Убийство у водонапорной башни

Глава 3. Малфой. Когда он появился, вынырнул из недр полицейского участка, бледный, растрепанный, уставший, совсем изведшийся в своем кресле Северус ринулся к нему навстречу, будто не было ничего на свете важнее. - Гарри, как вы? - голос спокойный, холодное, даже немного скучающее, выражение лица, но взгляд выдает. Его взгляд беспокойно бегает, осматривая мальчишку в поисках наручников или ран. - Все в порядке, – Гарри нелегко далась улыбка и почти беспечный тон. - Нужно было сдать генетический материал. Они нашли образцы на месте преступления, но в базе их нет, проверяют всех причастных, - Юноша едва держался на ногах, он снова пережил ужас, когда грубые руки хватают и тащат, и тебе совершенно нечего им противопоставить, потому что они облечены властью, потому что у них есть право. - Пойдемте домой, мистер Снейп? Пожалуйста. Они вернулись домой только поздно вечером, где Гарри уже ждало приглашение от Рона на поминальную трапезу. Сегодня миссис Уизли выглядела гораздо лучше, ее волосы были чистыми, а платье - опрятным, она улыбалась и звала всех к столу, как в старые добрые времена, только на дне ее глаз жила неизбывная тоска и грусть. - Гарри! Я рада тебя видеть. Ты встретил Дина, какие вы молодцы. А Невилл не смог прийти, но прислал трогательную открытку, – ей на глаза навернулись слезы. - Входите же скорее! За большим столом в светлой и уютной гостиной собралось все семейство Уизли: мистер и миссис Уизли, близнецы, старшие братья, которые уже не жили здесь, но часто приезжали, Гарри был с ними хорошо знаком. Были они с Дином, Герми – Гарри с Роном учились с ней в одном классе, и пара девушек – одногруппниц Джинни, которая училась на последнем курсе художественной академии. Разномастные стулья, висящие по стенам картины в авангардном стиле и самодельная посуда навевала мысли о кэрроловском чаепитии. Однако, повод для встречи не располагал к веселью, поэтому за столом велись тихие неспешные разговоры, наполненные печалью. Пока миссис Уизли, не привлекла к себе внимание. - Спасибо вам всем, что пришли сегодня. Джиневра, моя маленькая девочка, она была такая общительная, – Миссис Уизли изо всех сил пыталась не заплакать, но ей было тяжело смотреть на молодых людей, которые выглядели искренне скорбящими, но ведь они были живыми, а ее девочка – нет. Они будут грустить, сидя за этим столом вместе с ней, но затем разойдутся по своим домам, и их жизнь продолжится. – Ей было бы очень приятно, что вы собрались здесь и помните ее. Пусть ей будет хорошо там, где она сейчас, – Страдания матери заставляли всех присутствующих отводить глаза, но Гарри решил поддержать миссис Уизли в ее стремлении превратить этот вечер в вечер воспоминаний, как будто Джинни все еще с ними. - Джинни была очень доброй девушкой. Я помню, в год, когда мы познакомились, она ходила гулять к дальнему ручью и нашла щенка, – голос Гарри дрожал, но он старательно выговаривал все слова сквозь комок в горле. – Он был таким милым, – он усмехнулся. – А вернее страшным и отталкивающим. Весь в грязи, с блохами и клещами, у него было разорвано ухо и поранена лапа. Но наша Джинни не испугалась его жуткого вида, она принесла его в дом и буквально заставила меня его лечить. Возможно, именно это помогло мне выбрать мое будущее, – Гарри поднял свою кружку. – Джинни оставила след в жизни каждого из нас, мы никогда ее не забудем! – Все молча подняли свои бокалы в знак согласия со словами Гарри. - Спасибо, Гарри, – первым пришел в себя мистер Уизли. - Да, друг, спасибо, – Рон хлопнул Гарри по плечу. - Я тоже помню этого щенка, мы с Фредом тогда спрятались в сарай, лишь бы она не заставила нас с ним возиться! Скажи же, Фред! – Джордж обернулся к брату, ища у того поддержки. - Ты прав, Гарри, мы будем помнить нашу Джин, – Чарли пожал Гарри руку и вышел из-за стола, ему нужно было успеть на последний поезд. - Ты не пропадай, береги себя. Увидимся! Постепенно все расходились. Прихватив с собой