а он и не заметил. Тёмный взгляд исчез, Тэхён уже обсуждал соул с другими восторженными блогерами, и стало до смешного обидно. Для него на несколько минут свет сошёлся клином на одном человеке, а сам человек и знать не знает, уже встал и отправился делать селфи с очередными интернет-приятелями. Пользуясь оживлением после окончания официальной части, Хосок выскользнул из ресторана на Оушен-драйв и огляделся. Проезжающие мимо машины заглушали океан напротив. Несколько дней в Калифорнии, а у воды так и не был. Нарушая все правила, он перебежал к газонам на другой стороне улицы и спустился на тёмный пляж. Поздним вечером можно было устроиться подальше от людей и послушать волны. И выкинуть из головы совершенно лишнюю сейчас влюблённость. Ведь ясно же: Тэхён заинтересован в нём не больше, чем в любом другом человеке в их временной компании. Да и не знают они друг друга совершенно. Кто вообще сказал, что он не встречается с какой-нибудь красоткой? Мало ли почему она не приехала с ним. - Надоел шум? Всё тот же низкий шелковистый голос, да ещё и мимолётное прикосновение пальцев к шее сзади. Каждый маленький волосок на теле встал дыбом от пронзительного, практически физического удовольствия. Хосок поёжился и чуть отодвинулся от опустившегося рядом Тэхёна. - Меня тоже достают эти ивенты, - сообщил он, зарываясь ладонями в песок между широко расставленными коленями. - Да неужели? - резче, чем хотелось бы, спросил Хосок. - По-моему, ты там как рыба в воде. Тэхён чуть развернулся и принялся внимательно его разглядывать. В свете фонарей вдоль улицы он казался созданием из другого мира. Таких в компьютерных играх рисуют или в манхве. - То, что я умею активно общаться, не значит, будто мне это нравится, - неторопливо проговорил он. - Зачем же выбрал такое занятие в жизни? - Люблю красоту, - пожал плечами Тэхён, и Хосок дёрнулся. Всего неделю назад он то же самое говорил Юнги на лондонской кухне. - Когда начинал, вопрос был в том, чтобы показать людям красоту моды. На что способны маленькие детали. Очень тихое занятие было, я и камера, - Лёгкий вздох в унисон с шелестом океана. - Я не жалуюсь, ты не подумай. Но иногда всем хочется тишины. Он мог бы поспорить. Сам Хосок тишины не любил, она неизменно вгоняла в депрессию. Всегда рядом была музыка - из колонок, из наушников. Если не музыка, то гул города, разговоры людей. И молчать с кем-то вместе тоже было неловко. - Прости, не хотел обидеть, - сказал он. - У тебя интересный акцент, - склонил голову на бок Тэхён, меняя тему. - Интересный? - рассмеялся Хосок. - Что в нём интересного? Обычный корейский акцент. - Ты из Кореи? - Щеночек, от которого он умилялся вчера, вернулся, стоило Тэхёну по-детски удивлённо открыть рот. - Ого! Прямо из самой-самой Кореи? Ответить словами не получилось от хохота, пришлось кивать. - Что ты смеёшься? Перестань! - возмутился Тэхён, хлопнул его по колену, перепачкав в песке первый раз надетые брюки, которые пришлось днём покупать на Родео-драйв за совершенно несусветные деньги. - Ты так удивляешься, - сумел выдавить Хосок между приступами смеха, - можно подумать, сам не кореец. - Я не кореец, - вздохнул он, заново превращаясь в саму серьёзность, и, заметив ответное удивление, пояснил: - Бабушка и дедушка со стороны отца иммигрировали в Америку. Сам он про Корею уже ничего не помнит. Мама из ветви немецких переселенцев ещё из середины XIX века. Полукровка. Вот откуда удивившие при знакомстве черты лица, подходящие скорее для европейца, чем для выходца из Азии. Скулы, нос, слишком большие глаза. Когда-то Хосок слышал: дети от смешанных браков получаются самыми красивыми. Теперь смог убедиться лично. - Я и палочками есть не умею, и корейского не знаю совсем. Да и вообще, ты - первый знакомый, который действительно жил в Корее, остальные либо родились уже здесь или в Англии, как Юнги, либо переехали с родителями совсем маленькими. - И Намжун? - И Намжун. Родился он в Сеуле, но уже через полгода, по-моему, переехал с семьей. Он ездил туда недавно, а я так и не собрался. А ты почему уехал? - Хотел получить диплом преподавателя хореографии. Учился в Англии, потом работу предложили хорошую. Рассказывать на самом деле было особо нечего, всё складывалось довольно обыденно, само собой. - Почему не вернулся? Стоило отвести взгляд