Круги на мёртвой воде.

Кёртис стал всё чаще появляться в доме Кларка, его это устраивало, Кевин настолько сильно привык к альфе, что даже смел выходить на улицу течным, ведь знал, что теперь завести его мог, только Коулман. Альфа с пшеничными волосами в очередной раз уже шагнул на порог омеги, брюнет от нетерпения закусил губу и стал переминаться с бедра на бедро, но не позволял себе подходить к кареглазому. Кёртис закрыл дверь, развернулся и протянул омеге букет роз, Кевин смутился и, поблагодарив, принял подарок. — Кевин, нам нужно поговорить. Омега недовольно заурчал, ведь сейчас ему хотелось не разговоров, но в кои-то веке подавив возбуждение, он пригласил альфу на кухню и, сделав ему и себе по чашечке чая, устроилась удобнее. — Мы друг друга совсем не знаем, — начал Кёртис, водя пальцем по краям чашки, что отвлекало омегу, ибо он в своих мыслях мечтал, что эти пальцы касаются его. — Да, — согласился Кевин. — Понимаешь ли, я прежде раньше так надолго не задерживался на омеге, а для меня это много значит, я бы хотел тебя узнать лучше, он коснулся кончиками пальцев до руки парня. По телу юноши побежали мурашки, отведя взгляд в сторону, он шумно выдохнул. — Кевин Кларк. Двадцать один год. Родители в Техасе живут. Здесь был по учебе, но после выпуска остался здесь жить. По профессии я учитель литературы, — захватил воздух, продолжил, — я люблю сладкую вату и аттракционы, а еще бывать на природе у водоемов и слушать музыку. — Хм, хорошо, а, Кевин, сколько альф у тебя было до меня? — Один. — Серьезно? — изумился Кёртис. — Он был.неистинным, — опустил голову, ибо очень огорчили воспоминания. Нависло неловкое молчание. — Что ж, наверное твоя очередь, — прервал тишину Кларк. — Да, — альфа кашлянул в кулак и начал, — Кёртис Коулман. Мне двадцать девять лет. Родом я из Вашингтона, сюда приехал к дяде, потому как он мой опекун, и еще потому, что я учился здесь в медицинском, по профессии я врач-травматолог. Родителей, как ты мог понять нет, кроме дяди родственников тоже. Пожалуй, это всё, что я могу рассказать. — А, на счет партнеров? — Двадцать пять, — даже не дрогнул в голосе. Внутри омеги вдруг что-то сломалось. Ведь раз уж он не такой и единственный, это может значить, то, что в скором Кёртис кинет его и его чувства были лишь однобокой любовью. — Кевин? Кевин! — Кёртис мягко потряс омегу за плечо. — А, что?! — Так.ты не против? — Не против чего? — озадаченно посмотрел на альфу. — Жить со мной. — Н-нет, но, — сжал руку в кулак. — В чем дело? — Кёртис заволновался. — Кёртис, не мог бы ты лучше ко мне переехать? Я, не хочу оставлять эту квартиру. Коулман улыбнулся и кивнул. — Как пожелаешь, лютик. Омега вздрогнул и вытаращил глаза на Коулмана. — Откуда ты знаешь это?! — Знаю что? — «Лютик»! — Эм.мне это в голову пришло, — альфа был очень озадачен вопросом омеги, что могло его заинтересовать в этом слове, почему он так ошарашенно на него смотрит. Подсев ближе к парню, он приобнял его и прошептал: — Я люблю тебя, лютик. По телу Кевина импульсами разошлись мурашки. Закусив губу, он посмотрел на кареглазого. — И я тебя.

***

«Я был счастлив, о, как я был счастлив, » — промелькнуло в голове омеги. — « Он ведь потом сделал мне предложение.» Воздуха уже совсем не осталось и постепенно жизнь стало отпускать хрупкое мертвенно бело тело. «Прости меня, Кёртис, прости,» — эхом отдалось в голове парня, он открыл глаза, последнее, что он видел, это круги, на воде.