напитки и немного еды, Гарри, Дин и Рон поднялись на крышу. Раньше они часто бывали здесь, выполняли домашние задания, уютно разместившись на плоской части, смотрели в телескоп по ночам и прятали свои немудреные сокровища от взрослых. Сейчас на крыше было пусто, мягкие подушки, составлявшие убранство их нехитрого убежища, убрали, но молодые люди запаслись пледами. На темном небе загорались звезды, которые притягивали взгляд Гарри. Иногда, в детстве, чтобы унять боль одиночества, он представлял, что родители смотрят на него с ночного неба. Став старше он оставил эти фантазии. - Гарри, ты как всегда к алкоголю не притрагиваешься? – Рон улыбнулся, глядя на своего всегда правильного друга. Они с Дином, кажется, вступили в соревнование, кто больше выпьет. - Мистер Снейп будет не в восторге, если я завалюсь к нему выпившим. Он, наверняка, себе такого не позволяет, – Гарри пожал плечами. Он никогда не был охотником выпить, но даже если бы ему хотелось напиться, он бы не стал так компрометировать себя в глазах Северуса. - Расскажи нам про своего мистера Идеальность. В туалет-то он ходит? – подвыпивший Рон уже не совсем понимал, что несет. Он находился сейчас в том самом состоянии алкогольной эйфории, когда горести отступают и хочется любить весь мир. – Давай, Гарри! - Он был очень добр ко мне, помог, когда не был обязан, – Гарри улегся рядом с Роном, чтобы удобнее было смотреть на звезды. - Это все не то! Как ты к нему относишься? Какой он по утрам? Может, он зубы не чистит, а? - Мистер Снейп никогда бы себе этого не позволил! Он очень чистоплотный! Рон, прекрати! – Гарри возмутили слова Рона. Он не позволит говорить о Северусе в таком тоне! - Прости, Гарри. Но мне правда надо знать, что ты живешь не с маньяком, не с занудой, не с пьяницей. Ты мой друг, я беспокоюсь, – Рон поднял руки в примирительном жесте. - Никакой он не маньяк! – Вид у виноватого Рона был комичным. – Может, он слегка и зануда, но это его не портит, – Гарри улыбался. – Он очень замкнутый и серьезный, он требователен к себе и другим, но к себе больше. Он очень начитан, кажется, что он знает про все на свете! Еще мне кажется, что он так одинок, у меня сердце сжимается, когда он сидит один на кухне ночами, готовится к лекциям, и некому принести ему чаю с печеньем. - Эй, Гарри, а не влюбился ли ты в него? – Рон расхохотался над своим предположением, опрокинулся на спину и дрыгал ногами, пока его не сморил сон. Но Гарри не обратил на это ровным счетом никакого внимания. Он был поражен мыслью о том, что может быть влюблен в мистера Снейпа! Несомненно, он был привязан к нему. Ни один человек не делал для Гарри того, что сделал Северус. Конечно, ему нравился этот суровый, нелюдимый мужчина. Ведь для Гарри он открывался с другой стороны, улыбался, утешал, старался приободрить, готовил восхитительный кофе, учил готовить берберский кускус, рассказывал про Сингапур, где был несколько лет назад. Все это делало их ближе, позволяло разделить между собой простое человеческое тепло, которого обоим не хватало. Гарри пытался рассуждать логически, но быстро перестал врать самому себе и позволил стыдным, душным воспоминаниям завладеть своим разумом. Вот, Северус улыбается, растягивая тонкие губы, Гарри не может оторвать взгляд, захваченный мыслью, что, если бы он сейчас коснулся их, они были бы мягкими и теплыми. Вот, Северус засыпает над книгой, откинув голову, приоткрыв бледную кожу шеи, с небольшим старым шрамом, Гарри чувствует мгновенный прилив ярости от того, что кто-то посмел навредить мужчине. Вот, Северус касается его руки, подхватывая тяжелую пачку муки, которую Гарри неуклюже достает с верхней полки, и юноша забывает дышать, потому что живот Северуса мимолетно прижимается к его спине, вызывая толпу мурашек. Из воспоминаний его вырвало бормотание Дина. Тот много пил, и, похоже, достиг той стадии, когда непременно требуется собеседник, пусть и воображаемый. - Джинни, Джинни, дорогая, любимая моя, светлая, нежная. Я не могу