от внимательных глаз под длинной чёлкой, и воспоминания накатили не хуже волн океана рядом. Как сложно было в совершенно другой культуре всего лишь с начальным английским. Но как быстро он ощутил: в этой чужой культуре он может, наконец, быть собой. Не прятаться от солнца, которое всегда любил, потому что можно быть смуглым. Носить любую одежду. Разговаривать с людьми разных возрастов одинаково, если вы друзья. Любить в открытую, держать за руку на улице, целоваться в парках, выкладывать совместные фотки, и не получить кучу негатива в ответ. Когда через три года обучение подходило к концу, Хосок с ужасом думал о возвращении в родной Кванджу. Предложение от танцевальной студии в Лондоне стало подарком небес. - Не хочу, - коротко ответил он. Тэхён хмыкнул, кажется, понимающе. Хотя, что он может понимать? Он родился и вырос с ощущением свободы. - Как вы с Юнги познакомились? - Он мой сосед. Улыбка вылезла сама, когда в голове всплыло злющее лицо друга, с которым тот впервые появился перед Хосоком однажды ночью в разгар вечеринки. Отборные маты сначала на английском, а потом, неожиданно, и на корейском, впечатлили. Он не мог упустить подобного знакомства, на следующий же день сходил за пивом и отправился дружить. - Я ему долго жить мешал громкой музыкой. А потом познакомились, подружились. Теперь вот блог один на двоих. - Ты очень красивый, - внезапно заявил Тэхён и снова прикоснулся, на этот раз нежными подушечками пальцев провел по подбородку, будто обрисовывая контур лица. Хосок подавился словами. Переключения Тэхёна от одного настроения до другого за доли секунд не давали расслабиться. Снова рядом сидел персонаж из комиксов с затягивающими в пропасть глазами. Какого чёрта он так трогает? Средний палец Тэхёна мазнул Хосока по нижней губе. - В каком месте красивый? - отшатнулся он и нервно улыбнулся. - Лошадиное лицо. - Это у вас в Корее так говорят? - печальное внимание и сочувствие, где-то внутри от них начали трещать выстроенные стены. - Ты очень красивый. Можно, я тебя поснимаю? Завтра у нас свободный день. - Ты фотографируешь? - глупо спросил Хосок, лихорадочно пытаясь вернуть пошатнувшееся душевное равновесие. Конечно, он фотографирует. У Юнги было полно его снимков для обработки, да и просто он советовал младшему товарищу какие-то их профессиональные премудрости. - Когда встречаю что-то, что хочу сохранить на память. От бедра Тэхёна, слегка соприкасавшегося с его бедром, стало жарко. - Так можно? - грудной голос гладил по нервным окончаниям. Можешь не только фотографировать, а вообще сделать всё, что заблагорассудится. Для начала поцеловать этими идеально очерченными губами. - Ну... Можно, почему нет? Резкий и звонкий хлопок ладонями разбил в дребезги тягучее наваждение. - Отлично! - задорно воскликнул Тэхён, как ребёнок, получивший новую игрушку. - Тогда завтра договоримся точнее. Он вскочил, совершил пару дурацких псевдотанцевальных па и, наклонившись, прижал к себе оторопевшего Хосока. - Ты такая прелесть! Хён, да? Если бы мы были в Корее. - Да, - утомлённо кивнул Хосок вслед уже убегавшему по пляжу в сторону Оушен-драйв Тэхёну. Взрывной характер, непосредственность, открытость. Наверное, сначала нужно привыкнуть. Неужели от точно так же утомлял Юнги сразу после знакомства? В ресторане за те минуты, пока он сидел на пляже, веселье достигло того уровня, когда никакого контроля и гламура не остаётся. Смех со всех сторон, танцы, кто-то с кем-то обнимается, кто-то кого-то тянет в укромный уголок. - Юнги где? - спросил Хосок у Намжуна, поглощавшего у бара какой-то замысловатый коктейль. - Уехал в гостиницу. И просил тебя не торопиться. Он и не собирался. Хотелось подольше побыть рядом с Тэхёном, пусть всего лишь в одном помещении. Тот периодически мелькал в толпе, снова с телефоном в руках. Соцсети каждого присутствующего здесь сегодня будут забиты селфи с его участием. И всякий раз он находил Хосока взглядом, обязательно мимолётно улыбался, и хотелось восторженно попискивать абсолютно не по-мужски. А потом на танцполе в какой-то момент Хосок почувствовал движение сзади, его окутало тёплым древесным запахом, по волосам, плечам, бокам проскользнули знакомые пальцы. Он сделал шаг назад и упёрся в Тэхёна, раскачивавшегося в такт мелодии и ему самому. - Очень красивый, - томно