без тебя! Вернись, прошу тебя, я не хотел, вернись. Люблю тебя. Гарри аккуратно потряс Дина за плечо, пытаясь вырвать из лап кошмара, в котором тот пребывал. Словно очнувшись, Дин вскинул голову. - Я любил ее, Гарри, так сильно любил. Я не причинил бы ей боли, никогда. Я не хотел, не хотел, это случайно. Ты веришь мне? Веришь? – Его взгляд почти безумный, он пугает Гарри. - Верю, Дин. Я тебе верю. Пойдем, я помогу тебе дойти до дома. Сегодня Северус возвращался домой с тревожным предчувствием. Его смутила тишина во дворе и наличие незнакомой машины. Хотя та и была припаркована рядом с противоположным домом, он не сомневался, что с этой машиной связаны крупные неприятности. Дверь в его квартиру, закрытая не так, как обычно, только подтвердила его мнение. Замерев на мгновение, он потянулся к портфелю. - Северус, – Высокий эффектный блондин с длинными волосами не сдвинулся с места, даже когда одного из его охранников втолкнули в комнату под прицелом оружия. Маленький, черный, будто игрушечный пистолет в руке Снейпа смотрелся недопустимо смертоносно. – Мы тебя уже заждались. - Да, милый Северус, ты так надолго оставляешь свою игрушку, – Пропела женщина в черном платье. Она была бы прекрасной, если бы не глаза, горевшие безумием и кроваво-красный, слишком крупный рот. Беллатрисса провела острым ногтем по щеке сидевшего в кресле бледного Гарри. – Непростительная беспечность! – Ее неприятный смех заставил и так напуганного юношу вздрогнуть. - Люциус, – Медленно произнес Снейп, пытаясь оценить обстановку, окидывая присутствующих цепким взглядом. Сейчас мистер Снейп был другим, Гарри не узнавал его. Не было больше степенного преподавателя, самого уравновешенного мужчины, которого он знал. Всегда аккуратно зачесанные волосы растрепались во время короткой стычки в прихожей и теперь падали на лицо, и из-под них страшно и дико смотрели черные глаза. Смотрели тем самым взглядом, который пугал людей больше, чем огнестрельное оружие, что с такой небрежной уверенностью Снейп прижимал к виску охранника, потому что казалось, именно таким взглядом должна смотреть сама смерть. Уже то, что худощавый Снейп сумел скрутить такого амбала, вызывало оторопь. - Присядешь, Северус? Впрочем, ты в своем доме, тебе и командовать, – Люциус небрежно махнул рукой, предлагая всем присутствующим расслабиться. – Да отпусти же его! Никто ведь не собирается делать резких движений, правда? – Улыбка блондина могла бы посоперничать приветливостью с улыбкой голодной акулы. - Что тебе нужно, Люциус? – Северус резким движением толкает охранника вперед, одновременно отступая в угол. – Я не буду ничего делать для тебя. - Кажется, ты не понял, что не ты устанавливаешь правила! Твой мальчик очень привлекателен, уверена, он станет отличным развлечением для меня, – Белла расстегивала пуговицы на рубашке вжавшегося в спинку юноши. - Убери ее, Люциус, – Низкий, хриплый голос Снейпа опасно вибрировал, что было очень плохим знаком. Люциус когда-то испытал это на своей шкуре и не желал повторения. - Белла, проводи этого горе-забияку до машины. Вопрос о его профпригодности мы решим позже, – Люциус махнул рукой на все еще сидевшего на полу охранника. Но распаленная женщина не слышала его. – Белла! Я сказал иди в машину. Оставшись втроем, они некоторое время молчали. Гарри пытался поймать взгляд Северуса, но тот упорно отводил глаза. Растерянный юноша не знал, как себя вести. Кто были эти люди? Мистер Снейп вел себя с ними так, будто это давние и далеко не самые приятные знакомые. Больше всего ворвавшиеся в дом напоминали гангстеров какого-нибудь элитного клана, претендующего даже на некоторую аристократичность. Взять хотя бы холеного Люциуса, да и Беллатрисса, несмотря на явное помешательство, выглядела весьма эффектно. Что может быть общего у скромного, интеллигентного Северуса с этими людьми? - Итак. Северус, мне нужна помощь по твоему профилю, – Люциус изящно опустился в кресло, наиболее выгодным образом расположив свои