шепнул Тэхён и выдохнул почти в ухо: - Хён. Сладкое будоражащее пробежалось по телу. Нет у него никакой красотки. Колени готовы были подкоситься, Хосок счастливо зажмурился, улавливая чужой ритм. Он нежный, наверное, и очень чувствительный. Услышать бы как он стонет своим низким голосом. С трудом разлепив веки, Хосок оглядел опьяневшую толпу. Тащить парня в туалет ресторана жутко пошло, но если очень хочется, то кому какое дело? Это Америка, в конце концов. Насмешливое лицо Намжуна окатило ледяным душем. Тот от бара наблюдал за ними с неожиданной снисходительностью и немного презрением. Допустим, нет у Тэхёна девушки. Но это не превращает его автоматически в свободного от отношений. - Я в гостиницу поеду, - заявил он, прекратив танцевать и развернувшись к Тэхёну. - Уже? - обиженно протянул тот. Никакой попытки напроситься вместе. Дурак ты, Хосок, навоображал себе. - Но на счёт завтра мы же договорились? - заволновался Тэхён. - Да, конечно, - улыбнулся Хосок, с трудом представляя как выдержит фотосессию наедине. - Тогда хороших снов тебе! Широкая улыбка, и он растворился в танцующей тусовке. К тому момент, когда он добрался до общего с Юнги гостиничного номера, Хосок вынужден был честно признаться себе: он хотел прекрасного Тэхёна целиком, со всеми его переменами, смешными выходками, манерой буквально каждую деталь жизни вываливать в сеть на обозрение. Хотел держать за руку, целовать, заставлять вскрикивать от удовольствия. А ещё водить гулять по городу, обнимать на берегу и любоваться закатами, завести общую собаку, поехать на машине через все штаты. - Юнги, у нас есть вино? - крикнул он с порога, особо не заботясь, что друг может быть и не один. - Мне нужно выпить! Большая кровать в спальне была смята как после войны, подушки раскиданы по полу, лампа на одной из прикроватных тумбочек не упала каким-то чудом, но никого лишнего в номере на наблюдалось. - Вина? Юнги в халате появился из ванной с зубной щёткой наперевес. - Ты выглядишь сытым котом, - заметил Хосок, обыскивая мини-бар. - А ты хочешь вина, - ткнул он в ответ щёткой. - В кого умудрился влюбиться здесь-то? Одни девчонки-блогеры кругом с мужьями. Только не говори, что в того бразильского красавчика, который вчера весь вечер к тебе клинья бил. На секунду Хосок завис, вспоминая, потом поморщился и отмахнулся. Фелипе, конечно, действительно красавчик, но уж слишком слащавый. Вино из маленькой бутылки удобно разлилось ровно на два бокала. - В Намжуна? - предпринял ещё одну попытку Юнги, машинально принимая протянутое вино. - Ты зря, у него любовь всей жизни в Париже. От известия потеплело на душе. Если в Париже, значит, ничего у него с Тэхёном нет. Мало ли почему он так смотрел в ресторане. Плевать. Хосок мотнул головой и упал в кресло. - В Тэхёна что ли? - Юнги вздохнул и посмотрел взглядом утомлённого родителя. - Объясни мне, как можно быть блогером и совершенно не пользоваться соцсетями? - Я пользуюсь! - возмутился Хосок. - Раз в полугодие, - отмахнулся друг, усаживаясь на диван. - При чём тут вообще это? - Да при том! - одним махом Юнги выпил всё вино, поморщился и пояснил: - Просто открой инстаграм Тэхёна. Там даже далеко листать не надо. У него парень есть, и он его не скрывает. Расстроенный друг снова скрылся в ванной, а Хосок потянулся за телефоном. Руки чуть подрагивали, пока он искал в подписках Юнги аккаунт Тэхёна. На открывшейся страничке ровными рядами красовались морские виды, что-то музейное, сам Тэхён - невозможно прекрасный в любом виде, и двое незнакомых парней с ним рядом. Наверное, если прокрутить вниз, можно было бы понять, с которым из них он на самом деле встречается. Но Хосок быстро нажал на кнопку, возвращая главный экран. Достаточно того, что оба они не менее красивые, чем сам Тэхён. Дурацкая привычка придумывать идеальную жизнь сразу же после знакомства буквально на пустом месте бесила самого Хосока. Скорее всего популярный модный парень всего лишь хочет поразвлечься. Через пару дней сядет в самолёт и умчится на другой конец света на очередной показ. А он уползёт в свою конуру в Лондоне зализывать душевные раны. Прав был Юнги, нормальных парней что ли нет на свете? Сдались ему эти красавчики! Сообщение от Тэхёна упало под утро: "Здесь потрясающие рассветы. Приходи к пирсу, будут красивые фото".