блестящие локоны. - Я уже отказался раз от твоих предложений и повторять не буду. Незачем было приходить, – Северус спрятал пистолет, с горечью представляя, как сильно он пугает Гарри. Нужно будет потом успокоить мальчика. Если его отпустят. Должны отпустить! Он добьется этого. Нельзя допустить, чтобы жизнь юноши оборвалась из-за него. Не в этот раз, больше никто не умрет из-за него. - Северус, тебе же дорог мальчик. Я не опущусь до уровня Беллы, чтобы предполагать в какой позе ты его берешь, но глупо отрицать, что угроза его жизни сподвигнет тебя на любые действия, – Малфой не смотрел на Северуса, он смотрел на Гарри, проверяя, как тот реагирует. - Я тебя хорошо знаю, ты никого не подпускаешь к себе, думаешь, что недостоин или что ты себе вообразил когда-то? Но его присутствие в твоем доме говорит само за себя. Твоя слабость, мой выигрыш. Тебе льстит, что ты стал ставкой в большой игре, Гарри? – Люциус улыбался. Он знал, что легко добьется своего, играя на чувствах Северуса и Гарри. - Разве нет другого специалиста, кроме меня? – Снейп раздраженно рычит, он тоже понимает, что ситуация безвыходная. - Никто не может добиться того, чтобы не осталось следов. Только ты, мой гениальный Северус, - Малфой ласково улыбается. Он благодарен Гарри, что тот дал рычаг воздействия на строптивого химика, и поэтому постарается, чтобы мальчик не пострадал. Свои принципы есть даже у него. - Думаешь, я поверю, что если соглашусь, то смогу потом вернуться к своей жизни? – Горечь в словах Северуса заставляет Гарри дернуться к нему, чтобы тут же быть примороженным к месту стальным взглядом серых глаз блондина. - Ты меня знаешь, Северус. Если я дам слово, то я его обязательно сдержу, – Теперь все внимание Люциуса нацелено на Северуса. - Особенно по отношению к тебе. Выполни мою просьбу, и даю тебе слово, я оставлю вас с Гарри, - кивок в сторону замершего юноши, - в покое. - Хорошо, Малфой. Я согласен на твои условия, - Северус цедит слова, пытаясь сдержать гнев и отчаяние. - Поехали. Не здесь же я буду делать тебе бомбу, – Все также не глядя на Гарри, он кидает. - Останься тут, я постараюсь вернуться быстрее. - Он поедет с нами, - В голосе Малфоя прорезалась сталь. - Не думай играть со мной, Северус, - Шипит он, хватая Гарри за руку. - Или я не знаю, чем мне грозит общение с тобой без страховки? Без жесткой узды, из которой ты не вывернешься, змей! - Что, если мне пристрелить тебя здесь и сейчас? Я ведь не промахнусь, – Окрысился Снейп, поднимая пистолет. – Твои шавки не успеют тебя спасти! - Как раз для этого случая у меня есть страховка, - И он показал маленькую, блестящую коробочку, что находилась у него в руке весь разговор. Снейп на подгибающихся ногах подошел к Гарри и потянул вниз ворот рубашки. Шею юноши украшал металлический ошейник. Снейп прекрасно знал, что это такое – стоит нажать кнопку и через ошейник пойдет электрический ток. Вот о какой страховке говорил Люциус. Жизнь Гарри и его благополучие теперь зависели от покорности Снейпа. - Не бойся, Гарри, не бойся. Я все сделаю, и ты не пострадаешь, – От волнения Северус не заметил, что перешел на ты. – Только не бойся, – Он осторожно гладит его по голове, подталкивая к выходу. Они приехали к огромному ангару, несмотря на свои размеры он выглядел неприметным. Сказывался темный цвет, старые, местами облупившиеся стены, и отсутствие нормальных подъездных дорог. Если бы Гарри гулял неподалеку, он бы ни за что не догадался, что это здание все еще используется. Между тем, ультрасовременное убранство не оставляло сомнений, что здесь шло высокотехнологичное производство непонятного назначения. Везде сновали люди в комбинезонах, спешили, суетились, выкрикивали странные фразы. - Задача твоя весьма проста, Северус, – Малфой привел их в относительно тихий закуток. – У меня есть конкуренты. Не смотри так! Я зарабатываю деньги. И делаю это не так, как наш приснопамятный Лорд. Я не богатею на крови, – Малфой буквально выкрикивал фразы в лицо Снейпу, как будто ему было важно оправдать свои действия в его глазах. – И я очищаю город от тех, кто не имеет таких же чистых помыслов, – Казалось, блондин успокоился. И снова превратился в надменного аристократа. – Они производят наркотики. Я добыл тебе образец. - Как предусмотрительно! Наш сиятельный аристократ соизволил подумать, – Хмыкнул Северус. Люциус смерил его гневным взглядом, но неожиданно расхохотался. - Я скучал по твоему едкому сарказму! Пойдем, твою лабораторию оставили в прежнем виде, только пыль стирали и ингредиенты добавляли свежие, – Малфой собрался направится к выходу, но был остановлен Снейпом. - Люциус, прежде, чем я начну, ответь мне на один вопрос, – Северус впился взглядом в лицо собеседника, пытаясь прочитать на нем ответы. - Недавно в нашем городе убили молодую девушку. Ты имеешь к этому отношение? Да или нет? - Убийство молодых девушек немного не мой профиль, – Малфой смахнул с рукава несуществующую пылинку. – Хотя я как-то слышал, что некая рыжая девушка пыталась подружиться с главой банды «Лунные волки». Но! У него уже есть подружка. И очень, очень ревнивая подружка. Я бы не стал переходить ей дорогу, – В голосе Малфоя слышался намек, непонятный Гарри. Он навострил уши, пытаясь понять, почему мистер Снейп спросил про Джинни. - Я понял тебя, Люциус. Теперь я готов идти. Гарри потерял счет времени, он уже довольно долго сидел на маленьком стульчике, наблюдая, как Северус собирает какую-то странную конструкцию из колб, железок, проволочек и других незнакомых элементов. Они находились в небольшом темном помещении, где темные стены давили и не давали дышать. От странных запахов кружилась голова и слезились глаза. Однако, Снейп чувствовал себя здесь как дома. Движения его рук завораживали, смешивая разные порошки и жидкости, ловко закручивали какие-то гайки, скручивали из проволоки спирали и параллелепипеды. Тонкие пальцы легко справлялись с самими сложными операциями, творя настоящую магию. Наверное, в какой-то момент Гарри задремал, потому что из колб повалил разноцветный дым, а предметы стали перемещаться сами по себе. И в центре этого фантасмагоричного действа находился Снейп, похожий на демона преисподней, повелителя дыма и пламени, с черными, как смоль, волосами, и темными глазами, похожими на провалы, ведущие в неизвестность. - Пойдем домой, Гарри, – На плечо легла тяжелая рука, возвращая в реальный мир, где хотелось есть, а еще упасть и спать сутки напролет. Нервное напряжение не прошло даром. – Все будет хорошо, – Северус вымучено улыбнулся. Он страшился возвращения домой. - Нужно найти Люца и нас отпустят на сегодня. Он оставит ошейник до взрыва, – Пальцы мужчины легко пробежались по шее юноши. – Но все пройдет гладко, не сомневайся во мне. - Никогда, – Гарри смотрел прямо в глаза Северусу. Они вернулись домой уставшие и измученные. Самым мудрым сейчас было просто лечь спать, однако, они оба понимали, что между ними накопилось слишком много вопросов, требующих немедленного ответа. Сидя в полутемной кухне, согревая дрожащие пальцы о кружку с чаем, они молчаливо просили другого о поддержке, простом человеческом тепле и прощении. - Простите меня, мистер Снейп, от меня у вас одни неприятности, – Гарри не выдержал первым. Когда острый прилив адреналина от случившегося схлынул, осталось только чувство вины и тоска. Тоска из-за того, что ему придется держаться подальше. – Я не хотел. Они ворвались так внезапно, – Северус по-прежнему молчал. Не мог решиться заговорить с Гарри, не мог решиться открыть ему душу, в которой было столько грязи и боли. – Северус, - прошептал Гарри, медленно приближаясь к скорчившемуся на стуле мужчине, - с вами все в порядке? - Звук его имени заставил вздрогнуть. Гарри произнес его так мягко и нежно. Лорд обычно выплевывал – «Снейп». Да, «Снейп, сделай то», «Снейп, добудь это», «Снейп, убей их как можно медленнее». Люциус бывало шептал по слогам «Се-ве-рус», на ухо, интимно, завораживающе, но он слишком хорошо знал цену такому шепоту, предпочитая получать удовольствие в других местах. Его студенты почтительно обращались «мистер Снейп», но он чувствовал за этим официозом неприязнь, вполне заслуженную, надо сказать. А в далеком детстве мать звала «Вороненком» за темные волосы, тонкую шею и привычку забираться повыше, прячась от отца. Потом матери не стало, и больше никому не было до него дела. После ее смерти мало-мальски хорошее отношение: любовь, ласка или дружеское расположение, стало для него невозможным. Он мог вызывать только уважение, но и его приходилось выгрызать, выцарапывать, многократно доказывая, что достоин. И теперь Гарри… Гарри произнес его имя, как будто он его друг, как будто Северус не безразличен этому странному, рано повзрослевшему и лишенному участия взрослых, юноше. Северус был благодарен уже за то, что Гарри все еще рядом. Он бы понял, если бы тот не захотел его видеть. Конечно, им пришлось бы встретиться, чтобы избавиться от ошейника и тогда он бы попросил прощения за то, что втянул в опасную историю, за то, что не может быть для Гарри тем, кого он заслуживает, за свое темное прошлое, которое стоит непреодолимой стеной между ними. Снейп бережно взял Гарри за руку, судорожно выдохнул, пытаясь подобрать слова, с которых начать свою историю, но вместо этого уткнулся лицом в ладонь Гарри. - Все будет хорошо, – Гарри несмело погладил склоненную голову. – Вы ведь сами говорили. Я вам верю. А вы себе верите? – И Северус решается. - Больше двадцати лет назад в нашем городе была группировка, возглавляемая человеком по имени Том Реддл. Сейчас его настоящее имя мало кому известно, зато все помнят его как Темного Лорда, – Северус ежится, будто от озноба, вспоминая Реддла. - «Пожиратели Смерти». Так нас называли. И мы заслуживали этого имени. Потому что основным источником нашего дохода была смерть. Северус замолкает, погружаясь в воспоминания. Он был молод, амбициозен и хотел добиться признания любым способом, даже очень кровавым. – Сколько себя помню, мне всегда нравилась органическая химия. Взаимные превращения веществ похожи на магию. Особенно меня привлекали взрывчатые и легко воспламеняющиеся вещества. Казалось увлекательным создавать все более совершенные разрушительные механизмы, которые сами уничтожались во время взрыва. А Лорд проверял их в действии, – Мужчина сжал руку на своем горле. – Сначала Том старался действовать незаметно, не связываясь с убийствами простых обывателей. Но по мере укрепления позиций группировки, он все больше терял рассудок – власть и кровь ударили ему в голову, – Невидящим взглядом Снейп обвел комнату, продолжая говорить бесцветным голосом. - Была семья экспериментаторов - Фрэнк и Алиса Лонгботтомы. Том захотел их технологию, но они не отдали. И он велел мне сделать бомбу, – Мужчина сжимает кулаки до побелевших костяшек. – Том тогда жестоко карал за неповиновение, конечно, ничто не может быть оправданием мне, – Невесело усмехается мужчина, заставляя все внутри Гарри сжиматься. – Если бы ты видел последствия… Ожоги, которые оставляют пары кислот, не только снаружи, но и внутри. Снейп отводит утешающие руки - он не имеет права на поддержку, и опускается на пол, прижимаясь к ногам Гарри. – Не стоит меня жалеть, Гарри, я упивался чувством власти, которое давало мне мое положение приближенного к Лорду. Голос Северуса падает до шепота, Гарри может разобрать лишь отдельные слова: «Они были напуганы… Заставлял приходить ко мне… Без жалости… Для моего удовольствия.» Видя, что вырвать Северуса из этого состояния не удастся, Гарри опускает руки на плечи мужчины, позволяя уткнуться в свои колени, и долго-долго шепчет, что все заслуживают прощения, если они раскаиваются, если пытаются исправить содеянное, если никогда не возвращаются на путь зла. Они сидят почти до утра, прижавшись друг к другу, пока не приходит взъерошенный Малфой, чтобы забрать ошейник. Ни Гарри, ни Северус не спрашивают его, погиб ли кто-то при взрыве. Они заслуживают небольшой передышки.